Сбитый «Боинг» отвлек внимание международного сообщества от затяжных боев, ведущихся в Луганской области между украинскими частями и ополченцами. Между тем на Украине формируется «интернациональная бригада», укомплектованная идейными борцами за «чистоту белой расы». Организационно эта часть будет входить в состав батальона «Азов».
«Азов» — формирование экзотичное даже на фоне батальонов Национальной гвардии и прочих частей, созданных Киевом в последние месяцы. Как сообщил в июне «Украинской правде» его командир Андрей Билецкий, эта насчитывающая 250 бойцов часть вообще не подчиняется МВД, в состав которого официально входит лишь одна из его рот. Создан батальон из числа членов различных националистических формирований — от «Братства» Дмитрия Корчинского (выделившего «Азову» 60 человек в составе «Сотни Иисуса Христа») до «Социал-национальной ассамблеи» того же Билецкого, вдохновляющего своих бойцов перспективой попасть в Вальхаллу.
Объединяет их всех лишь приверженность правому радикализму. Тем же объясняется присутствие в рядах «Азова» двух десятков иностранцев. Сообщивший 17 июля эту цифру The Irish Times заместитель командира части по воспитательной работе (и главный идеолог «Социал-национальной ассамблеи») Олег Однороженко добавил, что в ближайшее время «Азов» будет увеличен до 500 человек и иностранцы составят в нем отдельную бригаду.
По словам Однороженко, в рядах «Азова» уже воюют выходцы из России, Франции, Италии, Белоруссии, Канады, Швеции и Словении. Наиболее медийно известен 37-летний швед Микаэль Скиллт (Mikael Skillt). Этот снайпер и руководитель группы разведки «Азова» ранее семь лет отслужил в армии и Национальной гвардии Швеции, где набрался опыта по военной части. В 2002-2010 годах Скиллт состоял в военизированном неонацистском «Шведском движении сопротивления», однако применения там своим способностям не нашел — «расовая война» в Швеции пока не началась. В последние годы он вошел в ультраправую «Партию шведов», где опекал на правах «старшего товарища» близкую к этой партии Национальную лигу молодежи и явно тяготился мирной жизнью. В первых числах февраля Скиллт побывал в Афинах, где вместе с дочерью фюрера партии «Золотая заря» Николаоса Михалолиакоса (Nikolaos Michaloliakos) — Уранией Михалолиакос (Ourania Michaloliakos) — участвовал в митингах этой организации.
«Экшена» в Афинах не получилось, зато он вскоре начался в Киеве. 28 февраля Скиллт прибыл в украинскую столицу, где вступил в ряды «Правого сектора». Эта организация привлекла его, поскольку целый ряд формирований ПС — такие, как «Белый молот», С14, «Социал-национальная ассамблея» и так далее — открыто демонстрировали принадлежность к неонацистскому движению. Позже Скиллт участвовал в уличных боях с пророссийскими активистами в Харькове, которые вели социал-националисты Билецкого, а затем вошел в сформированный ими батальона «Азов». Скиллт любит рассказывать журналистам, что донецкие повстанцы якобы оценили его голову в 80 тысяч гривен (около пяти тысяч евро). Что не удивительно — ведь одна из его должностей, сообщил он BBC, звучит как «координатор по зачисткам» (в английском оригинале — going into civilian areas, то есть «действия против мирных жителей»).
Журналист The Irish Times упомянул в своем репортаже еще одного шведа в рядах «Азова» — некоего 28-летнего Северина (Severin) из Гётеборга, открыто назвавшегося ему национал-социалистом и посетовавшего, что из-за этого его не взяли в армию на родине. Общавшийся с бойцами «Азова» итальянский военный корреспондент Фаусто Билославо (Fausto Biloslavo) подтвердил в интервью «Радио Швеции», что Скиллт не единственный в батальоне выходец из этой скандинавской страны с хорошей военной подготовкой.
«Это был швед лет 28-30, одетый во все черное, — описал Билославо одного из этих бойцов. — Я работаю военным корреспондентом уже 30 лет, побывал в разных горячих точках и могу отличить профессионального военного. У этого парня был за плечами серьезный военный опыт... Скорее всего, в каком-нибудь спецподразделении». Еще один швед, по его словам, весьма квалифицированно обучал бойцов «Азова» тактике городских боев. Всего же, как отметил 21 июля в своем Facebook один из заместителей командира «Азова» Игорь Мосийчук, в батальоне сейчас воюют четверо граждан Швеции.
