Поводом высказаться на эту тему вынудило меня велеречивое рассуждение Максима Шевченко, члена Совета при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, очевидного заботника и охранителя самой идеи русскости. «Положение об „определяющей роли русского народа и его культуры“, „как исторической основы российской государственности“ и в утверждении „общероссийского самосознания“ — весьма спорно (выделено мной. — О.З.)… Я считаю, что все народы России и окрестностей (приусадебные участки?) внесли свой особый вклад в становление и укрепление российской государственности. И выделение русского народа как особого будет иметь в перспективе самые серьезные последствия», — заявил М. Шевченко 13 июля сего года.
Когда я слышу о шовинизме русских, о насаждении кому-либо русского языка и русского образа жизни, о вторжении русского фактора в избирательные кампании в Европе, на Востоке и за океаном, меня начинает охватывать невольная гордость: наконец-то нас стали подозревать, что наше самосознание дозрело до уровня специального сверхоружия, которого по-настоящему боятся США с его конгрессом, ЦРУ, со всеми их гиперэкспертами, суперменеджерами, друзьями и родственниками, играющими на мировой шахматной доске.
Легкоранимая демократия, никогда нигде никому ничего не навязывавшая, но остро и отзывчиво реагировавшая на зов обездоленных выходцев из стран Восточной Европы, Азии и Африки, эта благородная бескорыстная бесконечная миссия так называемого Democracy Crusade («Крестовый поход демократии»), возглавляемая самой свободной страной в мире, оказывается не так-то уж и успешна. Почему?
Потому что есть явление не менее страшное, чем фашизм, нацизм, апартеид, антисемитизм, — я говорю о русофобии, с которой по идее, по продвинутости, по традиции и должны были бы сражаться отважные рыцари свободы — потомки Mayflower (aнглийское торговое судно, на котором англичане, основавшие одно из первых британских поселений в Северной Америке, в 1620 году пересекли Атлантический океан).
Но, как сказала одна русская бабушка в старом Шереметьево на пересадке из Харькова в Канберру, отвечая на мой вопрос, как она общается с коренными жителями шестого континента, понимают ли они ее, она парировала: «Да куды им!…»
Так вот, повторю «Да куды им!» догнать — о перегнать и речи быть не может! — наше отечественное бесперебойное производство русофобии, бьющей изо всех щелей, особенно если речь идет о необъятных просторах Культуры.
«Русский» — не этническое понятие. Русский — это человек совершенно конкретной КУЛЬТУРЫ. Так вот: где бы, на каком бы уровне ни принималось сегодня в России решение кому что-то не разрешить, кому денег не дать, кому премию придержать, у кого отобрать деньги за уже выигранный тендер, кого не пустить на сцену, преградить дорогу и просто «не пущать!», за Культуру вы можете быть спокойны как удав, так как знаете наверняка, что их (русских) на поле их (русской) культуры мы (стало быть, те, кто по-взрослому отвечает за русских недорослей) не пустим.
Примеров — море: недопущение без объяснений звезды русского балета Андрея Меркурьева поставить его балет «Крик» на сцене родного Большого театра; отказ Третьяковской галереи по концептуальному несоответствию выделить залы для юбилейной экспозиции русского гения Александра Зиновьева, уроженца Костромы (как и братья Третьяковы, создатели Третьяковки!), 95-летний юбилей которого — одного из трех писателей так называемого Бронзового века — мы празднуем в этом году. Об открытии музея на русской земле в честь великого русского мыслителя — «ЗИНОТЕКИ» — уж тем более и речи быть не может. Есть музей эротического искусства «Точка G», есть музей водки, музей про садистов, что на Арбате, — все что угодно, кроме музея русского интеллекта и русской мысли. Убежденный интернационалист Александр Зиновьев охранял и защищал Россию и «русский вопрос» и не призывал свободный мир сбрасывать атомную бомбу на Россию.
Зато скандальный сюжет в залах той же Третьяковки — девицы в грязных трусах, пытавшиеся с умным видом постичь суть «Черного квадрата» Малевича, это концептуально. Здесь все было выдержано в стиле русофобии: обгадить сакральное пространство главной русской галереи, оскорбить беспомощность русских людей, которые позволяют, чтобы с ними так обходились.
Русским нельзя быть яркими и исключительными; похоже, им предлагается лишь обслуживать тех, кто им укажет их место. И они соглашаются, соглашаются, что из Москвы, из столицы и сердца России, многочисленными новоделами последовательно изымается русская история. Они не возражают против определения «Русская мафия» применительно к Брайтону, где настоящих русских и в принципе-то нет; не восстают против того, что по телевизионным каналам России непрекращающимся грязным потоком идут откровенно русофобские фильмы как зарубежного, так и российского (!) производства; демонстрируются бесконечные сюжеты про мажорных хамов-стритрейсеров, гостей из солнечных республик, издевающихся над терпеливыми русскими полицейскими; вовсю с оттяжкой глумятся над Пушкиным и Чайковским в печально известной постановке «Евгений Онегин» на сцене того же Большого театра; выдаются премии от Министерства культуры России за фаллос, нарисованный на разводном мосту в Северной столице. Продолжать этот позорный список можно до бесконечности.
