Всемирный Русский Народный Собор

«Общество-семья» или «общество-корпорация»? Эксперты ВРНС обсудили статью «Долгое государство Путина» 

«Мы до сих пор не знаем… общество, в котором живём». Эти слова Юрия Андропова, сказанные за девять лет до краха СССР, остаются актуальными и сейчас, спустя почти три десятилетия по завершении советской эпохи. Вернуться к размышлениям о природе российского социума приглашает статья Владислава Суркова «Долгое государство Путина». 

О том, что российское общество по многим параметрам принципиально отличается от западных, и не может быть адекватно описано в общепринятых терминах западных социальных наук, неоднократно  заявляли выдающиеся русские мыслители, начиная с  Хомякова и Киреевского и заканчивая Панариным.  

Однако российская мысль до сих пор не создала собственную научную школу, не выработала методологии исследований, позволяющих познать отечественные реалии. Первые системные шаги, предпринимавшиеся в этом направлении, были прерваны на заре ХХ века.

 Долгое время  непредвзятое изучение российского социума было заблокировано господством марксистской догматики, а затем – таким же тотальным господством представлений, сформированных при описании западной цивилизации. Любые попытки добросовестных критиков указать на несовпадения западных моделей с российской действительностью тщательно вытеснялись на маргинальную обочину научного и политического дискурса. 

То, что на стойкое расхождение западной теории государства и общества с российскими реалиями указывают сегодня не только политические философы, но  и  профессиональные управленцы и политтхенологи, вселяет надежду, что на смену «импортированным химерам» может прийти серьёзное исследование «логики исторических процессов».  Сегодня становится очевидным, что универсальные закономерности развития человечества, в равной степени применимые ко всем странам и народам, охватывают очень ограниченную сферу явлений.

Для каждой локальной цивилизации – будь то Западная, Российская, Китайская  – необходима разработка собственных социальных и политических моделей, соответствующих оригинальному культурному коду и исторической практике.

 

В издании ]]>«Русская программа. 12 слов о нашей цивилизации»]]> эта мысль прозвучала как призыв: «Русская гуманитарная наука должна, наконец, взять на вооружение лозунг «Познай себя!», изучить и описать закономерности нашего общества». Лишь тогда все неудачи вестернизации России будут объясняться не злой волей неких тёмных сил, а фундаментальными причинами…  

Ценностные мотивы, движущие силы, вся логика нашего развития не могут быть сведены к тем, что типичны для цивилизации Запада. У нас разные представления о свободе, демократии, правах человека, справедливости, о роли и месте государства и государственного лидера. Обобщив исследования целого ряда отечественных социологов,  Экспертный центр ВРНС  пришёл к ]]>выводам,]]> очень напоминающим выводы автора «Долгого государства…»: для России характерно не «общество-корпорация» во главе с наёмным менеджером, а «общество-семья», где ключевым элементом власти служат доверительные отношения между народом и руководителем страны

Правота такого тезиса подтверждается тем, что даже самые враждебные к нему политические группы в России сами следуют аналогичной социальной матрице, выдвигая в своей среде бессменных лидеров, пользующихся практически безоговорочным внутригрупповым доверием. Это говорит о том, что персонифицированные формы правления не являются продуктом чьей-то злой воли, а органично воспроизводятся на всех уровнях и во всех ячейках российского общества, даже в его диссидентском сегменте.  

Что же касается понимания феномена, поэтически названного «глубинным народом», «гравитационное поле» которого определяет вектор развития отечественной истории, то его объяснение следует искать  прежде всего на путях цивилизационного подхода и вытекающего из него социального идеала солидарного общества.  В этом смысле «глубинный народ» – это и есть российская цивилизационная общность,  которая, в отличие от проектируемых моделей «политической нации-конструкта», органично укорена в нашей тысячелетней истории. «Гравитационное поле» – это и есть поле российской цивилизационной идентичности, ее ценностного содержания. 

Мы рассчитываем, что статья «Долгое государство Путина» не останется явлением злободневной политической публицистики, споры вокруг которой носят исключительно пропагандистский подтекст. Было бы гораздо более правильным согласиться с констатацией фундаментальных отличий отечественной государственности и социальной структуры от западных моделей  и перевести дискуссию на язык глубоких академических исследований, позволяющих адекватно понимать Российскую цивилизацию и достоверно прогнозировать перспективы её развития.