За 11 лет в составе РФ Севастополь удалось полностью интегрировать в российское пространство: в регионе уже работают такие крупные компании, как «Сбер» и Промсвязьбанк, а объем инвестиций в основной капитал без учета средств федерального бюджета уже достиг 246,8 млрд рублей. Об этом в интервью «Известиям» рассказал губернатор Севастополя Михаил Развожаев. По его данным, население города за 10 лет увеличилось в два раза. Растет и турпоток: этим летом власти ожидают вдвое больше туристов, чем прошлым. Из задач на будущее — решение кадрового дефицита и наращивание энерго- и газоснабжения. В регионе эффективно налажена и система безопасности, при этом губернатор не исключает возможные провокации со стороны Киева на фоне успехов ВС РФ на линии фронта. Что общего у «русской весны» и эпохи Минина и Пожарского, по мнению Михаила Развожаева, — в интервью губернатора «Известиям».
«Севастополь — фактически прифронтовой город с первого дня»
— Спустя 11 лет в стране по-прежнему воспринимают «крымскую весну», которую у вас в Севастополе называют «русской», так волнительно. Почему? Какой вы ее помните?
— «Русская весна» началась 23 февраля: тогда люди — а это более 30 тыс. горожан — вышли на площадь Нахимова, чтобы всему миру заявить, что они возвращаются в Россию. И вот с этого, 23 февраля 2014 года, и начались события «русской весны», которая закончилась общекрымским референдумом 16 марта и указом президента 18 марта о создании двух новых субъектов РФ — города федерального значения Севастополя и Республики Крым. Я в это время жил и работал в Красноярске, но я прекрасно помню свои ощущения какого-то восторга и гордости за то, что происходит. Вся страна прильнула тогда к экранам телевизоров и смотрела за событиями в Севастополе. Первое время даже с трудом верилось, что мы это всё видим здесь и сейчас и переживаем этот исторический момент. Я был школьником, когда случилась геополитическая катастрофа и Советский Союз развалился, но я прекрасно помню те события и те чувства, которые испытывал. И вот 2014 год: и я вижу возрождение России, наша страна показала, что она готова и может защитить свои геополитические и геостратегические интересы.
— Вы возглавляете регион с лета 2019 года, за это время Севастополь пережил многое — от блэкаута до атак БПЛА. Как вы считаете, удалось ли завершить этот «турбулентный» период и вернуть население к спокойной и размеренной жизни?
— Вызовов за это время было действительно много. Фактически сразу после «русской весны» — блэкаут, тогда киевский режим предпринимал разные каверзные попытки испортить жизнь крымчанам и севастопольцам. После этого — перекрытие Крымского канала, когда днепровская вода перестала поступать на полуостров. В засушливый период это привело к определенному дефициту, но сразу же были предприняты беспрецедентные меры. Конечно, севастопольцы и крымчане проявили мужество в этот период. Естественно, коронавирус, с которым столкнулась вся страна. И далее — задачи специальной военной операции, которые требуют большой внутренней мобилизации.
Севастополь — фактически прифронтовой город с первого дня. Он всегда вызывал особую ненависть у киевского режима. Она выражалась в постоянных атаках беспилотников и безэкипажных катеров, которые направлялись к берегам севастопольских бухт. В атаках английскими и американскими ракетами. Севастополь всегда был крепостью, и в этом случае он тоже достаточно хорошо защищен. Последние полгода мы видим, что всё работает эффективно: если беспилотники прилетают — а это происходит практически каждую ночь или через сутки — все сбиваются на значительном удалении от берегов Севастополя в море и не приносят проблем жителям города. При всех этих вызовах и ограничениях у нас, разумеется, продолжает действовать режим среднего уровня реагирования и «желтый» уровень террористической угрозы. Но город живет полноценно: люди ходят на работу, дети в школу, в детские сады. Проводятся культурные мероприятия. Полноценно работает тыл с точки зрения помощи фронту, (работают. — Ред.) наши волонтерские ассоциации. Город живет и дышит полной жизнью, но при соблюдении определенных мер предосторожности. Севастопольцы научились жить в этот период, и уверен, что мы с ним справимся.