«Самовыражение» хамов за бюджетные деньги, похоже, не имеет пределов.
Особая пощечина русским — выступление Константина Райкина на съезде Союза театральных деятелей, где он попросту наорал на руководство страны от лица «выдающихся театров». И подействовало! Протестному режиссеру, «бомжующему» на территории всего-то в 3 тысячи квадратных метров, тут же выдали необходимый для «выживания» дополнительный 1 миллиард рублей. И теперь он, вопреки жалобам москвичей, между делом и с удвоенной силой штурмует зеленую зону вдоль Шереметьевской улицы — единственный оставшийся нетронутым скверик возле театра «Сатирикон». Райкин и зарубежная строительная группа «Ташир», построившая рядом с театром гигантский торговый центр «Райкин-плаза», желают построить вместо скверика 15-этажный апарт-отель общей площадью порядка 20 000 квадратных метров с подземной стоянкой.
Да наплевал известный режиссер на коренных москвичей, наплевал он на русских олухов во власти, которые не поняли его грандиозной рейдерской затеи и из дурно понимаемого интернационализма даже поддержали финансово. «Васька слушает, да ест».
И все-все это делается за счет простых налогоплательщиков, среди которых русских — большинство.
Я, русский налогоплательщик, протестую против такой практики — обвинять государство во всех грехах, а особенно в шовинизме, имперскости, тоталитарности, отсталости и прочем, чтобы банально развести убоявшихся чиновников на деньги.
Но что это — хроническое ментальное заболевание русских — смирение, всепрощение, мазохизм? Юродство? Безнадега? Почему спиваются русские мужики и бабы, появляющиеся потом — и это со смаком показывается на разных телеканалах — как минимум просто в непотребном виде, но что хуже — в репликах из залов суда, в рассказах, как русская женщина в пьяном состоянии убила 5-летнюю дочь, как очередная русская мать по пьянке выбросила ребенка с 12-го этажа на улицу…
Кто-то считает, что да, за этим стоят традиционное смирение и юродство, кто-то — что воспитание и великодушие («мы-де выше хамства и русофобии»). На деле же мода оскорблять и унижать русских поощряется сильными мира сего на самом высоком уровне.
Сегодня в западных СМИ такое (как о русских) не пишут ни о каких других нациях, все канализируется на русский народ, который так удобен для эксплуатации, глумления и издевательств и терпит веками многокилометровую про себя ложь и чушь.
Но где же все-таки истинная родина русофобии? И почему мы обижаемся на Украину, США, Эстонию, Латвию, Литву, Польшу и так далее, когда и в самой России не жалуют русских, а жалуют таких, как один известный «эффективный менеджер», мечтающий о том, чтобы «разорвать Достоевского на куски»?
Титульная нация, вы говорите? Титульная в каком смысле — носить титул лохов, пьяниц, бездельников и пофигистов, которыми нас наделяют друзья-белоленточники, однажды вышедшие на Болотную площадь побороться за как бы справедливость, а на деле — за все западное, а значит, нерусское? При этом последние, как графиня Вишня из сказки Джанни Родари «Чиполлино», морщат нос и спесиво брюзжат: «Боже, как несет луком!».
Так что корни русофобии у нас дома, в России, там, где многие позволяют вытворять с коренным народом все, что ни заблагорассудится насильникам, коррупционерам и предателям.
Русофобия в мире направлена сегодня на тех, кто вчера потушил печи Освенцима, а значит, является не только актом кощунственного отношения к народу-герою, ценой десятков миллионов жизней остановившему фашизм, но и прямым умышленным злодеянием со стороны архитекторов современного мира, в основание которого поставлен молох обескультуривания и расчеловечивания.
Мы видим, как мировой политический бомонд готовит русских к закланию, на роль жертвы. «Русские должны быть вычеркнуты из мировой истории» — вот геополитическая цель Запада, о чем не раз напоминал Александр Зиновьев. Но очевидно, что если сотрут с лица земли русских, то сотрут и другие неугодные мировой олигархии народы, учетверят, уполовинят человечество и глазом не моргнув. Этому новому мировому негодяйству — русофобии всех мастей — и нужно дать решительный отпор.
Так может, хватит хныкать и жаловаться? А встать во весь рост ста миллионам тех, кто любит и ценит русскую культуру, и прогреметь на весь мир: Я ГОРЖУСЬ, ЧТО Я РУССКИЙ!
Ну, а Шевченко лучше заседать в каком-нибудь другом Совете, не при президенте Российской Федерации.
Мне лично дорога репутация моего президента, Владимира Владимировича Путина, и не дело, когда кто-то из членов Совета по развитию гражданского общества и правам человека при главе нашего государства защищает интересы кого угодно, но только не русских, имеющих ровно такие же права, как и все другие граждане многонациональной России.
Ольга ЗИНОВЬЕВА, сопредседатель Зиновьевского клуба МИА «Россия сегодня», президент Международного общества «Россия — Германия»