Всемирный Русский Народный Собор

Таможенный Союз и Украина — всему своё время

Тема Таможенного Союза, как первого самостоятельного объединения на постсоветском пространстве, которое перспективно, несмотря на свои функции в первую очередь «долгоиграющего» проекта, уже сейчас демонстрирует явные признаки своей актуальности и жизнеспособности.

Эта тема обязательно со временем войдёт в топ мировых новостей и обсуждений. Потому что с Таможенным Союзом придётся считаться. На региональном уровне привлечение устойчивого внимания можно считать уже состоявшимся — экономическая ситуация сама собой формирует дискуссии о преимуществах того или иного пути возможного развития для государств, пытающихся определиться в своей позиции по отношению к ТС. И зачастую, сама форма спонтанно возникающей дискуссии, используемая в ней аргументация и тон участников, которые интересны сами по себе, позволяет прийти к некоторым предварительным выводам.

Известно, что состояние экономики Украины, государства, которое выглядело бы логичным элементом Таможенного Союза, если бы не противоположная точка зрения его элит, фактически перевело неспешный обычно выбор собственной цивилизационной идентичности в непривычную плоскость. Из чего-то абстрактного, не привязанного к текущему моменту — в решение, которое необходимо принимать как можно скорее, и так же стремительно получать финансовые выгоды от него. В ближайшие год-два украинской экономике для выживания понадобится 15-20 миллиардов долларов! Недавно прозвучала даже идея получить такую сумму у России, отдав в залог Крым. Массово пропагандируемая и даже включённая в государственные законы безальтернативная устремлённость «в Европу» всё отчётливее сталкивается с противодействием. Наверное, можно назвать его столкновением с реальностью.

Пропагандистская машина, надо отдать ей должное, работает без перерыва, её элементами становятся даже те общественные институты, которые по определению должны бы быть аполитичны. Самопровозглашённый «патриарх» раскольников Денисенко (Филарет) сразу после православного Рождества дал ряд интервью, в котором рождественские мотивы соседствовали с русофобией и прочими вещами, которые невозможно ассоциировать ни с Рождеством, ни с задачами церкви.

«Мы против Таможенного союза. Таможенный союз — это затягивание Украины в новую империю. Мы не хотим идти в новую империю. Мы уже в империи пожили и знаем последствия. И потому мы против Таможенного союза, против таких взаимоотношений, которые бы повредили нашему украинскому государству», — сообщил от лица неких таинственных «нас» господин Денисенко, и добавил также, что «наша церковь заняла твердую позицию: мы за украинский государственный язык. Потому что из-за того, что мы не имели языка украинского государственного на протяжении трех с лишним столетий, мы много потеряли. И потому сейчас, когда мы имеем свое государство, это государство может стоять крепко, когда будет украинский язык и будет украинская церковь». Такая вот «христианская» риторика.

Ему вторит глава Украинской Греко-католической Церкви Святослав Шевчук. Он пугает население Таможенным Союзом, предупреждает, что «бесплатный сыр бывает только в мышеловке», а в современном мире надеяться, что кто-то просто так будет оказывать помощь — наивно. В его трактовке, когда речь идет о Таможенном союзе, то речь идёт не только об экономической интеграции, а о вхождении Украины в евразийское политическое, междунациональное и культурное пространство. Поэтому, по мнению Шевчука, «украинец должен себя спросить: «Я осознаю себя украинцем или азиатом?». В соответствии с ответом и надо строить историческую перспективу. В социально-политических проповедях главы УГКЦ, «общественная модель», которая стоит за идеей Таможенного Союза — авторитарная, основанная на тоталитарной идеологии, которая есть абсолютно ошибочный путь для развития гражданского общества. «Если стремимся отстаивать демократические ценности в Украине, то нужно искать другое общество» — убеждён Шевчук.

