Всемирный Русский Народный Собор

Дипломатия искренности: послесловие к визиту Патриарха Кирилла в Болгарию

Если делать вид, что ничего не происходит, то грядущие поколения болгар с полной уверенной скажут: от османского ига их освободили НАТО и ЕС

Пришло письмо из Софии от давнего приятеля одного из авторов этих строк — болгарского журналиста газеты «Дума» Юрия Михалкова, в котором он, по сути, извиняется перед нами за тот ушат грязных измышлений, который был вылит в местных СМИ после общения Святейшего Патриарха Кирилла с президентом Болгарии Радевым. «Сожалею. Было горько слышать и видеть сказанное с нашей стороны», — пишет Михалков. И делится с нами своей статьей, напечатанной на болгарском ресурсе «Поглед-инфо» — с говорящим заголовком «Нечистоплотно». Аргументы его в защиту роли России в освобождении болгарского народа от пятисотлетнего османского рабства куда весомее, а главное — разумнее, чем все, что пишется ныне в отдельных болгарских СМИ, упражняющихся в неприкрытой русофобии.

Выступление Святейшего Патриарха Кирилла в защиту исторической памяти о подвиге русских воинов-освободителей, спасших Болгарию от османского ига, продолжает находиться в фокусе медийной повестки. В последние дни мы стали свидетелями широкого одобрения слов Предстоятеля Русской Церкви в обществе и даже в таком специфическом его сегменте, как социальные сети.

Очевидно, что суть «мягкой силы» как раз и заключается в корректном, но твердом продвижении собственного взгляда на те или иные социальные явления и исторические процессы. Публичное и открытое отстаивание своей позиции имеет куда большую ценность, чем имитация диалога с дежурными улыбками и ритуальными рукопожатиями. По сути дела, диалог в принципе невозможен без откровенного и последовательного изложения своих взглядов.

Время показало, что в развитии двусторонних отношений нельзя делать ставку лишь на коммуникации элит, исключая из него общественную дипломатию (разумеется, реальную, а не «бумажную», фиктивную), прямой контакт между представителями гражданского общества различных стран. В этом контексте уместно вспомнить ситуацию 130-летней давности, когда русские славянофилы были «властителями дум» в Болгарии, а болгарские патриоты даже предлагали лидеру славянофилов Ивану Аксакову стать болгарским царем. Это было возможно потому, что тема Балкан была одной из ключевых в российской общественной повестке, а общественная дипломатия была развита куда лучше, чем сейчас.

Жаль, что в ту пору Александр Второй больше ценил «межэлитные связи» и сделал выбор в пользу дальнего родственника по линии жены, немецкого принца Александра Баттенберга. Который, возглавив Болгарию, превратил ее в антироссийский форпост и сделал ставку на союз с Германией и Австро-Венгрией.

К сожалению, исторические уроки из тех событий нами до сих не извлечены. Нас вновь пытаются уверить в сверхважности «межэлитных коммуникаций» и незначительной ценности общественного мнения. Пытаются доказать, что возражать, слыша фантастические и нелепые трактовки общеизвестных исторических фактов, вовсе даже и не обязательно. Теперь же, мол, наши отношения с Болгарией пострадали, болгарский народ недоволен и обижен.

Как и ожидалось, к этому хору присоединился и старательно позиционирующий себя в качестве «церковного диссидента» протодиакон Андрей Кураев, который последние пять-шесть лет считает нужным критически высказываться о Святейшем Патриархе Кирилле по всем мыслимым и немыслимым поводам.

Не имея никаких аргументов, чтобы возразить Патриарху Кириллу по сути, оппоненты предъявляют претензии к форме, в которой высказаны его суждения. Слишком уж, мол, все это эмоционально, прямолинейно, недостаточно дипломатично. Отметим, что такие оценки исходят, как правило, из уст людей, имеющих самое смутное представление о Балканах и посещавших их разве что в качестве туристов.

На самом деле на Балканах (в Греции, Сербии, Болгарии) общение между публичными фигурами, в том числе фиксируемое медийно, на камеру, проходит иначе, чем у нас. Оно отличается куда большей эмоциональностью и прямотой, и, как правило, чем сильнее эмоциональный градус дискуссии, тем лучше послание оратора воспринимается публикой.

Святейший Патриарх Кирилл, безусловно, прекрасно знает этот регион еще по своей работе в ОВЦС (здесь, напомним, располагаются канонические территории пяти крупнейших православных поместных церквей, Балканы имеют ключевое значение для церковной дипломатии), знает и тонко чувствует его менталитет, социокультурные и социально-психологические особенности. Контекст и форма, в которой Патриарх Кирилл высказал свое мнение, по мнению знатоков Балкан, производят впечатление глубоко просчитанных и точно бьющих в цель.

Безусловно, на фоне своего предшественника Плевнелиева, нынешний лидер Болгарии производит впечатление политика, который, по крайней мере, внешне, демонстрирует уважение к России. Однако даже в обычной жизни по отношению к другу мы можем позволить себе куда большую искренность, чем к оппоненту, сопернику и конкуренту. Призыв быть более точным и не придумывать всевозможные польские, литовские, финские и эстонские войска, «освобождавшие Болгарию», ни в коей мере не является недружественным ходом в адрес президента Радева, и тем более — в адрес болгарского народа, до недавнего времени и не слыхивавшего о подобных «освободителях».

