Всемирный Русский Народный Собор

Награда «За полезные обществу труды»

Впервые государственная награда за гражданские заслуги в Российской империи была введена Екатериной II: медалью «За полезные обществу труды» среди других были награждены купцы, предпринявшие экспедицию на дальние Алеутские острова для «сыскания новых земель и для приводу тамошнего... народа в (российское) подданство».

В статутах нескольких вновь учрежденных в России орденов появились указания, что ими могут быть пожалованы купцы и лица других званий, «которые особенными заслугами соделаются достойными сей награды». Среди достойных нередко оказывались те, кто отличился в делах благотворительности. Конец XIX — начало XX вв. в России называют «золотым веком» частной благотворительности. Купцы и предприниматели по всей стране строили школы, больницы, храмы, музеи, театры. Благотворительность не была для них просто раздачей милостыни и даже не только стремлением обустроить день сегодняшний — она во многом становилась способом преобразования общества.

Представитель третьего поколения династии Рябушинских, например, — Д. П. Рябушинский, после смерти отца унаследовавший большое состояние, создал в своем поместье Кучино первую в России аэродинамическую лабораторию (ныне ЦАГИ), руководить которой пригласил Н. Е. Жуковского. А его брат Ф. П. Рябушинский организовал и субсидировал научную экспедицию по изучению Камчатки. Он и сам собирался в ней участвовать, но не позволило здоровье. Купец, известный коллекционер, именем которого в Москве назван созданный им театральный музей, А. А. Бахрушин финансировал еще и медицинские исследования, среди которых — испытание противодифтерийной вакцины. Городской голова Вологды купец Х. С. Леденцов свой личный капитал завещал «Обществу содействия успехам опытных наук и их практических применений», которое он создал. Общество материально помогало лучшим ученым и изобретателям государства: содействовало П. Н. Лебедеву — в открытии физической лаборатории (переросшей в Физический институт АН СССР), И. П. Павлову в создании института в Петербурге, субсидировало изыскания К. Э. Циолковского, издало научные труды Д. И. Менделеева. С. И. Щукин, представитель московского купечества, чья знаменитая художественная коллекция положила начало собраниям французской модернистской живописи в Эрмитаже и ГМИИ им. Пушкина, основал институт психологии при Московском университете. Перечисление можно продолжать и продолжать.

Благотворительная деятельность российских предпринимателей не оставалась незамеченной властью. Напротив, в Российской империи она считалась делом государственной важности. Проявившие «пожертвование и усердие» награждались орденами, их продвигали по социальной лестнице, давали высокие чины. А по Табели о рангах, регулировавшей карьеру, достигнув определенного чина, можно было обрести личное или даже потомственное дворянство. Так, получивший за благотворительность орден Станислава 3-й степени, автоматически приобретал чин коллежского регистратора и звание потомственного почетного гражданина (то есть входил в сословие, стоящее в иерархии между купечеством и дворянством).

Орден этот был самым младшим в иерархии государственных наград, его жаловали как за военные и гражданские отличия, так и за частные заслуги. Станиславом 3-й степени за благотворительность среди многих других были награждены купец А. С. Капцов, попечитель нескольких благотворительных обществ, много жертвовавший на развитие начального образования в Москве, и фабрикант П. А. Овчинников, открывший на свои средства специальную школу для подготовки мастеров золотого и серебряного дела.

По старшинству, на ступеньку выше Станислава, стоял орден Святой Анны, учрежденный императором Павлом I. Им было награждено много известных людей Российской империи, среди которых А. В. Суворов и М. И. Кутузов. За благотворительность жаловали Анну 2-й степени. Такую награду получил, например, фабрикант А. И. Абрикосов, основавший в Москве крупную кондитерскую фабрику, сохранившуюся до наших дней под названием «Бабаевская». Он жертвовал деньги госпиталям, работал в Комитете по оказанию помощи семьям убитых и раненых в войне с Турцией 1877 года, был членом Совета московского купеческого общества, занимавшегося строительством бесплатных квартир для участников той войны.

Награждение орденом Анны 2-й степени давало чин титулярного советника и личное дворянство (без права наследования). Самой высокой наградой за благотворительность был орден Владимира 4-й степени — награжденные им получали потомственное дворянство. Владимир 4-й степени давал и чин действительного статского советника. Этой награды было удостоено немало российских предпринимателей. Один из них — московский купец Николай Александрович Лукутин. Его дед основал в Подмосковье фабрику лаковой миниатюры, положившую начало зарождению этого промысла в России. Николай Александрович возглавил семейное предприятие, когда ему исполнилось 35 лет. Он крепил и развивал традиции ставшего к тому времени уже знаменитого производства. Так поставил дело, что его не смогла разрушить трагическая история Росси XX века — лукутинская фабрика, которая в послереволюционной России стала называться Федоскинской (по названию деревни, где находилась), работает и сегодня. Ее продукция, как и сто лет назад, пользуется спросом на рынке и получает награды на выставках.

