Украина — ЕС: соглашение с пустотой

Пётр Порошенко подписал соглашение с Евросоюзом, которое и при более благоприятных стартовых позициях не сулило Украине ничего хорошего. Сейчас же, с войной и уже потерянными 25% ВВП, травмированными экспортными отраслями и прочими кризисными явлениями, Украина может повторить сразу все антирекорды своих восточноевропейских и прибалтийских партнёров.

27 июня на саммите ЕС в Брюсселе занимающий пост президента Украины Пётр Порошенко подписал соглашение о создании зоны свободной торговли между ЕС и Украиной. По словам Порошенко, это событие знаменует «исторический день» для страны, более того — самый важный день с момента обретения Украиной независимости в 1991 году. Также Пётр Порошенко заявил о том, что документ о более тесных экономических и политических связях с ЕС дает Украине «абсолютно новые перспективы» и что Украина использует такую «возможность для модернизации» и назвал подписанное соглашение «демонстрацией солидарности Евросоюза».

Соглашения с Евросоюзом подписали также президенты Грузии и Молдавии. «Наша цель — полная интеграция ваших экономик в рынок ЕС. Безвизовый режим сделает наши общества ближе, он уже действует для Молдавии», — сказал перед подписанием председатель Европейского совета Херман ван Ромпей.

Подписание документа, отложенное визирование которого президентом Януковичем стало поводом для запуска механизма государственного переворота в Киеве осенью-зимой 2013-2014 гг., действительно имеет все шансы стать «историческим днём» и оправдать прочие драматические эпитеты, как для Украины, так и для двух других государств. Собственно, в судьбоносности такого шага — в юридически закреплённом свободном доступе европейских производителей на внутренний рынок государства, промышленность и сельское хозяйство которого заведомо непригодно к конкуренции, никто не сомневался. Относительно же знака судьбоносности — положительного или отрицательного, равно как и дальнейших перспектив, мнения существуют различные.

С точки зрения существенной части населения Украины, подписание соглашения действительно является актом, подкрепляющим веру в наступление всеобщего благоденствия, гарантом которого будет выступать «связь с Европой». Во всяком случае, именно так воспринимают 27 июня евроориентированные жители Украины, буквально со следующей недели ожидающие денежного изобилия, сытой и беспечной жизни с возможностью быть «настоящими европейцами», что выражается в беспрепятственной возможности ездить в ЕС на заработки.

Эта иллюзия старательно поддерживается лоббистами евроинтеграции, зачастую с применением прямого обмана. Так, сам Порошенко, сообщая своим подданным благую весть, сделал ряд прогнозов, сославшись на заседание Европейского Совета, который якобы предоставил Украине, «как европейской стране», в соответствии со статьёй 49 (основополагающего европейского договора) возможность запросить перспективу членства. Также президент Украины сообщил о своём ожидании реализации ряда мер по деэскалации кризиса «во исполнение» принятых решений Европейского совета. Однако названные меры в пятничном решении Европейского совета указаны не были, тем более не поднималась тема членства Украины в ЕС.

Кроме того, Порошенко сообщил о подписании соглашения и от лица жителей Крыма. Кажется, в Киеве так и не поняли того, что жители Крыма вплоть до референдума о самоопределении не согласны с попытками затащить их силком в ЕС, к экономическим и моральным «евроценностям». Сразу после того, как в прошлом году стал доступен полный текст соглашения, который намеревалась подписать Украина, массово стали публиковаться экономические анализы, которые сходились в одном: если абстрагироваться от пропаганды и эмоций о европейском выборе, бегстве от тяжёлого прошлого, почему- то «колониальной зависимости от России» и т. д., то согласно расчётам даже средней глубины выходит, что создание зоны свободной торговли несёт огромный негатив для находящихся в упадке национальных экономик Украины или Молдавии. И этот вред настолько очевиден, что соглашения нужно подписывать как можно скорее, торпедируя любые попытки его проанализировать. Для президента Януковича запоздалая тень сомнения в непогрешимости текста соглашения закончилась государственным переворотом. Что до Молдавии, то председатель молдавского парламента Игорь Корман 23 июня заявил о том, что депутаты смогут ознакомиться с текстом соглашения с ЕС после того, как оно будет подписано.

Таким образом, у молдавских депутатов не оказалось даже возможности ознакомиться с документом и приложениями к нему, которые в общей сложности насчитывают под тысячу страниц. Хотя представители фракции компартии страны уже завили, что документ в нынешнем виде противоречит нескольким статьям Конституции Молдавии, а это, в свою очередь, ставит под угрозу суверенитет и независимость республики.

Основания для таких опасений есть. Подписанная ранее политическая часть соглашения с Украиной содержит положение о том, что любые решения украинских властей вступают в силу, только если против них не возражает Еврокомиссия. То есть в правовом плане Украина добровольно отказывается от автономии, в том числе перестаёт быть самостоятельным торгово-экономическим партнером.

