— Здравствуйте, Ваше Святейшество! Меня зовут Филипп Гриненберже, я из Франции. Сейчас мы наблюдаем «многополяризацию» мира. Будет ли, по Вашему мнению, меньше войн, меньше страдания, и будет ли этот многополярный мир более справедливым? И что каждый человек должен сделать, чтобы этого достичь? Спасибо.
— Спасибо. Я уже что-то говорил о многополярном мире, но позвольте резюмировать. Либо мир будет многополярным, либо он не будет существовать. Ведь если мир будет управляться из одного центра, как сейчас пытаются сделать, — центра экономической силы, центра военной силы, центра, который может диктовать свою волю другим, — то такой мир будет нежизнеспособным. Поэтому наши призывы к многополярности, к демократизации общественных и межгосударственных отношений, к включению понятия справедливости в эти отношения — все это забота о том, чтобы мир существовал.
В этом смысле, я думаю, очень важна позиция нашей молодежи. Действительно, именно от вас зависит будущее, вы в него войдете и будете только вспоминать, что были такие старички, которые тоже что-то говорили. Это будет ваша реальность, которая от вас зависит, и в первую очередь я хотел бы пожелать всем вам крепкой веры, любви друг к другу и к Отечеству и способности различать духов — духов злобы от духов радости и спасения. Вот эта способность различать добро и зло и может предопределить мирное и справедливое развитие человеческой цивилизации.
— Спасибо большое.
— Здравствуйте. Меня зовут Кимберли Глисон, я живу недалеко от Ростова Великого. Моя семья переехала в Россию, потому что мои родители хотят растить детей согласно своей вере, а не той идеологии, которую навязывают в США в сфере гендера. Но как западным христианам защитить своих детей? Может ли Россия принять всех желающих?
— Россия, конечно, большая страна и многих может принять, но не думаю, что возможно принять всех желающих. Однако я благодарен Вам за слова, которые Вы сейчас произнесли. Это свидетельствует о том, что и на Западе молодежь видит в России определенную альтернативу. И Вы не ошибаетесь — это действительно так. На сегодня, я думаю, у нас почти достигнут общественный консенсус, потому что нам очень дороги наши ценности — ценность семьи, ценность любви, ценность брачных отношений и, конечно, ценности, связанные с нашей верой.
Но еще и еще раз хочу сказать, что не все так просто в современном мире. Благодарю Бога за то, что очень много людей сегодня действительно видят в России свет в конце туннеля. Это накладывает на Россию очень большую ответственность, но это не снимает ответственности и с людей, которые живут в других странах.
В качестве практической рекомендации я бы сказал о необходимости создания системы взаимной поддержки и солидарности. Когда коммунисты боролись за власть, был выдвинут такой лозунг: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» Не получилось, но лозунг был очень привлекательный. Вот я бы всем сегодня сказал, что все совестливые люди, все, кто сознает опасность цивилизационного пути, который нам предлагают сильные мира сего, — все такие люди должны объединяться.
Когда я смотрю на вас, мои дорогие, я вижу, что вы представляете семью молодых людей, уже объединенных общими идеями и смыслами. Еще раз скажу: надо молиться и работать для того, чтобы эта солидарность расширялась по всему миру. Ведь если мы останемся в абсолютном меньшинстве, то сами спасемся, а вот мир может и не спастись. Поэтому, несомненно, нужно работать на поддержку друг друга, на поддержку единомышленников, на создание разного рода организаций молодежи, целеполаганием которых являются наши мечты и наши надежды.
— Здравствуйте! Меня зовут Карим, я из Египта. Правда ли, что во время Вашей встречи с Председателем Си Вы подарили ему свою книгу «Свобода и ответственность»? И как Вы считаете, что важнее: быть свободным или нести ответственность перед государством, общественностью и семьей? Спасибо.
— Благодарю Вас. Да, я встречался с господином Си Цзиньпином, замечательная была беседа, очень содержательная, на мой взгляд, и она касалась той самой темы, которую Вы сейчас затрагиваете. Мы говорили о свободе и ответственности — думаю, для мира это сейчас самая важная тема. Ведь никто не хочет уходить в рабство, никто не хочет, чтобы над ним господствовали какие-то внешние силы, и потому личная свобода очень важна. Что говорить, совсем другой стала жизнь в нашей стране, когда люди почувствовали свободу — свободу предпринимательства, свободу выбирать свой жизненный путь, свободу политического выбора, возможность кого-то критиковать, а кого-то поддерживать. Это просто необходимые условия формирования и развития свободной творческой личности.
Но и тема ответственности очень важна, и я благодарю господина Си Цзиньпина за понимание, с которым он отнесся к тому, о чем мы с ним говорили. Действительно, я подарил ему свою книгу, а она была написана в довольно трудное для меня время. Я просто озадачился проблемой — я не мог понять, как тема прав человека могла разрушить Советский Союз, то есть историческую Россию. Как? А очень просто. У тогдашних идеологов не хватило ни ума, ни терпения, ни, может быть, знаний или желания, чтобы объяснить людям простую вещь, что свобода без ответственности — это анархия, а ответственность без свободы — это рабство. И только если мы комбинируем эти два понятия, мы можем обеспечить нормальное развитие человеческого общества, в том числе достижение справедливости.
Возвращаясь к беседе с господином Си Цзиньпином, должен сказать, что это была содержательная беседа, которая произвела на меня очень хорошее впечатление. Нынешний руководитель Китайской Народной Республики — это мудрый человек, очень благожелательно относящийся к России.
— Здравствуйте! Меня зовут Сиротюк Анастасия, я из Молдовы. Уважение к родителям является традиционной ценностью, но, как нам известно из Вашей биографии, в молодости Вы покинули своих родителей и стали жить самостоятельной жизнью вопреки их воле. Как сохранить уважение к родителям, живя своей, а не их жизнью? И как предотвратить конфликт отцов и детей? Спасибо.
— Спасибо Вам за этот вопрос. Сразу вспоминаю, что произошло, когда я ушел из дома. Это не было против воли родителей. Конечно, когда я сказал, что хочу жить самостоятельно, — а я был совсем молодым, мне было 16 лет, — маму это повергло в тяжелое состояние. Она плакала, папа ходил задумчиво, и они стали меня спрашивать: что же ты хочешь? В то время мы, будучи ленинградцами, жили в районном центре Красное Село (сейчас это уже часть Большого Петербурга), куда отца послали служить не по его желанию. Он был авторитетным проповедником, люди его любили, но начались хрущевские гонения, и таких священников пытались изолировать от паствы. Вот и отца перевели, и мы переехали вместе с ним в Красное Село. А я закончил восьмой класс и стал размышлять о своем жизненном пути. Подумал, что мне в школе скучновато — может быть, еще и потому, что это было время тотальной идеологической обработки. Например, все должны были быть пионерами, а я так и не стал пионером. Не в силу оппозиционных политических взглядов, а просто потому, что быть пионером означало в то время быть атеистом, я уже об этом рассказывал.
Еще раз расскажу: меня решили «прорабатывать» в школе, а школа была передовая, пригласили на педсовет, ну и все на меня набросились: «В наше время уже спутники летают, а ты в Бога веришь??», — ну и так далее, по схеме. А я им сказал простую вещь: «Я не против того, чтобы вступить в пионеры, только у меня маленькое условие — чтобы я мог в воскресенье, повязав пионерский галстук, идти в церковь». Помрачнели мои собеседники и сказали: «Это невозможно». «Тогда, простите, мне невозможно вступить в пионеры». Вот так мы разошлись.
И вот мне пришлось вернуться в Ленинград, жить одному, зарабатывать — а зарабатывал я очень мало, жил на рубль в день. Это было очень мало, все было рассчитано до копейки. Помню, 6 копеек на трамвай туда и обратно, кажется, 3 копейки на покупку газеты, комплексно-рационный обед за 60 копеек в столовой, а остальное — на завтрак и ужин. Вот с этим было трудно — надо было покупать батон за 13 копеек и плавленый сырок за 11, и делить на две части. Вам это все непонятно, но люди старшего поколения знают, что это такое. Было тяжеловато, недоедание и все прочее, но я благодарю Бога за то время, потому что я попал в замечательный коллектив. Я поступил работать в Ленинградскую комплексную геологическую экспедицию, где выучился на картографа. Я встретился с замечательной ленинградской интеллигенцией. Большинство из них были люди верующие, очень просвещенные, с независимым суждением, и они, конечно, оказали очень благоприятное влияние на мое развитие.
