Счастлив тот, кто откроет свою Камчатку

Камчатка — это ведь не всегда географическое понятие, а еще и просто отдаленное место, будь то парта в классе, какая-нибудь глухомань или лабиринты чужого города. Но во все времена Камчатка — место притяжения людей мужественных, стойких и переполненных романтикой, а главное — любознательных.

Наткнулся в Яндексе на удивительный рассказ человека из Пензы, по всей видимости, молодого, который вот так запросто отправился из родных пенат автостопом на... Камчатку. Можете себе представить? Лишь путь от Москвы до полуострова проделал на самолете, а так все пешком и пешком, да на попутных машинах — с рюкзаком на спине, с питанием на подножном корму или случайными дарами местных магазинчиков. Было все: и полное бездорожье, и медведи, и проливные дожди, и переправы через бурные речки. И не очень приятные случайные встречи с недоброжелательными людьми... Пережив все трудности и проблемы, что сулят такие приключения, человек этот опять же автостопом вернулся к себе в Пензу и — как вы думаете? — что он написал в заключение? Резюме его короткое: «На Камчатке стоит побывать!».

Удивительное дело: когда Камчатка стала менее доступна для простого человека — и далеко, и дорого, и проще съездить в турецкую Анталию или египетскую Хургаду, она постепенно превращается в «мекку» индивидуального туризма смелых и романтических людей. Едут, летят, терпят массу неудобств, чтобы потом восхититься и собой, и, в первую очередь, Камчаткой. Ни слова нытья или недовольства! Ехали, конечно, и раньше, но организованно, по строгому маршруту. Территория-то была закрыта для свободного посещения — пограничная зона. А ныне — милости прошу, хоть на Курилы, хоть на Камчатку!

Не так давно мне позвонил мой приятель-журналист, объехавший полмира: мол, впервые лечу на Камчатку, что посоветуешь посмотреть? За свою жизнь я побывал там много раз и помню, что вот так же спросил у аборигенов, оказавшись впервые на полуострове: что обязательно я должен увидеть, без чего Камчатка — и не Камчатка? Мне назвали сразу: Паратунка! Можешь не летать в Долину гейзеров — далеко и дорого, не карабкаться на вулкан (хотя так хотелось!) — еще ненароком расшибешься. А вот Паратунка у Петропавловска, можно сказать, под боком, на рейсовом автобусе добраться можно. Уже в самом названии видится мне разгадка этого места: Пара — тунка, как я полагаю — «горячий пар». Хотя и ходит легенда, что это имя некоего шамана. Но могу я иметь свою версию?

Да так оно и есть: в этом месте горячий пар клубами валит отовсюду. И горячая вода бежит ручьями, сливаясь в реки. Паратунка была и есть место притяжения почти для всех туристов. Залезай в источник и наслаждайся горячей водой, к тому же еще и минеральной. Для поясницы, больных суставов — редкое спасение. Но ведь не к ней одной стремятся нынешние покорители Камчатки — и даже не в легендарную Долину гейзеров. Меня лично потрясают некие молодые люди из Москвы, которые отправились на Северные Курилы — разумеется, через Петропавловск-Камчатский, чтобы, добравшись до острова Шумшу (попробуйте отыскать этот островок хотя бы на карте!), поднять там над стратегической высотой 171, где шли более всего ожесточенные бои между советскими солдатами и японскими милитаристами, Флаг Победы.

Это же каким запасом патриотизма надо обладать, чтобы, преодолев с десяток тысяч километров, заплатив немалые, должен вам сказать, деньги, потом по бездорожью, на случайном транспорте, но чаще — своим ходом, добраться до этой легендарной высоты на самом краешке русской земли, чтобы увидеть, как трепещет на ветру тот самый флаг Победы, что был поднят здесь в августе 1945-го года советскими бойцами! Я тоже был на этой высоте — но то были другие времена, и тогда остров, можно сказать, был людным, не то, что ныне...

Так и хочется сказать: низкий поклон вам, ребята, за вашу память и патриотические чувства к истории родной страны!

Но вот, что интересно. Можно ведь и не совершать такие героические переходы-перелеты, чтобы открыть «свою Камчатку». Иногда она рядом, совсем рядом — на улице твоей, в городе твоем, у истоков речки детства твоего... Надо только вглядеться в тот мир, что окружает нас, чтобы захотеть совершить открытие.

Как это случилось с одним моим знакомым, который всю жизнь прожил в Москве, у Никитских ворот, рядом с местом своей работы. И каждый день, как минимум дважды, проходил он мимо памятника, стоящего у краешка Тверского бульвара. Вот тут, у этого памятника, и произошло (почти казусное!) открытие его «Камчатки». Назначил он как-то свидание одной своей знакомой, впервые оказавшейся в Москве, у этого памятника, как он считал, Герцену. Когда в назначенное время знакомая не объявилась, он позвонил ей по мобильнику и узнал, что она ждет его как раз у... памятника Герцену. И был изумлен: когда он поднял глаза на постамент памятника, у которого торчал, то впервые прочитал, что это вовсе не Герцен, а... Тимирязев!

Прожив, можно сказать, всю жизнь у этого памятника, не знал, кому он. Но — не поверите! — более всего он поразился не собственному невежеству, а находчивости своей знакомой: где это она, приезжая, нашла в огромной столице всамделишный памятник Герцену? Нашла, в том-то и дело, что нашла! И где? Да почти рядом — на том же самом Тверском бульваре Москвы, во дворе Литературного института. Можете, сходить и проверить, если живете или окажетесь в столице.

Да я и сам не лучше: все детство провел у речки сахалинской, что бежит и поныне между сопками, правда, все более скрываясь под сенью деревьев и кустов. Уж как только мы ее не называли — и Лесозаводской (потому как был там небольшой лесопильный заводик), и Лесной (среди леса ведь бежала, да и улица из нескольких домов возле нее Лесной звалась)... И лишь не так давно в местном музее на карте с грифом почему-то «Секретно» обнаружил я речку детства своего — и был поражен, что официально она зовется... Золушкой! Кому и зачем было столько лет скрывать ее название — теперь, поди, узнай! А ведь текла-бежала, выходит, под выдуманными, чужими именами... Даже нехорошо как-то: скажи я своим сверстникам ныне, что дневали-ночевали мы с ними будучи пацанами у речки Золушки, — еще и на смех поднимут.

Неспроста, наверно, талантливый наш коллега из «Комсомольской правды» — журналист Василий Михайлович Песков, помнится мне, так долго и терпеливо искал когда-то исток другой реки — Волги-матушки. Ходил-бродил, местных жителей дотошно расспрашивал: мол, из какого такого ручейка-родничка берет начало великая русская река? Нашел-таки! И был счастлив от этого открытия, поделившись им со своими читателями.

Ныне и искать уже не надо: как свидетельствует всезнающая «Википедия», исток Волги расположен в Осташковском районе Тверской области, у юго-западной околицы деревни Волговерховье, на высоте 228 метров над уровнем моря. Место это ныне заповедное, часовенкой обозначенное, а гиды и приведут вас сюда, и родничок покажут, и сувенир на память подарят. Прозаично как-то.

Многие великие русские писатели, начиная с Тургенева и Толстого и до наших с вами современников — Федора Абрамова, Василия Белова, Евгения Носова, Александра Яшина и Василия Шукшина — без устали открывали и открывали себе и нам «камчатские уголки» своего большого и малого Отечества. А ведь чего казалось бы — у одного луг, у другого — поляна, у третьего и вовсе угор... Но ведь и до сих пор пытливые читатели открывают и открывают, благодаря им и их книгам эти удивительные места.

И ведь как важно совершать открытия «своей Камчатки» именно в детстве, когда память схватывает даже мелкие детали бытия. Вот признается один из любимых моих писателей Федор Абрамов — и это признание дорогого стоит: «...Словно пуповиной привязан я к родной Пинеге. ...Не могу жить, не могу писать, если не вдохну воздуха родного края, не пройду по родной земле, не увижусь с родными и близкими мне людьми».

Где только я ни встречал открывателей незнакомых земель — и в вологодском Ферапонтово, где чудом в местном монастыре сохранились божественные фрески Дионисия, и в Репино, на берегу Финского залива, в пенатах великого художника Ильи Репина, и на Южных Курилах, и в Изборске... Идут, едут, пытливо вглядываются, в душе, конечно же, веря в то, что они — именно они! — открывают доселе неведомые никому места. Таковы эти поиски — «своей Камчатки».

И тут важно не упустить момента своего открытия, все равно чего — будь то далекая Камчатка или исток ручейка твоего детства. Лишь бы гордиться этим открытием всю жизнь. Разделите восторг и счастье моего приятеля-журналиста, который отправился, как в незнаемое, на Камчатку, а потом прислал мне СМС оттуда: «Я восхищен! Великолепно все: и горы, и вулканы, и гейзеры! А сопки! А люди!»

Что ж, еще один, объехав полмира, вдруг нашел «свою Камчатку» здесь, в России — и вовсе не за тридевять земель.

Анатолий Строев