Начнем с России.
Православная психология в России опиралась на святоотеческое учение о человеке и создавалась преимущественно в духовных школах.
В XVII веке в Киево-Могилянской академии монахи и богословы создали корпус психологических текстов. Первый законченный систематический труд по психологии «Наука о душе» появился в 1796 году, его автор – диакон Иван Кандорский.
В XVIII веке появилась целая плеяда ученых, православных психологов: Лопатин, Юркевич, Снегирев, Кавелин и др.
В 1833 году в Киевской духовной академии начинается систематическое преподавание психологии. И как системное знание православная психология окончательно складывается во второй половине XIX века.
Особо следует отметить труды ректора Киевской духовной академии святителя Иннокентия (Борисова) (архиепископа Херсонского и Таврического) и именитых выпускников академии – архимандрита Феофана (Авсенева) и святителя Феофана Затворника, автора знаменитого труда «Воплощенное домостроительство. Опыт христианской психологии».
Русская духовная психология оказала огромное влияние на философскую и педагогическую мысль XIX и XX веков: в этом контексте можно назвать имена Семена Людвиговича Франка, Константина Дмитриевича Ушинского, Василия Васильевича Зеньковского, Ивана Александровича Ильина, Бориса Герасимовича Ананьева.
Однако в начале ХХ века духовная психология стала жертвой известных исторических катаклизмов.
В XX веке психология и на Западе, и в СССР пережила бурное развитие и стала самостоятельной областью знания и практикой, мощно влияющей на социальную жизнь.
В начале 1990-х годов в России вместе с возвращением православной церкви в социальную жизнь возникла идея возрождения русской святоотеческой психологии, имеющей свой опыт, свою теоретическую базу. Но этому не суждено было свершиться – психология в России начала активно развиваться в секулярно-протестантском направлении.
Если православная психология основывается прежде всего на православной антропологии и наследии святых Отцов, то секулярно-протестантская ориентирована на западный опыт.
Православная психология опирается на понятие «душепопечение», что подразумевает утешение страждущих, забота о них в свете евангельского учения. А современная секуляристская психотерапия наполнена совершенно иными смыслами. При этом запрос на психотерапевтическую помощь сегодня огромен, в том числе и в среде православных людей.
Как быть? Как разобраться?
20 декабря 2023 года, выступая на ежегодном епархиальном собрании московского духовенства, Святейший патриарх Кирилл с прискорбием отмечал, что сегодня в России «развилась целая индустрия коммерциализированных психологических практик, иногда даже наукообразных, но, как правило, далеко отстоящих от настоящей академической науки», что «приводит в конце концов к подмене самой сути пастырского служения, к появлению своего рода ”секулярного душепопечения”».
Патриарх Кирилл обратил внимание на стремление секулярной психотерапии не только подменить собой пастырское душепопечение, но корректировать это душепопечение, заменяя его евангельскую природу на секулярную.
Из всего огромного корпуса различных вредоносных психологических направлений для примера выделю всего два, которые укажут на повреждающие последствия соприкосновения с душой страждущего человека.
Одна из наиболее мощных угроз проникновения западной секуляристской психологии в российскую – заимствование аналитической психологии личности Карла Юнга. Юнгианская модель предполагает человека с активным коллективным бессознательным, где якобы и сосредоточена духовность, которую Юнг понимал особенным образом. Он писал: «Я равным образом мог бы сказать ”бог” или ”демон”, если бы желал выразиться мистически». Внимательно читая Юнга, становится понятно, что если человек не может решить психологические проблемы, обращаясь к светлой стороне жизни, к идеалам, то следует обратиться к силам темным. Главное – получить желаемое. Собственно, в этом и состоит суть его психотерапии.
Православный анализ аналитической психологии личности показывает, что это не что иное, как наукообразное переложение магических практик древних религиозных культов. Использование психотехник из арсенала аналитической психологии приводит к деградации личности и является душевредной.
В последнее время аналитическая психология вошла в душепопечительские методики секулярно-протестантской психологии, которая называет себя христианской. Само название «христианская психология» зачастую не соответствует своему содержанию и вводит пациентов в заблуждение.
Особенность подобных душевредных психотерапий та, что происходят серьезные изменения в структуре личности не только прошедших через нее пациентов, но прежде всего самого психотерапевта. Вплоть до расщепления сознания.
Психотерапевт использует не только некие приемы и техники. Самый главный инструмент воздействия психолога – его собственная личность, транслирующая свои смыслы и ценности, свое мировоззрение. Но если личность психолога повреждена, то нас ждут опасные результаты.
Продолжая тему опасного проникновения «секуляристского душепопечения», упомянем еще одно направление психологии, глубоко укоренившееся в современной России, – гуманистическую психологию Карла Роджерса и Абрахама Маслоу. Здесь человек мыслится свободным и преобразующим самого себя. Главной его ценностью является его «Я». Переняв от Иммануила Канта идею о личности как высшей ценности в мире, гуманистические психологи довели ее до крайности, когда человек не только равнодушен к Богу, но и замещает Творца. Человек, взращенный гуманистической психологией, оказывается эгоистичным, самовлюбленным, самодовольным, прагматичным и безразличным к другим людям и всему, что находится за пределами его «Я».
Многие психотерапевты работают под вывеской «христианской психологии». Это повышает уровень доверия к ним со стороны пациентов.
