Всемирный Русский Народный Собор

Секция «Церковь. Армия. Народ»

Военная академия Генерального штаба ВС РФ
10 марта 2005 года

ШАТОХИН В. Я.
член Президиума Всемирного Русского Народного Собора, Первый вице-президент Объединения высших офицеров России, генерал-лейтенант, профессор

Наша секция называется «Церковь. Армия. Народ». В работе секции принимают участие около 300 человек, это — заслуженные ветераны, священнослужители Русской Православной Церкви, представители Администрации Президента РФ, члены Совета Федерации и депутаты Государственной Думы Федерального Собрания РФ, члены Правительства РФ, военные, ученые, деятели искусства, руководители и представители видных российских общественных организаций, казачества, преподавательский состав и слушатели Военной академии Генерального штаба, других военно-учебных заведений страны
 
Организационный комитет Собора поручил вести секцию мне совместно с уважаемым протоиереем Димитрием.
 
В ходе работы секции нам предстоит обсудить источники и слагаемые Победы советского народа в Великой Отечественной войне. Их стержнем стало небывалое единство всего нашего общества от Верховного Главнокомандующего до рядового солдата, рабочего, колхозника.
 
Расчет фашистов на деморализацию народа и армии, национализм, раскол людей по национальным и религиозным признакам, недоверие их к существующей власти, противопоставление ей пострадавших от нее религиозных конфессий и, в первую очередь, Православной Церкви, не оправдался. Война поистине стала Отечественной. На борьбу с фашистами в единый строй встала вся страна, возглавляемая Государственным Комитетом Обороны и Верховным Главнокомандующим И. В. Сталиным.
 
Очень хочется, чтобы в ходе работы секции мы не только подтверждали эти неоспоримые исторические истины, но и рассматривали их с позиции сегодняшних дней. Это очень важно перед лицом существующих и грядущих для страны опасностей, тяжелейших проблем армии и народа в целом.
 
К глубокому сожалению реалии нынешних дней говорят о том, что идет целенаправленная работа по искоренению из умов наших людей осознания величия мирового подвига, совершенного поколением победителей. Народ, под лозунгами демократии, раскалывается политическими партиями и течениями на отдельные, зачастую, враждебные друг другу слои, группы и группировки, идет расслоение людей на богатых и бедных. Да и само понятие народ, в его высоком звучании все чаще и чаще заменяется на непонятное, чужое, принесенное извне вопреки присущей российскому народу соборности, понятие «электорат».
 
Мы являемся свидетелями ничем неприкрытой оголтелой деятельности по расколу армии и народа, по деморализации Вооруженных Сил, их окончательному развалу и деградации, что грозит тяжелейшими для страны последствиями. Служба в Вооруженных Силах, защита Отечества превратились в понятия унизительные для человека. Даже слова «русский» и «православный» стали в последнее время в нашей стране произноситься с опаской быть уличенным в шовинизме и национализме.
 
Сегодня Россия, вместе с народами других стран СНГ в 1945 году победившая фашизм, перед лицом новых угроз, раздирается сложными противоречиями, грозящими дальнейшим распадом страны. На ее пороге новый враг в лице внутреннего и международного терроризма.
 
Только мудрость политиков, единство народа, мощь армии, крепость духа людей, имеющих заслуженное право называть себя Победителями, может встать на пути этим угрозам. Как это было в годы войны.
 
Очень надеюсь, что в ходе работы секции мы сможем предложить обществу конкретные пути и меры, направленные на возрождение Величия и Славы нашей Родины.
 
Планом работы секции предусматривается: приветствие Начальника Военной академии Генерального штаба ВС РФ Виктора Степановича Чечеватова, доклад Первого заместителя начальника Военной академии Генерального штаба Виктора Михайловича Барынькина, содоклад протоиерея Димитрия (Смирнова), ряд выступлений участников Собора.
 

ЧЕЧЕВАТОВ В. С.
начальник Военной академии Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации.

Победа над фашизмом была и остается величайшим достижением народа, это победа русского духа и русского оружия над силами зла, угрожающими народам мира. Беспримерный героизм и жертвенность советских людей принесли желанную победу над злейшим врагом человечества. Русский солдат в те огненные годы был воплощением беззаветной любви к Родине, верности традициям предков и воинскому долгу. Его мужество питала теснейшая связь с духовными силами народа, в нетленных духовных ценностях России черпал он веру в победу.
 
Секция Собора «Церковь, армия и народ: прошлое, настоящее и будущее» призвана еще раз вернуться к духовным истокам Великой Победы. Мы склоняем головы и свято чтим память и славу героев, вышедших победителями из смертельной схватки с фашизмом. Мы вновь и вновь заявляем, что духовной составляющей победы над захватчиками в Великой Отечественной войне было единство армии, народа и Церкви. Патриотический дух, святость народных идеалов преодолевали в годы войны межэтнические, межрелигиозные и даже идеологические противоречия. На защиту Отечества выступили все, для кого Россия была Родиной-Матерью. В этом единстве был залог победы.
 
Сегодня мир переживает ответственный этап своего развития. Происходящие на нашей планете фундаментальные и динамичные перемены не могут не затрагивать интересов Российской Федерации. Прежде всего, речь идет о все более усиливающихся тенденциях создания однополярной системы структуры мира при военном и экономическом доминировании США. Одновременно выхолащивается и стабилизируется роль Организации Объединенных Наций. Подтверждением тому является не санкционированная Советом Безопасности ООН война против Югославии в 99-м году и продолжающаяся в настоящее время война против Ирака. Мы видим, что НАТО приближается к границам России, а военные базы США размещаются по всему периметру бывших границ СССР. Все это во многом предопределяет неблагоприятное развитие геополитической обстановки как для России, так и для мира в целом.
 
И я сегодня хотел бы пожелать, чтобы мы почувствовали нашу ответственность и перед народами России, и перед народами всей планеты, поскольку известно, что дорога любого агрессора проходит через Россию. И будущий претендент на мировое господство, безусловно, об этом знает, и он опять же пойдет по хотя и заросшим, но еще очень желанным для них тропам.
 
Мы должны сегодня со всей определенностью высказать свое отношение к тем истокам Великой Победы, которыми увенчалась Великая Отечественная война. Мы до сих пор продолжаем, к великой радости наших западных партнеров, утверждать, что к войне мы готовились очень плохо, что наши полководцы очень плохие были по сравнению с западными, что армия не была подготовлена к войне. Но при этом никто не может объяснить, почему же в этом случае вся Европа пала под ударами фашистской Германии за 141 день боевых действий, приблизительно за это же время почему же при всей тяжести наши отцы и деды завершили 1941 год контрударом, контрнаступлением наших войск под Москвой, с «худшими полководцами», неподготовленными вооруженными силами и с худшими, чем на Западе, государственными деятелями.
 
Мы должны, в конце концов, дать ту политическую оценку, которая действительно складывалась к 1941 году, когда наше государство оказалось один на один перед лицом фашисткой Германии. Модно сейчас говорить о каких-то ошибках, они действительно были, и их никто не скрывал, о том, что Гитлер переиграл Сталина, почему он не объявил мобилизацию, когда военные специалисты ему об этом говорили. Я вам скажу, что Сталин был бы самым глупым из глупых людей, если бы он пошел на поводу у военных и объявил мобилизацию хотя бы за день, за неделю и даже за месяц. Никаких изменений в лучшую сторону не было бы, поверьте мне. Мало того, весь Запад бы ополчился против СССР, и нашего государства не было. Они бы сказали: вы посмотрите, то, что мы постоянно говорили всему миру, что СССР — это исчадие ада, они, несмотря на существующий договор между Германией и СССР, объявили мобилизацию и готовы захватить всю Европу и весь мир. И они бы нашли методы и способы для того, чтобы антигитлеровская коалиция не существовала и была бы гитлеровской коалицией.
 
Сегодня льют они слезы, а у многих просто крокодильи слезы, о тех жертвах, которые мы имели в ходе Великой Отечественной войны (около 30 миллионов), но никто не говорит о том, что 18 миллионов из числа павших дочерей и сыновей нашего великого государства — это те, которые умерщвлены в концентрационных лагерях, те, которых вывезли в Европу на заводы гитлеровской Германии, те, которых вешали, казнили, сжигали на территории СССР. Я думаю, что тут есть люди, которые были в Белоруссии и знают, — около тысячи деревень были уничтожены полностью, от грудного младенца до стариков и старух. Зная, что такие историки найдутся и будут обвинять наших отцов и дедов, было бы неблагородно не подумать, а разве не было бы такой же возможности у нашего руководства, чтобы немецкие жертвы довести тоже до этого уровня. Но величие духа нашего народа, несмотря на то, что каждый воин или семья каждого воина, который вошел в Берлин, в Прагу и другие фашистские города пострадали, в том, что наш солдат был олицетворением человека в высшем понимании этого слова, он не пошел мстить, он не стал также вешать, расстреливать, убивать, грабить, а кормил наш солдат, наши отцы и деды детишек, которые миллионами голодными бродили по всей Германии.
 
Поэтому мы должны воссоздать эту правду. И пока мы эту правду не скажем друг другу, и пока мы эту правду не сделаем достоянием всего нашего народа, мы очень мало в чем-то преуспеем. И, конечно, есть такое выражение, что надежда умирает последней. Да, действительно, надежда умирает последней, но я бы хотел вам зачитать несколько строк апостола Иакова, который предостерегал нас: «Что пользы, братья мои, если кто говорит, что он имеет веру, а дел не имеет? может ли эта вера спасти его?.. Но хочешь ли знать, неосновательный человек, что вера без дел мертва? Видите ли, что человек оправдывается делами, а не верою только. Видишь ли, что вера содествовала делам его, и делами вера достигла совершенства?». Это кратчайший и верный путь к рождению легендарной и непобедимой армии и великой России. Нужно сочетать веру с действиями в обязательном порядке. И тогда все, что мы будем желать и о чем мы будем говорить, приведет к величию нашего любимого государства — России.
 
Я хотел бы завершить свое краткое выступление тем, что секция наша начинает свою работу в старейшем военно-учебном заведении России. Здесь обучаются и воспитываются военные и государственные руководители, которым предстоит стать наследниками и продолжателями великих побед. Здесь все дышит героической историей Отечества и воинской славой российской армии. Уверен, что это дыхание истории окажет благотворное влияние на ход и решения нашего заседания.
 
Я искренне приветствую участников секции Всемирного Русского Народного Собора и желаю всем плодотворной работы на благо народа, во имя великой России.
 

БАРЫНЬКИН В. М.
генерал-полковник, Первый заместитель начальника Военной академии Генерального штаба ВС РФ

В Великой Отечественной войне советский народ вел справедливую борьбу за свободу и независимость своей Родины, за спасение всего человечества от коричневой чумы — фашизма. Эти великие цели войны обеспечивали небывалый подъем морального духа советского народа, поддержку его всеми прогрессивными силами мирового сообщества. Это первая группа факторов победы советского народа в Великой Отечественной войне.
 
Во-вторых, в число этих факторов следует включить:
 
  1. созданную за годы советской власти экономическую и военную мощь страны и ее Вооруженных Сил;
  2. славные боевые традиции нашей великой Родины и, прежде всего, русского народа, их огромный ратный труд и трудовой подвиг, героизм и мужество, проявленные в войне.
Нельзя не сказать о таком факторе, как передовое советское военное искусство, высокий уровень высшего военно-политического руководства, включая и деятельность И. В. Сталина на посту Верховного Главнокомандующего.
 
Свой вклад в Победу внесли признанные лучшие полководцы мира — Жуков Г. К., Рокоссовский К. К., Василевский А. М. , Конев И. С., Мерецков К. А., Ватутин Н. Ф. и многие другие, которые не только обладали талантом, творческим мышлением, силой воли, но они знали и дорогу к сердцу своих солдат.
 
Но объективная оценка причин нашей Победы над фашизмом будет неполной без упоминания особых взаимоотношений армии, Православной Церкви и народа, сложившихся в ходе Великой Отечественной войны, что в свою очередь было обусловлено тысячелетней историей христианства на Руси.
 
Исторический анализ позволяет сделать вывод о очевидной роли Православия как фактора огромного значения в национальной жизни русского народа, в процессе утверждения его государственного бытия, что неразрывно было связано с постоянной необходимостью вооруженной защиты своего Отечества.
 
Не случайно, что с первых веков введения христианства на Русской земле стал формироваться тесный союз служителей веры и воинской доблести. Русское воинство понималось не иначе как сила, стройная духом, как святая доблестная рать, как собирательный символ лучших и святых стремлений народа.
 
В церковном языке слово «воин» имеет особое значение. Среди святых, почитаемых Русской Православной Церковью целый сонм воинов-мучеников и военачальников, «убиенных за веру во Христа». Среди них Феодор Стратилат, Димитрий Солунский, покровитель русского воинства святой великомученик Георгий Победоносец.
 
Особо почитались Церковью и народом святые, в земле Российской просиявшие. Неоценимый вклад в сокровищницу русской славы, русской истории внесли святой равноапостольный князь Владимир, благоверные великие князья Александр Невский и Дмитрий Донской, Андрей Боголюбский, благоверные князья Олег Брянский, Георгий Владимирский, преподобный Илья Муромец, Александр Пересвет, Андрей Ослябя, святой праведный воин Феодор Ушаков, адмирал Флота Российского.
 
Воинская доблесть и полководческий гений русских святых воинов предопределили многие славные победы в истории Руси. Их подвигом и благими делами утверждалось и крепло государство. Наши великие полководцы Александр Васильевич Суворов, Михаил Илларионович Кутузов, флотоводцы-адмиралы Павел Степанович Нахимов, Федор Федорович Ушаков не были подвержены западничеству. Относясь с уважением к культуре других народов, они никогда не забывали свою родную русскую культуру и русскою духовность.
 
Армия и Церковь всегда были с народом. Они помогали созидать русскую государственность, отстаивая честь и достоинство Отчизны, хранили ее достояние, ее культуру, ее духовное наследие. Воины и священники воплощали в своем служении дух доблести, подвигом своим утверждали мир и согласие общества, объединяли народы России в уникальный в своем многообразии и единстве союз.
 
Вместе с тем, до недавнего времени, да и по сей день, в вопросе о роли Православия в годы Великой Отечественной войны сохранилось немалое число исторических «белых пятен». Этот образовавшийся вакуум знаний широких слоев населения можно объяснить, прежде всего, долговременным царствованием в СССР официальной политики воинствующего атеизма, из-за которой все исторические заслуги отечественной Церкви считались темой крайне непопулярной, а нередко и просто запретной.
 
А какова же была истинная роль Церкви в достигнутой Победе? Следует сразу сказать, что к чести Русской Православной Церкви, несмотря на крутые идеологические повороты в государстве после Октября 1917 г., повлекшие за собой уничтожение храмов и репрессии против священнослужителей, она осталась верной патриотическому долгу служения своему народу.
 
В первый же день Великой Отечественной войны глава Русской Православной Церкви митрополит Московский и Коломенский Сергий (Страгородский) обратился ко всем приходам с посланием «Пастырям и пасомым Христовой Православной Церкви», в котором прежде всего заявил: «Церковь верна своей Родине. Фашистские разбойники напали на нашу Родину. Попирая всякие договоры и обещания они внезапно обрушились на нас, и вот кровь граждан уже орошает родную землю ... Не первый раз приходится русскому народу выдерживать такие испытания. С Божьей помощью и на сей раз он развеет в прах фашистскую вражескую силу. Наши предки не падали духом и при худшем положении, потому что помнили не о личных опасностях и выгодах, а о священном долге перед Родиной и Верой и выходили победителями. Не осрамим же славного имени и мы — православные, родные им по плоти и по вере! Отечество защищается оружием и общим народным подвигом, общей готовностью послужить Отечеству в тяжкий час испытания всем, чем каждый может. Тут есть дело рабочим, крестьянам, ученым, женщинам и мужчинам, юношам и старикам. Всякий может внести в общий подвиг свою долю труда, заботы и искусства».
 
Включившись во всенародное патриотическое движение Церковь развернула деятельность по сбору средств на нужды обороны страны. Так, ко дню 24-й годовщины РККА духовенство и миряне собрали для этих целей значительные суммы. Только московскими православными приходами было внесено около полутора миллионов рублей.
 
К концу 1944 г. сумма взносов от Церкви и верующих составила 150 млн. рублей. На эти средства была построена колонна танков имени Дмитрия Донского и эскадрилья боевых самолетов имени Александра Невского.
 
Кроме того, свою широкую пастырскую деятельность епископат и клир направляли на формирование у верующих чувства патриотизма, национального единства и уверенности в победе над общим врагом.
 
За литургией в Богоявленском кафедральном соборе Москвы митрополит Ленинградский Алексий 10 августа 1941 г. обращался к пастве с такими словами: «Русский человек бесконечно привязан к своему отечеству... Когда Родина в опасности, тогда особенно разгорается в сердце русского человека эта любовь. Он готов отдать все свои силы на защиту ее, он рвется в бой за ее честь, неприкосновенность и целость и проявляет беззаветную храбрость, полное презрение к смерти!».
 
Известно, с какой стойкостью и мужеством митрополит Ленинградский Алексий переносил тяготы блокады, своими молитвами, словом, обращенным к пастве поддерживал духовные силы жителей города. И не случайно 11 октября 1943 г. он был награжден медалью «За оборону Ленинграда».
 
Однако не только проповедями, молитвами и сбором денежных средств приближали победу духовенство и верующие Русской Православной Церкви. Их внимание было обращено также и к нуждам раненых воинов.
 
Патриотическая деятельность Русской Православной Церкви в годы войны способствовала нормализации государственно-церковных отношений. В большой степени на этот процесс повлияло правильное понимание главы государства И. В. Сталина той большой роли, которую может сыграть Православная Церковь в сплочении всех сил для спасения Отечества.
 
Характерным в этом отношении стало обращение Верховного Главнокомандующего к народу в его первом выступлении: «Товарищи! Граждане! Братья и сестры! Бойцы нашей армии и флота! К вам обращаюсь я, друзья мои!». «Братья и сестры» — абсолютно христианское обращение к своему народу его руководителя говорит о многом. И не было в этом ничего лицемерного, ибо дальнейшие практические шаги советского руководства по отношению к Церкви говорят сами за себя.
 
И. В. Сталин в годы войны строжайше запретил преследование духовенства, он лично принимал в кремлевском кабинете и беседовал с основными деятелями Русской Православной Церкви.
 
По инициативе вождя 4 сентября 1943 г. в Кремле состоялась встреча с патриаршим местоблюстителем митрополитом Сергием, митрополитом Ленинградским Алексием и митрополитом Киевским и Галицким Николаем. Кроме И. В. Сталина на встрече присутствовали В. М. Молотов и Г. Г. Карпов — будущий председатель Совета по делам Русской Православной Церкви. Последствия этой встречи для Русской Православной Церкви были самыми благоприятными.
 
И. В. Сталин одобрительно отозвался о созыве Собора епископов для избрания Патриарха Московского и всея Руси. Кроме того, по инициативе главы государства, было принято решение открыть духовные семинарии и академии для подготовки кадров священнослужителей.
 
Война воскресила в сознании народа образ Святой Руси. С 1943 года и в последующие десять лет было открыто более 14 тысяч храмов, 8 духовных семинарий и две духовные академии. Православные воины вели борьбу с гитлеровскими захватчиками на фронтах, в подпольных организациях, партизанских отрядах. Даже те храмы, которые не были непосредственно связаны с сопротивлением, оставались духовными центрами непокоренной православной России.
 
Необходимость поиска новых форм единения граждан страны потребовала создания специальных государственных органов, способных координировать усилия советских и религиозных лидеров во имя достижения победы над агрессором. В структуре Советского государства таким органом стал Совет по делам Русской Православной Церкви при СНК СССР. Его статус был определен специальным постановлением СНК СССР от 7 октября 1943 г., утвердившим «Положение о Совете по делам Русской Православной Церкви при СНК СССР». Оно акцентировало внимание на работе Совета в основном с Русской Православной Церковью, попутно Совет решал проблемы и других конфессий.
 
Предпринятые меры позволили мобилизовать духовный и материальный потенциал религиозных конфессий для защиты Отечества. В целом, разумная политика государства, проводимая по отношению к представителям различных вероисповеданий, позволила использовать мощный духовный потенциал, патриотическую активность верующих и значительные материальные ресурсы в интересах достижения победы над врагом.
 
Многое претерпела Земля Русская за время своего становления, но каждый раз наш народ находил в себе силы для отпора захватчикам, выдвигая достойных вождей, и колокола церквей вновь гремели победоносно. Мужество и патриотизм, передаваемые из поколения в поколение, стали нормой поведения русских людей.
 
Церковь и армия строили и защищали Россию в прошлом, им предстоит защищать и строить ее сейчас и в будущем.
 
Если мы хотим выжить, надо вернуть русскому народу признание целей столь высоких, авторитетов столь бесспорных, идеалов столь возвышенных, чтобы они не могли стать предметом спора для душевно здравых, нравственно полноценных людей.
 
Генерал М. И. Драгомиров не раз подчеркивал, что если мы обратимся к анализу воинского служения, то увидим, что все здесь зиждется на самоотречение, самопожертвовании. Эти качества воспитали в себе многие выпускники нашей академии, видные военачальники, генералы и маршалы: М. Д. Скобелев, Г. К. Жуков, А. М. Василевский, А. И. Антонов, Н. Ф. Ватутин, Л. А. Говоров и многие другие.
 
Заявляя о своем стремлении воплотить в жизнь религиозно-нравственные заветы веры, Россия становилась и становится поперек дороги тем, кто, отвергая заповеди милосердия, братолюбия, стремится устроить земное бытие человека по образцу звериной стаи, жестокой, алчной, беспощадной. Происходящие в стране преобразования, к сожалению, породили опасные для России тенденции, которые находят отражение и в Вооруженных Силах.
 
Сегодня, на мой взгляд, мало исчислять десятками или даже сотнями восстановленные и вновь построенные храмы. Время не терпит, необходимо обратить свой взор на процесс разрушения храмов в каждой человеческой душе. Надо остановить чуждый христианской вере и пропагандируемый круглосуточно в средствах массовой информации культ нравственного уродства.
 
Думаю, мы сумеем восстановить наши индивидуальные церкви в своих душах — в этом суть возрождения непобедимой и легендарной армии и великой России. Неизменными и незаменимыми помощниками в созидании храмов в душах воинов являются православные пастыри. Пришло время всерьез поставить вопрос о введении в армии института военного духовенства. Хорошо известны правовые препятствия в этой области. Но если существует объективная потребность в военных священниках, если все острее ощущается несоответствие законодательной базы требованиям времени, то мы должны авторитетно заявить об этом.
 
Подготовка офицерского состава, в том числе и высшего, к сожалению, не всегда еще затрагивает людские души, носит в основном информативный характер. Интересы национальной безопасности требуют от высшей военной школы новых форм и подходов. В первую очередь — более глубокого и основательного изучения духовной культуры России в ходе образовательного процесса.
 
Несколько лет назад в Российской Федерации был разработан и принят государственный образовательный стандарт для высших учебных заведений по специальности «теология». В настоящее время российские ВУЗы активно внедряют новую дисциплину. Это не дань моде, а признание особого места и роли религии в истории и культуре народов, стремление обогатить человека не только знаниями о нравственности, но и самой нравственностью. Следует уже сегодня ставить и решать вопрос об изучении теологии в военных учебных заведениях.
 