— Нельзя не вспомнить и произошедший обстрел в Учкуевке…
— Да, это чудовищная трагедия, которая произошла в прошлом году в Учкуевке, когда запрещенное вооружение было применено по мирным жителям, отдыхающим на пляже летом. Четыре человека погибло, более 150 было ранено. Сейчас у нас практически 100% доступная система воздушного оповещения тревоги. Созданы специальные мобильные бетонные укрепления — защитные сооружения, чтобы можно было через 3–5 минут оказаться в укрытии, их у нас более 500 по всему городу. Но, слава Богу, последние 6–7 месяцев таких атак нет. Тогда мы столкнулись с новым вызовом, это американские ATACMS.
Конечно, всегда остается фактор риска, но всё, что можно было с учетом этого опыта сделать, мы сделали. Опять же киевский режим способен на любые провокации: мы это понимаем, особенно когда совершенно очевидно, что возможности противостоять российской армии остается всё меньше и меньше. Конечно, это может привести к каким-то дополнительным провокациям. Но наши системы противовоздушной обороны, как и другие системы, не стоят на месте. За это время научились гораздо более эффективно отрабатывать такие угрозы.
За 11 лет в составе РФ Севастополь удалось полностью интегрировать в российское пространство: в регионе уже работают такие крупные компании, как «Сбер» и Промсвязьбанк, а объем инвестиций в основной капитал без учета средств федерального бюджета уже достиг 246,8 млрд рублей. Об этом в интервью «Известиям» рассказал губернатор Севастополя Михаил Развожаев. По его данным, население города за 10 лет увеличилось в два раза. Растет и турпоток: этим летом власти ожидают вдвое больше туристов, чем прошлым. Из задач на будущее — решение кадрового дефицита и наращивание энерго- и газоснабжения. В регионе эффективно налажена и система безопасности, при этом губернатор не исключает возможные провокации со стороны Киева на фоне успехов ВС РФ на линии фронта. Что общего у «русской весны» и эпохи Минина и Пожарского, по мнению Михаила Развожаева, — в интервью губернатора «Известиям».
«Севастополь — фактически прифронтовой город с первого дня»
— Спустя 11 лет в стране по-прежнему воспринимают «крымскую весну», которую у вас в Севастополе называют «русской», так волнительно. Почему? Какой вы ее помните?
— «Русская весна» началась 23 февраля: тогда люди — а это более 30 тыс. горожан — вышли на площадь Нахимова, чтобы всему миру заявить, что они возвращаются в Россию. И вот с этого, 23 февраля 2014 года, и начались события «русской весны», которая закончилась общекрымским референдумом 16 марта и указом президента 18 марта о создании двух новых субъектов РФ — города федерального значения Севастополя и Республики Крым. Я в это время жил и работал в Красноярске, но я прекрасно помню свои ощущения какого-то восторга и гордости за то, что происходит. Вся страна прильнула тогда к экранам телевизоров и смотрела за событиями в Севастополе. Первое время даже с трудом верилось, что мы это всё видим здесь и сейчас и переживаем этот исторический момент. Я был школьником, когда случилась геополитическая катастрофа и Советский Союз развалился, но я прекрасно помню те события и те чувства, которые испытывал. И вот 2014 год: и я вижу возрождение России, наша страна показала, что она готова и может защитить свои геополитические и геостратегические интересы.
События «русской весны» в современных учебниках, которые выпустило Минпросвещения про конец XX и начало XXI века, уже оцениваются как важнейший исторический и политический поворот в развитии нашей страны. Но в будущем уверен, что это встанет в один ряд с такими событиями, как возрождение после Смутного времени, эпоха Минина и Пожарского и нового царствования Романовых. То же самое, когда собиралась русская земля после татаро-монгольских нашествий. То есть события «русской весны» — такой же поворотный ключевой момент в истории нашей страны, когда мы себя почувствовали вновь на пути возрождения.
Фото: РИА Новости/Василий Батанов
— Вы возглавляете регион с лета 2019 года, за это время Севастополь пережил многое — от блэкаута до атак БПЛА. Как вы считаете, удалось ли завершить этот «турбулентный» период и вернуть население к спокойной и размеренной жизни?