Кому-то они советуют развестись, если с «партнером уже не комфортно», кому-то рассказывают, как вредна «созависимость», которая якобы возникает у супруги алкоголика, поэтому необходимо как можно быстрее спасти себя, «сепарироваться», ведь ему уже все равно не поможешь «Сепарироваться» предлагают и от старых родителей, если они «токсичны». В сущности, такой психолог мало чем отличается от большого количества своих коллег – и подобными советами, и даже специфическим жаргоном, оскверняющим главные христианские добродетели: любовь, верность, жертвенность, смирение, милосердие.
Особенно печально, когда такой психологической обработке подвергаются священники. Об одном из них я слышал от его собратьев по служению. Они были не на шутку перепуганы теми изменениями, которые произошли с ним и с его супругой-матушкой после прохождения неких психологических курсов. На прямые вопросы, что случилось, батюшка, до поездки в Москву отличавшийся безотказностью, кто бы к нему ни обращался за помощью, стал буквально неузнаваем – при встречах старался быстрее попрощаться, объяснял, что надо «беречь ресурс» и не позволять телефонными звонками вторгаться в «личное пространство». Говорил, что курсы им с супругой очень помогли, что они на многое пересмотрели свои взгляды и теперь не торопятся отвечать даже на просьбы престарелых родителей повидаться. «Мало ли, у кого какие капризы».
Распространение «секуляристского душепопечения» и проникновение секулярной психологии в церковную мысль являются сегодня главным вызовом для православных психологов. И этот вызов требует своевременного, принципиального и содержательного ответа. Ситуация становится достаточно опасной. Данный вопрос приобретает важное значение. Он касается реабилитации наших воинов, помощи их семьям, так как влияние душевредных психологических направлений во многом аналогично влиянию деструктивных сект.
Нам необходимо возрождать нашу российскую традиционную психологическую школу. Тем более что у нас есть высококлассные православные психологи. Но они в меньшинстве. Они вытеснены на обочину.
Сегодня российская гуманитарная наука стремительно вырывается из сороско-болонского пленения. Богословы, философы, правоведы, историки и политологи расправляют плечи. Уже заметны подвижки в социологии – науке об обществе. Пора переводить на отечественные рельсы и психологию. У нас для этого все есть. И научная традиция, о которой я говорил выше, и поддержка Святейшего патриарха Кирилла, и политическая воля, сформулированная Владимиром Путиным в 809-м указе, где идет речь о примате духовного над материальным.
Православная психология основана на святоотеческом понимании человека. Это научная дисциплина, интегрирующая современную психологию, христианскую антропологию и писания св. Отцов Церкви.
Принципами православной психологии являются теоцентризм, богоподобие и богообразность человека, выходящие за рамки секулярной биопсихосоциальной парадигмы.
Проблемы, решаемые православной психологией, в конечном счете связаны с поврежденностью человеческой природы первородным грехом, с нарушением целостной структуры человека и образа Божьего в нем, а также с подверженностью человека негативным влияниям падшего мира.
Истинной причиной личностного и межличностного конфликтов является состояние, когда человек забывает, что он духовное существо. Необходимо понимание того, что истинное исцеление не может происходить без религиозных таинств.
Православная психология в целом – это психология человека «обновленного», который идет тесным путем духовно-нравственного спасения и помогает в этом другим людям.
Современная психология накопила множество эмпирических фактов о психических процессах, качествах и свойствах человека, создала множество ценных психолого-педагогических приложений, поэтому может дать много полезного и применимого для практики православной психологии, однако все это должно подлежать критическому осмыслению.
Православный психолог не отвергает теоретических психологических знаний о человеке. Современная психотерапия различных направлений наработала большой и разнообразный опыт практической помощи людям с психологическими проблемами; его нельзя не учитывать, но в нем необходимо правильно ориентироваться. Все используемые православной психологией практические методы должны преломляться через православное мировоззрение.
В то время как секулярно-протестантская западная психология стремится выработать в человеке субъективное ощущение комфорта путем сакрализации и раздувания человеческого эго.
Сможем ли мы развернуть системную помощь воинам, вернувшимся с полей СВО, если не сохраним и не разовьем душепопечительскую деятельность в должном объеме?
Без преодоления «расщепляющих» влияний постмодернистских психологических методик нам это едва ли удастся сделать.
Между тем ничто не мешает нам сегодня сохранить и укрепить наш суверенитет в этой научной сфере. Мы должны обратить особое внимание на эту сферу душепопечения.
Там, где психологи работают вместе с православным духовенством, там достигается положительный результат. Мне довелось наблюдать это в Смоленске, где фонд «Защитники Отечества» тесно работает с епархией совместным решением губернатора Василия Анохина и митрополита Исидора.
Вопрос: где взять специалистов? Где пройти обучение по программе «православная психология»?
В Российском православном университете святого Иоанна Богослова после долгого изучения проблемы и консультаций с ведущими православными психологами мы полностью изменили программу подготовки психологов в соответствии с православным представлением о человеке и в соответствии с федеральным государственным образовательным стандартом по направлению подготовки «психология». Мы разместили кафедру психологии прямо при богословском факультете.
Мы развиваем свой подход – комплексное изучение человека, его психики с точки зрения православной антропологии и святоотеческого учения о человеке и заботимся о сохранении независимости от влияния «секуляристского душепопечения».
На сегодняшний день это единственный в России вуз, в котором готовят действительно православных психологов. Сделать это было очень непросто. На погружение в тему, изучение ее и подготовку ушло три года. Плюс к профессиональным предметам в программу включены двенадцать вероучительных дисциплин, включая православную антропологию и нравственное богословие.