Есть и другие проблемы, которые необходимо решать сегодня, забыв ленивое слово «завтра».
 
Великие подвиги наших предков, героическая история России — та основа, на которой строится воспитание будущих полководцев в нашей академии. Примечательно, что в 1992 году инициатором возрождения живых отношений армии и Церкви была Военная академия Генерального штаба. Мы высоко ценим первосвятительскую заботу Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, неустанные труды архипастырей и пастырей Русской Православной Церкви по возрождению духовности российского воинства.
 
Мы признательны за труды по окормлению воинов благочинному Михайловского благочиния Москвы протоиерею Георгию Студенову, бывшему настоятелю академического храма Архистратига Божия Михаила, ветерану Великой Отечественной войны протоиерею Герасиму Иванову и нынешнему настоятелю храма священнику Андрею Галухину.
 
Русская Православная Церковь, всерьез обеспокоенная массированной идеологической и психологической агрессией со стороны пропагандистов западных ценностей, предлагает для спасения страны возвращение ее былого духовного величия. Государство крепко своей армией, армия — духовным потенциалом, а воин — моральным духом. Россия будет расти и развиваться, если в ней воцарится дух служения, чести и верности. Активно насаждаемый россиянам культ бесчестия, жадности, алчности и предательства грозит полным распадом на пути позора и бессилия.
 
Сегодня невозможно строить новое государство, новую армию без проведения границы между добром и злом, между правдой и ложью, без глубокого, сердечного, чувственного усвоения исторического наследия Государства, Церкви и Армии. Церковь, до сих пор испытывая нехватку кадров, без колебаний отдает приоритет человеку в погонах. «Православные пастыри, — подчеркнуто в „Основах социальной концепции Русской Православной Церкви“, — как несущие особое послушание в войсках, так и служащие в монастырях и на приходах — призваны неукоснительно окормлять военнослужащих, заботясь об их нравственном состоянии».
 
Такая позиция Церкви не может не вызывать уважения и благодарности. Ведь именно заботы о нравственном состоянии воинов так не хватает сегодня. Деклараций на этот счет множество, а деятельного, отеческого участия со стороны государства и общества в целом Армия уже давно не ощущала. Если вспомнить многовековой опыт неустанной поддержки русской армии Церковью, то следует признать, что Церковь на протяжении веков была и остается единственным верным, надежным союзником и соработником армии, который не только никогда ее не предавал, но сам шел и идет на жертвы ради благополучия защитников Отечества, а значит и всей России.
 
«Русская история поражает необыкновенным — сознательным и логичным ходом явлений», — писал К. Аксаков более века тому назад. Сегодня мы, случается, забываем об этой осознанности, возводя хулу на своих предков, подверстывая их высокую духовность под наши нынешние убожества. Кто на протяжении тысячи лет ковал и пестовал несгибаемый державный дух русского патриота? Кто вдохновлял отважных и укреплял малодушных возводя дело защиты Отечества на высоту личного религиозного долга каждого, способного носить оружие? Кто научил русского человека быть верным без лести, мужественным без жестокости, щедрым без расточительности, сильным без гордости, милосердным без тщеславия, ревностным без гнева? Православная Церковь.
 
Молитвенник и чудотворец Иоанн Кронштадтский, обличитель духовного растления, до последнего своего вздоха не умолкал, предупреждая русский народ о губительности равнодушия к Вере.
 
Духовная основа русского бытия — в самом сердце России, глубоки ее корни в народном мироощущении. То, что хотят построить люди, отвергающие православную духовность и Церковь — не есть Россия. Лишенное религиозно-нравственных опор национальное самосознание либо рухнет от напора внешних сил, либо выродится в нелепую национальную спесь. И то и другое для России — гибель. Не видеть этой опасности может лишь только слепой. Как и прежде, сегодня в обществе остались только два устойчивых, жизнеспособных социальных основания, корнями уходящих в глубь народной жизни: Православная Церковь и армия. Военная мощь, соединенная с высокой духовностью — сила необоримая, не подверженная никаким политическим шатаниям и раздорам внутри страны и способная противостоять нападениям извне. Если мы сохраним это единство, значит, добьемся Победы и в будущем.
 

Протоиерей Димитрий СМИРНОВ

Глубокоуважаемый Виктор Михайлович Барынькин в своем докладе коснулся многого из того, что мне тоже виделось необходимым осветить. Но не все. Поэтому будет очень важно нам представлять трагическую историю XX века, чтобы в этой перспективе видеть, что нам нужно делать сейчас. Потому что по исследованиям, даже медицинским, того, что происходит с нашим народом, самая главная тенденция, которая сейчас существует, которая представляет серьезную опасность для нашей народной жизни, государственной, военной, церковной и прочей, — это вымирание нашего народа. Ученые пришли к выводу, что это происходит не только из-за употребления алкоголя, табака, каких-то экологических явлений, а прежде всего из-за того, что народ в состоянии стресса. И вот эти вопросы были исследованы внимательно, и выяснилось, что это главный фактор, который поставил нашу страну следующей после Зимбабве по продолжительности жизни мужского населения.
 
С чем это связано? И в чем причина, откуда это пошло, где начало? Дело в том, что не все до сих пор понимают, что идеология марксизма-ленинизма, которая была официальной религией нашего государства, как и всякая религия, она претендует на полноту истины и на то, что она является истиной в последней инстанции, и, естественно, рядом с собой ничего другого не терпит. Тем более мы знаем, что в первом ЦК ВКП (б) крещеных людей там насчитывалось менее 10 процентов.
 
Поэтому, естественно, проводники и идеологи этой новой религии нетерпимо относились к Православию. И были организованы массовые репрессии не только целых классов русского народа, они были уничтожены как класс, но и купечество было уничтожено как класс, офицерство было уничтожено как класс, ученые и так далее.
 
Вот цифры, которые непосредственно касаются духовенства. Если по переписи населения 1913 года в нашей Российской империи было 67108 храмов, то к 1941 году осталось на всей территории СССР 500 действующих церквей. Из 64 архиереев на свободе и живыми оставалось только 4. Из 66140 священников действующих осталось только 500. Священников начали убивать примерно с 1918 года. Но организация этих убийств была не такая четкая до того, как возникли специальные органы репрессивные — ГПУ и НКВД. А когда эта машина стала отлажена, то понятно, что на место расстрелянных, сосланных и посаженных в лагеря священников вставали новые. И только за 1937—1941 год, то есть всего за 4 года, было репрессировано 175800 священников, из них расстреляно 110700 человек.
 
Теперь задам вопрос: а сколько сейчас священников русских в Церкви? Если взять весь земной шар, потому что у Русской Православной Церкви есть приходы за границей, то 26 тысяч священников. Поэтому, когда мы говорим «Церковь», мы должны понимать, что мы не достигли той цифры, которая необходима по тому количеству населения нашей страны, в каком количестве священников нуждается наш народ.
 
Почему это произошло? Помимо того, что, действительно, если мы возьмем марксизм-ленинизм как учение, которое, как нам говорили, всесильно, потому что оно верно, это чисто религиозное утверждение. Вы спросите: ну как же может быть религия без Бога? Очень просто. Например, в основные даже конфессии, признанные нашей Конституцией, законом, входит, допустим, буддизм. Если вы у любого буддиста спросите, есть ли Бог, он скажет — нет. Очень многие религиозные системы вполне обходятся без Бога, но они основаны на религиозных принципах, которые утверждаются без всяких оснований и доказательств. Недаром тем людям, которые исповедовали марксизм-ленинизм, требовалась вера в светлое будущее всего человечества. И вот ради этой веры в коммунизм и требовались такие жертвы.
 
А почему такие жестокие репрессии, особенно с 37-го по 41-й год? Потому что до этого, я повторяю, эти репрессии были не организованы — отдельных священников убивали, отдельных судили и расстреливали, хотя это тоже носило массовый характер, цифр нет, но с 37-го года приняло организованный характер. С чем это связано? Это связано с переписью населения, которая была очень почитаема Иосифом Виссарионовичем Сталиным, и он решил провести ее в СССР. 3 этой переписи, в отличие от последней переписи, была графа «Ваше вероисповедование». И что выяснилось? Выяснилось, что половина населения (это в 37-м году) нашей страны исповедует себя как православные христиане, что, конечно, у представителей новой марксистско-ленинской религии вызвало гнев.
 
Все руководители-организаторы переписи населения 37-го года были немедленно расстреляны, а все документы, которые касались этой переписи, до сих пор не могут найти, кроме отдельных опубликованных статистических данных. Может быть, архивы были уничтожены, может быть, они где-то хранятся в незафиксированном архиве.
 
С помощью Союза воинствующих безбожников, который возглавлял Миней Израилевич Губельман, он выступал обычно под фамилией Емельян Ярославский, была организована «пятилетка безбожия», которая должна была закончиться в 40-х годах. В результате этой «пятилетки» у нас, как и в Албании, не должно было остаться ни одного храма, ни одной мечети, ни одной синагоги, ничего. Вот такая была раскручена машина.
 
И вот началась война. Повторю, что к началу войны на всей территории СССР осталось всего лишь 500 действующих храмов из 67108 штук. Это притом, что очень многие наши солдаты, офицеры и даже генералы учились в духовных заведениях, например, маршал Василевский закончил духовную семинарию, Микоян — духовную академию, сам Сталин учился в семинарии, но недоучился. То есть народ не только веровал в Бога, не только были все крещены, но народ относился к Церкви как к тому, что составляет сущность народной жизни.
 
И вот эти проведенные репрессии, они напугали людей, но не изменили их отношения к вере. Потому что мы знаем, например, что те люди, которые до сих пор исповедуют марксизм-ленинизм как веру, потому что их так научили, воспитали, тем не менее их много, несмотря на все демократические преобразования, на все испуги современной жизни, они продолжают исповедовать эту религию. Несмотря на репрессии, народ продолжал исповедовать православную веру.
 
Это легко доказать. Мы знаем, как быстро докатились фашистские полчища до Москвы, то есть огромные территории нашей Родины были под оккупацией. Что же мы там видим? Приведу опять несколько цифр. Менее чем за три года на оккупированной территории было открыто 10 тысяч церквей. И Сталин, как, разумеется, неглупый человек, он знает, что происходит на оккупированной территории, когда война подкатилась к периоду коренного перелома, он был вынужден начать соревноваться с Гитлером, кто больше откроет церквей.
 
Поэтому в 43-м году был ликвидирован Союз воинствующих безбожников. Поэтому Сталин в Кремле собрал четырех оставшихся на своих кафедрах архиереев, и Карпова, о котором Виктор Михайлович упоминал, и сказал — что нужно? Митрополит Сергий в то время был местоблюстителем патриаршего престола, потому что после того, как Патриарха Тихона отравили в больнице органы ГПУ, Церковь оставалась без Патриарха. За период с 1925 года по 1941-й фактически была уничтожена представителями новой религии самая крупная Православная Церковь в мире. Практически было уничтожено все — и учебные заведения, и храмы, физически уничтожено все духовенство, монастыри. И вот Сталин спрашивает у четырех действующих архиереев: «что делать?». Митрополит Сергий сказал: «нужно начать церковное строительство». Сталин оценил то, что пока он две недели думал, что ему делать, митрополит Сергий первым отреагировал на начало войны. За две недели до Сталинского «братья и сестры» митрополит Сергий уже распространил свое послание к своей пастве и к русскому народу, где были сказаны приводившиеся Виктором Михайловичем его замечательные, вдохновительные слова.
 