Конечно, возникают сомнения в идейной искренности приведённых выше заявлений, ведь тот же господин Денисенко перед распадом СССР со схожей убеждённостью в письмах к Президиуму Верховного Совета УССР критиковал с церковных позиций «завезённые с Западной Украины группы политических экстремистов, именующих себя автокефалистами, якобы действующие во имя защиты культуры и суверенитета Украины». А упомянутый господин Шевчук не так давно инициировал аферу, целью которой было создать мнение, что митрополит Киевский и всея Украины Владимир — горячий сторонник повсеместной украинизации.

Однако, вне зависимости от личных качеств полемизирующей стороны, подобный уровень аргументации прослеживается и у публичных политиков, которые не действуют под прикрытием религии. Непонятно на каком основании в стенах украинского парламента утверждается, в частности, что «любые переговоры с Таможенным союзом — возвращение в темное советское прошлое, которого мы не хотим», и потому эти самые «мы», которые, в данном случае, являются украинской оппозицией, не допустят и намёка на любые инициативы, направленные на «восточную» интеграцию.

Хотя, при сколько-нибудь объективном рассмотрении, смешно пугать обывателя «авторитарностью» Таможенного Союза, в котором пока даже в теории не предусмотрено то, о чём вполне серьёзно говорят в ЕС — общая централизованная монетарная политика, управляемое из Брюсселя распределение средств и регулировка банковской системы. Концепция того, что ТС символизирует бесплатный сыр и мышеловку, а ЕС представляет собой точно такой же кусочек сыра — но почему- то без мышеловки, с трудом поддаётся комментированию. Равно как и то, что Союз Таможенный, оказывается, «империя», а Европейский, с едиными органами власти и единым центром принятия решений — демократия.

Наполненный пафосом вопрос: «Кто мы — украинцы или азиаты?», долженствующий подчеркнуть контрастную по сравнению с Европой дикость стран, сформировавших ТС, в случае Европейского Союза, испытывающего сложности с миграционной политикой, может зазвучать схожим образом. Только вместо «азиатов» в формулировке будут присутствовать «выходцы с севера Африки». И если у членов ТС товарооборот стабильно растёт буквально с каждым днём и пополняет бюджет государств-участников — чем не могут похвастаться торговые отношения Украины и ЕС — то в каком всё- таки направлении лежат перспективы? Не говоря уже о том, что самыми нейтральными по отношению к России и СССР структурами, вроде британского издания The Economist и международной GFK, было констатировано: «тёмное советское прошлое», с точки зрения экономики, выглядит «недостижимым светлым будущим» для большинства постсоветских государств.

При этом у Таможенного Союза нет структур, неправительственных организаций, институтов лоббирования, которые бы формировали положительный его имидж. Однако, нетрудно убедиться, что даже без инициации извне, при абсолютном доминировании «проевропейских» СМИ, дискуссии о том, что же на самом деле полезно, возникают сами по себе.

Существует удивительная, но строгая закономерность — вся критика Таможенного Союза основывается на эмоциях. Как только в обсуждении всплывают какие-нибудь не взятые с потолка измышления, вроде — «рынок ЕС суммарно больше, чем ТС, нужно двигаться в Европу» — а цифры, то чаша весов склоняется в пользу ТС. Финансовый эксперт, заслуженный экономист Украины Виктор Суслов сообщает: если Украина вступит в ТС, она получит от 9 до 12 миллиардов долларов США ежегодно, как за счёт снижения цены на газ, так и за счёт отмены таможенных пошлин, а рынок ТС становится доступным для 95 позиций, составляющих основу украинской торговли. «Все размышления про зону свободной торговли с Евросоюзом ведутся в условиях, когда украинская экономика неконкурентоспособна и не сможет существенно увеличить свой экспорт в страны ЕС» — подчёркивает финансист.

Разумеется, то, что очевидно выгодное и, скорее всего, безальтернативное предложение о ТС пока не находит поддержки у властей Украины, вызывает некоторое недоумение. Однако, идея Таможенного Союза, несмотря на всё противодействие, активное и даже агрессивное, уже нашла благодатную почву. И рано или поздно, она даст плоды. Она не может их не дать, потому что на стороне ТС — цифры и расчёты, а у его противников — метафоры и поэтическое описание иллюзорной действительности.

Андрей Полевой