Поэтому глубоко убежден: то, что я стал жить самостоятельно, ни в коей мере мне не повредило, а, наоборот, во многом помогло. Но это не был конфликт с семьей.
— А возможно ли вообще преодолеть конфликт отцов и детей? То есть отпустить ребенка и дать ему возможность жить самостоятельно?
— Я бы так смело не сказал. Во-первых, что за ребенок? Как он воспитан? Какие у него убеждения? Ребенок, который каждое воскресенье ходит в храм и воспитан в очень сильных убеждениях, — запросто. А вот если ребенок не знает, где правда, где ложь, где хорошо, где плохо? Если он очень подвержен внешним влияниям — культурным, поведенческим и так далее? Тогда нужно очень серьезно подумать.
Но самостоятельность для человека, способного определять свой жизненный путь, даже в раннем возрасте — это вообще очень хорошая школа жизни. При исполнении тех условий, о которых я сказал.
— Спасибо, Ваше Святейшество!
— Салам алейкум! Я Валид из Алжира, я мусульманин. Во многих западных странах традиционные ценности исчезают, особенно в сфере семьи. Недавно мы видели, что в Греции, православной стране, легализован «однополый брак»; ЛГБТ-повестка навязывается в школах. И вот мой вопрос: означает ли это конец европейской цивилизации, ведь становится ясно, что традиционная семья в европейских странах отменяется? Спасибо.
— Конечно, каждый православный человек, знающий историю, со скорбью воспринимает события в Греции. Ведь Греция — это православная страна; из греческого мира, из Византии мы получили нашу веру, и на территории Греции находится Афон — монашеская республика со строгими монастырскими уставами. О чем это говорит? В первую очередь, это измена со стороны политических элит тем традициям, той культуре и той религиозной ориентации, которая сыграла решающую роль в формировании греческой нации и греческой культуры. Произошло просто предательство.
Может быть, если бы какие-то другие партии пришли к власти, этого бы не было. А сейчас мы можем смело сказать, что Греция потеряла свой суверенитет. Но если она потеряла свой суверенитет, если те силы, в пользу которых этот суверенитет потерян, не являются сторонниками религиозного и духовного выбора, сделанного греческим народом, то возникает внутренний конфликт, который никак не будет укреплять греческое общество.
Поэтому мы с тревогой наблюдаем за тем, что происходит в греческом мире. Это наши братья по вере. В конце концов, из Византии мы получили нашу веру. И я от всего сердца призываю наших братьев и сестер, православных людей, которые прекрасно понимают, что происходит, оставаться верными своей вере, своим убеждениям. А для того чтобы оставаться верными, нужно быть внутренне, духовно сильными. Поэтому я и желаю им такой духовной силы. Будет очень печально, если Греция как культурная наследница Византии потеряет свою духовную самобытность и свою духовную свободу.
— А есть ли опасность, что рано или поздно Евросоюз отменит традиционную семью во всех странах, входящих в его состав?
— А что его будет сдерживать, если уже сейчас и семья, и традиционные ценности практически отменяются? И ведь Европейский Союз не разрушается, потому что главным для многих являются не высокие идеи, тем более не религия, а утилитарные соображения. Хорошо живем, много потребляем — и этого достаточно. Вот самое опасное, что происходит в западной цивилизации, — смещение акцентов. Ведь западная цивилизация —преемница греческой и римской цивилизации, где философия, искусство играли решающую роль в формировании личности. А если сегодня всё это, как и религия, уходит на задний план, — а мы видим, что так происходит, — то это означает духовную и нравственную деградацию западного общества. И, конечно, по этому поводу у нас не может быть никаких положительных эмоций. Этому надо сострадать и по возможности как-то влиять, чтобы все это не закончилось духовным и нравственным коллапсом. Но на сегодня уже очевидны опаснейшие тенденции в развитии западного общества с точки зрения деградации нравственных и духовных основ человеческого общежития.