— Вызовов за это время было действительно много. Фактически сразу после «русской весны» — блэкаут, тогда киевский режим предпринимал разные каверзные попытки испортить жизнь крымчанам и севастопольцам. После этого — перекрытие Крымского канала, когда днепровская вода перестала поступать на полуостров. В засушливый период это привело к определенному дефициту, но сразу же были предприняты беспрецедентные меры. Конечно, севастопольцы и крымчане проявили мужество в этот период. Естественно, коронавирус, с которым столкнулась вся страна. И далее — задачи специальной военной операции, которые требуют большой внутренней мобилизации.
Севастополь — фактически прифронтовой город с первого дня. Он всегда вызывал особую ненависть у киевского режима. Она выражалась в постоянных атаках беспилотников и безэкипажных катеров, которые направлялись к берегам севастопольских бухт. В атаках английскими и американскими ракетами. Севастополь всегда был крепостью, и в этом случае он тоже достаточно хорошо защищен. Последние полгода мы видим, что всё работает эффективно: если беспилотники прилетают — а это происходит практически каждую ночь или через сутки — все сбиваются на значительном удалении от берегов Севастополя в море и не приносят проблем жителям города. При всех этих вызовах и ограничениях у нас, разумеется, продолжает действовать режим среднего уровня реагирования и «желтый» уровень террористической угрозы. Но город живет полноценно: люди ходят на работу, дети в школу, в детские сады. Проводятся культурные мероприятия. Полноценно работает тыл с точки зрения помощи фронту, (работают. — Ред.) наши волонтерские ассоциации. Город живет и дышит полной жизнью, но при соблюдении определенных мер предосторожности. Севастопольцы научились жить в этот период, и уверен, что мы с ним справимся.
— Нельзя не вспомнить и произошедший обстрел в Учкуевке…
— Да, это чудовищная трагедия, которая произошла в прошлом году в Учкуевке, когда запрещенное вооружение было применено по мирным жителям, отдыхающим на пляже летом. Четыре человека погибло, более 150 было ранено. Сейчас у нас практически 100% доступная система воздушного оповещения тревоги. Созданы специальные мобильные бетонные укрепления — защитные сооружения, чтобы можно было через 3–5 минут оказаться в укрытии, их у нас более 500 по всему городу. Но, слава Богу, последние 6–7 месяцев таких атак нет. Тогда мы столкнулись с новым вызовом, это американские ATACMS.
Женщина возлагает цветы к стихийному мемориалу в Учкуевке в день траура по погибшим в результате ракетной атаки Вооруженных сил Украины
Фото: РИА Новости/Константин Михальчевский
Конечно, всегда остается фактор риска, но всё, что можно было с учетом этого опыта сделать, мы сделали. Опять же киевский режим способен на любые провокации: мы это понимаем, особенно когда совершенно очевидно, что возможности противостоять российской армии остается всё меньше и меньше. Конечно, это может привести к каким-то дополнительным провокациям. Но наши системы противовоздушной обороны, как и другие системы, не стоят на месте. За это время научились гораздо более эффективно отрабатывать такие угрозы.
«Я считаю, на сегодняшний момент мы справились»
— Да, за эти годы было в регионе сделано немало. Удалось ли окончательно интегрировать регион в правовое, экономическое, бизнес-пространство России?
— С точки зрения интеграции, это была большая сложная работа. Кстати, сейчас ее проходят наши исторические территории, причем они ведут ее более успешно и быстро за счет опыта Севастополя и Крыма. Я считаю, на сегодняшний момент мы справились. У нас и «Сбер» работает, и Промсвязьбанк. В ВТБ с прошлого года заявили о приходе на полуостров и, соответственно, в Севастополь. По инвестициям у нас даже перевыполнена амбициозная задача — с 2022 по 2025 год в планах было привлечь 200 млрд рублей частных инвестиций в Севастополь. Сегодня, по оценке Росстата, объем инвестиций в основной капитал без учета средств федерального бюджета уже достиг цифры в 246,8 млрд рублей. Прогнозируем, что к концу 2025 года цифра еще увеличится.
Последние проекты, которые были приняты, уже завершаются. А новые создаются по всем стандартам. Это касается, например, здравоохранения. Когда мы приводили систему к российским стандартам, нужно было пройти лицензирование: на сегодняшний момент из 120 лечебных учреждений, 119 полностью пролицензированы. То есть здесь уже окончательно перешли на российские стандарты оказания медицинской помощи. Кроме того, строится новый медицинский кластер: это новая многопрофильная больница и онкоцентр.
