С радостью посещаю древнейшую обитель, где спасаются сестры, и чувствую, что благодать Божия присутствует на этом месте. Потому что многое за короткий срок произошло, обитель возродилась, и чисто визуально все это ощутимо. Но самое главное, как мне кажется, — возродилась монашеская жизнь, и сюда приходят, посвящают свое служение и всю свою жизнь Господу те, кто действительно через обеты отдает себя Спасителю нашему. Именно в этом — ценность монастырской жизни.
Служение монашествующих — это бескомпромиссное служение. Если служение церковных людей в миру может сопровождаться в той же мере заботой о семье, о близких и родных, о материальном благополучии, то те, кто переступает порог обители, полностью отрицаются от всех этих дел. По крайней мере, именно такая монашеская жизнь является спасительной. А когда остаются многие попечения о земной жизни, тогда имеет место некая дихотомия, то есть разделение человеческой природы и, что самое главное, рассредоточение внимания. Тогда монашеской жизни наносится огромный ущерб, а человек, ступивший на путь служения Господу в монашеском звании, несомненно согрешает. Вот об этом нужно помнить всегда.
Иногда облечение в монашеские одежды, участие в монастырской жизни сосредоточивает наше внимание на важных, но не главных делах. Например, на том, чтобы строго соблюдать пост. Конечно, это важно! Но это не самое главное. Если при каких-то обстоятельствах, грубо не нарушая, дать себе послабление ввиду, может быть, некоего нездоровья, то, несомненно, Господь любовью Своею покрывает такой проступок. Но ведь монашествующий, вступая на путь служения, обещает Богу быть Ему верным, и, если раскрыть несколькими словами смысл монашеских обетов, то это полное посвящение себя Господу. И никакие другие вопросы, особенно связанные с личной жизнью, не могут господствовать, поглощать внимание монашествующего, отвлекать его от самого главного.
В этом-то и ценность монастырского бытия. Потому что монашествующий, живя в миру, конечно, неспособен оградить себя от всех тех вызовов, которые мир обращает к верующему человеку. А пребывание в обители создает благоприятные условия для полного посвящения себя Господу, для исполнения обетов, для беззаветного служения Церкви Христовой.
Я бы особенно подчеркнул важность монашеской жизни в крупных городах и таком мегаполисе, как Москва. За монастырской оградой бушует современная жизнь, со многими проблемами и скорбями, со страданиями и радостями людей. Но эта бушующая за стенами обители жизнь ни в коем случае не должна врываться внутрь монастырской ограды. И это особенно важно понимать монашествующим, которые вступили в городские обители.
Вот и на вашей святой обители также лежит эта ответственность и обязанность — стать духовным оазисом, где люди, и пребывающие в монашеском звании, и посещающие монастырь, чувствовали бы совершенно особую духовную атмосферу. Молитвенную, пронизанную любовью и заботой — теми самыми идеалами и ценностями, которые проповедует христианство и которые в первую очередь должны отображаться в монашеском житии.
Еще раз хочу сказать: если кто по немощи упустил что-то в исполнении монашеского правила, то покроет Господь Своей любовью. А вот если упустит, как я нередко говорю, по окамененному нечувствию самое главное — милость и любовь, если перестанет видеть приоритетом именно такое служение, такой монашествующий сугубо ответит пред Господом.
Знаю, что в этой обители делается очень многое для того, чтобы монашеские добродетели осуществлялись в полной мере, чтобы обитель служила ближним и дальним. Хотел бы сказать еще и об особом служении игумении Ксении, которая возглавляет Правовое управление Московской Патриархии. Несмотря на монашеские обеты и монашеское облачение, игумении Ксении приходится входить в гущу проблем, которые окружают по внешнему контуру церковную жизнь, бороться за права Церкви, защищать ее интересы. Конечно, эта брань отличается от традиционного монашеского служения, но нужно вспомнить пример Пересвета и Осляби. Там брань была даже не интеллектуальная, находящаяся в плоскости права, — там речь шла о самом бытии страны нашей. И преподобный Сергий благословил иноков идти на бой — не виртуальный, реальный бой, — с тем чтобы они, обнажив мечи свои, дали пример воинству Дмитрия Донского, вооружили духовной силой и способностью отразить страшного врага.
Вспоминаю сейчас Пересвета и Ослябю, чтобы подчеркнуть — в наше время, слава Богу, этот подвиг не совершается с мечом в руке. Но нередко приходится вступать в очень серьезные дискуссии, а нередко и в борьбу за право Церкви осуществлять свое служение в полноте, иметь для этого всё необходимое — и школы, и приюты, и больницы. Чтобы мы могли действительно и словом, и делом нести народу нашему свидетельство о любви Христовой. Именно на этом поле и возникают, в том числе, и юридические проблемы, к решению которых имеет прямое отношение ваша игумения.
Хотел бы еще раз поблагодарить Вас, матушка, за эти труды, а всех сестер — за молитвенное бдение и труды, которые они несут, как я уже сказал, в центре мегаполиса, утверждая тем самым идеал иноческого служения и провозглашая этот идеал перед теми, кто, может быть, и не имел никакого представления о монашеской жизни до первого соприкосновения с обителью.
Пусть Господь хранит сей монастырь, Вас, матушка игумения Ксения, всех сестер и всех, кто с верой, надеждой и молитвой посещает эту обитель, испрашивая у Господа благословения на свою жизнь и на свои труды.
Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси