Всемирный Русский Народный Собор

Креативная бухгалтерия креативного класса

Автором термина «креативный класс» является американский экономист Ричард Флорида. Он описал это явление в своей книге «Рождение креативного класса». «Стратегия 2020» ввела этот термин в российский политологический и экономический обиход. Именно он, по мысли авторов Стратегии, является носителем инновационного мышления и духа предпринимательства. На него возлагается надежда все еще актуальной модернизации страны, без которой Россию ждет судьба страны «третьего мира».

Однако зимой 2011 года креативным классом стали называть тех самых «рассерженных горожан», которые вышли с протестами на улицы Москвы. Большая часть этих людей, так или иначе, связана с предпринимательством. К сожалению, для того, чтобы выжить, они вынуждены значительную часть своих креативных способностей применять не в области технологических инноваций, а в области бухгалтерии. Кстати, в России этот западный термин «креативная бухгалтерия» появился гораздо раньше «креативного класса».

Существующая налоговая система мягко подталкивает «креативный класс» к уходу «в тень», а методы налогового администрирования не оставляет ему альтернативы. Миллионы договоров из трех строчек, которые являются просто ширмой для расчетов «наличкой», укоренившаяся в нашей стране практика «обналички» под фиктивные договоры, фирмы-«однодневки» и многие другие составляющие современного российского бизнеса сделали эту важнейшую часть экономической жизни страны питательной средой для коррупции и, пожалуй, самым криминальным занятием.

Можно до бесконечности спорить о том, сколько именно процентов нашей экономики находится «в тени», точных цифр все равно никто не знает. Недавняя попытка внесения изменений в Трудовой Кодекс, запрещающая выдачу заработной платы наличными, в целях, якобы, легализации денежного оборота, совершенно справедливо расценена Министерством финансов как лоббирование бизнес-интересов банкиров, имеющее весьма опосредованное отношение к выводу экономики из «тени».

Экономическое поведение хозяйствующих субъектов подчиняется естественному закону минимизации потерь и максимизации прибыли, и никакие кары не изменят существующего положения вещей. Выход один — необходимо менять налоговое законодательство, прописав все налоги абсолютно конкретно, способом, не допускающим толкований, и сделав невыгодным нарушения закона. Менять — не значит снижать налоги, задача заключается в изменении философии бизнеса. Действующий Налоговый Кодекс и бесчисленное количество подзаконных нормативных актов, регламентирующих его применение, оставляют широчайший простор для толкования контролирующими органами, порождая чиновничий произвол и побуждая бизнес к ведению «креативной бухгалтерии».

Вывод прост: налоговые правила должны быть абсолютно конкретны, не допуская многозначных толкований и не порождая многоходовых комбинаций с целью неуплаты налогов. Почему бы нам не пойти по пути изменения существующего положения, связанного с уплатой налога на прибыль организаций?

В соответствии с действующим налоговым законодательством «налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов... Расходами признаются обоснованные... затраты, понесенные налогоплательщиком. Под обоснованными затратами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражается в денежной форме» (статья 252 Налогового Кодекса РФ). Если кто-либо из читателей этой статьи пытался хоть раз объяснить налоговым органам, что именно эти понесенные им затраты являются «экономически оправданными», то он прекрасно понимает, о чем речь. Само понятие экономической оправданности носит оценочный характер и оставляет широкое поле для чиновничьего, следственного, а затем и судейского усмотрения. Ну, по-разному все они понимают экономическую оправданность именно в этом бизнесе! А что думает по данному поводу сам предприниматель, их и вовсе не интересует.

Есть только один выход из этого налогового тупика: разрешить компаниям относить на себестоимость, т. е. признать экономически оправданными любые затраты, кроме тех исключений, которые законодатель сочтет необходимым совершенно конкретно запретить. Причем этот запрет должен быть предельно ясным (например, запретить относить на себестоимость приобретение воздушного транспорта для компаний, не занимающихся воздушными перевозками). Все остальное должно быть разрешено.

Преимущества легального оборота

Представьте себе ситуацию, когда владелец компании будет иметь возможность построить себе дом, отнеся стоимость дома на себестоимость, т. е., исключив эти затраты из налогооблагаемой базы. К чему это приведет? Последствий много. Например, дом станет собственностью компании, а не ее владельца. Расплачиваясь за стройматериалы, оплачивая труд рабочих, владелец будет вынужден потребовать от продавцов и строительных фирм счета-фактуры с указанием реальных цифр (чем выше затраты, тем больше он сэкономит на налогах). Значит, и те вынуждены будут впоследствии отчитаться перед налоговыми органами, поскольку, выставляя счета, им придется оприходовать полученные средства. Это может серьезно ограничить использование неучтенной «налички» в расчетах и увеличит налогооблагаемую базу как по налогу на добавленную стоимость, так и по единому социальному налогу и налогу на прибыль.

Каждый дополнительный субъект экономической деятельности, вовлеченный в легальный оборот денежных средств, неизбежно будет дополнительным плательщиком налогов в бюджет. Выставление счета-фактуры и приходование полученной оплаты в полном размере (а иначе это будет легко выявлено в ходе первой же налоговой проверки) вынудит компанию уплатить НДС с каждой легализованной сделки, а этот налог «весит» в бюджете в два раза больше, чем налог на прибыль. По каждой легализованной таким образом сделке все ее участники вынуждены будут также уплатить в бюджет пусть небольшой, но честный налог на прибыль.

Есть в таком решении и еще одна очень важная деталь. Представьте, что вы живете в доме, который является собственностью вашей фирмы, ездите на машине, которая тоже принадлежит компании. Все, что есть в доме, тоже не ваше. Такую фирму вы будете беречь пуще глаза. Подставить ее под проблемы с налоговой инспекцией или не исполнить условия договора (выражаясь по-новорусски, «кинуть» кого-либо) вам и в голову не придет. Грустно будет лишиться жилья, машин и всего остального. В Европе каждый предприниматель берет счета, заправляясь бензином, покупая технику и даже бумагу для офиса. На визитной карточке обязательно указывается ИНН и все прочие налоговые реквизиты фирмы, необходимые для выставления счета, так что сквозная проверка налоговой инспекции быстренько обнаружит все неоприходованные деньги у любого продавца товаров и услуг.

Несомненно, если на минуту представить, что предлагаемые меры, в том или ином виде, будут приняты, это поможет вывести из «тени» большую часть российской экономики и несколько приблизить наступление эры по-настоящему правового государства. Разрешение относить на себестоимость практически все затраты не может, думается, касаться всех субъектов экономики. Наверное, большой бизнес обойдется и без этого, но ведь именно малый и средний бизнес в большей степени поражены теневыми эффектами.

Еще один немаловажный аспект предлагаемого нововведения заключается в уменьшении оборота неучтенных наличных средств, а это и есть питательная среда коррупции. Предвидя возражения о том, что предлагаемая новация снизит поступление в бюджет налога на прибыль, хочу отметить, что налог на прибыль организаций вовсе не является серьезным бюджетообразующим элементом. В 2010 году поступления в бюджет Российской Федерации от налога на прибыль составили всего 255 млрд. рублей или 3,07% от всех собранных налогов.

Учитывая эффект неизбежно возрастающих при введении предлагаемой налоговой модели легальных расчетов, эти потери частично будут возмещены налогом на добавленную стоимость и другими налогами, плательщиками которых станут компании, дополнительно вовлеченные в легальный денежный оборот. Что же до легализации экономической сферы жизни государства и снижения коррупционной составляющей в бизнесе — этому просто нет цены.

А если к этому добавить высвобождаемый творческий потенциал креативного класса, который сможет вместо креативной бухгалтерии заняться модернизацией страны, попробовать явно стоит.

Виктор Поляков