Необычайные приключения итальянцев на Украине
Помимо шведских на Украине отметились и итальянские неонацисты. На стенах домов в Киеве Билославо заметил граффити с цитатой из песни чернорубашечников Муссолини «Me ne frego» («Мне плевать [если придется умереть за святую свободу]»). «Взяв след», в расположении «Азова» в Бердянске он нашел 53-летнего Франческо Фонтана (Francesco Fontana), которого соратники по батальону называют Доном или Дядюшкой. По словам итальянского добровольца, в январе он влился в ряды киевского «Правого сектора», а позже оказался на «восточном фронте». Его боевым крещением стало участие 13 июня в штурме Мариуполя.
Фаусто Билославо в статье, вышедшей в итальянском Il Giornale, сообщает, что в «свинцовые семидесятые» (так принято называть период с конца 1960-х до начала 1980-х, когда политически мотивированное уличное насилие в Италии достигло небывалого масштаба) Фонтана участвовал в деятельности ряда праворадикальных групп. Таких, как «Национальный авангард» и «Фронт молодежи» при неофашистском Итальянском социальном движении.
Про Фонтану известно, что он вырос в семье, где главенствовала бабушка, называвшая времена Муссолини «золотыми». А еще, что он всегда мечтал отомстить за своего деда Луиджи Фальконе (Luigi Falcone), погибшего во Второй мировой где-то на Среднем Дону в составе Итальянского экспедиционного корпуса. И, наконец, самое главное: Фонтана до сих пор примыкает к праворадикальному движению. На одном из левацких сайтов выложено его фото в футболке с символикой Casa Pound — неофашистского молодежного объединения.
Фонтана — не единственный уроженец Апеннинского полуострова в рядах «Азова». В вышедшем 1 июля в польской газете Rzeczpospolita материале, основанном на свидетельстве Фаусто Билославо, отмечено, что он видел в батальоне «группу итальянцев». Причем, как пояснил журналисту француз Гастон Бессон (Gaston Besson), «мы вынуждены были отказать многим итальянцам, хотевшим стать добровольцами, потому что они были чересчур горячи и не имели никакого военного опыта».
Балканский опыт
47-летний Бессон — главный вербовщик иностранцев в ряды «Азова». «Я называю себя революционером, идеалистом, который прошел через две войны и три восстания в Хорватии, Боснии, Бирме, Лаосе, Суринаме», — заявил он Билославо. Родившийся в тропиках, в семье французов, после пяти лет службы в воздушно-десантных войсках и спецназе Бессон был направлен в Юго-Восточную Азию обучать военному делу восстававшие там племена, исповедующие католичество и поддерживаемые еще с колониальных времен Францией.
Бессон еще и глава Ассоциации иностранных добровольцев Отечественной войны 1991-1995 годов (Association of Foreign Volunteers of the Homeland War 1991-1995). Homeland War — это калька с Domovinski rat, как принято называть в Хорватии войну за независимость от Белграда, начатую летом 1991 года. В ней — как в Юго-Восточной Азии или Ливане — также сыграли свою роль выходцы из Франции. Целый ряд хорватских военных формирований готовили и вели в бой отслужившие в Иностранном легионе потомки усташей (хорватских националистов-католиков, воевавших в годы Второй мировой на стороне нацистов).
На стороне Загреба воевали в годы балканского конфликта неонацисты и из других стран. В основном они вступали в ряды Хорватских сил обороны, парамилитарного формирования, созданного ультраправой Хорватской партией права (речь в названии этой структуры идет не о юридическом праве, а о «правах» хорватского народа на величие) Доброслава Параги (Dobroslav Paraga). Парага — этакий тогдашний хорватский аналог украинского политика Олега Ляшко, лично участвовавший в карательных операциях во главе своего одетого в черную форму подразделения.
И вот в его-то рядах и была создана «Бригада «Кондор», явно апеллировавшая своим названием к «Легиону «Кондор» — немецким экспедиционным силам, принимавшим участие в Гражданской войне в Испании. В «Бригаде «Кондор» в 1991 году числились от 60 до 90 иностранцев. Ключевую роль в их привлечении сыграл видный французский неонацист Мишель Фаси (Michel Faci), создавший при этом хорватском формировании «Бригаду Жака Дорио», названную в честь известного французского фашиста.
