Свечу под столом не утаишь!

РПЦ зовет в РКЦ: молодым талантам предоставлен шанс проявить себя в Русских культурных центрах, которые Всемирный Русский Народный Собор (ВРНС) открывает с целью синтеза новой русской интеллигенции на платформе здоровых моральных ценностей. Способны ли художники объединиться в солидарные группы вокруг подлинного — покажет время.

Человек, наделенный творческими способностями, рано или поздно обращается к Богу, во-первых, поскольку не имеет возможности пройти мимо христианского учения, оно присутствует в контексте всех текстов культуры и проникло во все парадигмы культурного процесса; во-вторых, потому что невозможно не задуматься об источнике мироздания, наблюдая мир и обладая творческой волей. Мысль о том, что все на свете не случайно и смерть для жизни не конец, разлита вокруг, она пронизывает явь как музыка, и только глухой ее не услышит, и только тупой ее не осязает.

Это вопрос элементарной честности художника. Настоящий художник не может лгать. Либо он говорит о тонкой правде, либо он врет — то есть участвует в игре знаков под названием постмодерн, где можно заигрывать с любыми знаками: будь то супружеская верность, любовь матери к сыну (высший пилотаж — поработать с евангельскими идеями)... Постмодернизм позволяет делать из всего этого развлекательные симулякры — «играть в глубину», «стилизовать глубину» — то есть, более (или менее) откровенно смеяться над красотой.

Создание нового — это колебание между подъемом и опустошенностью. Эта амплитуда часто меняется, и чаще всего творчество происходит не от равновесия, а от перепада. Но и молимся мы часто не от равновесия, а от боли. Иногда режиссер или художник, или очередной «есенин» воплощает в работе свою боль (не обязательно религиозно акцентированную). Но здесь и заключается его поиск Бога, и он приглашает нас разобраться вместе с ним. Мы верим ему, верим в его подлинность, потому что сочувствуем. А сочувствуем, потому что умеем любить. Этот навык дорогого стоит. Без него искусство превращается в прах, в бесцельную стимуляцию инстинктов, извлечение на поверхность инфернальных грез подсознания.

Большая часть культурного истеблишмента, которая сейчас определяет содержание нобелевских и прочих премий, фестивалей, принадлежность статуэток, — большая часть этой массы отказалась от иерархии ценностей вполне осмысленно. Ведь ценности и принципы ограничивают свободную игру знаков. Поэтому иногда возникает такое ощущение, что традиционная культура ушла в подполье. Сегодня она выступает на позициях настоящего андеграунда. Художников, которые «сеют разумное, доброе, вечное», условно говоря, пишут портреты старух и нищих, не поддерживают СМИ. Если ты есть в «тусовке», то ты существуешь, а если тебя в информационной сетке нет, то ты умер. Спрос на тлен определяется законами тления, которые присутствуют в человеке, язвой разъедающей апостасийный мир. Продвижение произведений происходит по законам рыночной мясорубки, по законам «золотой свиньи», которой поклоняется «креативный класс». И пусть бы его представители остались со своим идолом наедине, а все нормальные люди довольствовались бы подлинным искусством. Но такой расклад тусовку не устраивает. Проблема «золотой свиньи» в том, что она требует бисера в пищу. «Свинья» не может смириться с тем, что на свете есть драгоценности, затерявшиеся крупицы таланта, не пропущенные через ее пищеварительный тракт.

Все живое, целомудренное, светлое, по законам постмодернизма должно пройти акт десакрализации. Это непреложная печать секулярной действительности, — пропуск в мир современного искусства. Хочется думать, что во всем виноваты низкие запросы «черни». Но это ошибка. Сегодня толпа ничем не отличается от «креативной тусовки», а за счет генетических понятий о добре и зле — на поверку оказывается даже лучше диссидентствующих предателей, готовых освободиться от иерархии ценностей в угоду артистическим извращениям.

Нет, сегодня об элитарности искусства говорить бессмысленно. Мы вошли в новую фазу глобальной информации, которая нас окружает, и доступ к черепу человека есть у всех производителей информации. Каким тогда должно быть искусство, если не элитарным? Как ему защититься от законов массового спроса?

Зло само подсказывает нам ответ. «Золотая свинья» постмодернизма ревниво преследует и поглощает молодые, чистые смыслы, наивные (в лучшем смысле этого слова) логосы. Ее корм — это все, несущее энергию первого, никогда ранее не сказанного и никогда прежде не испытанного. Потому настоящее творчество (в его самых проникновенных точках) похоже на Пречистую Богородицу. Настоящее творение так же непорочно и непостижимо как Матерь Света. Подлинное творение полно такой же кротостью перед тайной мироздания. Поэтому русская живопись в ее лучших примерах имеет иконописное происхождение, народное искусство поражает детской наивностью, а все лучшее, что есть в литературе и актерском ремесле, пронизано, как током, любовью к человеку.

Конечно, отпечатки светского мировоззрения замусолили образ творчества. Но эта копоть телесного происхождения. Она, как чернота, затягивающая иконы, не меняет сути. И если сегодня кто-то пытается выдать нам этот грязный слой за искусство, мы не должны верить.

Не нужно подмешивать елей в краски, размахивать балалайками и трезвонить в колокола. Лучше вообще держать свою веру в тайне. Главное в другом: не любишь — не пиши, не играй, не лепи, не грузи людей смысловым мусором. Можно не произносить слово «Бог» и говорить о Боге. Именно так и нужно делать. Потому что так смиренно. Новое слово рождается на уровне интуиции, как Божья любовь, она беззащитна, никогда не заявляет о себе в упор. До последнего ждет отклика от человека. Но следует быть радикальным внутри себя: каждый день стоишь перед выбором.

Творение — это молитва. Она может быть радостной или отчаянной — но она всегда неповторима и всегда обращена к небу. Она всегда попытка приблизиться к источнику неизъяснимой чистоты. Значит тайна творения — это Пресвятая Богородица, и ни один мало-мальски талантливый художник мимо этой тайны не пройдет. Все, что останется на земле в качестве искусства, имеет целомудренное зерно. Ни одна пошлость, в какие бы гениальные лабиринты рассудка ее ни поселили, не уцелеет.

Сегодня Всемирный Русский Народный Собор выступает с инициативой создания Русских культурных центров по всей стране. Приглашаем к сотрудничеству всех молодых художников, всех людей, желающих создавать первозданное. Мы надеемся на то, что Русские культурные центры станут площадками для настоящего альтернативного творчества, что они позволят выйти из «информационного подполья» талантливым и смелым, тем, кто не стесняется чистоты и не превращает творение в дешевку. Тем, у кого есть принципы и кто эти принципы не меняет ради того, чтобы попасть в «тусовку».

Надеемся, что Русские культурные центры станут точками накопления русского творческого авангарда, принципиально новой русской интеллигенции, которая уже преодолела и вышвырнула на свалку истории светское мировоззрение как символ предательства и секулярной трусости. Тех, кто умеет играть в смысловые лабиринты — тысячи. А тех, кто умеет целомудренно любить — единицы. Но вместе эти единицы — невиданная сила. Свечу под столом не утаишь.

Артем Сериков