— Салам алейкум! Меня зовут Мансур аль-Аджмани, я из Республики Нигер. На Африканском континенте — самый высокий в мире уровень рождаемости, а в моей стране, Республике Нигер, — самый высокий на континенте. Могут ли африканцы стать убедительным свидетельством для каждого, что больше детей в семье — это более значимо, чем материальное богатство и деньги?
— Давайте внимательно посмотрим на Африку и вообще на развивающийся мир. Что сейчас является главным целеполаганием, даже в бедных странах? Избавиться от бедности, стать богатыми, достичь того уровня потребления, который существует в западном мире. По милости Божией эта тенденция пока не разрушает традиционных ценностей, но она их, несомненно, ослабляет, и мы это видим особенно в Латинской Америке.
Значит, что происходит? Люди стремятся жить так, как живут в богатых странах. Но богатые страны, как мы сегодня говорили, переживают духовный кризис. И если в странах Африки, Латинской Америки стремление к богатству не будет сопровождаться духовным ростом и осознанием важности духовных ценностей, если это все будет связано с деградацией религиозной веры, то ничего хорошего из этого не получится. И уж если богатый Запад вошел в кризис, то что произойдет со странами третьего мира, если они духовные основы своей жизни разрушат в угоду стремлению разбогатеть, будучи неспособны достичь этого богатства?
Мои слова ни в коем случае не надо понимать так, будто не нужно стремиться к улучшению материального состояния. Конечно, нужно! Всенепременно нужно развивать экономику, науку, образование. Но при этом будьте бдительны в отношении того, чтобы не разрушить духовные основы жизни, в том числе глубокую веру в Бога, которой сегодня действительно отмечена и Африка, и Латинская Америка.
Если материальный прогресс будет сопровождаться религиозной деградацией, то ничего доброго вы из этого не вынесете, а может быть, кризис будет еще более глубоким и тяжелым, чем это имеет место в развитых странах. Поэтому стойте и держитесь тех ценностей духовных, религиозных, которые являются вашими ценностями, и одновременно развивайте и науку, и технологии, и экономику. Только чтобы одно не вытесняло другое.
— Здравствуйте, меня зовут Гуляева Арина, я из России, Республика Алтай. Насколько я знаю, Вы были участником форума в Казани, который был посвящен теме «Россия — Исламский мир», где отметили, что «как для православных людей, так и для мусульман характерно поступать так, как им Бог велит». Насколько это убеждение твердое? Не грозит ли нам опасность пойти путем секуляризации, поиска не воли Божьей, а лишь исполнения собственных желаний и поиска благополучия только для себя? Спасибо большое.
— Поиска благополучия для себя мы никогда не избежим. Вот рука так устроена. И еще: если человек перестанет о себе заботиться, он может погибнуть. Здесь все зависит от пропорций и от взаимосвязи с другими ценностями. Будет правильно, если мы, не исключая работу для себя, для своей семьи, для своих детей, желание жить лучше будем сопровождать также заботой о своей душе, о своем мировоззрении, и, как человек религиозный, скажу прямо — о сохранении веры. Потому что это и есть самая большая сила, которая может удерживать человека от греха, а значит, от распада личности.
Если мы сумеем все это сбалансировать, то и хорошо. Но одностороннее развитие с уклоном исключительно в материальную сторону приведет нас в лучшем случае к экономическому, духовному и культурному кризису, который сейчас переживают богатые страны. А в худшем случае могут быть еще более драматические последствия. Речь идет в первую очередь о будущем человека и о будущем человеческой цивилизации. Еще раз скажу: цивилизация не сможет пережить эти высокотехнологичные вызовы, если не будет одновременно духовного роста людей, если не будут укрепляться духовные и нравственные ценности. Это абсолютно очевидно, об этом кричать нужно!
Вот поэтому, когда нам говорят с высоких трибун: мы должны сделать то-то и то-то в плане развития техники, повышения уровня благосостояния, — как печально, если никто о самом главном не говорит. А что с человеком будет происходить? Всё по горизонтали, а ведь именно вертикаль определяет полноту человеческой жизни и счастья.
