14 декабря, немецкие СМИ со ссылкой на некие источники в спецслужбах сообщили о том, что спутниковая разведка зафиксировала размещение «не менее десяти» оперативно-космических комплексов «Искандер-М», развернутых в Калининграде, а также вдоль границы со странами Прибалтики (Латвия, Литва, Эстония).
Эта информация у многих вызвала, как это принято подчёркивать в официальных заявлениях, «большую озабоченность». Главнокомандующий Объединенными вооруженными силами НАТО в Европе Филип Бридлав заявил, что такие сообщения могут стать причиной для беспокойства. Бридлав отметил, что предполагаемые действия РФ еще раз показывают необходимость «постоянных и основанных на уважении отношениях и обмене информации» с российскими военными.
Официальный представитель Госдепартамента США Мари Харф сообщила о том, что США не хотели бы, чтобы Россия предпринимала шаги, «ведущие к дестабилизации в регионе». Забеспокоился и министр обороны Литвы Юозас Олякас, назвавший это тревожными известиями, а советник президента Литвы Дали Грибаускайте во вторник заявил, что действия России не соответствуют декларациям о стремлении к более тесному сотрудничеству с Евросоюзом и НАТО. А сама литовский президент подчеркнула, что Калининградская область с каждым днем становится все более милитаризированной, и это есть результат «поведения России и Владимира Путина с соседями».
Реагируя на «агрессивную политику России по отношению к Литве» и другим соседям, президент Литвы также заявила, что не поедет на Сочинские зимние олимпийские игры. Среди примеров агрессивной политики России, Грибаускайте дополнительно упомянула то обстоятельство, что Владимир Путин назвал распад СССР «величайшей геополитической катастрофой» — что, по её словам, является очевидным признаком планирования агрессии против Литвы. С ней солидарен министр обороны соседней Латвии Артис Пабрикс: он усмотрел в «Искандерах» четкий сигнал западному миру о наличии у России амбиций мировой державы, сами же «Искандеры» представляются ему не оборонительным, а наступательным оружием, которое при необходимости послужит средством «отсечения» балтийского региона от остальной Европы.
Вообще, некоторую сдержанность в Прибалтике демонстрирует лишь литовский премьер-министр Альгирдас Буткявичюс. Он высказал диссонирующее на общем фоне мнение, что размещённая в Калининградской области «военная техника движется то в одну точку, то в другую» и не несет угрозы Литве и Латвии. Всеобщая тревога по поводу размещения «Искандеров» в Калининградской области, которое якобы несёт смертельную угрозу для Прибалтики и серьёзно, как мы понимаем, угрожает безопасности Европы, как-то обходит стороной саму причину появления «Искандеров» в указанном регионе.
В ноябре 2011 года, когда очередная российская попытка обратить внимание на нелогичность размещения элементов «антииранской» противоракетной обороны США в Польше и Румынии закончилась, как и прочие попытки, бессодержательными отговорками наших стратегических партнёров, президент Медведев выступил с обращением к гражданам России. В нём были перечислены планируемые контрмеры со стороны Москвы. Среди прочего, Медведев предупредил, что Россия «разместит на западе и на юге страны современные ударные системы вооружений, обеспечивающие огневое поражение европейского компонента ПРО. Одним из таких шагов станет развёртывание ракетного комплекса «Искандер» в Калининградском особом районе».
То есть, не Россия начала «милитаризацию региона» — при всей странности претензий к праву Российской Федерации свободно размещать и перемещать на своей территории какие-либо системы вооружений — а наши западные партнёры упорно и последовательно создавали ситуацию, на которою нам пришлось реагировать. Ещё в 2007 году Владимир Путин подчёркивал, что Россия снимает с себя ответственность за шаги, которые она может предпринять в ответ на развертывание системы ПРО США в Европе.
Несмотря на настойчивые российские предупреждения с солидной пятилетней историей, западные партнёры Российской Федерацией продолжают удивляться очевидным вещам. 16 декабря всеобщую обеспокоенность поддержал МИД Польши. Государства, политические власти которого предпринимали большие усилия для того, чтобы заполучить на свою территорию части американской военной машины. Начавшаяся вроде бы политика «перезагрузки» американо-российских отношений среди прочего предполагала и пересмотр решений о размещении ПРО в Польше и Чехии. Администрация покойного президента Леха Качиньского была крайне недовольна этим, поскольку наличие элементов ПРО на польской территории воспринималось как символ нерушимости стратегического союза с Вашингтоном. В качестве компенсации в октябре 2009 года США договорились о размещении в Польше противовоздушных комплексов — с перспективой дооснащения необходимыми для функций ПРО компонентами, такими как мобильные батареи с ракетами-перехватчиками Standard-3 (SM-3. Их разместили в Редзиково, что в 150 километрах от Гданьска, и не очень далеко от Калининградской области.
Вместо «перезагрузки» межгосударственных отношений получилась отображённая на символической кнопке, которую нажали Сергей Лавров и Кондолиза Райс, «перегрузка». База ПРО в Польше своей актуальности не утратила, Эстония и Литва также проводят переговоры относительно размещения элементов ПРО у себя. При этом, обстановка вокруг ракетной программы Ирана, против которой вроде бы возводится европейская архитектура ПРО, значительно улучшилась. Как заявил глава МИД России Сергей Лавров, прорывные соглашения в Женеве, по результатам которых Иран согласился приостановить свою ядерную программу, лишают оснований аргументы США в пользу строительства европейской противоракетной обороны.
