Этот остров Курильской гряды в советское время имел статус заповедной зоны в связи с обитанием в его прибрежных водах уникальных морских животных. А ныне его хотят превратить в своеобразный Клондайк по добыче золота.
Что значит добывать полезные ископаемые открытым способом, жители островной области уже видят наглядно: там, где из карьеров черпают на Сахалине уголь, вместо лесистых сопок возникают огромные котлованы, а дороги, по которым возят «черное золото» до теплоэлектроцентралей и портов, утопают в едкой пыли. Ни экологи, ни местные власти остановить этот беспредел частных владельцев не могут, ибо порты находятся в черте городов. И жители магистральных улиц, по которым доставляют большегрузными автомашинами да еще с прицепами уголь для погрузки на суда, вынуждены дышать черной пылью и зарабатывать себе болезни профессиональных шахтеров. Даже технологические дороги, которые пытаются строить под давлением общественности владельцы угольных карьеров, не приносят ощутимого результата: все равно уголь приходится складировать в порту.
Но это уголь и на Сахалине. Слава богу, залежей его не открыли еще на Курильских островах. Ибо эта «жемчужная цепь» уникальных по своей природе островов тоже может превратиться в сплошные ямы. Но экологи бьют тревогу: самый заповедный из островов — остров Уруп хотят превратить в дальневосточный Клондайк. Как сообщается на одном из экологических сайтов, компания «Курилгео», 100% акций которой принадлежат кипрскому оффшору Solway Group, в ближайшее время планирует начать здесь золотодобычу. Причем компания будет разрабатывать его очень опасным и вредным способом — путем обработки руды большими объемами смертельно опасных цианидов.
Уруп — небольшой остров, а кипрский оффшор планирует построить там огромный карьер глубиной до 80 метров, где с помощью взрывчатки будет добываться руда, хранилища жидких токсичных отходов, завод по переработке руды и многое другое. Курильские острова — один из самых сейсмически активных районов планеты. Колебания, вызванные техногенной деятельностью, — считают экологи, — например, взрывными работами, могут спровоцировать землетрясение. К тому же, запасов золоторудного месторождения хватит всего на восемь лет, следовательно, работы будут вестись интенсивно. Применение же сильнодействующих ядовитых веществ очень опасно. Прибрежные воды могут быть надолго отравлены. Взрывные работы на карьерах по добыче золотоносной руды заставят каланов и других редких животных покинуть свои места обитания.
Экологи напоминают: на Урупе находятся важнейшие местообитания очень редких морских животных — каланов, тюленей-антуров и сивучей. Основные их лежбища — как раз поблизости от месторождения, где около десяти лет уже работает компания «Курилгео». За это время численность каланов, например, здесь сократилась более чем вчетверо — с двух тысяч до пятисот.
Мне доводилось бывать на Урупе, как раз там, где живут каланы — в бухте Алеутка. За долгие годы отсутствия человека рядом с ними приучили каланов быть доверчивыми и не бояться вторжения «чужаков» на их территорию. Зато можно было часами наблюдать за их жизнью и поведением. Ведь в другом месте России их уже не встретишь.
Экологи объявили сбор подписей с призывом к властям Сахалинской области, чтобы, во-первых, не допустить реализацию проекта по добыче золота на Урупе, а, во — вторых, создать на этом острове особую природную территорию со строгим режимом охраны.
От себя добавлю: попытки развивать на островах промышленность по материковому образцу — за счет частных инвестиций, с размахом и прибылью, практически губит на корню идею превращения всех островов Курильской гряды в «мекку» для экотуристов, которые готовы платить любые деньги, чтобы увидеть первозданную и уникальную природу пока еще не тронутого человеком этого уголка Земли.
Но ныне все измеряется инвестициями и отчислениями налогов в местную казну. Хотя, если судить по тому району Сахалина, где сосредоточены основные частные угольные предприятия, они не столь и велики — особенно в сравнении с ущербом, наносимом природе.
Анатолий Строев
Остров Уруп ждет «золотая лихорадка»?
Остров Уруп ждет «золотая лихорадка»?