Поэтому еще и еще раз: очень ценю эту возможность с вами встретиться, пообщаться, поделиться своими мыслями. И, самое главное, осознать, что сейчас очень много людей действительно озабочены духовным кризисом современной цивилизации. А для того чтобы выйти из этого кризиса, никогда нельзя игнорировать вертикаль человеческого развития, то есть то, что соединяет нас с тем, что наверху, а не внизу.
— Здравствуйте! Меня зовут Абдул Азиз, я из Нигера. Молодые люди живут в мире высоких технологий, общаются через текстовые сообщения или по видеосвязи; говорят, что личное общение уже потеряло релевантность. Как Вы считаете, нужно ли человеку общаться с другими лицом к лицу, есть ли в этом какая-то ценность?
— Я уже старался более или менее об этом сказать, но еще раз скажу: если стремление к обеспечению себя и своих ближних материальными благами будет доминировать настолько, что полностью снизит значение духовного измерения человека, то мы построим нежизнеспособную семью, нежизнеспособное государство, нежизнеспособную цивилизацию. Может быть, это должно сейчас звучать рефреном: чем более развиваются наука, техника, технологии, тем больше внимания должно быть уделено душевной, духовной составляющей человека. Ведь не шутка все то, что сегодня предлагает нам наука. Это и замечательные вещи, которые используются в быту. Но ведь наука создает и оружие массового уничтожения, и иные инструменты ослабления и уничтожения рода человеческого, помимо оружия. Поэтому чем интенсивнее идет научно-техническое развитие, тем активнее должно быть развитие внутренней духовной составляющей каждого человека и человеческого общества. Только это гарантирует выживание рода человеческого, а в противном случае — конец света и торжество зла.
Если мы думаем о будущем, мы должны непременно помнить, что без развития духовной составляющей личности, без влияния духовных ценностей на человеческое общество мы действительно вступаем в очень рискованную полосу развития цивилизации, которая может привести к самому неприемлемому исходу — род человеческий истребит сам себя. А при наличии оружия массового уничтожения это возможно уже сейчас.
— А какую роль здесь играет непосредственное общение человека с человеком вне соцсетей, текстовых сообщений и видеосвязи?
— Если мы ограничимся соцсетями, видеосвязью и всеми прочими новыми технологиями, мы потеряем самое главное. Приведу неожиданный пример. Когда вы выбираете материю на платье, что вы делаете?
— Надо потрогать.
— Да, тактильность — нужно потрогать. Вот и тут точно так же: нужно потрогать, нужно почувствовать. Просто глазами, ушами и даже мозгом недостаточно — нужно прикоснуться, испытать на прочность, испытать на верность. Без этого личного опыта соприкосновения с реальностью невозможно прогнозировать будущее.
— Здравствуйте! Кувалдин Егор, Архангельская область, город Северодвинск. Очень часто в публичном пространстве бытует мнение о том, что Церковь хочет остановить прогресс и вернуть общество в средневековье. Как Вы считаете, должна ли Церковь идти в ногу со временем? Спасибо.
— А как Вы думаете, вот мы с вами тут сидим и при помощи микрофонов общаемся — это в ногу со временем? «Церковь устарела», «Церковь о чем-то таком, что неинтересно молодежи», «нужно идти в ногу со временем» — а что, собственно, значит «в ногу со временем»? Ведь требуется интеллектуальный и нравственный выбор — что выбрать из современного, чтобы вместе с ним идти.
Вот я бы не хотел идти вместе с идеями, которые разрушают целостность человеческой личности, человеческой семьи, которые подрывают любовь к Отечеству и патриотические чувства. Мне бы не хотелось идти в ногу с теми, кто исповедует в качестве якобы современных идей подобного рода взгляды, предполагающие отказ от собственной идентичности. Ведь моя собственная идентичность укоренена в идентичности страны, народа, семьи.
Поэтому ни в коем случае не нужно отказываться ни от чего доброго и правильного, особенно того, что формирует человеческую личность. Даже если это доброе принадлежит прошлому, как таблица Менделеева или теорема Пифагора, — мы же и сегодня всем этим пользуемся. Думаю, не надо выбрасывать ничего такого из прошлого, что необходимо для настоящего и будущего. И мы должны строить будущее, основываясь на исторических знаниях, на интеллектуальном и духовном опыте.
