Всемирный Русский Народный Собор

Духовные, державные и культурные святыни России

Каждое общество, желая своего продолжения, находит в своей истории примеры, личности и возводит их деяния в ряд своих высоких ценностей, объявляет их образцами, которые следует знать, которым следует подражать, на которых следует воспитывать. История России имеет великое множество таких примеров в разных сферах общественной, военной, научной, культурной жизни. Особое место занимают почитание духовных ценностей православия. И здесь, конечно, мы ведем речь, в первую очередь, о святых.

Владимир Иванович Даль в своем словаре определяет понятие «святой», как «духовно и нравственно непорочный, чистый, совершенный; все, что относится к Божеству, к истинам веры, предмет высшего почитания, поклонения нашего, духовный, божественный, небесный... Святым зовут вообще все заветное, дорогое, связанное с истиною и с благом».

Действительно, когда мы говорим о чем-то, что это святое, и употребляем это определение вне православной церкви, мы все равно понимаем под этим толкованием (и подчеркиваем) обладание божественной благодатью, заветность, истинность, величие и важность. То есть, мы ориентируемся в этом определении на сферу духовную, на сферу идеальную.

Можно взглянуть еще на одну грань слова святой, в его исконной дохристианской сути. Это — праздник: свято (украинский), святки — это как бы предчувствие православного понимания святости, как, отнюдь не частого, прорыва от повседневности к празднику, от будней к светлому, к «святому».

Святой человек в нашем представлении имеет связь с Богом, причастен к высшему миру, ибо его он выбрал для посредничества с людьми. Святость для нас — это жертвенность во имя людей, во имя народа, во имя Отечества. В понимании русских людей святость и определяла вершинность поведения, нравственную высоту и, взглянув на сонм русских святых, мы и можем, в определенном понимании, представить смысл, признаки русской духовности.

Россия имеет свой великий Божественный духовно-исторический дар. Ее история, ее пространство, ее память расцвечены, насыщены, заселены святыми местами, святыми подвижниками и праведниками, обозначены духовными святынями, обрамлены полями ратного подвига и курганами славы, драгоценными примерами служения народу во всех сферах бытия.

Великое движение паломничества по святым местам нашей Церкви, к чудотворным иконам, к мощам русских святых стало непреложным фактом. Конечно, очень важно, чтобы это не носило чисто туристско-экскурсионный характер, а создавало внутреннее благодатное состояние, способствовало укреплению православного мироощущения и предметно утверждало идею служения России. Посещая храмы, монастыри, конечно, надо постигнуть и земную жизнь святого. Наша агиография, т. е. совокупность житий святых, житийная литература за последние годы наполнилась многими разнообразными изданиями и дает возможность постичь духовную географическую карту святых мест Руси.

Великий вдохновляющий сонм русских святых встает ныне перед нами. Первые из них страстотерпцы Борис и Глеб стали таковыми после мученической смерти, предав себя таковой, чтобы остановить цепь насилия. Уже это прославление обозначило глубину усвоения христианства русскими людьми.

Второй русский святой преподобный (т. е. святой монах) Феодосий Печерский обладал кротостью и смирением и в то же время невиданной твердостью духа и решительностью. Известно, что, будучи игуменом монастыря, он ввел строжайший греческий устав, проводил ночи в молитве после самой тяжелой и черной работы днем. Не делая никаких запасов в монастыре, он все приобретенное раздавал бедным. Будучи кротким и тихим, он яростно обличал неправедность киевского князя Святослава (изгнавшего старшего брата с престола). Тот пытается примириться, но Феодосий не терпит нарушений законов Божиих, законов человеческих.

Самый известный и давно почитаемый во всех российских землях святой преподобный Сергий Радонежский показал высочайшие образцы святости, был носителем особой таинственности, духовной жизни, аскетизма, кротости, он работал наравне со своей братией и даже больше («аки раб»). Его черты — заступничество за сирых, малых и убогих, за обиженных, благотворительность и помощь нищим и одновременно общественные, политические действия, но не профессионального деятеля, а личности, ощутившей свое призвание и преодоление (это и посольская миссия в Нижний Новгород к князю Борису, захватившему княжество, благословение князя Дмитрия на всенародную борьбу против татаро-монголов).

Вероучительное и общественное служение были отличительной чертой русской святости. В этот ряд я бы поставил и святого благоверного князя Александра Невского, сохранившего христианскую Русь перед лицом превосходящих западных и восточных врагов мечом, словом, переговорами и верой. Вот уже эти первые святые Руси — братья-страстотерцы и святые монахи, кроткие и непримиримые к грехам, желающие жить по законам Евангелия и не уходящие от болей и забот Отечества, жертвенные подвижники от власти — во многом определили состояние нашего русского духа, а их биографии, образ жизни и тип поведения во многом поучительны для нас, русских людей. И потому должны быть знаемы, поняты и ныне.

Святыни Древней и Святой Руси, ее святые укрепили дух народа, Московское княжество. Свержение 300-летнего татаро-монгольского ига и воспринималось как избавление от Божией кары за подвиги святости. Москва становилась в глазах людей спасительным центром, способным вести народ к Божиим вершинам. И недаром, именно в XVI веке, по инициативе митрополита Макария, причисленного уже в наши дни к лику святых, на Церковных Соборах 1547 и 1549 годов было прославлено 40 русских святых, почитаемых дотоле местно.

Поле святости расширялось, по всей Руси собирались жития, свидетельства чудес новых русских святых, составлялись новые жизнеописания. Ряд русских святых, их канонизация не прерывалась и в синодальный период (Димитрий Ростовский, Паисий Величковский, Серафим Саровский, старцы Оптиной пустыни).

Может быть, самым выдающимся в истории русской святости было Великое Прославление Архирейского Собора августа 2000 года, когда к сонму святых причислен был личностный легион страстотерцев, мучеников, ратников христовых. И, если ранее прославленные святые вошли в храм, представлены в многочисленных иконах, изданиях, то новомученики, за исключением Николая II, известны не самому широкому кругу верующих, и надо, чтобы все святые места, связанные с их земной жизнью, вошли в паломнические маршруты. И что нам всем предстоит сделать — включить и эти святые места на Русской земле в общие паломнические маршруты православных людей, да и всех соотечественников.

Если окинуть Русь взором, то можно с восторгом увидеть, что вся наша земля расцвечена святыми очагами, местами чудес и благодатных источников, сияет небесным светом храмов и монастырей, где покоятся святые мощи, там и сям высятся кресты и надгробные памятники героям и созидателям, везде, даже в самом отдаленном районе, есть дорогое, связанное с прошлым, святое место.

Мне хотелось подчеркнуть и указать и на другой ряд святых мест, не всегда, видимо, напрямую связанных с церковью, православием, но происходящих от явлений и событий, которые покоятся на христианских ценностях и постулатах церкви. И эти памятники прошлого, свидетельствуют о героях, укрепляют наш дух, а, как известно, хуже всяких поражений — упадок духа.

Мы не можем жить без корней прошлого, без знания нашей истории, а корни у нас живы. Мы должны помнить, что вместе со священником спасать народ, Отечество, Святую Русь становился богатырь, воин, герой. Богатырское сословие всегда было уважаемо и прославляемо на Руси. Оно было нашим рыцарством, герои были нашими атлантами.

В очерке «Служба героев» русский публицист и писатель Михаил Осипович Меньшиков писал: «Не раз великая империя наша приближалась к краю гибели, но спасло ее не богатство, которого не было, не вооружение, которым мы всегда хромаем, а железное мужество ее сынов, не щадивших ни сил, ни жизни, лишь бы жила Россия». Поэтому в разряд святых мест я без сомнения включаю знаменитые три русских поля: Куликово, Бородинское, Прохоровское, тем более что ныне на всех этих полях стоят храмы в честь павших в этих драматических и спасительных битвах.

Стараниями туляков создана энциклопедия Куликова поля, выходит одноименный альманах, проводятся ежегодные крестные ходы. На Прохоровском поле, где высится звонница зодчего и прославителя отечественного подвига Вячеслава Клыкова, в июле мы проводим ежегодные Прохоровские военно-патриотические чтения, вручаем премию «Прохоровское поле» за лучшую военную повесть. Сталинград, Вязьма, Брянский лес, Волхов, Орел, дорога жизни у Ладожского озера, Смоленск — сколько их мест высочайшего героизма наших воинов, которые не должны быть забыты, особенно сейчас, когда проходят дни, месяцы и годы, связанные с 60-летием Великой Отечественной войны.