И изменилась в этот период политика новой религии в отношении к Церкви. Почему? Потому что, как всегда, в минуты крайней опасности человек вынужден искать союзников даже у заклятых врагов, к которым относилась Церковь. И если мы посмотрим прессу времен советской власти, мы увидим, какое было реальное отношение к Церкви.
 
Стали открываться храмы. На следующий день был приказ (а собирались, естественно, ночью — Сталин работал ночью), чтобы собрать Собор по избранию Патриарха. Всех живых, находящихся в лагерях архиереев, на военных самолетах свезли в Москву в течение суток. Провели Собор, избрали митрополита Сергия Патриархом. В течение двух дней, во время войны. Казалось бы, нет других забот, как только архиереев возить во время военных действий. Да, это оказалось архиважным.
 
Но Иосиф Виссарионович Сталин в соревновании с Гитлером по открытию на нашей территории церквей отстал, ему не удалось открыть более 6 тысяч церквей. И к концу войны 16 тысяч открытых церквей покрывали нашу территорию Советского Союза.
 
Спрашивается: а где взять духовенство? Как где — в лагерях. Расстреляли-то всего 110700 человек, а репрессировали 175800. Значит, в лагерях оставалось примерно 60 тысяч священников, дьяконов и монахов. Вот их-то досрочно и освободили. И еще тех, которые были в расколе. Раскол также был ликвидирован с помощью НКВД. И все священники покаялись и вошли в лоно Православной Церкви, некоторые дослужили до нашего времени.
 
И эти священники начали служить в храмах, до хрущевского гонения. Никита Сергеевич Хрущев, этот замечательный либерал, которого все прославляют, он закрыл 10 тысяч церквей, и практически все монастыри, открытые при Сталине, Маленкове и т. д. Вот Хрущев за время своего правления успел ликвидировать. Но уже не расстреливал, некоторые священники были посажены, но все-таки это были не массовые репрессии. Вот такая была трагическая ситуация.
 
Теперь посмотрим, как реагировал на это наш народ. Как только политика государства и партии изменилась по отношению к Церкви, народ воспринял это как благо. Расчет Сталина полностью оправдался. Наступил коренной перелом. Офицерам вернули погоны, вспомнили русскую историю, вспомнили славные имена — Дмитрий Донской, Александр Невский, Суворов, Нахимов, Багратион. Незадолго до этого могилу Багратиона они взорвали. Все, что носило на себе отпечаток русского духа, было все уничтожаемо. Никакой истории не было — не было ни Куликова поля, ни Бородинского сражения, ничего этого не было. Началась история русской армии с 23 февраля 1918 года.
 
Как же реагировала Церковь? Никто не обижался. Перед лицом фашистской угрозы Церковь и люди церковные, как и многие из репрессированных офицеров и генералов, простили советской власти совершенно не оправданные репрессии, направленные против них, и верой и правдой начали служить.
 
Поэтому, когда говорят о руководящей роли партии в победе в Великой Отечественной войне, мы понимаем, что, действительно, это сила, которая управляла всем государством. Но когда наша история подошла к точке великого коренного перелома в войне, понадобилась некая составляющая, в результате которой враг был разбит. Вот та последняя капля, которая была положена на чашу победы.
 
И этой каплей оказалась Русская Православная Церковь, духовность нашего народа. Поэтому, если мы и понимаем роль победы и руководящую роль государства и партии в этом, то только в том смысле, что они прекратили репрессии против народной веры нашего народа. Хватило ума, хватило памяти, хватило смирения, потому что это не просто. В течение многих десятилетий уничтожать, а потом вызвать и сказать: помогите! Это было совсем непросто. Это был очень большой, очень серьезный в психологическом отношении шаг.
 
Поэтому в этом смысле, конечно, эта роль была. Но это была духовная составляющая победы. Потому что перестали стесняться своей веры, воспитанные в вере и офицеры, и солдаты.
 
И этот шаг был правильный, может быть, и единственный. История не терпит сослагательного наклонения. Мы не знаем, что бы возникло в результате этой войны, если бы не это решение Сталина, но оно случилось. Поэтому мы имеем полное основание считать, что Русская Православная Церковь и наш крещенный православный народ умирал не только за Сталина, умирал не только за Родину, но он еще умирал и за Русскую Православную Церковь.
 
Причем, мы можем с уверенностью сказать следующее. Когда сейчас, по данным социологических исследований этого года, 84 процента населения нашей страны позиционирует себя как православные христиане. Если бы в 1937 году не было репрессий, то, наверное, не 50 процентов заявили бы вам официально, что они православные, а это было бы много больше. Просто как всегда, когда существуют репрессии, угроза жизни, люди стараются веру свою не афишировать, скрывать, тем более, что анкеты и в то время были анонимные.
 
Дорогой ценой далась эта Победа. И понятно, если бы отношение к Церкви, как к душе народа, представители новой власти, которая пришла к этой власти не легитимным путем, были бы иными, то, может быть, и побед, особенно на первом этапе, было бы больше. Может быть, и население по-другому относилось к оккупационным войскам, может быть, и жертв было бы меньше. Это совершенно очевидно, потому что, глядя на замечательную военную историю нашего народа, мы видим в истории прошлых войн совершенно другие примеры.
 
Сейчас мы должны в исследованиях и во взгляде на историю XX века непременно всегда учитывать эту составляющую, потому что человек состоит все-таки больше из души, чем из тела. Поэтому в своем докладе я хотел коснуться именно этого.
 

ТРОШЕВ Г. Н.
советник Президента РФ, генерал-полковник

Прежде всего, хочу выразить глубокую признательность Оргкомитету за предоставленную мне возможность принять участие в работе Всемирного Русского Народного Собора и представлять на нем казачество России.
 
В год 60-летия Победы советского народа над фашистской Германией, когда все громче звучат призывы националистов всех мастей как в странах дальнего зарубежья, так и на постсоветском пространстве о пересмотре исторической правды о Второй мировой войне, необходимость проведения Всемирного Русского Народного Собора накануне юбилея великой Победы трудно переоценить.
 
Огромная заслуга советского народа в разгроме немецкого фашизма очевидна, а людские потери Советского Союза в этой войне огромны и измеряются десятками миллионов человеческих душ. Основные операции Второй мировой войны, которые в конечном итоге привели к разгрому основных группировок фашистской Германии, были проведены Советской Армией. Страны центральной и восточной Европы были освобождены именно советскими войсками. Была и остается только одна правда о Второй мировой войне, основную тяжесть войны вынес на своих плечах советский народ.
 
Сегодня мы должны склонить головы перед живыми ветеранами этой страшной войны и перед теми, кто не дожил до сегодняшнего дня, отдав свою жизнь во имя этой Великой Победы.
 
Но упор все же в своем выступлении я хочу сделать на сегодняшний день. Вот уже более двух лет я являюсь советником Президента Российской Федерации и занимаюсь вопросами возрождение и становления российского казачества, оставаясь при этом по-прежнему кадровым офицером, а по сему мне далеко не безразлична судьба нашей Армии, которой я отдал 40 лет своей жизни.
 
Как же живется сегодня нашей Армии? Да, не все гладко сегодня в наших Вооруженных Силах. Та реформа, которую начали мы, военные, почти 20 лет тому назад, а сегодня и все государство занимается этим сложным вопросом, пока, к сожалению, ощутимых результатов не дала, хотя и поспешили некоторые руководители Минобороны заявить о завершении коренной перестройки в рамках проводимой военной реформы.
 
Для того, чтобы реформы в Армии шли не на словах, а на деле нужно было прежде всего начать с реформирования отношения нашего общества к своей Армии. В голову каждого из нас нужно вложить такие понятия, как любовь к своей Армии, бережное отношение к людям в погонах, забота о молодых офицерах, да и просто о наших солдатах. Еще Наполеон сказал, что если народ не хочет кормить свою Армию, он вынужден будет кормить чужую Армию.
 
Сегодня офицер уходит из Армии только по одной причине: он не может обеспечить свою семью всем необходимым, а по сему нужно дать офицеру такую зарплату, чтобы он смог со своей семьей нормально, по-людски жить. Те подачки, которые Правительство пытается дать военному человеку, конечно же, унизительны. Защитники Отечества не должны быть нищими и по ночам, после службы, на вокзалах не разгружать вагоны и не заниматься частным извозом.
 
3 марта сего года «Российская газета» опубликовала в полном объеме приказ министра обороны Российской Федерации от 5 февраля 2005 года № 33 «Об установлении окладов по воинским должностям военнослужащих». Безусловно, возникает много вопросов.
 
Да, государство наше пока еще бедное, но все-таки надо реально смотреть на вещи. Разве можно сравнивать ответственность и обязанности кондуктора автобуса и уборщицы в метро с задачами, которые возложены сегодня на командира полка, командира дивизии или большого противолодочного корабля, тем более на командира атомной подводной лодки? У первых оклады более 10 тысяч рублей, у вторых, то есть у военных, в подчинении которых сотни, тысячи людей и сложнейшая боевая техника, вооружение, а должностной оклад их составляет чуть более 2,5 тысяч рублей. Грустно и обидно за людей в погонах.
 
Не лучше обстоит дело и с парком боевых машин. Более 80 процентов образцов военной техники устарели и требуют немедленной замены. Но у государства нет и на это денег. Наши ученые создали совершенно новые образцы военной техники и вооружения, аналогов которым нет вообще в мире. Однако все это современное вооружение идет на продажу за рубеж. ВПК тоже должен жить. А Министерство обороны не в состоянии покупать эту технику из-за отсутствия денег.
 
Нужно менять и систему комплектования вооруженных сил, о чем много говорят. Но не в одночасье, поэтапно это надо делать. В противном случае мы свой народ поставим на колени и отбросим в экономическом развитии лет на 10-20 назад. То есть расходы на армию при переходе на контрактную службу резко увеличатся во много раз.
 
Вот только один пример. Рядовой по призыву получает сегодня 100 рублей в месяц. Для него проблематично даже сходить в увольнение. А завтра такому же рядовому, но на контрактной основе надо будет заплатить около 10 тысяч рублей, плюс дать жилье, и не казарму или семейное общежитие, а квартиру. Вот и помножьте эти 10 тысяч рублей с покупкой жилья, а это еще как минимум 450-500 тысяч рублей, на один миллион военнослужащих. Но при такой зарплате рядовому по контракту офицеру надо платить уже не 5 тысяч, а где-то тысяч 15-20. Сможет ли наше государство содержать такую армию?
 
Вот почему в этом вопросе не должно быть спешки и необдуманности. Нам надо осознать и понять, что нельзя слепо копировать систему комплектования американской армии по найму. Ведь сегодня по удельным показателям на душу населения мы отстаем от Соединенных Штатов Америки на 100 лет. На протяжении всей истории этого государства на его территории не было войн. А у нас? То революции, то войны — гражданские, отечественные, мировые. Разрушаем — восстанавливаем, опять разрушаем — и заново строим. Мы сегодня армию по призыву при нашей экономике и ту не можем нормально содержать.
 
Сегодня армии, к сожалению, приходится заниматься порой не свойственными для нее вещами, а именно — воевать с внутренним врагом, имя которому — терроризм. Я думаю, что вы обратили внимание на то, что основным лейтмотивом сегодняшнего Собора звучат слова: единство народов, сплоченность людей — залог победы над фашизмом и терроризмом. Неслучайно поставлены на одни весы синонимы — фашизм и терроризм. И еще не известно, что сегодня страшнее и опаснее. С фашизмом боролся и воевал весь мир, как говорится, от мала до велика, и враг виден был. С терроризмом сегодня борется только силовая составляющая нашего государства — это спецподразделения, ФСБ, МВД и наша армия. Терроризм коварнее и безжалостнее, действует исподтишка, убивая ни в чем не повинных, безоружных людей — женщин, стариков и детей. Примеры не буду приводить, вы все их знаете.
 