Если президент Болгарии и в самом деле принадлежит к числу искренних друзей России (а именно такое позиционирование, к слову, и обеспечило Румену Радеву победу на выборах в стране, потерявшей 10 млрд. долларов на антироссийских санкциях), то, возможно, ему следует внимательнее относиться к словам, которые он в исторически значимый момент обращает не только к своему высокому гостю, но и ко всему населению России. Проблема, к сожалению, заключается в том, что «чествовать солдат других наций и государств, партнеров Болгарии в ЕС — Финляндии, Румынии, Литвы, Латвии, Эстонии» начал предшественник и, как казалось многим, политический антипод Радева, экс-президент Росен Плевнелиев. Последний, кстати, отличался также заявлениями о том, что «Русская Православная Церковь почти всегда имела антиболгарские позиции». Согласитесь, что после того, как болгары отвергли курс Плевнелиева, было бы логично ожидать и каких-то более основательных изменений в риторике болгарских официальных лиц.

Ведь именно такие эпизоды часто и проводят водораздел между подлинными друзьями России и мнимыми «русофилами», активно использующими на выборах пророссийскую риторику, обещающими наладить отношения с нашей страной и даже выйти из режима санкций. А затем, достигнув успеха, мгновенно забывающими о данных обещаниях и плывущими в фарватере, заданном брюссельскими лоцманами.

В заключение — еще один момент. Протодиакон Андрей Кураев уверял публику, что с резкой критикой слов Патриарха Кирилла якобы выступил и премьер-министр Болгарии Бойко Борисов. К сожалению, поверхностная эрудиция вновь подвела полемиста. В реальности же речь идет о другом человеке, коим является некий Валери Симеонов, занимающий сейчас должность вице-премьера Болгарии. При этом важно отметить, что Симеонов едва ли принадлежит к числу лиц, пользующихся уважением у себя на родине. Высокая должность Симеонова не должна вводить никого в заблуждение, поскольку в данном случае мы имеем дело с типичным фриком, эпатирующим публику скандалистом, число сторонников которого не превышает погрешность социологического опроса.

«Они стали наглыми, самонадеянными и озверевшими человекоподобными, требующими права на зарплаты, не прилагая труда, пособия по болезни, не будучи больными, детские пособия для детей, играющих со свиньями, и материнскую социальную помощь для женщин с инстинктами уличных собак», — такие заявления, к примеру, делал в свое время Симеонов в адрес одного из национальных меньшинств Болгарии, за что в 2014 году предстал перед судом.

Неудивительно, что в свое время от такого «соратника» открестился лидер крупнейшей болгарской оппозиционной партии «Атака» Волен Сидеров. Одно дело — бороться за национальную идентичность своей страны, и совсем другое — оскорблять представителей национальных меньшинств. После этого Симеонов десять лет влачил жалкое существование политика-маргинала, руководя созданной им по случаю карликовой партией и эксплуатируя принадлежащий ему телеканал «СКАТ». Лишь перед последними парламентскими выборами Симеонову удалось вернуться в большую болгарскую политику. Представители «Атаки» не устояли перед шантажом партии-спойлера, не имеющей шансов на успех, но отбирающей голоса у других, и дали Симеонову место в списке. А затем и делегировали его на должность вице-премьера в кабинет министров, возглавляемый главным евро-атлантистом Болгарии Бойко Борисовым.

Зато теперь о своем решении Сидерову в который раз придется пожалеть: маргинальный фрик Симеонов опять принес ему больше вреда, чем пользы. На предложение Сидерова извиниться перед Патриархом Московским и всея Руси Симеонов ответил отказом, что заставило партнеров задуматься над исключением его карликовой партии «Национальный фронт спасения Болгарии» из правящей коалиции.

Таким образом, русофобия становится в Болгарии маргинальным явлением, уделом политических неудачников. Русофобские эскапады ассоциируются с политическими неудачниками, либо одиозными и маргинальными политиками, которые способны напоминать о себе лишь постоянными скандалами.

Мы помним, как в начале 90-х, на волне распада социалистического лагеря, в Болгарии были широко распространены антироссийские настроения. Однако уже с середины 90-х они резко пошли на спад, и сегодня они сохранились лишь в политических элитах. Простые болгары в массе своей с симпатией относятся к России, и к Русской Православной Церкви.

Необходимо, впрочем, учитывать и последствия церковного раскола в Болгарии, уходящего корнями в начало 1990-х годов. Раскол с большим трудом удалось уврачевать относительно недавно, однако радикальные группы никуда не делись. В этих сегментах, однако, сосредоточены и те микроскопические группы избирателей, которые голосуют за персонажей вроде одиозного Симеонова.

Но зачем и для кого произносят свои речи, полные русофобской неприязни, такие одиозные болгарские политики, как Симеонов? Или тот же Бойко Борисов? Юрий Михалков отвечает на этот вопрос в своей статье: «Нечистоплотный замысел — уменьшить роль России — имеет и еще один аспект. Премьер благодарит в письмах и телефонных звонках исключительно страны НАТО и ЕС. Делает это он с прицелом на будущее — если вдруг останется у власти. Но эта „благодарственная эстафета“ передается им и следующим политикам. И она может быть раздута так, что будущие поколения превратят судьбоносную роль России в освобождении Болгарии в „легкий эпизод“ в национальной памяти. Можем ли мы дойти до того, что будущее поколение скажет, что главную роль в нашем освобождении сыграли страны НАТО и ЕС, то есть Запад?»

Понятно, констатирует болгарский журналист, что подобные ходы напрямую обращены к 85 процентам болгарских граждан, для которых Россия остается близким им государством. «Сатанинство, — заключает он, — состоит в том, чтобы напрочь оборвать пуповину общей истории России и Болгарии и чтобы страна наша перешла в лагерь врагов России». И с ним нельзя не согласиться.

Александр Рудаков, руководитель Экспертного центра ВРНС

Анатолий Строев, журналист-международник, собкор «Комсомольской правды» в Болгарии (1985 — 1990 гг.)