Существующая дихотомия между разумом и верой будет и должна быть переосмыслена через призму этических норм, которые предопределяет Божественное начало,
– подчеркивает Анна Шафран.
Ведь уже многим очевидно, что вопрос не дискуссионный – о том, что жизнь начинается с момента зачатия: гамета плюс гамета равняется зигота. <...> Таким образом, прерывание беременности – не просто медицинская процедура. И если слово "аборт" заменить на "убийство", всё сразу же становится на свои места. <...> Сегодня стремительными темпами развивается биоэтика. Благодаря этой отрасли знаний аборт перестает приравниваться к такой медицинской процедуре как удаление зуба,
– говорит Анна Шафран.
Аборт – это результат эгоистических интересов женщины или женщины и мужчины. Например: собрались в отпуск – и вдруг беременность. Неужели теперь отменять поездку в Египет или в Турцию? <...> То что жизнь начинается, когда встречаются две клетки – для биологов, учёных – это не вопрос. <...> И если жизнь с момента зачатия уже началась, то почему не учитываются интересы ребенка? И если мы говорим о том, что аборт – это детоубийство, то мы точно так же должны говорить, что это самое аморальное преступление, потому что оно совершается в отношении того, кто вообще не в состоянии себя защитить, не в состоянии никаким образом подать голос сей. Более того, это преступление, которое совершается группой лиц по предварительному сговору – будущая мать или не будущая, условно – отец, свёкор, свекровь и, безусловно, врач, который проводит эту процедуру.
Анна Шафран отмечает, что особенно чудовищно, если аборт совершается на поздних сроках, когда внутри женщины уже даже не эмбрион, а маленький человек на перинатальной стадии развития.
У него есть ручки, ножки, сердце, сформированные все органы. И когда начинается процедура аборта – этот человечек маленький в утробе матери чувствует, что что-то происходит не так. Он начинает метаться, ему страшно. А что такое аборт? Это когда отламывают вынимают ручку, ножку… И таким образом просто четвертуют, понимаете, живого, настоящего, просто очень маленького человека. Он мечется до последнего до тех пор, пока не теряет возможность к сопротивлению. Его изощренно убивают. Чудовищно, когда ты наблюдаешь это своими глазами. Опять-таки, наука нам дала все эти возможности – наблюдать, что же происходит по-настоящему. Вот вам УЗИ, вот вам сняли, вот показали на платформах, это мы все можем найти и посмотреть, что происходит в этот момент.
Также Анна Шафран говорит об ужасающей процедуре утилизации младенцев:
На самом деле это называется биоотходы класса б. Нормально? Биоотходы. То есть даже сама терминология как-то должна нас подвести к мысли о том, что мы как-то должны поразмышлять: биоотходы, биомусор… Это из какой идеологии? <...> Естественно, никто не выбрасывает эти биоотходы, это очень ценный материал. За ними идет охота. Почему? Потому что это фетальные клетки, которые дальше последуют на фармацевтическое производство. А это уколы красоты и так далее. И каждый вот такой вот младенец разбирается на несколько десятков фракций.
Так люди начинают пользоваться убитым человеком, и это вопрос этического, то есть духовного измерения. Не признавать этого – значит мыслить узко, примитивно, подчеркивает Анна Шафран:
Свободу мысли нужно реализовывать в подлинном смысле слова. Свобода мысли – это не когда ограничивает вера. А когда ты отказываешься от навязанных тебе мыслей и включаешь критическое мышление, начинаешь учитывать все факторы.
Далее Анна Борисовна разъяснила, что размывание границ добра и зла произошло в эпоху просвещения, когда Бог был смещен с пьедестала, и на него воздвигли человека с его страстями и метаниями. Появился гуманизм.
Однако когда Бог в центре, тогда всё остальное на своих местах.Именно Бог разделяет эти понятия: что есть добро и что есть зло. Смысл же науки заключается в том, чтобы сделать человека нравственным.ВЫСТУПЛЕНИЕ ПОЛНОСТЬЮ:
Материалы по теме: