Спасение Кипра за русские деньги

О тупике, в котором по сей день находится мировая финансовая система, не вспоминали достаточно давно. Хотя причина такого поведения, разумеется, состоит не в том, что проблема стала менее актуальной или у неё вдруг обнаружилось приемлемое решение. Очередной импульс размышлениям о будущем Евросоюза и всей мировой экономики придали последние известия с острова Кипр, и, поскольку ситуация непосредственно связана с интересами Российской Федерации и отдельных категорий наших граждан, она заслуживает внимательного изучения.

С середины февраля наблюдалась активная циркуляция слухов о том, что согласие Евросоюза выделить денежный транш с целью оздоровления экономики Кипра и спасения его от неминуемого дефолта будет связано с выполнением неких непопулярных условий Никосией. Догадки существовали самые разные, но действительность оказалась интереснее любых предположений. Как стало известно 17 марта, Евросоюз готов выделить необходимые Никосии средства после того, как Кипр введёт не имеющий прецедентов в современной финансовой истории единоразовый налог на все депозиты в государстве. Под предлогом того, что Кипр тесно связан с «отмыванием» денежных средств, особенно российских, ЕС ограничил запрошенную Никосией сумму с 17 миллиардов евро до 10, а остаток было решено добыть в банках самого Кипра, в самом прямом смысле этого слова.

Согласно стратегии Евросоюза, финансовые потребности Кипра будут удовлетворены десятимиллиардным траншем ЕС — и частичной экспроприацией средств вкладчиков кипрских банков, согласием которых на данное пожертвование никто не интересовался. Официально, общая сумма вкладов кипрских банков составляет 68 млрд евро, объявленные меры позволят собрать в бюджет 5,8 млрд евро. Примерно 40% суммы будет отобрано у иностранных вкладчиков, в основном — представителей Российской Федерации, составляющих треть нерезидентов в банках Кипра, и Великобритании.

Насколько это помогло в борьбе с «отмыванием» денег — сказать сложно, с момента возникновения слухов о грядущих потрясениях, из банков Кипра выводилось по 100-150 миллионов евро в сутки — и вряд ли можно полагать, что подобную осведомлённость и скорость реакции демонстрировали простые законопослушные вкладчики. Тем не менее, планы присвоения части оставшихся денежных средств киприотов и нерезидентов остаются в силе.

Содержащиеся в банках Кипра депозиты размером больше 100 000 евро будут обложены налогом в 9,9%, меньшие суммы — 6,75%. Депозиты, превосходящие 500 000 евро, принудительно потеряют 13%. Деньги будут автоматически списаны со счетов к моменту возобновления работы банков, которые из-за государственного праздника и прочих нюансов должны открыться в среду, 20 марта. До этого момента, правительство Кипра приняло решение заморозить вообще все денежные транзакции, как в самой стране, так и за её пределами, если они проходят через банки Кипра.

C точки зрения внутренней политики Кипра, более странное решение трудно себе представить. Киприоты, желающие по понятным причинам обналичить средства в наибольшем объёме, чтобы минимизировать потери, столкнулись с тем, что могут получить на руки всего лишь по 400 евро. Столь откровенный грабёж — а это именно грабёж! — собственного населения никак не добавит популярности действующему правительству и лично президенту Никосу Анастасиадису. Тем более, что правительство, не скрывая, сообщило — банки были закрыты в первую очередь из-за желания правительства уменьшить отток средств, которые стремится получить на руки население.

Но внешнеполитические последствия ещё более интересны. Кипр, бывший долгие годы хрестоматийной «тихой гаванью» для денег со всего мира, таковым быть перестал. Это само по себе вызвало у многих шок, эксперт сингапурского инвестиционного банка TD Securities сообщил агентству Bloomberg, что «ничего святого больше нет».

Самым актуальным вопросом, разумеется, является оценка масштабов возможных потерь. Ситуация с Кипром мгновенно сказалась на мировых рынках — европейские фондовые индексы ушли в минус в первые минуты торгов, падение на биржах составило от 1 до 2,1%. Дрогнул курс евро.

Как уже упоминалось, в банках Кипра содержится значительное число «русских» денег. Это как средства, выведенные в кипрский оффшор с, скажем так, не всегда благовидной атмосферой, так и вполне законные накопления добропорядочных граждан Российской Федерации и депозиты русских компаний. Вне зависимости от особенностей своего происхождения, два миллиарда российских евро перейдёт Кипру. А точнее — Евросоюзу, поскольку русские деньги будут использованы в качестве ресурса программ ЕС по оказанию помощи своим членам. Сумма в два миллиарда получается из обнародованных в Германии данных, согласно которым неправедные капиталы «русских» составляют порядка 25 миллиардов евро, треть всех денег Крита. Достоверность таких сведений, впрочем, неизвестна.

Оценки, которые первые лица российского государства дали разворачивающемуся на Кипре экспромту, вряд ли требуют дополнительных пояснений. По мнению президента России Владимира Путина, введение на Кипре дополнительного налога на вклады в банках стало бы «несправедливым, непрофессиональным и опасным решением», сообщил в понедельник пресс-секретарь главы государства Дмитрий Песков. Премьер-министр России Дмитрий Медведев назвал идею введения на Кипре налога на депозиты «весьма странным и спорным решением, которое выглядит как конфискация чужих денег. Cпикер Государственной Думы Сергей Нарышкин добавил, что решение кипрских властей о взимании налога на депозиты сравнимо с национализацией частной собственности граждан и иностранцев.

Разумеется, появились версии, согласно которым экспроприация части депозитов приведёт к огромным потерям для России. Поскольку через финансовую систему Кипра действует значительное число российских компаний — такие как «Сбербанк», «Газпромбанк» и «ВТБ», имеющий на острове полноценный дочерний Russian Commercial Bank. Однако, сколько конкретно денежных средств и прочих активов компаний находится именно на депозитах, подверженных экспроприации — сказать трудно. А соответственно — и оценить масштаб потерь. Достоверно можно говорить лишь о потерях, связанных с просрочкой регулярных платежей, вызванной трёхдневной блокировкой всех транзакций.

Вне зависимости от цифр, репутационные потери Кипра и всей банковской системы ЕС выглядят куда значительнее. Ведь банковский Кипр не сводился к одним лишь российским компаниям, и далеко не со всеми странами-партнёрами Кипра действуют соглашения о защите инвестиций.

И как тут не вспомнить череду резонансных указов недавнего прошлого, настоятельно рекомендующих хранить деньги на Родине, а не в западных странах... Собственно, ещё в 2002 году, на IV съезде Торгово-промышленной палаты Владимир Путин предупреждал о том, что средства в оффшорах лучше бы направлять на развитие внутреннего российского производства, содержание денег в зарубежных банках не означает гарантий их использования, а в случае серьёзного кризиса держатели зарубежных счетов «захлебнутся пыль глотать, чтобы их разблокировать». Год 2013 показал, что не только деньги вкладывать лучше действительно на Родине, но и к рекомендациям властей полезно прислушиваться.

Поразительно, но на фоне разворачивающегося крупномасштабного грабежа денег иностранцев и своих собственных граждан, правительство Кипра выражает надежду на получение кредита от России! Как заявил 16 марта министр финансов Кипра Михалис Саррис, Кипр очень надеется на положительное решение России об участии в финансовой поддержке острова.

Россия, собственно, уже «поддержит» Кипр — или ЕС, без разницы — в случае положительного голосования кипрского парламента на два миллиарда евро, отобранных у российских граждан и компаний. При этом на Кипре «ожидается», что Россия предоставит Кипру еще пять дополнительных лет, до 2020 года, для выплаты кредита в 2,5 млрд евро, который был выделен в 2011 году, и снизит процент по займу. Для обсуждения такой гипотезы в ближайшее время кипрская высокопоставленная делегация планирует посетить Москву.

На каких условиях Москва могла бы согласиться на данное предложение — очередной вопрос. К счастью, руководство страны в последнее время не даёт поводов заподозрить себя в излишнем бескорыстии, тем более, что спасение Кипра — политическая дилемма для Евросоюза, а не для России.

Некоторые попытки смягчить грядущий факт присвоения российских денег руководство Кипра предпринимает. Так, президент Анастасиадис пообещал, что оставившие после всего произошедшего свои депозиты граждане получат частичную компенсацию государственными облигациями. В качестве обеспечения которых будут использованы доходы от месторождений природного газа. Насколько население и иностранные вкладчики будут склонны доверять словам президента после сюрприза с единоразовым налогом — опять-таки, неизвестно.

Голосование парламента Кипра по принятию или отказу от требований ЕС состоится во вторник, 19 марта. Выбор достаточно тяжёлый — скорый дефолт или длительные попытки оздоровить экономику с существенно озлобленными партнёрами по переговорам. Судя по предварительным сведениям, единодушия парламентариев ожидать не приходится, по сообщению греческого телеканала Mega, президент Никос Анастасиадис в ходе телефонного разговора с заместителем председателя Еврокомиссии Олли Реном и евродепутатом Элмаром Брокком уведомил о том, что парламент не одобрит экспроприацию.

Если парламент Кипра согласится забрать деньги из банков, то главным пострадавшим оказывается сам Кипр и репутация банковской системы ЕС. Россия может потерять те самые два миллиарда евро, но российские банки вполне могут ощутить приток как «родных» капиталов, пока что находящихся за пределами страны — ведь кто может гарантировать, что инновации с единоразовыми налогами не станут системой? — так и «внешних». Лучшую рекламную кампанию по возвращению российских капиталов в родные пределы и привлечению новых даже представить сложно. Само собой, выиграют банки Азиатско-Тихоокеанского региона. И, разумеется, Российская Федерация получает серьёзнейший стимул вести диалог с Евросоюзом не с позиций эфемерного «партнёрства», а жёстко отстаивать свои выгоды, как политические, так и экономические.

Александр Вишняков