Вот почему эти два синонима поставлены в один ряд. Терроризм не имеет национальности, а бороться с ним надо всем людям, независимо от национальности и принадлежности к той или иной народности.
 
А теперь, что касается российского казачества. Оно, как и Церковь, было уничтожено после революции. Нынешнее российское казачество, как и наши Вооруженные Силы, а по большому счету, и все наше государство, переживает сегодня не лучшие времена. Самым больным вопросом развития российского казачества остается его невостребованность органами государственной власти. В силу объективных и субъективных причин по перечню видов государственной службы, предусмотренным указом президента, органы госвласти привлекают казачество неохотно и с настороженностью. Достаточно сказать, что, начиная с 1996 года, ни один федеральный орган исполнительной власти не заключил с войсковым казачьим обществом договор о совместной деятельности. Да, на региональном уровне такие договоры есть, и, кстати, достаточно эффективно работают, это и на Дону, и на Кубани, и на Тереке. Так, с участием казачьих обществ сегодня создано немало казачьих фермерских хозяйств, способных наладить поставку сельхозпродукции для тех же Вооруженных Сил и других силовых ведомств. Однако наши военные предлагают казакам участвовать в конкурсе на единых условиях с остальными поставщиками. Разве смогут казаки победить в тендере с крупными скупщиками сельхозпродукции или зарубежными поставщиками? Конечно, нет. Хотя продукция казаков порой на порядок качественнее и дешевле других.
 
Я не берусь оспаривать необходимость таких конкурсов, в конце концов есть на этот счет федеральный закон, его надо выполнять. Но ведь может же федеральный центр определить квоту для казачьих обществ, и пусть казаки борются между собой за право поставлять эту продукцию по ценам значительно ниже, чем у скупщиков и зарубежных поставщиков. Почему нашу армию должны кормить иностранцы, а деньги перекачивать за рубеж, в то время, когда наши товаропроизводители не знают, куда деть выращенное своими руками?
 
Квоты на вылов морских биоресурсов сегодня на Дальнем Востоке, в наших территориальных водах получает кто угодно, а в основном это крупные зарубежные рыболовецкие компании. А сахалинские и уссурийские казаки годами не могут выходить в море из-за отсутствия этих квот. На мой взгляд, это неправильно.
 
Сегодня в нашем государстве набирает обороты движение по развитию казачьего кадетского образования. В казачьих обществах создано около 20 казачьих кадетских корпусов, в которых казачата проходят полный курс начальной военной подготовки, воспитываются патриотами нашей Родины. Только во Всевеликом Войске Донском сегодня созданы и успешно работают 9 казачьих кадетских корпусов, а в Енисейском — 6 кадетских корпусов и 2 Мариинские гимназии для девочек. Это совсем не значит, что в этих кадетских казачьих корпусах обучаются только казачата. Здесь обучаются и воспитываются детишки-сироты, те, у кого отцы погибли в Чечне. Очень высок процент беспризорников, детей из неблагополучных и многодетных семей.
 
Кроме того, на базе общеобразовательных школ создано свыше 300 кадетских классов с казачьим компонентом.
 
Особое место в жизни казачества занимает православие. Во все времена российской истории казачество духовно окормляли священнослужители, а казачьи общества начинали и заканчивали свои массовые мероприятия с богослужения. Так и сегодня любое казачье мероприятие без благословения священника считается нелегитимным.
 
Соответствующими епархиальными управлениями за казачьими общинами закреплены священнослужители, войсковые священники, духовно окормляющие их. Членом Совета атаманов войсковых казачьих общин России является отец Митрофан, в миру Смирнов Андрей Анатольевич, заведующий сектором по взаимодействию с казачеством Отдела Московской Патриархии по взаимодействию с Вооруженными Силами, правоохранительными учреждениями, образованного по решению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, за что мы выражаем ему глубокую нашу признательность.
 
С участием казаков сегодня возрождаются православные храмы, а православие прививается казачатам с детства, со школьной скамьи.
 
Сегодня российское казачество добивается от государства скорейшего принятия федерального закона и определения своего правового статуса, то есть того, без чего движение вперед, по сути, возрождение, невозможно. Я убежден в том, что с принятием этого федерального закона ситуация в казачьем движении изменится коренным образом, и многочисленные общественные организации казачества, а таких по стране сегодня насчитывается более 700, определят свой выбор в пользу государственного реестра.
 
Исторический опыт и современное состояние российского казачества свидетельствует о том, что казаки — это патриоты России. А их устремления направлены на службу государству и своему народу.
 
В сегодняшней программе написано — работа по секциям, и определена наша секция под номером 4: «Церковь. Армия. Народ». Можно добавить через точку и «Казачество». Церковь — это составная часть нашего народа. Армия — это составная часть нашего народа. Поэтому я думаю, что народ — это все мы, сидящие здесь.
 

БЕЗБОРОДОВ Н.М.
депутат Государственной Думы Федерального Собрания РФ

Великая Победа 1945 года будет жить столько, сколько будет жить человечество. Могучая сила человеческой памяти не дает забыть то, что во имя Победы наш народ выдержал 1418 дней и ночей ада. За свободу и независимость Советский Союз заплатил цену в 27 миллионов человеческих жизней.
 
Память больно бьет по сердцу и память утверждает: шести десятилетий мало для того, чтобы высушить слезы вдов и детей, залечить раны ветеранов. Шести десятилетий не хватило на то, чтобы развязать, распутать тугие узлы человеческих судеб. Но память еще и требует, она заставляет сегодня искать объективные ответы на вопросы: почему мы тогда победили в той страшной войне?
 
Мы победили потому, что у нас было единство — общность экономических, политических, идейных интересов и обусловленных ими нравственных принципов советского народа, сплотившегося в результате построения нового социалистического общества. Это тоже правда. Именно такая общность позволила не только состояться, но и развиваться, укрепляться единству фронта и тыла.
 
Единство фронта и тыла стало возможно потому, что мы вели войну Отечественную, а, значит, священную, справедливую, освободительную и народную. Ложь, что поколение наших отцов и дедов до войны держалось только на репрессиях и насилии. Если бы оно держалось на репрессиях, оно бы разбежалось, когда началась война. Нет, оно созидало убежденно, самоотверженно, созидало красивое, великое и гордое.
 
Верно, не было у советских людей перед войной больших вкладов в банках, земельных наделов, особняков-дворцов. Только у них было большее: горячие сердца и устремленность в будущее. И еще, с детства научились они любить Родину и отвечать за ее судьбу. Вот почему, когда набатом прозвучали слова: «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами!», весь советский народ, от мала до велика, поднялся на защиту Отечества.
 
Единство фронта и тыла стало возможно потому, что враг натолкнулся на несокрушимую дружбу народов Советского Союза. Более ста национальностей были в едином порыве: «За нашу Советскую Родину!». У солдата, хлебороба, сталевара, нефтяника никто не спрашивал их национальность. Страшная беда всех нас тогда поделила строго на две категории людей: первая — порядочные и патриоты, вторая — подлецы и предатели. Первых было абсолютное большинство. Святое слово «Родина» для всех наций и народностей Советского Союза стало паролем защиты и спасения от врага. Одна на всех страна, общая нелегкая судьба, одно для всех большое горе, поэтому и радость Великой Победы стала общей.
 
Единство фронта и тыла стало возможно потому, что у нас была непобедимая и легендарная Красная, а потом и Советская Армия. Советские люди гордились своей Армией и любили ее. Военная служба согласно Конституции 1936 года являлась «почетной обязанностью каждого гражданина СССР», была таковой в реальной жизни.
 
Следуя короткой и емкой формуле «Народ и Армия — едины!», наши Вооруженные Силы верой и правдой служили своему народу. Богатая талантами Россия в годы войны из глубин народной толщи выдвинула плеяду выдающихся, замечательных полководцев. Родина никогда не забудет имен Г. Жукова, К. Рокоссовского, А. Василевского, И. Конева, Н. Кузнецова, других командующих фронтами Великой Отечественной войны. Это они в июне 1941 года приняли эстафету святого служения народу и Отечеству от Александра Невского, Дмитрия Донского, Минина и Пожарского, Суворова и Кутузова.
 
Ни одна Армия в мире не знает такого поистине массового героизма, не может сравниться с Советской Армией многочисленными блистательными победами. За многовековую историю человечества наша Армия была поистине Армией самых высоких нравственных идеалов. И за всем этим стоял простой советский солдат, его пот и кровь, его несгибаемый дух и готовность отдать свою жизнь во имя жизни других. Кровью более 8 миллионов наших солдат полита не только родная земля, но и земли многих стран Европы. И за это миллионы благодарных людей планеты наградили Советскую Армию признанием и любовью.
 
Единство фронта и тыла стало возможно потому, что ценой жесткой, а подчас жесточайшей мобилизации, наша страна в миг была превращена в единый военный лагерь, в котором все подчинялись главному требованию: «Все для фронта, все для победы!».
 
Уже до конца 1941 года на Урал, в Сибирь, на Дальний Восток было эвакуировано свыше 2500 промышленных предприятий и 18 миллионов человек. Всего за годы войны в восточных районах было построено и введено в строй 3500 крупных промышленных предприятий. Творцами поистине «русского чуда» в тылу являлись женщины и подростки, которые составляли 69 процентов рабочей силы в промышленности и 85 процентов — в сельском хозяйстве. Это они, недоедая, недосыпая, самоотверженно следуя призывам: «В труде, как в бою!», «Фронту надо — сделаем!», уже в 1942 году выпустили боевых самолетов в два раза, танков в 4 раза, орудий и минометов — в 7 раз больше, чем Германия.
 
Самоотверженный труд советских людей в тылу вошел в историю, наряду с героической борьбой Красной Армии, как беспримерный подвиг народа в защите Родины.
 
Единство фронта и тыла стало возможно потому, что у нас была мобилизующая сила на тот момент. Титанической работой на фронте и в тылу руководила Коммунистическая партия. За годы войны партия превратилась в народную, выйдя за границы сугубо классового подхода. Судьба сражающейся партии стала неотделимой от судьбы своего народа. Только по дорогам войны прошли свыше 7 миллионов коммунистов. В суровое время становились коммунистами ради одной привилегии: первым подняться в атаку, первым рвануться навстречу врагу. Выполнив клятву: «Ни шагу назад!», на поле боя пали 3 миллиона коммунистов.
 
Единство фронта и тыла стало возможно потому, что Советский Союз и его Вооруженные Силы в годы тяжелейших испытаний возглавлял И. В. Сталин. Фигура драматичная противоречивая, для многих и сегодня зловещая. Но в годы войны он проявил себя великим стратегом, полководцем, государственником, политиком и дипломатом. Отрицать это — значит, не знать историю своего Отечества, значит, потерять совесть, быть конъюнктурщиком.
 
В годы войны Сталин нашел глубинные источники, стратегические резервы в исторических традициях русского народа, в дружбе народов, в морально-боевом духе прошлого, в православной вере. Все это он умело направил на достижение победы.
 
Единство фронта и тыла стало возможно потому, что в годы войны мы за помощью обратились к Церкви. Совершая служение Отечеству, Церковь патриотический долг исполнила уже с первых дней. Уже 22 июня 1941 года митрополит Московский и Коломенский Сергий обратился с посланием к верующим. В послании громогласным призывом прозвучала вся сила любви к Родине, к своему народу, вера в победу.
 
Церковь благословляла всех православных на защиту священной земли Родины. Многие священнослужители сами принимали активное участие в боевых действиях. Церковь воодушевляла народ, утешала всех скорбевших об их утрате, особенно в наиболее тяжелые моменты войны.
 
Единство фронта и тыла стало возможно потому, что добро очень хотело победить зло. Победить во имя чистого, во имя красивого и справедливого, во имя самой жизни. И победила!
 