Экономическая часть соглашения, помимо передачи Киевом полномочий вести суверенную торговую политику на собственной территории в Брюссель, содержит огромное число «подводных камней» и прямых запретов — как уже говорилось, текст соглашения составляет более 900 страниц. Вопрос, как и за счёт чего Украина сможет организовать конкурентоспособный экспорт в рамках зоны свободной торговли, не имел внятного ответа уже полгода назад, а с тех пор произошли значительные изменения, опять-таки не укрепляющие украинскую экономику. Что проявляется на вполне конкретном бытовом уровне. Так, за январь-апрель этого года украинский авторынок сократился на 35%, обвалился рынок недвижимости, снижается спрос на бытовую технику и электронику — от 15% до 40% в зависимости от группы товаров.

Зато, по данным онлайн-магазинов, безусловными хитами продаж стали ножи, биты, пневматические винтовки и пистолеты, травматическое оружие и электрошокеры, количество покупателей которых уступает лишь числу желающих купить бронежилет. Такой срез потребительских предпочтений общества полностью соответствует реальным ценностям периода, когда в стране идёт гражданская война, усугубляемая возрождением неонацизма и полной подконтрольностью её руководства внешним силам, не заинтересованным в стабилизации ситуации.

Оживился рынок нелегального оружия — хотя отличить легальное оружие от нелегального в государстве, где любой народный депутат или местный барон-олигарх может спокойно сколотить из уголовников отряд, вооружить его вплоть до бронетехники и направить воевать с городским отделением милиции или отрядами другого народного депутата, достаточно трудно. В настоящее время, автомат Калашникова можно купить на Украине за 200-500 долларов США (чем ближе к военным частям и складам — тем дешевле).

Дошло до того, что президент Сомали Хасан Шейх Махмуд сделал заявление, в котором отметил, что на территории Украины без сомнения идёт гражданская война и назревает гуманитарная катастрофа. Завершил своё заявление Хасан Шейх Махмуд словами: «Я сделаю всё, чтобы Сомали не превратилось в Украину». Ранее, подобные заявления делали в Тайланде. Очевидно, что в такой атмосфере создать конкурентоспособную промышленность, способную побороться с европейскими товарами на европейских рынках, нереально. Вопрос стоит в сохранении промышленности вообще.

По итогам 2013 года, Украина демонстрировала одновременно нехватку денежных средств и утрату способности производить товары на экспорт. Объем экспорта украинских товаров в 2013-м снизился на 7,8% по сравнению с 2012 годом, и составил $63,3 млрд. Импорт уменьшился на 9,1%, что в денежном эквиваленте составляет $77 млрд. Отрицательный торговый баланс в 2013 году на Украине уменьшился на 14,6%, составив чуть больше $8,5 млрд. Сам факт этого уменьшения преподносился в украинских СМИ как пример снижения импортозависимости, хотя на практике это говорит о банальном падении покупательной способности, поскольку внутренний рынок Украины роста не демонстрировал.

Наибольший удельный вес — более четверти — в структуре украинского экспорта приходится на продукцию агропромышленного комплекса — $17 млрд. Второй по объемам является металлургия — $14,3 млрд. Замыкает тройку лидеров химическая промышленность — $4,9 млрд. В структуре импорта на первом месте энергоносители — в денежном выражении объем закупок составил $21,8 млрд, или 28%. Затем идут товары химической промышленности — $9,9 млрд — и товары агропромышленного комплекса — $8,2 млрд. Основными направлениями украинского экспорта являются страны СНГ и Таможенного союза (36%), Европейского Союза (26%), Ближнего и Дальнего Востока (18% и 8% соответственно). Порядок импортных направлений идентичен: СНГ — 37%, ЕС — 35%, Ближний Восток — 3%, Дальний Восток — 15%.

Химическая промышленность, как и металлургия, требуют значительного количества энергоносителей, поставляемых главным образом из России. Точнее, поставлявшихся, поскольку «Газпром» уже перевёл Киев на предоплату, накопленных запасов при текущем (достаточно низком) уровне потребления Украине хватит до зимы, а что будет дальше — непонятно. Металлургия Украины сосредоточена на территории Донецкой, Луганской, Днепропетровской и Запорожской областей. Причём две области из четырёх уже объявили о своём суверенитете, образовав новый политический субъект — Новороссию, и ведут активные боевые действия против украинской армии, националистических группировок и наёмников.

Вопрос о национализации имеющегося на территории Новороссии кластера промышленности — лишь вопрос времени. Пока трудно судить о характере развития промышленности Новороссии, рынках сбыта её продукции и способности отреагировать на экономические санкции, которые наверняка будут введены — но в любом случае, устранение второй по значимости статьи украинского экспорта наносит серьёзный удар по способности Украины быть страной-экспортёром.

Схожа ситуация и в химической промышленности, также тяготеющей к индустриально-развитым регионам пока ещё Украины и Новороссии. Кроме того, химическая промышленность производит необходимые для агрокомплекса удобрения. В совокупности, уже через несколько месяцев должны будут проявиться симптомы печальных перемен в действовавшей до сего момента структуре экономики.