Н. А. Лукутин не только заботился о семейном предприятии, но многое делал и для Москвы, города, в котором он жил. На протяжении десяти лет он был председателем совета Московской глазной больницы и одновременно старостой больничной церкви. Привлекая пожертвования и жертвуя сам, он построил новую большую операционную и амбулаторию, произвел капитальный ремонт церкви. Входил Николай Александрович в Московский совет детских приютов, сам возглавлял Александровский детский приют для слепых детей, организованный на основе школы для слепцов, располагавшейся в особняке В. И. Фирсановой в Больших Грузинах. Благотворительностью он занимался много, проявляя ее в самых разных делах, поэтому именно к нему обратился К. С. Станиславский с просьбой финансово поддержать проект нового общедоступного театра в Москве. Они были хорошо знакомы. Н. А. Лукутин входил в правление созданного и возглавляемого К. С. Станиславским Общества искусства и литературы. Николаю Александровичу понравилась идея новаторского театра, он вошел в «Товарищество для учреждения Общедоступного театра» и дал вместе с другими пайщиками деньги на создание Московского Художественного театра.

Его благотворительная деятельность, как и благотворительность многих и многих частных предпринимателей получила общественное признание. Купцы и промышленники гордились признанием, с достоинством носили ордена. А вот к изменению социального статуса, к получению дворянского звания относились по-разному. Московский купец Гаврила Гаврилович Солодовников, например, очень хотел стать дворянином. Он — сын серпуховского купца, занимающегося продажей бумажного товара, время в юности на образование не тратил, рано пошел работать в отцовскую лавку. Начинал подметалой, а после смерти родителя уехал в Москву, завел свое дело. И так оно у него хорошо пошло, что в неполные 40 лет стал Г. Г. Солодовников миллионером, одним из самых богатых людей России. При этом был он чрезвычайно скуп — на обед обычно ел «вчерашнюю гречку», официантов и банщиков обижал копеечными чаевыми.

Эта смешившая Москву бытовая скупость сочеталась в нем с щедрой благотворительностью. Именно он, полуграмотный миллионер, первым дал деньги на строительство Большого Зала Московской консерватории. И деньги эти были немалые. К получению дворянства Г. Г. Солодовников подошел по-деловому: прибыл в городскую управу и прямо спросил, чем бы он мог помочь городу. «Для того, чтобы...» — подразумевалось. На прямой вопрос получил прямой ответ: «Москве нужна венерическая больница». Ох, как не хотелось купцу-миллионеру этим заниматься. Пробовал торговаться. Не получилось. В конце концов, согласился, но с одним условием — больнице не будут присваивать его имя. И построил. Первоклассную клинику, оборудованную по последнему слову науки. Она существует и поныне, сейчас это часть Московской медицинской академии им. Сеченова, а здание ее считается исторической достопримечательностью столицы. И получил за свой подарок городу и орден, и дворянское звание.

А вот Николай Александрович Найденов отказался от пожалованного ему дворянства. Московский предприниматель, возглавлявший семейное предприятие «Найденов и сыновья», он вместе с министром финансов С. Ю. Витте занимался разработкой проектов экономических реформ. Считал первостепенной задачей российской внутренней политики содействие развитию образования — был председателем попечительных советов Александровского коммерческого училища, Московского прядильно-ткацкого училища, почётным членом Архитектурного института, участвовал в делах Таганского училища, Московской практической академии коммерческих наук и др. Еще было у Н. А. Найденова и страстное увлечение — история Москвы. Найденов на свои средства организовал фотосъемку московских храмов и монастырей, а потом издал 14 альбомов.

Сегодня найденовские альбомы называют «иконографической энциклопедией Москвы». Они — один из немногих источников, дающих возможность увидеть Москву конца XIX века (в 2004 году они были переизданы). За свою многогранную деятельность Н. А. Найденов был награжден многими орденами, в том числе и теми, которые давали право на получение потомственного дворянства. Ордена он принимал с благодарностью и носил с гордостью. Но от дворянства Николай Александрович отказался, не захотел порывать со своими корнями — его дед и отец были купцами. Чувство сословного достоинства: он, как и многие купцы и предприниматели, гордился принадлежностью к своему сословию, представители которого так много сделали для обустройства России в конце XIX — начале XX века.

Марина Колтыпина