Однако, глава Пентагона Чак Хейгел заявил, что приостановка ядерной программы Ирана, который обязался прекратить обогащать уран свыше 5% и уничтожить запасы обогащенного до 20% урана, не запускать новые центрифуги и пустить инспекторов МАГАТЭ на свои ядерные объекты, не исключает необходимость того, чтобы США и европейские союзники продолжали реализовывать планы противоракетной обороны в Европе. На резонный вопрос: для каких целей нужна ЕвроПРО теперь? — представители НАТО отвечали, что система ПРО «не направлена на защиту от какой-то конкретной страны, речь идет о реальной растущей угрозе, против которой нужна реальная оборона». Другими словами, противоракетный кордон вокруг западных российских границ возникает в качестве ответа на некую реальную, но трудно персонифицируемую угрозу. На всякий случай.
Традиционно прозвучали заявления о ненаправленности против России. Глава Пентагона Чак Хейгел подчеркнул, что усилия США и НАТО по ракетной обороне не являются угрозой России. Генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен в интервью французскому изданию «Le Monde» 19 декабря в очередной раз выразил заботу о российских финансах, назвав размещение «Искандеров» «пустой тратой средств, поскольку эта мера направлена на врага, которого не существует». Это заявление выглядит весьма любопытно на фоне затруднений самого блока НАТО во главе с США, возводящего разветвлённую сеть радаров и противоракетных батарей против некоего неведомого супостата, которого, тем не менее, трудно указать конкретно, хотя он и обладает заслуживающим такого внимания количеством баллистических ракет.
Иногда складывается впечатление, что многие западные эксперты сами искренне верят в убедительность сопровождающей строительство ЕвроПРО собственной риторики. Так, Том Коллина, директор по исследованиям в Ассоциации по контролю над вооружениями (Tom Collina, Arms Control Association) отметил: «Россия воспринимает ПРО НАТО, как угрозу, и поэтому она разместила свои ракеты в Калининграде. Но ПРО — не угроза для России, поэтому не было необходимости в этом решении Москвы. Вместо этого обеим сторонам следовало бы заняться выводом всех систем противоракетной обороны, ракет и ядерного оружия из региона».
Для чего нужно возводить ПРО, чтобы дружно потом её выводить — понять невозможно. Взяв на вооружение логику Тома Коллина, глав Пентагона и НАТО, можно размещать в Калининградской области любые вооружения — например, на случай потенциального расцвета морского разбоя в Балтийском море. В доказательство искренности такого заявления, представители России могут убедительно заверить своих уважаемых партнёров в том, что «Искандеры» — это не против НАТО, а против реальных угроз, которые требуют реальных ответов.
Президент России Владимир Путин на пресс-конференции 19 декабря заявил, что решение о размещении «Искандеров» в Калининградской области еще не принято, а западные партнёры могут успокоиться. Поскольку «Искандеры», по словам президента, — это не единственный способ реакции на угрозы, а только один из элементов возможного ответа. Еще более жестко ответил министр обороны России Сергей Шойгу, который в ответ на все эти «озабоченности и беспокойства» Запада, заявил: российские Вооруженные силы на своей территории могут размещать ракетные комплексы «Искандер» по своему усмотрению!
«Недавно большой шум поднялся о том, что мы куда-то не туда поставили «Искандеры». На территории РФ куда хотим, туда и ставим», — цитирует министра телеканал «Россия 24». При этом глава российского военного ведомства дал понять: «Мы не сидим, просто так не смотрим. Наша наука, конструкторы и заводы, поверьте мне, работают очень эффективно. И то оружие, которым обладает российская армия, оно мощно, мобильно и эффективно. Нам есть чем ответить».
«Искандер», способный надёжно поражать малозаметными и маневрирующими ракетами (с широкой номенклатурой обычных или ядерной БЧ) любые существующие и прикрытые соответствующей обороной объекты, действительно великолепный и не имеющий аналогов комплекс. Размещение «Искандеров» в Калининграде было бы эффективным способом противодействия нацеленным, в первую очередь, на нейтрализацию ядерного потенциала Российской Федерации средствами ПРО, размещённых в Польше и, потенциально, в Латвии и Литве. Как видно, дальность залпа «Искандера» для этого достаточна. (IskanderRadius). Но «Искандер» не достанет надёжно до Эстонии, также неравнодушной к ПРО, не говоря о Румынии, в которой находится ещё один важный стратегический пункт ПРО — база в Девеселу, где будет размещено три батареи ракет-перехватчиков SM-3 (всего — 24 ракеты к концу 2015 года).
Кроме того, России придётся учитывать не только опасность угрожающей ядерному оборонному потенциалу ПРО. Американская программа «молниеносного глобального удара», разрабатываемая уже несколько лет и предусматривающая возможность нанесения удара высокоточным боеприпасом по любой точке планеты в течении часа, была упомянута вице-премьером Рогозиным и президентом Путиным как одна из приоритетных военных угроз, к которой должна быть готова Россия. Выступая в Госдуме, вице-премьер Рогозин заявил, что в России ведется активная разработка ответов на американскую концепцию «глобального молниеносного удара». Это подтвердил Владимир Путин, отметивший в ежегодном послании, что такие разработки США, предназначенные для нанесения ударов в короткий промежуток времени и на большую дальность, могут свести на нет все ранее достигнутые договоренности в области ограничения и сокращения стратегических ядерных вооружений, привести к нарушению так называемого стратегического баланса сил и что Россия, безусловно, знает, что нужно делать в ответ, и делает все необходимое.
Другими словами, стратегическая обороноспособность России состоит из множества элементов, развитию этих элементов уделяется пристальное внимание, поскольку обеспечить надёжную защиту исключительно наличием «Искандеров» в Калининградской области невозможно. Хотя, с учётом всех обстоятельств, присутствие оперативно-тактических ракетных комплексов в данном регионе Российской Федерации выглядит вполне оправданным.
Олег Головачёв
«Искандеры»: куда хотим, туда и ставим!
«Искандеры»: куда хотим, туда и ставим!