Прошедшие съезды республиканской и демократической партий США официально представили своих кандидатов в президенты и вице-президенты. Ими, соответственно, стали тандемы Митта Ромни — Пола Райана и Барака Обамы — Джо Байдена. Партии представили также политические платформы своих кандидатов, видение того, как вероятные первые лица США будут осуществлять внутреннюю и внешнюю политику.
В области внутригосударственных дел главными задачами для будущего хозяина Белого Дома, вне зависимости от его партийной принадлежности, станут вещи, масштаб которых игнорировать просто не получится: растущий по экспоненте внешний долг США, к настоящему времени достигший отметки в 16 триллионов долларов, растущее социальное расслоение и безработица. Пути решения этих проблем партиями предлагаются, впрочем, диаметрально противоположные. Действующий президент Обама настаивает на продолжении своих социальных инициатив, доступных медицинских страховках, снижении платы за обучение в университетах и обновлении экономики «от среднего класса вверх», одновременно занявшись снижением налогов для малого и среднего бизнеса и ужесточением условий работы Уолл-стрит. Реформы заявлены весьма радикальные, вплоть до объявления войны практике лоббизма.
Республиканцы же отводят много места для пояснения важности налоговых льгот иного рода, с привилегированным положением больших корпораций и крупных бизнес-структур, настаивают на снижении государственного долга за счёт устранения «вредных» социальных программ, вроде доступной медицинской страховки, которая, по их словам, сама по себе увеличила внешний долг на 1 триллион долларов. Впрочем, осознавая риски однобокого обращения к избирателям, республиканцы также выражают обязательное уважение к представителям бизнеса малого, обещая ему процветание посредством использования «Богом отмеренных талантов», справедливых налогов и упорного труда.
Аналогичного порядка расхождения имеются и во взглядах на политику внешнюю, в которой изрядное место отведено России. Барак Обама представил программу, которая оказалась удивительно мирной, а по мнению его противников — «откровенно пророссийской». Намечены новые переговоры с Россией о сокращении запасов ядерного оружия, в некоторых сферах мировой политики сотрудничество с нашей страной названо «решающим». Менталитет холодной войны, который демонстрируют противники-республиканцы, по словам штаба демократов, игнорирует вполне реальные общие интересы в области ядерного нераспространения и работы с Ираном и Северной Кореей. Политика «перезагрузки» позволяет сотрудничать в процессе снабжения войск в Афганистане, а вступление России в ВТО является важным шагом к поощрению действовать в основанной на общих правилах системе, защищая также права американских рабочих и фермеров.
В то же время Обама намерен открыто сообщать о разногласиях с Россией, таких, как русская поддержка «режима Асада в Сирии», и обсуждать их с российским правительством, несмотря на важность для американского бизнеса полноценной торговли с нашей страной. В сотрудничестве «с нашими европейскими союзниками, Россией и Китаем», Обама намерен добиваться прекращения ядерной программы Ирана, «который ещё не доказал со всей убедительностью её мирный характер», исключительно дипломатическими методами. Правда, отмечают демократы, пространство дипломатии не безгранично, и все варианты решения «иранской проблемы», не исключая военного, остаются равнодоступными. По отношению к Китаю Обама чуть более холоден, попрекая негибкостью валютного курса, протекционизмом, но приветствуя контакты с китайскими военными и констатируя силу китайской экономики.
Риторика команды Митта Ромни куда более активна. Собственно, сама политическая платформа начинается с того, что «Американская Мечта в опасности», и прошедшие четыре года президентства Обамы были годами потери американского лидерства, которое зависит от экономики и мира посредством силы. Мир же, как никогда, нуждается в мудром и сильном лидере.
Торговля с Россией, по мнению республиканского кандидата, допустима: Россия «заслужила нормализацию» торговых отношений с США. Но кандидат Ромни поддерживает принятие закона о «списке Магнитского» в качестве условия такой нормализации. Россию призвали также «пересмотреть путь подавления оппозиционных партий, прессы, институтов гражданского общества, неспровоцированного вторжения на территорию Грузии, связей с тиранами на Ближнем Востоке, унижения соседей и поддержки последнего сталинского режима в Белоруссии». Митт Ромни пообещал, что при нём союзники США, такие, как Польша и Израиль, встретят бóльшую лояльность, «а Путин увидит меньшую гибкость и бóльшую твердость». Президент Обама был жёстко раскритикован как раз за «гибкость».
Вообще, слова «угроза», «твёрдость» и «сила» являются одними из самых повторяемых в республиканской программе, а концепция того, что Россия является геополитическим врагом №1, не претерпела никаких изменений с марта, когда Ромни озвучил этот тезис в первый раз. Даже забавно, что на фоне всего этого республиканская партия «уважает героизм русских», которые потеряли 28 миллионов человек в войне с нацистами в прошлом веке.
Впрочем, порядка 70% жителей США считают, что заявления сенатора нанесут больший вред стране, чем данное Бараком Обамой в Сеуле обещание Дмитрию Медведеву «быть гибче» в вопросе ПРО после выборов. И даже один из наиболее последовательных критиков России Збигнев Бжезинский заявил, что многие из внешнеполитических заявлений республиканцев «в буквальном смысле смехотворны», и основной угрозой США является сейчас Юго-Восточная Азия. Однако, по данным последних социологических опросов, шансы на победу у Барака Обамы и Митта Ромни полностью равны. Так что мнение о русских, как о воплощении мирового зла определённо имеет немало своих приверженцев в США и по сей день.
Выборы президента США состоятся 6 ноября, и невольно возникает вопрос — какой из кандидатов был бы более «удобен» нам в качестве главы Белого Дома. Ответ, пожалуй, будет предельно прагматичным и несколько мрачным — никакой. Вся разница лишь в том, что республиканцы традиционно больше страдают мессианством и настаивают на самых простых решениях, а демократы реализуют те же задачи с несколько большей дипломатией и гибкостью формулировок. Как заявил нынешний президент и Нобелевский лауреат премии Мира Обама по поводу войн в Северной Африке, «мы не воюем, мы просто бомбим».
Принятие решения о расширении торговли с Россией неизбежно, потому что оно больше необходимо самим США. Вступление России в ВТО интересует их, прежде всего, как жизненно необходимая, перед лицом галопирующего внешнего долга, поддержка американской экономики. Разжигание этнических и религиозных конфликтов с формальной целью свержения «тиранов Востока» будет продолжено, причём с опорой на других тиранов, которых пока целесообразно именовать более благородными терминами. Может меняться разве что соотношение между прямыми военными вторжениями в страну X и стимулированием в ней внутренней политико-экономической нестабильности. А доставка в Москву большой красной кнопки с надписью «Peregruzka», как показала практика, отнюдь не прерывает продолжающегося продвижения американской системы ПРО к рубежам России.
Александр Вишняков
Какой президент США удобнее для России? Из двух зол не выбирают
Какой президент США удобнее для России? Из двух зол не выбирают