Всемирный Русский Народный Собор

Россия должна избавиться от двойного ярма зависимости

О кризисе в мире и в России, о том, кто в этом виноват и что надо делать рассуждает Игорь Лавровский, руководитель Экономического комитета Клуба «Русский предприниматель», председатель Комитета по валютно-финансовой и кредитно-денежной политике «Деловой России».

Игорь Лавровский работает в области теории экономического развития, специалист по энергетике и рынкам топлива. Работал в нефтегазовой промышленности СССР, Канады и России, занимался коммерческими и промышленными инвестиционными проектами. Автор нескольких монографий и десятков статей, среди которых книга «Демократия и рынок», М., 2010, в которой дан новый взгляд на историю и перспективы развития мировой и российской экономики. В начале 1980-х годов И. Лавровский спрогнозировал падение цен на нефть, которое, реализовавшись, нанесло непоправимый ущерб советской экономике. В 2007 году он спрогнозировал кризис 2008-2009 годов и нынешний обвал нефтяной конъюнктуры. По его прогнозу, Россия идёт к новой политико-экономической модели, которая утвердится ещё до конца нынешнего десятилетия.

— Судя по вашим работам, вы много занимаетесь прогнозированием кризисов...

— Кризис — это часть жизни. Не бывает жизни без смерти и роста без спада. Хорошие времена рано или поздно заканчиваются. В этом нет ничего нового. Тощие годы сменяют тучные. Можно пассивно следовать воле волн конъюнктуры, а можно использовать их энергию для нового старта. Разные общества по — разному относятся к кризисам. Китайцы с их многотысячелетней историей встречают кризис как новую возможность. В их понимании кризис — это и есть новая возможность. Европа и тяготеющая к ней Россия надеются на что-то вроде бессрочной пенсии. Что «удастся победить кризис» и настанет «эпоха поступательного развития».

Европейская экономическая модель основана на попытках подавления кризисов. Когда рынок идёт вверх, они пытаются его притормозить. Когда конъюнктура падает, подливают масла в тухнущий костёр. Нечто подобное европейской модели попытался создать Алексей Кудрин, организовав Стабилизационный фонд. В тучные годы нефтедоллары изымаются из оборота — стерилизуются, как они говорят, а в тощие — начинается ускоренное проматывание этих золотовалютных резервов.

Американская политика — полная противоположность. Американцы стараются не только брать от кризисов всё, но и активно генерировать волны конъюнктуры, уничтожающие конкурентов и расчищающие рынок для их компаний. В России очень много говорилось о финансовом пузыре, надутом американскими финансистами в сфере информационной технологии. «Мы бы так не сделали» — вот лейтмотив. И европейцы так бы не сделали. А они сделали. В результате не российские и не европейские, а американские корпорации безраздельно контролируют мировой интернет и электронные платёжные системы. Близорукое российско-европейское бухгалтерское благоразумие обернулось крупным стратегическим просчётом.

— Когда и чем закончится нынешний кризис?

— Предыдущий кризис мирового масштаба закончился Второй мировой войной. Экономика Европы восстановилась только к 1960-м годам. Период кризисов и войн продлился три десятилетия — целая жизнь. Когда и чем закончится нынешний кризис? Зададимся сначала вопросом: а почему он возник и в чём его отличие от предыдущих локальных кризисов, таких как финансовый кризис 1998 года? Это поистине глобальный кризис, затрагивающий не одну страну и не группу стран, а весь мир. То есть возможности выхода из кризиса за счёт продолжающих развитие «стран-локомотивов» значительно сузились. Под ударом вся мировая торговля.

После Второй мировой войны главными двигателями экономического роста были милитаризация экономик противостоящих военных блоков и — парадоксально — рост товарооборота между ними и внутри блоков. В 1991-1992 годах бывший Восточный блок распался и США постарались включить его членов и распавшееся движение неприсоединения в свою торговую орбиту путём стимулирования долларизации. Четверть века продолжался рост мировой торговли, обильно финансируемый долларизацией. Россия под водительством «рыночников» довела в этот период долю внешней торговли в своём ВВП до 30-40 процентов, как какая-нибудь Бельгия. Это очень высокий показатель для такой большой страны. Для сравнения, в самих Штатах эта доля не превышает 15 процентов.

Но мировая экономика не резиновая. Рано или поздно долларизация должна была натолкнуться на естественные пределы — просто нечего больше выводить на мировой рынок и долларизировать. Ещё в 2006 году Федеральная резервная система США (их центробанк) начала готовиться к кризису и сокращать денежное предложение. А ещё через два года настал полномасштабный кризис, который, погромыхивая, продолжает своё разрушительное движение по планете. До его окончания ещё далеко.

— Чем это грозит России?

— За сто лет Россия пережила два распада. Первая мировая война привела к первому распаду империи, а сырьевой кризис середины 1980-х добил советскую систему. Переживёт ли Россия новый удар? Не стоит впадать ни в панику, ни в шапкозакидательство. Предстоит трудное время. Возможные последствия можно пронаблюдать в соседних странах. Политический крах настал на Украине просто так, вдруг. Сначала Украину поразил экономический кризис, а уж затем — политический. Попадали, как костяшки домино, ближневосточные режимы. Как говорил Ленин, кризис поражает, прежде всего, периферию капиталистической системы. Россия тоже находится на этой угрожаемой периферии. Усилиями прозападной экономической верхушки Россия попала в критическую зависимость от внешней торговли и внешнего финансирования. Выживание страны зависит от того, насколько успешно удастся сбросить со своей шеи это двойное ярмо.

— Что нужно делать?

— Во-первых, создать собственные внутренние источники эмиссии валюты. Это не «печатать деньги», как привычно пугают прозападные пропагандисты, а выпускать собственные обязательства эмиссионного качества, не менее ликвидные и надёжные, чем иностранные. Мы выступаем за выпуск низкодоходных долгосрочных ипотечных облигаций, которые могли бы восполнить пересыхающий приток иностранных обязательств, и простимулировать так необходимое стране жилищное строительство, создание инфраструктуры, спрос на промышленную продукцию.

Во-вторых, влить суверенные резервы в импортозамещение. Финансовые власти наскирдовали миллиарды долларов за границей, которые не работают на экономику страны. Задача — запустить их в производительный оборот и максимально быстро восполнить вакуум на внутреннем рынке, образовавшийся из-за санкций.