Не могу не отметить и градостроительную политику: в этом году законом Севастополя принят новый генеральный план города. До этого были ограничения, которые сильно влияли на разные сферы: и на строительство жилья, и на освоение территорий, поскольку многие земельные вопросы были не урегулированы и приходилось пользоваться документами, принятыми еще в период украинского руководства.
— А какие сферы всё еще «проседают»?
— Из сложностей — те проблемы, которые накапливались десятилетиями или даже с советского периода. Это, конечно, развитие системы генерации электричества. Сама мощность создана, но она еще будет наращиваться, потому что и полуостров, и город развиваются. Потребуются еще дополнительные мощности. Второй важный вопрос — это достройка и приведение в порядок системы газоснабжения. Процесс газификации у нас завершен не полностью, нужно построить еще один кольцевой газопровод и достроить там часть распределительных сетей. Продолжаются работы и по замене сетей водоснабжения. Важны и очистные сооружения. Мы планируем, что в следующем году завершим строительство комплекса очистных сооружений «Южный». К нему также будет достроена ветка коллектора из Балаклавы: тогда сточные воды там перестанут сбрасываться в море и будут поступать на очистные сооружения. Это сделает город более экологически благополучным, и Черноморское побережье в районе Севастопольской зоны станет абсолютно чистым.
Далее, конечно, жилищное строительство — долгое время земельные вопросы были не урегулированы. Сегодня они разрешены: у нас шесть перспективных территорий для комплексной жилой застройки. Это позволит нам серьезно увеличить жилищное строительство, сделав его более доступным.
— А есть примерное понимание, за какое время удастся решить эти задачи?
— Проекты с очистными сооружениями, с новым медицинским кластером — это горизонт трех лет. То, что касается жилья — перспектива 10 лет, но они будут приносить каждый год дивиденды в виде квартир, которые можно будет и в социальные программы запускать, и на рынок. То, что касается системы электрогазоснабжения — это, наверное, пятилетняя перспектива.
«Мы Владимира Владимировича ждем в любое время, всегда»
— К слову, не так давно вы встречались с президентом, он обратил внимание на необходимость привлечения учителей и увеличение числа амбулаторно-поликлинических учреждений в городе. Будут ли эти вопросы решены в этом году?
— Это целый процесс, волшебной палочки нет. Владимир Владимирович скорее акцентировал внимание, что наши цифры (по этим показателям. — Ред.) отличаются от среднероссийских. Но это не значит, что мы не оказываем какие-то медицинские услуги или у нас нет учителей по тем или иным дисциплинам.
Определенный некомплект существует, да. Но мы постоянно развиваемся, создаем новую инфраструктуру. Где-то у нас опережающими темпами строятся здания медучреждений и школ, которые требуют кадров. И мы постоянно ищем и привлекаем специалистов. Я думаю, что ситуация с кадровыми показателями в Севастополе до среднероссийского уровня может быть выровнена в ближайшие три года. Особенно с учетом того, что мы активно запускаем строительство нового жилья и планируем давать служебные квартиры для учителей и врачей.
Президент РФ Владимир Путин и губернатор Севастополя Михаил Развожаев (слева)
Фото: РИА Новости/Пресс-служба Президента РФ
Но обратите внимание: Севастополь достигал сегодняшних показателей с 2014 года. До этого проблемой кадров никто не занимался. Население Севастополя за 10 лет увеличилось в два раза. То есть вся инфраструктура была рассчитана на совершенно другое количество людей. И приехавшие из других регионов страны новые горожане — это большой миграционный приток. И у нас не так, как во многих субъектах РФ, когда прирост идет эволюционным способом. А до этого инфраструктура была советская, в украинский период она фактически не развивалась. За 10 лет всё это было сделано, и сегодня яркого дефицита нет. Есть небольшое отставание от среднероссийского уровня, но мы понимаем, как его преодолеть.
— Кстати, Владимир Путин еще в апреле говорил, что может вновь к вам приехать, побывать в Херсонесе Таврическом. Рассчитываете ли вы на приезд президента в этом году, особенно учитывая открытие «Нового Херсонеса»?