Журнал «Новый порядок» (The New Order), издаваемый существующей поныне на Западе организацией «НСДАП за границей» (NSDAP/AO), опубликовал в номере за январь-февраль 1993 года рассказ одного из участников гражданской войны в Югославии о том, что «добровольцы из числа национал-социалистов Франции, Германии, Австрии, Бельгии, Венгрии, Англии и других стран сражаются в чисто нацистском подразделении в Хорватии». Нечто весьма похожее на то, что происходит сейчас на востоке Украины.
Возникшая к концу 1991 года в районе Загреба «интернациональная бригада» в 1992-м перебазировалась в Боснию, где действовала до 1995 года. Всего, судя по официальным публикациям, через горнило хорватской и боснийских войн прошло более 500 иностранцев. Со многими из ветеранов тех войн Бессон до сих пор поддерживает связь.
С середины июня он выступает как главный фронтмен по набору добровольцев в ряды «Азова». На своей странице в Facebook Бессон опубликовал 16 июня обращение к желающим «присоединиться к нашей революции», сообщив, что «интернациональная воинская часть формируется в районе приазовского Мариуполя при батальоне «Азов». Поток заявлений, по словам Бессона, достаточно велик. В репортаже, вышедшем в Il Giornale, утверждалось, что к началу июля в «Азове» состояли 12 иностранцев и еще 24 новичка готовились к принятию присяги.
«Многие прибывают из стран Северной Европы — таких, как Швеция, Финляндия, Норвегия, — пояснил итальянскому изданию Бессон. — Желающих из Италии тоже хватает. А также хорватов, которые хотят пойти по стопам своих отцов, воевавших в 90-е». «Я действую в интересах свободных людей Европы, — заявил The Irish Times швед Северин. — И я здесь, чтобы помочь этим людям жить в условиях свободы». Об этом же летом 1991 года журналисту Le Monde сказал командир «Черного легиона», хорват по кличке Черный Младен. Мол, он «борется за то, чтобы Хорватия стала второй Швецией, где все имеют одинаковые шансы на успех и счастливую жизнь».
Ни одного негра
Относиться к этим красивым словам стоит с большой долей скепсиса, поскольку нацистам свойственно бороться не за равные шансы для всех, а за доминирование белой расы. А уж в том, что именно неонаци составляют костяк «Азова», сомневаться не приходится. Швед Северин прямо назвал себя в интервью The Irish Times национал-социалистом. Схожих взглядов придерживается и его земляк Микаэль Скиллт. Одна из официальных нашивок батальона содержит надпись «Черный корпус», прямо отсылая к SS, чье официальное издание называлось Das Schwarze Korps.
В группах украинских праворадикальных футбольных фанатов в соцсетях немало фотографий, где участники этой субкультуры, вступающие десятками в ряды «Азова», позируют с неонацистской символикой. Вообще же, по словам Скиллта, в «Азове» правый радикализм «является основой всего». «Для наглядности могу привести такой пример: среди бойцов батальона, по понятным причинам, нет ни одного негра», — добавил он.
Видный немецкий неонацист начала 1990-х годов Инго Хассельбах (Ingo Hasselbach), позже порвавший с праворадикальным движением, в книге «Экс-фюрер» (Fuehrer EX, 1994) вспоминает, как в 1991-м его единомышленники с восторгом встретили начало гражданской войны в Хорватии. Помимо попытки установить хоть в одной стране идейно близкий наследникам Гитлера режим, по словам Хассельбаха, неонацисты «рассматривали войну как прекрасный шанс дать тем, кто этого хотел, реальный опыт убийства людей». Хорватия в 1991 году и Украина сейчас стали для них чем-то вроде Сирии или Ирака, куда едут «набираться опыта» исламисты со всех стран. Чтобы далее попытаться воплотить свою мечту на родине. Европейские добровольцы «Азова» говорят об этом западным журналистам открыто.
Владислав Мальцев («Лента.Ру»)
Через 70 лет после окончания Великой Отечественной нацисты вернулись в Донбасс
Через 70 лет после окончания Великой Отечественной нацисты вернулись в Донбасс