Всемирный Русский Народный Собор

Антипиратскому закону пользователи интернета нашли противоядие

Для защиты права пользователей на свободное скачивание информации торент-трекеры, вероятнее всего, станут пользоваться защищенным доступом. О предоставлении такой опции своим участникам уже заявил портал turbofilm.

Общество обеспокоено монетизацией культурного контента в интернете. Антипиратский закон вступил в силу с 1 августа и предусматривает возможность блокировки сайтов по жалобам правообладателей в досудебном порядке. Стало известно о наличии так называемого «черного списка» интернет — ресурсов, которым угрожает блокировка, если в течение предусмотренного законом времени они не устранят доступ к нелицензионной информации. При этом Мосгорсуд отказался огласить список по просьбе журналистов под тем предлогом, что это способствует более эффективному исполнению антипиратского законодательства. Каким загадочным образом это способствует исполнению закона, в Мосгорсуде и в Роспотребнадзоре объяснить не захотели.

Примечательно, что одна из первых жертв антипиратского закона — трекер «Турбофильм» предложил своим пользователям специальную услугу — участие в закрытой сети при помощи VPN-сервиса vemeо. При этом пользователям будут доступны все фильмы, независимо от их легальности или нелегальности, поскольку пользователям будут присваиваться иностранные IP-адреса, и законы РФ, таким образом, нарушаться не будут. Vemeo дает стопроцентную гарантию, что никто не сможет узнать, что вы смотрите или скачиваете.

Вывод базы пользователей сайта из под юрисдикции РФ на зарубежные каналы с шифрованием трафика — вполне логичный шаг для владельцев пиратских сайтов, однако, он неизбежно должен привести к уменьшению общего количества пользователей из-за потери менее технически грамотной аудитории и необходимости в использовании дополнительных услуг к основной. К такому выводу пришли аналитики другого закрытого интернет-сообщества — habrahabr.ru.

Реакция на непопулярный закон выглядит адекватной, если учесть, что его приняли в рекордно короткие сроки без намека на общественное обсуждение и с полным игнорированием общественного протеста (за один только месяц собрано более ста тысяч подписей с требованием отменить закон).

Нетрудно заметить, что у антипиратского закона по монетизации культурного контента в России иностранные заказчики. Достаточно проанализировать недавние подвижки в данном направлении и обнаруживается, что рьяным защитником авторского права в России является, например, Фонд посевного финансирования Microsoft, который был создан в рамках сотрудничества компании Microsoft с фондом «Сколково» и который призван оказывать прямую финансовую поддержку российским стартапам в области программного обеспечения и интернет-услуг. Например, в 2011 году фонд вручил российскому разработчику Pirare Pay грант в размере $100 тысяч на внедрение спам-программы по созданию фальшивых торрент-клиентов для пресечения свободного файлообмена. То, что сам факт существования подобной программы противоречит российскому законодательству, транснациональных заказчиков нимало не смущал. (Статья 273 УК РФ. Создание, использование и распространение вредоносных программ для ЭВМ, до трех лет лишения свободы, пять минимальных окладов). Тогда российский пиратский интернет справился с временными трудностями при помощи усовершенствования технической базы. О судьбе $100 тысяч не сообщается. У лоббистов информационного монетаризма не осталось иного выхода, кроме как действовать через законодательство РФ. Результатом чего стало появление антипиратского закона.

Специалисты считают данный закон невыгодным для России не только с точки зрения обострения социального недовольства (это качество любого монетизирующего закона), но и с точки зрения банальной экономической логики. Так, в интервью для lenta.ru, анонимный администратор «Турбофильма» отмечает, что репрессивный закон сильнее всего отразится на пользователях. Правда, есть еще одна опасность — все меньше IT-специалистов будут разрабатывать сервисы для России, боясь, что их проекты закроют. Вот это будет действительно удар по всей индустрии.

Антипиратский закон представляет большой интерес для социологического анализа. Интернет можно рассматривать как виртуальную модель реального общества, в которой до недавнего времени наблюдалось равенство. Файлообменные сети являлись максимально открытыми. Каждый участник сети — пир (peer) — равноправен, все обмениваются друг с другом фрагментами фильма, музыкального файла или программы. Взаимоотношения между «peerами» выстраивались либо по принципу эквивалентного обмена, либо по принципу дарения. На наших глазах происходит попытка насильственно ввести в сеть законы неэквивалентного обмена. Явление крайне интересное и познавательное с точки зрения марксизма (буквально, экспериментальный полигон для философско-экономических учений). И если марксизм вскрыл механизмы эксплуатации личности, то в случае с разными антипиратскими инициативами речь уже идет об эксплуатации сознания. Так, что по причудливому стечению фонетических обстоятельств закон можно назвать антиpeerатским: читай — направленным на подавление свободы виртуальной личности.

Перед современными философами, социологами и правоведами остро встает вопрос: правомерно ли вообще существование такого понятия как «нелегальный контент», если он не несет вреда личности? Правомерно ли использование авторского права для извлечения прибыли третьими лицами, кроме автора — корпоративными посредниками? Легитимен ли в принципе рынок авторских прав, как явление со всеми атрибутами и законами рыночной игры, или он является безнравственным паразитическим наростом на общественном организме и подлежит лечению? Может быть авторское право нуждается в законах противоположного характера, которые защитят творчество от рынка, а не рынок от свободного творчества?

Артем Сериков