Впрочем, украинские чиновники в силу своих должностных обязанностей не теряют оптимизма. Министр экономического развития и торговли Украины Павел Шеремет заявил, что Украине есть что предложить для рынка Европейского Союза — это курятина, гидроресурсы (электроэнергия), ІТ-сфера. Министр экономики также полагает, что для Евросоюза могут быть интересны некоторые кластеры украинского машиностроения после проведения необходимой переориентации. Кроме того, глава Минэкономики призвал не пользоваться существующими стереотипами, что отдельные отрасли украинской экономики, например, металлургия, больше ориентированы на российский рынок.

О перспективах металлургии было сказано выше. Даже если абстрагироваться от того, что Новороссия — отдельное и далеко не дружественное Киеву государство, до последнего момента в Европе металлургам Украины приходилось бороться за потребителя со сталеварами Германии, Франции, Италии, Нидерландов и Словакии, в Азии — с Японией, Южной Кореей, Индией, но прежде всего с Китаем. С начала глобального кризиса спрос на сталь в Европе уменьшился на 27%, а тенденция такова, что в мировой металлургии предложение уже заметно превосходит спрос, и больших рынков для украинской индустрии ожидать не стоит.

Еще вопрос, сможет ли украинская курятина стать столпом национального экспорта? Что до экспорта электроэнергии, то некоторое представление о реальности таких амбиций говорит судьба энергомощностей Болгарии и Литвы. Оба этих государства после сближения с ЕС столкнулись с тем, что им пришлось в угоду Брюсселю закрыть или заморозить АЭС, с переходом на потребление электроэнергии, производимой на скупленными американскими компаниями ТЭС. Что, несмотря на теоретическую изначальную возможность экспорта электроэнергии, привело к зависимости от импорта, удорожанию коммунальных услуг и бунтам, свергнувшим болгарское правительство Бойко Борисова в феврале прошлого года.

В Литве бунтов не было, но средняя цена на электроэнергию на бирже в Швеции составляла 31,6 €/MВт, в Польше — 39 €/MВт, в Финляндии — 35,2 €/MВт, в то время в Литве она достигала 43,6 €/MВт. В настоящее время литовские власти намереваются провести энергомост со Швецией (проект NordBalt), благодаря чему цены на электроэнергию должны в среднем уменьшиться на 2 €/MВт, а шведы получат дополнительный рынок. Характерно, что именно Литва, столкнувшаяся с массовой эмиграцией трудоспособного населения, обнищанием, закрытием предприятий и полной зависимостью от ЕС во всём — от финансов до электроэнергии, теплее всех приветствовала подписание Украиной соглашения о ЗСТ.

Президент Литвы Даля Грибаускайте отправила официальные поздравления «украинскому народу», в котором сообщила: «Выбор быть европейцами это путь к большей свободе, демократии и европейскому благосостоянию. Литва и все страны-члены ЕС приветствуют решительного партнера. Это наша общая возможность поделиться с вами самым лучшим, что мы имеем — ценностями и партнерством». Наверное, благосостояние благосостоянию рознь. Население Литвы, по состоянию на 12 января 1989 года составлявшее 3690 тыс. человек, каждый год сокращается на 30-40 000 человек за счёт массовой эмиграции, а президенту Грибаускайте приходится участвовать в общественных проектах с названиями вроде «Останься в Литве!».

Нормального генезиса выстраивания паритетных торговых отношений — модернизация промышленности, сельского хозяйства, плавного перехода к непременно взаимной отмене торговых барьеров — на Украине ожидать не приходится. Обновить промышленность средствами государственного бюджета не получится — он и так дефицитен, а по итогам этого года ситуация дополнительно ухудшится.

Официальная информация Госстата Украины сообщает: финансовый результат крупных и средних предприятий Украины в I квартале 2014 г. в целом составил 128 млрд 477,4 млн грн (до налогообложения) против прибыли в 1 млрд 276,8 млн грн в прошлом году. За отчетный период прибыль предприятий составила 101 млрд 734,4 млн грн, а убыток — 230 млрд 211,8 млн грн. Из-за скачков курса гривны перевести сумму убытков на понятный язык затруднительно, но в I квартале Украинская экономика понесла от 10 до 12 миллиардов долларов потерь. А ведь первый квартал — это ещё до объявления суверенитета Крыма, Новороссии, до начала войны. К примеру, донецкий металлургический холдинг олигарха Рината Ахметова «Метинвест» в 2012 году заплатил налогов и сборов на 11,8 млрд гривен ($1,4 млрд), его же угольный холдинг ДТЭК — 10 млрд гривен ($1,2 млрд) за 2011-2012 годы. Практически все эти деньги были уплачены в Киеве, который распределил их по стране. Очевидно, что власти Новороссии в самом ближайшем будущем должны начать переориентацию финансовых потоков.

Таким образом, Пётр Порошенко подписал соглашение, которое и при более благоприятных стартовых позициях не сулило Украине ничего хорошего. Сейчас же, с войной и уже потерянными 25% ВВП, травмированными экспортными отраслями, и прочими кризисными явлениями вроде растущей безработицы, Украина может повторить сразу все антирекорды своих восточноевропейских и прибалтийских партнёров — по массовой эмиграции, падению уровня жизни, обнищанию и разорению предприятий. Добавив к этому списку нацизм и олигархический феодализм.

Андрей Полевой