Россия может возродить программы строительства военно-космических объектов

Советский технологический потенциал в сфере военного освоения космоса по-прежнему позволяет дать отпор орбитальным боевым станциям, от создания которых Соединенные Штаты Америки не отказываются, считает бывший первый заместитель министра обороны РФ, политолог, доктор исторических наук Андрей Кокошин.

«Если речь идет о создании космических боевых станций, то вопрос окончательно не закрыт в США. И, конечно, должна речь идти о нейтрализации или прямом поражении космических боевых станций. Сейчас есть средства радиоэлектронной борьбы, которые позволяют нейтрализовать эти станции без их физического уничтожения», — сообщил Кокошин в ходе круглого стола в РИА «Новости». — Мы любую потенциальную американскую систему ПРО прорвем не только в первом, но и в ответном ударе».

То, что тема военного освоения космоса снова зазвучала, внушает определенные надежды, поскольку разработки СССР в этой области поистине бесценны, и невзирая почти на 20 лет бездействия, научный потенциал России все еще остается непревзойденным.

Советские учёные Е. П. Велихов, Р. З. Сагдеев, А. А. Кокошин ещё в середине 1980-х годов дали вполне исчерпывающий прогноз по дальнейшему строительству космических военных баз. Достоверные характеристики космических станций озвучивал, например, Институт США и Канады (АН СССР) в 1988 году. Для космических военных баз будут характерны массы, измеряемые сотнями тонн. Схема развёртывания в космосе боевой станции будет, видимо, предусматривать вывод на орбиту отдельных её блоков с последующей сборкой их в космосе. Сборка станции на орбите потребует создания специальных инструментов и оборудования, которые также, скорее всего, будут иметь значительную массу. Кроме того, традиционные системы энергообеспечения, такие, как солнечные батареи, радиоизотопные генераторы и различного рода аккумуляторы, широко используемые в настоящее время для энергоснабжения искусственных спутников Земли, вряд ли могут обеспечить потребности боевых космических станций противоракетной системы. Даже в невоенных условиях энергопотребление крупной станции может составлять в непрерывном режиме 0,1-1 МВт, что обеспечивается только ядерным реактором космического базирования, причём таких реакторов должно быть много, практически столько же, сколько боевых станций будет выведено в космос.

Основой для русской космической безопасности на десятилетия вперед должна была стать система «Буран». В проекте советская космическая крепость состоит из множества пристыкованных ударных модулей (за основу модуля взят фюзеляж «Бурана» и его основные системы жизнеобеспечения). В случае угрозы модули отделяются от станции и планируют на цель, превращаясь в гигантские ракетные крейсеры. На научном языке этот космический флот называется «автономные модули с боевыми блоками баллистического или планирующего типа». «Надстройка», к которой стыкуются модули, похожа на орбитальную станцию МИР. По специальной команде крейсеры-модули отделяются от станции, посредством маневрирования они должны занимать необходимое положение в космическом пространстве — с последующим отделением блоков по команде на боевое применение.

Боевые блоки, представляющие собой по сути планирующие ядерные бомбы, компактно размещаются в отсеке полезного груза боевого ударного модуля со сложенными консолями крыла в трех — четырех последовательно установленных револьверных катапультных пусковых установках.

При создании «Бурана» также предполагалось, что маневрирующие боевые блоки могут размещаться не только на ударных крейсерах-модулях, но и на самих орбитальных кораблях, располагаясь на револьверных пусковых установках внутри грузового отсека.

У России есть также и готовые разработки собственной ПРО космического базирования. Так, для поражения военных космических объектов в СССР были спроектированы два боевых космических аппарата на единой конструктивной основе, оснащенные различными типами бортовых комплексов вооружения — лазерным (боевой комплекс «Скиф») и ракетным (боевой комплекс «Каскад»). В отличие от космической станции-крепости эти служебные блоки должны иметь существенно большие по вместимости топливные баки двигательной установки для обеспечения маневрирования на орбите. Выведение этих аппаратов на орбиту и их дозаправка также осуществляется при помощи Бурана.

Для обеспечения длительного срока боевого дежурства на орбите и поддержания высокой готовности космических комплексов предусматривалась возможность посещения объектов экипажем (два человека до 7 суток), в том числе с использованием КК «Союз». Планировалось создать орбитальную группировку из этих аппаратов, которая бы работала на двух уровнях (низкоорбитальный и геостационарный).

Не только заявление Андрея Кокошина, но и сама логика исторического развития подсказывает, что если страна хочет иметь будущее, ей нужно осваивать космос. Все более очевидным становится факт, что для роста цивилизации ей, как дереву, буквально нужно собственное пространство над головой — свободное небо. Дальнейшее развитие земных цивилизаций уже похоже на борьбу за свет джунглях. Остаться без космоса — значит остаться во тьме и деградировать. Это не просто свет далеких абстрактных звезд — это право на собственное будущее и собственное прошлое. Гарантом такого права является отечественная программа «Буран», которая, несмотря на геополитическую паузу, у России уже есть, и не только на бумаге. По оценкам экспертов на возрождение «Бурана» у России уйдет 6-7 лет.

По сообщению СМИ