Известно, что народы живут столько, сколько живет память. Вот почему сегодня опять и опять, с новой силой и тревогой взывает к нам память. Она бьет по нашему сознанию, бьет по нервам и по совести. Обращается в канун 60-летия Великой и Святой Победы к нашей совести умоляющими глазами ветеранов, глазами наших матерей и отцов, наших дедов: «Дети и внуки, не дайте погибнуть России, у нас нет другой Родины».
 
Нельзя без содроганья выдержать эту мольбу. Сегодня выход у нас один. Поколение, выросшее после войны, должно одержать свою победу, победу по возрождению России.
 
Россия обязательно возродиться, когда мы одержим победу над социально-экономическим хаосом, победу над политической нестабильностью, победу над криминалом и уголовным беспределом, победу в наших душах над самим собой, когда преодолеем апатию, горечь разочарований, инертность, неверие и страх, когда каждый из нас воспримет дело возрождения России, как дело великое и отечественное.
 
Мы тогда однозначно победим, потому что мы — дети и внуки народа-победителя.
 

Иерей Александр ШЕСТАК

Прежде чем начать свое выступление, хотел бы несколько слов сказать о вере в Бога во время войны по такому общепризнанному факту. Перед боем практически все, кто имел возможность, независимо от того, коммунист он был или беспартийный, надевали чистое белье для того, чтобы, если придется умереть, встретиться с Господом в чистоте. И вот эта православная традиция во время Великой Отечественной войны еще сохранялась. Во время войны в Афганистане эта традиция была уже утрачена.
 
Мое выступление называется: «Подвиги пастырской службы во время Великой Отечественной войне».
 
Русская Православная Церковь встала на защиту Отечества с первых дней войны. Конечно, деятельность Церкви в военное время советские историки предпочитали замалчивать, факты участия РПЦ в борьбе за Родину стали известны совсем недавно. Но все те подвиги отцов наших и братьев, что насильственно были покрыты тайной, а отныне стали явью, мы должны складывать, как драгоценные камни, в сокровищницу своего сердца. Хочется вспомнить о непосредственном участии в битве православных священников.
 
Московские пастыри благословляли верующих на сооружение оборонительных рубежей и сами участвовали в этом. Многие из них принимали самое активное участие в местных органах противовоздушной обороны. Священнослужители организовывали в своих храмах бомбоубежища. Среди них необходимо отметить митрополита Николая (Ярушевича), архиепископа Алексия (Палицына), протопресвитера Николая Колчицкого, протоиереев Александра Смирнова, Алексея Смирнова, Николая Сарычева, Козьму Алексеева, Федора Казанского, Павла Успенского, Михаила Кузнецова, Петра Турбина, Михаила Понятского, Вячеслава Соллертинского, Василия Ремешкова, Аркадия Пономарева, Стефана Маркова, Павла Лепехина, Николая Бажанова, Павла Цветкова. Эти пастыри принимали активное участие в тушении пожаров от зажигательных бомб, руководили прихожанами при рытье окопов и ночных дежурствах по противовоздушной обороне. В своих речах, проповедях и обращениях к верующим столицы они призывали к подвигам в труде в деле укрепления обороны страны.
 
Постановлениями Моссовета от 19 сентября 1944 г. и от 3 января 1945 г. около 20 священников московских и тульских церквей были награждены медалями «За оборону Москвы».
 
Ленинградская епархия откликнулась на призыв Предстоятеля РПЦ о помощи нуждам фронта и тыла в числе первых. Начиная с первого дня войны повседневной деятельностью священнослужителей соборов и церквей стала забота о мобилизации всех верующих города на участие в общем деле защиты Отечества. По предложению митрополита Алексия приходы Северной столицы с 23 июня начали сбор пожертвований в Фонд обороны и советский Красный Крест. 26 июля 1941 г. владыка Алексий обратился к верующим с посланием, в котором отметил, что среди ленинградцев активно проходит сбор денежных средств на нужды фронта, осудил фашизм и предсказал его поражение. Обращение митрополита Алексия, молитвы в храмах и прошения о даровании победы нашему воинству нашли отклик в сердце каждого православного ленинградца. Среди верующих многих приходов были выражены пожелания, чтобы имеющиеся в церквах запасные суммы были отданы на нужды войны.
 
От снарядов и бомб пострадали почти все действующие храмы. При каждом из них из прихожан и церковных служащих создали группы противопожарной и противовоздушной обороны. Блокада не щадила никого, в том числе и служителей Церкви. Только в Князь-Владимирском соборе в 1942 г. умерли 8 служащих и членов причта, а также председатель «двадцатки».
 
Символично, что Церковь участвовала, хотя и косвенно, в открытии Дороги жизни. Многовековые записи наблюдений за Ладожским озером валаамских монахов позволили гидрографу Е. Чурову сделать прогноз поведения ладожского льда.
 
Мы не должны забывать деятельность архиепископа Луки (Войно-Ясенецкого), спасшего своей талантливой работой в качестве хирурга не одну сотню человеческих жизней; протоиерея Александра Романушко, в полном смысле слова партизанского священника, участвовавшего в боевых операциях, ходившего в разведку. В 1943 году отец Александр на похоронах полицая при большом скоплении народа в присутствии вооруженной полицейской
 
охраны прямо на кладбище сказал: «Братья и сестры, я понимаю большое горе матери и отца убитого. Но не наших молитв «со святыми упокой» заслужил своей жизнью во гробе предлежащий. Он — изменник Родины и убийца невинных детей и стариков. Вместо вечной памяти произнесем же: «анафема». Подойдя к полицаям, он просил их искупить свою вину, обратив оружие против фашистов. Эти слова произвели на людей очень сильное впечатление, прямо с кладбища многие ушли в партизанский отряд.
 
Сотни приходских священников совершили геройские поступки, более пятидесяти из них были удостоены медали «За доблестный труд в Великой Отечественной войне». Ярко горел огонь веры в годы лихолетья. Разделяли тяготы народа и архипастыри. Митрополит Волынский, экзарх западных областей Украины и Белоруссии Николай, переезжая в прифронтовой полосе с места на место, богослужениями и архипастырским словом неустанно поддерживал дух местного населения.
 
11 октября 1943 г. в Смольном группе православного духовенства из одиннадцати человек во главе с митрополитом Алексием были вручены медали «За оборону Ленинграда». Среди ленинградского духовенства были и те, кто с оружием в руках защищал Родину. Клирик храма во имя святого князя Александра Невского Стефан Козлов боевое крещение принял в июле 1944 г. Ратный путь пулеметчика ознаменован орденом Славы (III степени) и медалью «За победу над Германией». Честно отслужил отец Стефан в рядах вооруженных сил и четыре послевоенных года. Личным мужеством в боях за Родину отличился и священник Тихвинской церкви села Романишино Лужского района Георгий Степанов, награжденный медалями «За отвагу» и «За победу над Германией».
 
Протоиерей Георгий Никитин с 1942 г. вплоть до своего ранения в феврале 1943 г. был на фронтах Великой Отечественной войны. В марте 1945 г. его назначили настоятелем Богоявленской церкви села Подвалье. В том же году он организовал группу верующих людей на уборку урожая. Отец Георгий, несмотря на полученную во время войны инвалидность, сам шел впереди колхозников с косой четыре дня подряд. Во время подготовки к посевной он неоднократно выручал свой колхоз, давая взаймы церковные деньги на покупку горючего для тракторов и семян для посева.
 
Не менее героическими были и подвиги священнослужителей, призванных в Красную армию. Среди них находились танкисты, пехотинцы, артиллеристы, награжденные боевыми орденами и медалями, отмеченные благодарностями командования.
 
Священник Василий Дмитриевич Троицкий получил две медали — «За доблестный труд» и «За оборону Кавказа». Священник Петр Иванович Ранцев за боевые заслуги на фронтах Отечественной войны был награжден орденом Красной Звезды, тремя боевыми медалями и несколькими благодарностями от И.В. Сталина.
 
Священствовавший в Уфимской епархии с 1924 года отец Димитрий Ло-гачевский в годы Великой Отечественной войны был призван в ряды Красной армии, где в рабочем батальоне помогал нашим воинам громить врага. После ранения в 1943 г. он вернулся к пастырскому служению, впоследствии стал настоятелем Покровского кафедрального собора г. Куйбышева. Протоиерей Димитрий был награжден медалями «За победу над Германией» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».
 
Многие из бойцов, участвовавших в боях на фронтах в Великой Отечественной войне после демобилизации сподобились стать пастырями и архипастырями Русской Православной Церкви. Среди них — владыка Николай (Кутепов), преставившийся ко Господу 21 июня 2001 года. Рассказывает родная сестра владыки Римма Васильевна Спирина: «В 41-м, когда начались бомбежки, он еще в школе учился, в выпускном классе. В пятистах метрах от нашего дома стоял бронепоезд, так что бомбили нас сильно и часто, все вокруг было разрушено. Мы прятались в подвал в соседнем доме. Как только услышим тревогу, бежим туда. Владыка никогда с нами не ходил. Я очень хорошо это помню: мы с мамой собираемся в бомбоубежище, я зову его, плачу, а он отвечает: «Я лучше почитаю или посплю. Если бомба упадет, она и ваш подвал разрушит, и так, что ничего не останется. Значит, так тому и быть».
 
А вот покойный ныне Патриарх Пимен пошел на фронт, уже будучи иеромонахом. Во время войны полк, где воевал будущий Патриарх, попал в окружение и в такое кольцо огня, где люди были обречены. В полку знали, что среди солдат есть иеромонах, и, не боясь уже ничего, кроме смерти, бухнулись в ноги: «Батя, молись. Куда нам идти?» У иеромонаха была потаенно запрятанная икона Божией Матери, и теперь под огнем он слезно молился пред Ней. И сжалилась Пречистая над гибнущим воинством — все увидели, как ожила вдруг икона, и Божья Матерь протянула руку, указав путь на прорыв. Полк спасся.
 
Но не только немецко-фашистские захватчики восставали на нашу Церковь во время Великой Отечественной войны. Вовсе неизвестной для нас до последнего времени была история массовых репрессий против духовенства и мирян Украинской Православной Церкви Московского Патриархата со стороны адептов украинского автокефалистского раскола. В годы войны сотни православных священников, в том числе митрополит Киевский Алексий (Громадский), были зверски замучены и убиты националистами с непосредственного благословения лидеров так называемой «Украинской автокефальной церкви». Среди новомучеников — архимандрит Александр (Вишняков) (1890-1941), пострадавший за верность Церкви в Киеве 6 ноября 1941 года. В первые дни войны митрополит Николай вместе с отцом Александром развозит по всем церквям Киева Послание митрополита Сергия. Вскоре до Киева стали доходить известия об уничтожении евреев в Житомире и Виннице. Киевские евреи стали обращаться к отцу Александру с просьбой окрестить их в православную веру. Движимый чувством христианской любви, батюшка крестит евреев и выдает им свидетельства о крещении на сохранившихся у него церковных бланках. Таким образом ему удалось спасти от расстрела много еврейских семей. 19 сентября 1941 года немцы вошли в Киев. Вместе с ними пришли униаты и автокефалисты-самостийники. Начался жестокий период оккупационной власти. С огромным риском для жизни о. Александр читает на службах Послание митрополита Сергия. На батюшку доносят в гестапо. Над священником устанавливается негласный надзор. Украинские националисты докладывают фашистам о каждом патриотическом слове батюшки, о его неповиновении приказу служить молебны о здравии фюрера. 28 сентября 1941 года начались расстрелы в Бабьем Яру. К отцу Александру прибежал сосед-еврей, которому удалось сбежать из-под ареста. Он просил батюшку, чтобы он засвидетельствовал, что семья его крещена в православии. Надев рясу с крестом и орден Георгиевского кавалера, отправляется отец Александр в Бабий Яр. Уже издали слышны отчетливые выстрелы из пулеметов. Чем ближе — гул толпы, крики, визг. Батюшка с Яном (так звали того еврея) пробирается к немецкому офицеру, показывает свидетельство о крещении семьи. На немца производит впечатление чистая немецкая речь священника, его спокойствие и убедительность. Он разрешает отыскать в огромной толпе обреченную семью Яна. До ночи ходит отец Александр среди обезумевших от страха людей, утешая и ободряя их. Наконец находятся жена и двое детей Яна. Третьего ребенка найти не удалось. Немцы приказывают уйти.
 
