Всемирный Русский Народный Собор

Закон о языке: русский понимают все

Ещё рано говорить о функционировании закона и о том, насколько он улучшит положение русскоязычного населения, однако сделать выводы об актуальности русского языка на Украине можно вполне. Равно как и о том, что повсеместной панацеей закон вряд ли станет. И неизбежно подвергнется либо коррективам, либо просто будет выполняться, исходя из наличия политической и гражданской воли руководства и населения конкретного региона, а не формальной строгости своего выполнения.

13 августа на внеочередной сессии Одесского городского совета было принято решение о применении русского языка в качестве регионального. Как сообщается в заявлении пресс-службы, поскольку это «в полной мере соответствует реалиям языковой обстановки в городе Одессе, где на протяжении веков средством межнационального общения является русский язык». Совсем немного промедлил с принятием аналогичного решения совет областной, в последующие дни к коллегам из Одессы присоединились Запорожье, Донецк, Херсон, Севастополь, Луганск и Днепропетровск, о своём намерении поддержать процесс в ближайшее время заявил Харьков. Что может служить ярким ответом на регулярно звучащие сентенции защитников существующих до последнего времени языковых стандартов о том, что вопрос русского языка население абсолютно не волнует и потому тратить время и силы на него не следует. Например, в той же Одессе в качестве свидетельства ненужности русского языка в школах приводились данные статистики, согласно которым в этом году «большинство родителей первоклашек выбрали украинский язык обучения». Но при ближайшем рассмотрении выяснилось, что «большинство» составило 52%, а 48% — несмотря на два десятилетия жёсткой украинизации — убеждено в правильности русского языка. Между прочим, такое соотношение может выступать и как определённый социологический базис, невольно демонстрирующий, что русских на Украине — как минимум половина населения.

А вот в администрации Крыма, на территории которого русский язык доминирует с долей в 90-95% от всего повседневного общения, пока что с принятием его как регионального не спешат. Было лишь издано распоряжение до 10 октября подготовить и внести на рассмотрение местных депутатов предложение по реализации языкового закона. Причина достаточно проста: фактически, несмотря на подчёркнуто глобальные формулировки, подписанный президентом Януковичем закон об основах государственной политики в языковых вопросах, прежде всего оперирует категориями русского и украинского языка, и направлен на удовлетворение именно русскоязычных избирателей, язык которых подвергался основным ударам, и на протяжении 20 лет всеми силами выдавливался из социальной жизни. Как это прокомментировал премьер-министр Украины Николай Азаров, «искоренялся русский язык, и надо было это поправить». Другой представитель партии власти, Михаил Чечетов, выразился более развёрнуто: «46 миллионов людей понимают два языка: русский и украинский. Не болгарский язык, не венгерский язык, не румынский, не еврейский язык, идиш или иврит, я не знаю, как там. Эти языки понимает лишь горстка людей. Мы говорим о двух языках, которые понимает весь народ».

Очевидно, назвать вещи своими именами в законе помешала пресловутая «многовекторность» украинского политикума, стремящегося, чтобы проводимая им внутренняя политика не особенно задевала чувства жителей запада страны. Но теперь, поскольку закон принят в виде, максимально его задачу маскирующем, приходится его выполнять со всеми положениями. В том числе — о готовности предоставить любому меньшинству, превосходящему 10% от населения области, возможность всецело использовать наряду с государственным и родной язык. Это не является проблемой в Днепропетровске, Севастополе или Харькове, но в Крыму придётся учитывать ещё и крымско-татарский, количество носителей которого в автономной республике эту границу преодолевает. И если с русским языком у чиновников региона проблем нет, знание государственного — тоже достаточное, то сразу включить в делопроизводство крымско-татарский никто не готов. Это же относится к венгерскому языку на Закарпатье, молдавскому в Черновицкой области и, теоретически, болгарскому в Одесской.

Недаром, практически сразу после подписания закона президентом из его же администрации прозвучало, что, скорее всего, коррективам подвергнется норма в 10%, которую возможно поднимут до 30%. Что позволит отсеять «неудобные» региональные языки, осваивать которые будет затруднительно. Представители крымских татар уже заявили о том, что реализация таких планов «взбудоражит крымское общество».

Известные, как это принято говорить, сигналы посылают и представители медийного бизнеса. Поскольку принятый закон среди прочего убирает квоту украинского языка в ТВ и на радио, а также упраздняет его монополию в рекламе, у некоторых представителей возникла озабоченность, что после отмены в бланке лицензий графы «языки» большинство украинских телеканалов будут использовать, прежде всего, русский язык, как, несмотря на все усилия и попытки исказить реальную языковую ситуацию в стране, наиболее массовый и удобный язык в государстве. Уже звучат мнения, что в сфере медиа не должны действовать исключительно рыночные условия, и квота на украинский язык необходима. Ведь в сфере перевода рекламы и кинопродукции задействованы значительные средства, которые просто так никто терять не намерен. И администрация президента Украины уточняет, что несмотря на законы рынка и то, что реклама прежде всего востребована на понятном зрителю языке, «должен быть баланс», обеспеченный инициированной одновременно с подписанием закона программой по развитию украинского языка, как государственного.

Само по себе принятие русского языка в качестве регионального мало что означает. Первая «регионализация» русского языка, например, в Севастополе состоялась ещё в 2006 году, и мало повлияла на обстановку — вся реклама на ТВ и радио была переведена на украинский, постепенно украинизируются дорожные указатели и документация. В других городах происходило то же самое, и через некоторое время подобные решения упразднялись либо теми же городскими советами, либо судами высших инстанций.

Учитывая полную неизвестность того, что будет с самим законом после октябрьских выборов в парламент, в каком виде он будет работать и будет ли работать вообще — он, скорее, является лишь прецедентом и поводом для гражданской активности русскоязычных жителей Украины во имя защиты права говорить и использовать родной язык, который, несмотря на все усилия, является главным языком украинского государства.

Александр Вишняков