Думаю, что поход по местам боевой славы отцов, одним из организаторов которого мне пришлось быть в 70-х годах, приобщил многих мальчишек и девчонок, юношество той поры, к подвигу отцов Великой Отечественной войны. Уверен, что и ныне, отправляясь к святым местам, паломнический автобус, группа школьников, взвод солдат должны остановиться у памятника героев, зайти в их музей, да и поправить оградку вокруг могилы солдата, священной могилы воина. Надо поддерживать поклонение героям, ибо это поддерживает высоту страны, это поддерживает мужество сегодняшнего молодого поколения.

Подлинная русская культура, классическая отечественная литература, ставшая всемирной ценностью, покоятся на православной основе, являются в лучших своих образах художественным воплощением истины Божией. Святейший Патриарх в своем приветствии писателям, пишущим на исторические и духовные темы писал о безбожных временах: «...вспомним, что в те долгие годы гонений, когда «Закон Божий» в школах был запрещен, да и сами книги «Священного писания» ценились дороже золота, именно преподавание классической отечественной литературы сеяло семена веры в души людские».

Выдающийся русский философ Иван Ильин видел, например, в А. С. Пушкине воплощение русской духовной очевидности, породившего спасительную традицию свободно из сердца созерцать Бога и поддерживать свои, Богом хранимые, национальные и духовные силы. Мы поклоняемся гениям русской литературы и культуры, свято чтим их классическое наследие. Поэтому Михайловское и Тарханы, Овстуг и Вешенская, Старая Руса и Константиново естественным образом входят в карту святых, героических, памятных мест России. Места, связанные с художественными и духовными гениями великой России Пушкиным и Тютчевым, Достоевским и Чеховым, Мусоргским и Глинкой, Чайковским и Римским-Корсаковым, Суриковым и Нестеровым, и других великих сынов России — места нашего поклонения, места нашей памяти.

Два года назад Всемирный Русский Народный Собор провел выдающуюся Соборную встречу «Вера и знание», на которой Святейший Патриарх, президент Академии наук, иерархи церкви, академики, богословы и ученые доказательно и убедительно показали, что Вера и Знание отнюдь не антагонисты, а научное знание — естественный, необходимый инструмент в жизни. На Соборной встрече академик Бехтерева, занимающаяся высшей нервной системой — мозгом человека — сказала, что мы многое постигли в механизме мышления, но и остановились во многом, зашли в тупик, понимая, что там уже действует рука Высшего Творца.

Русская отечественная наука в своей основе, у лучших, вершинных ее проявлений, покоилась на православном мироощущении. Ее гениальные умы, творцы: самый выдающийся хирург XIX века Пирогов, самый гениальный ученый на грани XIX и XX веков Дмитрий Менделеев, самый глубокий русский педагог Ушинский, самый выдающийся физиолог, лауреат Нобелевской премии Иван Павлов — были людьми глубоко верующими, укорененными в православии. И думаю, что на карте святых, духовных и памятных мест России должны быть запечатлены имена великих ученых, ее сынов-подвижников, героев Дела, Действия, вместе со всем народом укреплявших православную державу, прокладывающих новые пути во всех отраслях к человеческой мысли, знаниям, созиданию.

Наша давняя мечта — чтобы была подготовлена и издана История Отечества, в которой пересеклись бы все причинные связи и линии, предстали бы на ее страницах святые и ратники, любомудры и словотворцы, гении культуры и науки. Нет, я не за то, чтобы из истории уходили поражения, ошибки, грехи личностей и даже народа, но я за то, чтобы святой героический ряд соотечественников выстроился и встал богатырской заставой в умах и памяти поколений.

Нам всем сегодня предстоит в сознании молодых людей соединить воедино духовную, общественную, социально-культурную, научную историю России, расположив на ее координатах все православные возвышения, ее святых, все великие ратные, духовно-культурные, научные и мировые достижения, ярко представив святых героев-воинов, подвижников, гениев слова, кисти, музыки, великих ученых, созидателей, благотворителей, милостивцев — всех тех, кто отстоял, укрепил, прославил Россию и православие. Создание такого атласа, карты, истории святых, героических, памятных мест — одна из итоговых задач наших Рождественских чтений.

Валерий Ганичев, заместитель Главы Всемирного Русского Народного Собора, председатель Союза писателей России

Опубликовано ]]>на сайте]]> Валерия Николаевича Ганичева. 2002 г.