Всемирный Русский Народный Собор

Прямая линия взаимного познания

13-я прямая линия Владимира Путина не поставила, кажется, никаких рекордов ни по продолжительности, ни по количеству аплодисментов, но она оказалась крайне важна для понимания того, чем занимался Путин последний год и чем он, возможно, займется дальше.

В конце «прямой линии», на четвертый час беседы, Владимир Путин назвал мероприятие, проходящее уже в 13-й раз, самым важным социологическим опросом. Возможно, беседе с гражданами президент доверяет и правда больше, чем данным всех известных и законспирированных социологических служб, но в 2015 году «прямая линия» стала важным источником знаний для Путина: «Я в первый раз слышу о такой проблеме» (про аппараты вентиляции легких.— «Ъ»), «Я не знал, что там такое скопление и очереди» (про паромную переправу через Керченский пролив.— «Ъ»).

Да и другие моменты беседы отражали некоторое удивление Владимира Путина тем, что происходит в большом российском хозяйстве: «Решения, которые были приняты в последнее время... многое делается, но, наверное, недостаточно, если он развит так, как он развит» (о малом бизнесе.— «Ъ»); «Какая сейчас ситуация? Вам выплатили задолженность?» (разговор со строителями космодрома "Восточный«— «Ъ»).

Впрочем, некоторое удивление моментально уступало место твердому знанию, когда речь заходила о большой политике, о новом мироустройстве и дуэли с Западом. Тут Владимир Путин чувствовал себя уверенно, в этих вопросах для него никаких неожиданностей явно не было. «Воевать ни с кем мы не собираемся, но будем развивать свою обороноспособность, чтобы ни у кого даже мыслей о войне с нами не возникало», — твердо говорил президент.

Возможно, он повторялся, поскольку не раз говорил об этом за последнее время. Однако происходило это не от отсутствия новых идей и слов, а от достаточной уверенности в старых.

На самом деле «прямая линия» оказалась источником знаний не только для президента, но и для тех, кто ее смотрел. Кажется почти очевидным, что Владимир Путин в последний год настолько был увлечен вопросами геополитики и обсуждения нового мирового порядка, что вопросы хозяйства отошли для него на второй план.

Однако на «прямой линии» он почти весь первый час говорил об экономике, а не про Украину, оценивал деятельность правительства, а не «вашингтонского обкома», о санкциях рассуждал исключительно в связи с их возможной пользой для российской экономики. Совершенно очевидно, что Путин попытался поменять — пусть даже на время — набор тем местами.

И возможно рассказать о том, что пока страна проходит кризис чуть легче, чем ожидалось, было для президента даже важнее, чем снова вспомнить о взятии Крыма. Поэтому он так легко согласился с человеком, сказавшим о том, что строительство космодрома «Восточный» не менее важно, чем Крым.

И на самом деле самый главный на сегодня вопрос: означает ли подчеркнутое внимание Владимира Путина к внутрихозяйственным делам, обозначенное им в ходе ответов на «прямой линии» то, что, как минимум, в течение ближайшего года он будет уделять им более пристальное внимание?

По сообщению «Коммерсантъ-Online»