Долго молился отец Александр в ту ночь. А наутро в церкви вновь зазвучала его гневная проповедь — обличение врагам Отечества. Доносчики не дремали. Со всей ненавистью к Русской Церкви выслеживали они каждый шаг, каждое слово архимандрита. Следует очередной донос в гестапо.
 
После литургии отец Александр намеревался исповедовать на дому больную женщину. Сын Гавриил прибежал в церковь предупредить отца, что домой уже дважды приходили гестаповцы, разыскивая его. Сын просит отца укрыться где-нибудь на время. Но батюшка решает выполнить свой долг и отправляется к больной прихожанке. У дома его с сыном останавливают гестаповцы на мотоцикле. Архимандрит снимает свои карманные часы: «Возьми, сынок, больше мы не увидимся».
 
Правду о гибели отца Гавриил Вишняков узнал от владыки Пантелеимона в декабре 1941 года.
 
Это был угрюмый осенний день. Скорбной дорогой смерти под конвоем немцев и украинских полицаев шла в Бабий Яр колонна измученных, избитых, голодных людей. Это были военнопленные красноармейцы, евреи, подпольщики. Были в этой колонне и православные священники, приговоренные к смерти по доносам украинских националистов. Среди смертников был и архимандрит Александр. Колонну разделили. Священников отвели вперед по краю обрыва. Архимандрита Александра вытолкали из общей группы и отвели метров за тридцать. Несколько автоматчиков бесстрастно и четко расстреляли группу священников. Затем украинские полицаи в вышитых сорочках и повязках на рукавах подошли к отцу Александру и заставили его раздеться. Он успел спрятать в рот свой нательный крестик. Батюшку пытались распять на кресте, но у них не получалось. Тогда вывернули ему ноги и колючей проволокой за руки и за ноги все же привязали ко кресту. Затем облили бензином и подожгли. Так, горящим на кресте, его сбросили с обрыва. Немцы в это время расстреливали евреев и военнопленных.
 
Митрополит Сергий и патриарх Алексий, патриарх Пимен и владыка Николай, отец Александр Романушко и архимандрит Александр (Вишняков) — люди, подвиг которых мы должны не просто помнить, а благоговейно целовать в сердце своем. Упокой, Господи, сих рабов Твоих и молитвами их помилуй нас, грешных.
 
Русская Православная Церковь всегда укрепляла дух нашего народа в годы тяжелых испытаний. Так было и во время Великой Отечественной войны, когда во всех церквах молились о победе над нацизмом и собирали пожертвования для армии. Священники сражались за Отечество и оружием в руках. Отец Федор (Пузанов), настоятель Борковской церкви, находившейся в Солецком районе Ленинградской области, после того, как немцы сожгли храм, пришел в партизанский полк Чебыкина и потребовал оружие. Ему выдали трофейный автомат и четыре гранаты. Воевал отец Федор храбро и умело, за что был удостоен правительственных наград.
 
Настоятель Видонской церкви в Уторгошском районе отец Мефодий (Белов) сумел на оккупированной территории собрать пожертвования в фонд обороны страны. Денежные средства и ценности самолетом переправили в Москву. Кроме того, отец Мефодий занимался разведкой: добывал необходимые партизанам сведения. Фашисты выследили священника на станции Дно во время очередного наблюдения за передвижением немецких войск и замучили в гестапо.
 
Это лишь малая толика фактического материала о подвигах пастырей в Великой Отечественной войне. Эти подвиги совершались несмотря на жесточайшие гонения на Русскую Православную Церковь, организованную властями в предвоенные годы. К этому времени уже многие священнослужители и миряне мученической смертью засвидетельствовали верность Христу — начальнику жизни нашей, а затем уже и во время войны проявили верность и своему Отечеству.
 
В заключение хотелось бы рассказать еще об одном подвиге, который был совершен священнослужителем уже в наше время, — отцом Анатолием Чистоусовым. Потрясающее свидетельство глубокой веры и высокой чистоты отца Анатолия привел отец Сергий (Жигулин), когда рассказывал об обстоятельствах их пленения. Во время одного из разговоров отец Анатолий с вдохновением произнес: «Слушай брат, представляешь, ведь это счастье пострадать за Христа, умереть с его именем на устах». Именно эта постоянная готовность отца Анатолия засвидетельствовать свою веру во Христа мученическим подвигом открывает нам героя православной веры XX века и воистину святого человека.
 
Отец Анатолий (Чистоусов) — это слава Ставропольской епархии и всей Русской Православной Церкви. Благодаря ему и таким людям, как он, мир имеет еще одно доказательство истинности православной веры, а духовенство и народ Божий — яркий, вдохновенный пример беззаветного служения Всемогущему Богу и Церкви Христовой.
 

КАРПОВ В. В.
Герой Советского Союза, писатель

Я в какой-то степени ваш родственник, и заканчивал ВАК Академии Генерального штаба, но не в этом прекрасном здании, а в старом, тогда я служил в Генеральном штабе, в Главном разведывательном управлении.
 
Так вот, я хочу вам сказать несколько слов о Церкви, о вере с точки зрения того, как это прошло через мою судьбу, тоже сложную, как здесь сказали. Ведь мы воспитывались до войны в официальной политике, когда была антирелигиозная пропаганда и вера была в загоне, даже репрессировалась Но родители наши, мои в частности, были в большинстве своем верующие, они пришли верующими еще из старой России, и передавали нам, рассказывали о нашей православной вере. И мы, и я в том числе, были крещеными, нас крестили тайно или явно, но большинство из нас были крещеными.
 
Может быть, поэтому в боях, когда наступал предсмертный час, и когда чувствовалось «или — или», мы частенько произносили про себя: «Господи, пронеси», просили Господа: «Господи, спаси!», тайно, не молясь, не умея даже молиться, но вспоминали Бога, и он многим из нас помогал.
 
Сила религии проявилась очень и очень в годы войны. Молились в храмах, молились дома люди. О чем молились? О том, чтобы Господь послал победу нашей армии. Моя мать мне рассказывала... Человек, казалось бы, обиженный советской властью, должна была относиться негативно к ней, матери моей и отцу карточки хлебные не давали, потому что они были родители врага народа. А враг народа — это я был, сидел в лагере до конца 1942 года, уже битва за Москву отгремела, уже Сталинградская битва назревала, а я еще сидел, был заключенным. И им не полагалась хлебная карточка. Так вот, мама рассказывала, как после трудового дня (а как ей трудно было добывать пропитание) по полночи на коленях молилась и просила Господа послать победу нашей армии и спасти единственного сына, заключенного, а потом рядового солдата штрафной роты. Господь услышал, наверное, мо-литвы несчастной матери, да и всего народа, который тоже молился, и помогал нашей армии одержать эту великую победу.
 
Это еще не все осознают. Вот такой пример. Немецкая армия, которую мы разбили, у каждого солдата на пряжке были выбиты слова: «С нами Бог».
 
Представьте себе, целая армия со словами «С нами Бог», а мы, атеисты, армия неверующих, и вдруг Господь нам помогает, и мы одерживаем победу. Как это понять? В том-то и дело, что Господь Всевидящий и Всезнающий, он знал, что пришла эта фашистская орда на нашу землю как завоеватели, с целью истребить наш православный народ, засадить здесь своих помещиков, бюргеров и истребить половину, а остальных сделать рабами. Господь это знал и поэтому помогал нам одерживать победу. Вот вам одно чудо, реальное чудо, которое совершено с помощью Господа.
 
Далее. Оборона Москвы, ну вы люди военные, знаете, пять армий умудрились засадить в окружение, не то, что немцы взяли пять армий под Вязьмой, а засадили пять армий в окружение, те армии, которые должны были защищать столицу. И дорога на Москву была фактически открыта. А как Москва выстояла? Да, Сталин, Жуков, защитники города сделали очень много для того, чтобы спасти столицу. Но то, что они смогли собрать какие-то остатки из окружения или несколько дивизий с Дальнего Востока, еще что-то, это было очень немного, в целом все равно немцы превосходили нас. И вдруг наша армия под Москвой переходит в наступление. Не прибавилось ни орудий, ни танков, ничего, негде было взять. Те же самые люди, те же самые остатки, которые были, как Москаленко пишет в своих воспоминаниях, как говорится, кругом марш, вперед и пошли, и опрокинули немцев, и отогнали на сотни километров. Это ли не чудо? А чудо заключается в том, что, не прибавив никаких реальных вооружений, Господь послал твердость, убежденность и стойкость прибавил каждому из нас. И вот благодаря этому мы одолели в такой сложной ситуации очень сильного врага. Это ли не чудо!
 
Мы, рядовые, я начинал штрафником рядовым, были едины, мы были братья. А это чувство братства, оно тоже идет от веры. Вы вспомните, как Сталин обратился к людям в 1941 году: «Братья и сестры». Это духовное обращение к единоверцам. И мы были братья, и хоронили нас в могилах, в плащ-палатках в шинелях, клали рядом, и могилы эти называются Братскими могилами. Это братство, это единство, рядовые солдаты, сержанты и офицеры вместе, это тоже нам помогало победить. И победили, слава Богу, победили.
 
После победы, а сегодня в особенности, какие-то силы охаивают, очерняют наши победы. Это те же самые силы, которые в свое время развалили великую советскую державу. Это они сейчас пытаются добить Россию и поработить. И эти «черные силы» продолжают свое гнусное дело.
 
В заключение приведу один официальный документ.
 
Российская Федерация, федеральный закон о днях воинской славы, победных днях России, принят Государственной Думой 10 февраля 1995 года. Какие дни мы должны праздновать, отдать должное нашим предкам?
 
И тут начинается перечисление: Александра Невского, Ледовое побоище, Куликовская битва, победа над Наполеоном и даже есть снятие блокады с Ленинграда. И последняя строчка (я вам читаю): «9 мая, День Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941—1945 года».
 
И все! И никакой победы над Японией не было. Просто не было ничего! А победа над Японией — это одна из блестящих страниц нашей военной истории. Еще одно из величайших проявлений нашего морального, нравственного духа, как хотите называйте, но высочайшее проявление вот этих нравственных качеств.
 
Почему? Фашистскую Германию разгромили, и эти люди, победители имеют полное право придти домой к матери, к отцу, к невесте, к детям, они одержали победу, все, казалось бы, война кончилась для них. А им еще надо ехать на Дальний Восток навстречу смерти. Это не игрушки, это одна из сильнейших армий была. И солдаты, офицеры ехали на Дальний Восток и одерживали там блестящие победы. И тысячи остались там до сих пор, в чужой, холодной земле. А их совсем забыли, нет победы над Японией. Нет победы над Японией вообще! А там были самые блестящие операции опытнейших наших и военачальников, и рядовых. Все это там было показано блестяще. В две недели разгромили.
 