— Мы Владимира Владимировича ждем в любое время, всегда. Каждый его приезд в Севастополь — это всегда событие, это гордость для людей, потому что президента очень любят в Севастополе. В марте 2023 года он неожиданно появился в только что достроенной и готовящейся к открытию школе искусств. Мы готовились докладывать об открытии этого объекта дистанционно, но внезапно появился Владимир Владимирович и лично осмотрел школу — это, конечно, было удивительное событие, и до сих пор весь город о нем помнит. «Новый Херсонес» стал точкой, где каждый гражданин нашей страны должен побывать, чтобы прикоснуться к истокам нашей государственности и нашей цивилизации. Поэтому, я думаю, что этот визит состоится. Но тогда, когда это будет уместно и когда Владимир Владимирович примет такое решение.
«Интеграция Севастополя в пространство РФ за десять лет завершилась на 99%»Глава субъекта Михаил Развожаев — о годовщине возвращения полуострова Крым в состав РФ, восстановлении Херсонеса Таврического и мужестве горожан
«Мы с оптимизмом смотрим на предстоящий летний период»
— Скоро в Севастополе начнется туристический сезон. Как вы оцениваете перспективы турпотока на это лето? Особенно учитывая последствия разлива мазута в декабре 2024-го?
— По первым прогнозам предполагалось, что мы вообще не столкнемся с этой проблемой. К сожалению, все-таки часть мазута донесло течением до юго-западного побережья Крыма, то есть до Севастопольской зоны. 3 января мы обнаружили эти выбросы мазута на пляже Севастопольский и сразу же приступили к их устранению. Горожане сами инициировали уборку территории, особенно там, где любят отдыхать. Мы полностью устранили все видимые последствия этого инцидента на береговой линии Севастополя. Продолжаем мониторинг.
Сейчас мы уже с Роспотребнадзором проводим анализ побережья с точки зрения проб и допустимости концентрации. Первые пробы показывают, что пляжи абсолютно чистые, никакого превышения ПДК не наблюдается. Кроме того, наши водолазы обследовали дно в районе Севастопольских бухт. На дне мазута не обнаружено. И в толще воды тоже никаких образований нет. Поэтому сегодня ситуация стабильная, контролируемая. Конечно, есть некоторые опасения по поводу тех кораблей, которые еще не подняты, но уверен, что там ведется работа с соответствующими службами. Мы очень рассчитываем, что решение будет найдено и новых выбросов на территории Севастополя не будет.
Фото: ИЗВЕСТИЯ / Зураб Джавахадзе
В целом мы с оптимизмом смотрим на предстоящий летний период. Сейчас мы видим, что по сравнению с весной прошлого года очень позитивная динамика — плюс 40% бронирований. А на летний период прогнозируем увеличение практически вдвое по сравнению с прошлогодними показателями.
— В этом году в сентябре в Севастополе состоятся выборы губернатора. Почему вы решили вновь бороться за должность? Что лично для вас значит город-герой?
— Мы много говорили о том, что нужно еще сделать для решения поставленных задач. И активная фаза реализации многих проектов, например, того же медицинского кластера или очистных сооружений, началась именно в мой первый срок. Мне как ответственному человеку хотелось бы эти проекты завершить и сказать себе, что они реализованы от начала до конца. Мне кажется, это ответственная и правильная позиция — не оставлять дело в процессе. Это мой главный внутренний профессиональный вызов.
Я очень люблю Севастополь. Я его воспринимаю в двух измерениях. Одно — это город-символ, это такой русский феникс, который ярко горит, освещает исторический путь нашей страны. Периодически в тяжелые для Родины времена сгорает, но всегда восстанавливается из пепла. И сегодня его новый период возрождения, когда он горит очень ярким светом и, начиная с 2014 года, освещает наш исторический выбор, исторический путь. Второе — личное отношение. В какой-то момент жизни начинаешь думать о том, где бы ты хотел, хотя, может, это расхожий штамп, встретить старость. Я бы хотел в Севастополе. Не знаю, как дальше будет складываться мой жизненный путь, но я бы хотел принимать своих внуков именно в Севастополе. И для этого надо очень открыто и смело смотреть людям в глаза, ходить по улицам, чтобы не было стыдно за то, что ты делаешь.