— Салям алейкум, меня зовут Кельдебек, я из Кыргызской Республики. Хотелось бы затронуть острую сейчас миграционно-культурную тему. Вы занимаете достаточно жесткую позицию в отношении мигрантов. Отсюда вопрос: в чем Вы здесь видите проблему и нет ли в этом стремления ограничить присутствие в стране разных культур и религий?
— А с чего Вы взяли, что у меня жесткая позиция в отношении иммигрантов?
— Вы всегда так высказываетесь.
— Нет, я так не высказываюсь, я вот о чем говорю. Присутствие иммигрантов, обусловленное экономическими потребностями, не должно создавать угроз для национальной идентичности России и русских. Вот представьте себе: в вашу страну приехали люди другой национальности, их много, очень много, и они начинают вытеснять все киргизское. Ведь человек, связанный со своей культурой, скажет, что это не очень хорошо. Может быть, и центростремительные настроения в советских республиках были в свое время спровоцированы тем, что не в полной мере развивалась, скажем, религиозная жизнь в этих республиках. Культура присутствовала, но в основном, я бы сказал, фольклорном плане. Вот ни в коем случае нельзя подавлять ни религию, ни культуру.
Но если говорить о присутствии иммигрантов, то иммигранты в России всегда должны помнить, в какую страну они приехали. Они должны уважать наши обычаи. Русские люди мирные, они не собираются в какие-то группы, которые могут нападать на иммигрантов, избивать их. Есть отдельные экстремистские явления, но это абсолютно не связано с умонастроениями большинства людей. Поэтому я просто говорю о том, что присутствие иммигрантов в России, которое сейчас обусловлено экономическими проблемами, возможно при соблюдении двух условий. Иммигранты должны иметь уважение к той стране и к тому народу, в среде которого они работают. Они не должны формировать свои национальные гетто, агрессивно настроенные к окружению.
Все то, о чем я говорю, имеет место. Конечно, не глобально, иначе государство забило бы тревогу. Но мне хорошо известно, как, например, люди иногда боятся консолидированных этнических групп, которые могут прибегнуть и к насилию по отношению к тем, кто им не нравится. Другими словами, присутствие людей другой культуры, другого языка, другой религии на территории России допустимо, возможно, но непременным условием должно быть уважение к русскому народу, к русской культуре, то есть к культуре большинства. Тогда у нас все будет хорошо, хотя и сейчас неплохо.
— Ваше Святейшество, приношу сердечные приветствия от братского сербского православного народа, прежде всего братьев и сестер святой земли сербской Косово и Метохия. У меня к Вам вопрос. На российском флаге — двуглавый орел; некоторые считают, что он олицетворяет связи России с Европой и Азией. Чего, на Ваш взгляд, в Вашей стране больше — европейского или азиатского? Спасибо большое.
— Во-первых, наш двуглавый орел — это византийский символ, он просто перешел в Российскую империю, в отличие от одноглавого орла на Западе. А что означал в Византии двуглавый орел? Ни про Азию, ни про Европу никто и не думал, речь шла о симфонии между Церковью и государством. Византия была наследницей Римской империи, потом стала православной империей, в Византии был Патриарх, он и сейчас остается, и, конечно, вся культура Византии формировалась под влиянием Православия. Вот эту симфонию в отношениях церковного и государственного символизировал двуглавый орел, и над каждой головой — корона. Это признание значения церковной и светской власти и исповедание той истины, что в единстве и гармоничном взаимодействии этих двух начал, этих двух властей — безопасность, стабильность и благополучие Византийской империи. Вот так прочитывалась эта символика, и я не против этой символики и сегодня.
— Спасибо Вам огромное, Ваше Святейшество, за этот наполненный глубоким смыслом разговор. И вам спасибо, друзья, за такие непростые серьезные вопросы. Кажется, у нашей молодежи все в порядке и с нравственными ценностями, и с представлениями о будущем, правда?
— Это абсолютно точно! Все в порядке с нашей молодежью!
— Спасибо огромное.
Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси
Источник