Всемирный Русский Народный Собор

Крымск: кому и зачем нужны домыслы и слухи

После стихийного бедствия в Крымске существует обширное поле для обсуждения: насколько ответственно местные власти отнеслись к выполнению своих обязанностей, как работала система оповещения, на каком уровне была проведена эвакуация и поисково-спасательные работы. Разумеется, не обходится без вопроса главного, который трудами склонных к повсеместному поиску революционных идей граждан в последнее время звучит применительно к чему угодно: какую персональную ответственность за факт природного катаклизма несут первые лица государства и что им надлежит делать в связи с этим, чтобы «оправдать доверие»?

Можно сказать, что по всем фактическим сторонам трагедии были сделаны — хотя и, к большому сожалению, запоздало — практические выводы, позволяющие снизить вероятность повторения подобного в будущем. Квинтэссенцией которых стал указ президента Российской Федерации, согласно которому до 23 июля сотрудники Следственного комитета должны дать оценку действиям властей Краснодарского края при наводнении и доложить об этом непосредственно населению Кубани. В ходе следствия приказано уделить особое внимание анализу причин, приведших к массовой гибели людей в результате наводнения с целью недопущения подобных случаев в будущем. МЧС России в течение месяца должно проверить наличие средств для эвакуации населения и ликвидации возможных чрезвычайных ситуаций во всех опасных зонах страны и провести при необходимости доукомплектование техникой и ресурсами. Дополнительно власти всех уровней будут постоянно находиться во взаимодействии с общественными организациями для совместной работы по ликвидации последствий возможных ЧС, а пострадавший от наводнения малый и средний бизнес сможет получить льготные кредиты на сумму в 200 миллионов рублей.

Другими словами — помимо денежных выплат населению и помощи предпринимателям, ответственность за организационные недочёты будет персонифицирована, вероятность повторения подобной трагедии максимально снижена, а гражданская активность — поддержана и усилена. Дополнительно, Общественная палата РФ предложила разработать и принять закон о волонтерах — норму, которая позволит упорядочить достаточно стихийные проявления доброй воли граждан, гармонично добавить их к профильным структурам и повысить эффективность гражданских инициатив, в том числе — за счёт прохождения специальных курсов обучения. Кроме того, события на Кубани дали начало инициативе по внедрению общегосударственной системы критериев, позволяющих максимально объективно оценивать деятельность властей региона.

Однако, один из аспектов наводнения на Кубани по-прежнему требует своей оценки. А именно то, как трагедию национального масштаба попытались извратить и превратить в очаг социальной и политической напряжённости, который можно использовать для провоцирования ещё более опасных для общества инцидентов. Буквально с первого часа наводнения социальные сети и блоги наполнились огромным количеством слухов. Любая катастрофа, в том числе и природная, всегда вызывает волну домыслов. Но события на Кубани можно считать весьма неординарным случаем. Слухов было столько, что блоггер Виктор Леванов не поленился создать сайт СлухиКрымска.рф, на котором собрано два десятка наиболее популярных информационных вбросов, которые с завидной интенсивностью распространялись по Интернету. При всём их разнообразии, слухи уверенно можно поделить на две категории, которые было бы уместно назвать «долой неприятную власть» и «неотвратимость ужасной беды».

Сообщения о том, что «прорвало плотину», «идёт вторая волна» и весь Крымск вот-вот будет закрыт на карантин и засыпан с вертолётов ядохимикатами, потому что грядёт эпидемия — ведь погибло якобы несколько тысяч человек, а на ближайшем кладбище несколько сотен свежих могил — чередовались с историями про повальную коррупцию, бюрократическую волокиту, непрофессионализм МЧС и других служб, массовое использование гуманитарной помощи для политической рекламы, а первая финансовая помощь (облагаемая к тому же налогами) якобы раздаётся исключительно в обмен на подпись пострадавшего, которой он подтверждает, что был вовремя оповещён о стихийном бедствии. И то не всем.

На основании этой, с позволения сказать, информации, неизвестные «доброжелатели» при помощи социальных сетей — ведь мобильную связь в районе, согласно сведениям из того же источника, отключили власти — созывали всю общественность на митинг в Краснодар, с требованием отставки губернатора. Чему, впрочем, несколько противоречили иные «новости», согласно которым губернатор подал в отставку сам, убоявшись народного гнева, который, если верить свидетельствам «очевидцев», превысил все мыслимые пределы.

К чему это привело — известно. Всем упоминавшимся в слухах государственным служащим пришлось опровергать самые бредовые утверждения, а для устранения наиболее угрожающих гипотез происходящего организовывать экскурсии для всех желающих убедиться в том, что власти края не «открывали шлюзы» плотин, чтобы устроить наводнение искусственно.

И ситуация была бы вполне обыденной, если бы не несколько «но». ВРИО начальника Южного регионального центра МЧС России Роберт Киреев заявил журналистам: источником слухов о прорыве дамбы и второй волне наводнения был неизвестный автомобиль с громкоговорителем, разъезжавший по Крымску. «По отзывам населения, в городе замечен деструктивный элемент, распространяющий слухи о прорыве дамбы», — сказал Киреев. Депутат Государственной Думы Роберт Шлегель сообщил, что за распространение слухов о ядохимикатах задержан некий человек. Появившиеся слухи об эпидемии сопровождались раздачей неизвестными ватно-марлевых повязок. 17 июля приехавшая под видом волонтеров группа попыталась спровоцировать население на стихийный митинг и бунт против властей, чему помешало местное казачество. Четыре провокатора были задержаны и доставлены в отдел полиции. Кроме этого, неизвестные распространяют в городе вымышленные списки пропавших без вести людей, цифры в которых весьма превосходят подтверждённые.

То есть — слухи не только не рождаются сами по себе, что очевидно. Они ещё, вольно или невольно, сопровождаются разнообразными мероприятиями, которые придают им убедительность и усиливают эффект. Ложные сообщения о «второй волне» вызвали панику и поток беженцев. В условиях нагнетания негативных эмоций и обозначения «канала» для их сброса — местные и прочие власти — могут быть самые разные последствия.

Учитывая, что в настоящее время ведутся заметные невооружённым взглядом попытки дестабилизировать социум, направить его на волнения, митинги и прочие собрания, имеющие своей целью политический переворот, можно быть уверенным в том, что при следующем «удобном» поводе провокационная деятельность будет усилена. Какого размаха она может достигнуть — наглядно было продемонстрировано с марта по октябрь прошлого года, когда количество фальшивых, но эффективных роликов из Ливии поражало воображение. C учётом такой перспективы, наличие здравых и консолидированных общественных организаций, способных контролировать обстановку и вовремя обнаруживать провокации «на местах», становится необходимым. Тогда можно будет надеяться, что внезапно пришедшаяся к месту риторика предвоенных лет прошлого века — «деструктивные элементы», «провокаторы» и «паникёры» — окажется лишь случайным совпадением.

Александр Вишняков