Я вам только один пример приведу такого коллективного мужества. Как-то получилось, что все забыли это. Альпы, самая мощная горная гряда в Европе. Об этом вы все знаете, какие там высоты, 4—4,5 тысячи метров. Очень серьезная горная гряда. А Большой Хинган, который лежал поперек фронта, 1200 километров в длину, 300 километров в ширину, и высоты такие же, как в Альпах, 4—4,5 тысячи метров. И через этот горный хребет прошла 6-я танковая армия, целая танковая армия со своими замечательными танкистами, преодолела этот горный хребет. Танки выше облаков поднимались, и поэтому так неожиданно оказались в нужном месте и так шарахнули эту Квантунскую армию, что она уже опомниться не смогла. Это ли не подвиг?
 
И еще в одном расписывается наша официальная Дума. Вы извините меня, но вы им скажите, что этот указ юридически лишает нас Дня Победы, потому что 9 мая — это День Победы над фашистской Германией, день разгрома Германии. Верховный Главнокомандующий Сталин во всех приказах именно так и пишет: «Победа над фашистской Германией 9 мая».
 
А Отечественная война кончилась 3 сентября, «И на Тихом океане мы закончили поход», как в песне поется. Вот там День Победы настоящий. А Государственная Дума о нем даже не упоминает.
 
В общем, много у нас всяких недоброжелателей внутри и вовне. Вот эти самые террористы, о которых мы говорили на пленарном заседании Собора, они везде. Это же международная угроза. Выступали на нашем Соборе представители разных конфессий, и были они едины в осуждении терроризма. И я там выступал и с благодарностью им сказал, что нам всем надо не забывать хорошие, мудрые слова: «Бог один, только верят в него люди по-разному. А Бог один!».
 
И вот учитывая то, что сейчас очень сильны и Православная Церковь, и другие конфессии, есть надежда, что мы эту очень страшную беду все-таки преодолеем.
 

Игумен АЛЕКСИЙ

Радостно то, что диалог сегодня Церкви и Армии происходит в стенах Академии Генерального штаба.
 
Говоря о том, как происходили изменения в годы Великой Отечественной войны, нужно вспомнить (и сегодня об этом уже говорилось), что война началась в период второй «безбожной пятилетки». К этому моменту у Русской Церкви оставалось 11 действующих епархий, 300 основных приходов и около 200 приписных. И не было ни одного монастыря. О войне говорили не только разведчики, не только военные, но о ней предсказывали многие святые люди, которые жили еще даже в XIX веке, в начале XX. Об этом говорили и преподобный Серафим Гурицкий, и преподобный Лаврентий Черниговский. Предсказания о грядущей войне сегодня собраны в сборнике Сергия Фомина «Россия перед вторым пришествием»
 
Война началась 22 июня, когда святая Церковь чтит память всех святых, в земле российской погребенных. И это был уже особый показатель, это была надежда на грядущую победу.
 
В своем Послании митрополит Сергий определил, где зло, а где добро. Он фашизм сравнивает с сатанизмом. И это очень показательно.
 
Когда в 1927 году митрополит Сергий выступил с Посланием и сказал о том, что беды советской власти являются бедами Церкви и радости — радостью Православной Церкви, то и Послание вызвало раскол в церковных рядах. И долгих 18 лет ему пришлось ждать, чтобы эта идея воплотилась в жизнь, и в Послании своем в 41-ом году он говорит о том, что Церковь во все годы лихолетья всегда была со своим народом. Мы знаем, что часть архиереев Русской зарубежной Церкви благословляли нашествие фашизма, и в этом была их стратегическая ошибка.
 
Уже к началу войны и в первые месяцы войны храмы были переполнены. И здесь очень показателен пример, который был приведен протоиреем Иоанном Проскалевым на первых чтениях, когда он рассказал, что на Покров по всей России транслировалась служба из Елоховского Патриаршего Собора, что в тот период времени были изъяты все радиоприемники и все собирались у громкоговорителей. И в этот день, он говорит, была общая всенародная молитва.
 
Церковь в годы войны играла не только и не столько духоподъемную роль, но она помогала и материально. Мы знаем о том, что были построены танковая колонна и эскадрилья Александра Невского. Все это приблизило момент, когда 4 сентября 1943 года три митрополита — Сергий, Алексей и Николай Ярушевич — были приглашены к Сталину, они перед этим испытали и ссылки, и лагеря. И этот момент был переломным для отношений Церкви и государства.
 
Координатором стал Георгий Карпов, полковник НКВД, который возглавлял третий отдел 4-го Управления, то есть он возглавлял отдел по борьбе с религиозной пропагандой. Здесь мы видим, происходит некая метаморфоза — преображение этого человека. Он стал ближайшим защитником Церкви, он был близким другом патриарха Сергия и патриарха Алексея. Он оберегал Церковь во время гонений идеолога Михаила Суслова и только не смог справиться с Хрущевым, и в звании генерал-лейтенанта он был уволен из органов.
 
Безбожная пятилетка закончилась в 1942 году полным крахом. Церкви были открыты, народ открыто исповедовал православную веру. А руководитель Союза безбожников Ярослсавский умер в страшных мучениях от рака.
 
С 1943 года начинается активное открытие приходов. Был также передан особняк в Чистом переулке для резиденции Московского Патриарха.
 
Здесь нужно еще вспомнить, что противодействие, конечно, было активное, идеология коммунизма противодействовала и в годы войны. И такой не очень большой друг Церкви Константин Симонов все-таки свидетельствовал о том, что Церковь в годы войны принесла большие плоды. В третьей части своей книги «Живы и мертвые», когда Синцов уходит от Надежды, она его перекрестила, он пишет, что Синцов со злобой бывшего детдомовца подумал: «Да, попам сейчас хорошо, опять свечками торгуют». Но свечи эти были потребностью народа, и эта потребность была восполнена. Бог правит миром — и была Победа.
 
Сегодня мы переживаем 60-ю годовщину Победы в Великой Отечественной войне. Экономически и географически мы сегодня не напоминаем страну-победительницу. Но Бог правит миром. И залогом грядущей победы является то, что встреча и диалог Церкви и государства происходит в стенах Академии Генерального штаба.
 

ЧУРОВ В. Е.
депутат Государственной Думы Федерального Собрания РФ

Утренний показ по всем европейским каналам интервью Ахмеда Закаева лишний раз доказывает, что у России нет и не было других союзников, кроме ее армии и флота. И все мы обязаны приложить все силы для того, чтобы эти два единственных наших союзника были максимально укреплены.
 
В связи с этим поговорим о покаянии, примирении и пути в будущее.
 
В конце года во Львове мне довелось вступить в довольно горячий спор с представителями тогдашней «оранжевой оппозиции», а ныне пришедшими к власти в Украине. Мне были предъявлены претензии, почему мы до сих пор не покаялись за то, что сотни униатских священников были отправлены в Сибирь, а униатские храмы переданы православным. На что я ответил очень просто: когда шли вагоны с униатскими священниками в Сибирь, в соседних вагонах и в соседних эшелонах отправляли туда же гораздо большее количество православных священников. А в то время, когда униатские храмы передавались пусть другой, но христианской же конфессии, в России православные храмы взрывались или превращались в склады картошки.
 
У моих оппонентов не нашлось слов для того, чтобы продолжать дискуссию.
 
Когда поляки, именно поляки, а не только их руководство, требуют от нас покаяния за Катынь, почему мы не напоминаем им о тех тысячах русских военнопленных, которые умерли в польских лагерях в 20-е годы? Почему мы не напоминаем им о предательстве сформированной и оснащенной на территории Советского Союза армии Андерса, в самые тяжелые дни войны ушедшей в Иран?
 
Когда финны сейчас предъявляют нам претензии (я не имею в виду государственных деятелей официально, но по опросам общественного мнения, примерно треть финского населения желала бы возврата, так называемых, восточных территорий), почему мы не напоминаем им о том, что у них был мудрый руководитель маршал Маннергейм, который не приложил усилий для взятия Ленинграда, и за это был вычеркнут Сталиным из списка военных преступников. Не плохо было бы обратиться к мудрости своей собственной истории.
 
Когда латыши и эстонцы забывают о подвигах своих же соотечественников на фронтах Великой Отечественной войны, я имею в виду бойцов и командир эстонского и латышского территориальных корпуса, а затем и дивизий нового формирования, и всячески прославляют как освободителей эсэсовцев, почему они забывают (а мы им не напоминаем) о том, что штаб первого латышского полка СС был сформирован в апреле 1943 года не в Риге или в Елгаве, а в Красном Селе под Ленинградом. А эстонский добровольческий батальон «Нарва» воевал в районе Изюма и Харькова. Огромные потери понес не под Нарвой, защищая эстонскую землю, как сейчас говорят, а при выходе из Корсунь-Шевченского котла.
 
Чем занимались так называемые латышские освободители на белорусской земле, под Витебском, в 1944 году? «Когда латышская часть уходила, она взяла с собой в качестве наложниц несколько русских женщин, последним также вменялось в обязанность стирать белье солдатам, топить бани, чистить помещение и т.д. После ухода этой части я с помощью нескольких человек разрыл солому и пепел в сгоревшей хате и извлек оттуда полуобгорелые трупы. Их было семь, все были женские, и у всех к ноге была привязана проволока, прибитая другим концом к косяку двери. Сколько же мук перенесли несчастные, прежде чем они умерли?» Это было опубликовано не в Советском Союзе, это было опубликовано в США, в эмигрантском журнале «Часовой».
 
Но есть в чем покаяться и нам с вами. Недавно я посетил мемориал павшим воинам латышской стрелковой дивизии в 1944 году на дороге между Новосокольниками и Старой Руссой. На вершине обелиска свили гнездо птицы. Все бронзовые детали украдены, правда, местная власть, располагая своими маленькими ресурсами, все-таки в какой-то степени содержит в порядке этот мемориал, а сейчас и я со своими помощниками взялся привести его немного в порядок.
 
Там покоится прах воинов-интернационалистов, наших латышей, наших казахов, наших евреев, наших русских, наших российских немцев, судя по фамилиям, тех, кто захоронен вокруг этого обелиска. Их бросили на гребень, в атаку на немецкие пулеметы в 1944 году, и там полегла почти половина дивизии.
 
Но это наши люди, и мы не должны о них забывать, и мы не должны обо всех латышах, обо всех эстонцах, обо всех людях другой национальности думать только так, как нас пытаются заставить о них думать некоторые новые политики.
 
Говоря о покаянии, я не могу не сказать и о примирении. Я не плохо знаю историю Академии Генерального штаба, в Петербурге не раз ходил и мимо первого здания на набережной Невы, а у второго здания, на Суворовском проспекте, при моем участии, недавно воздвигнут памятник императору Александру II, который в 1855 году, как вы прекрасно знаете, провел серьезные преобразования Военной академии.
 
И мне очень приятно было увидеть совершенно невообразимую еще 10 лет назад картину, когда при входе портрет Николая I, основателя Военной академии, соседствует с бюстом четырежды Героя Советского Союза маршала Жукова. Представить себе такую картину 10 лет назад было бы невозможно. Но это главное, что я понимаю под примирением. А именно, восстановление искусственно разорванной связи исторической и военной традиции русской Армии.
 
Я, к сожалению, должен констатировать, что к 40-летию Великой Победы в 1985 году, в самой лучшей на сегодняшний день военной энциклопедии Великой Победы очень много неточностей и умолчаний, касаемо, прежде всего, истории наших военачальников до революции 1917 года. И это не случайно, потому что, имея к 1916 году сильнейшую в мире армию, мы к началу 1918 года остались вообще без армии.
 
Деградация русской армии началась со знаменитого приказа № 1, в марте 1917 года большевики завершили «демократизацию Армии» (я хочу подчеркнуть, что любая «демократизация» заканчивается крахом любой армии). И это все продолжалось до 1934 года.
 
Мы довольно много и традиционно спорим о роли И. В. Сталина в самой Великой Победе, то есть в руководстве страной и армией с 1941 по 1945 год. Но мне кажется, что мы должны отметить прежде всего его политическую заслугу перед войной, когда он не допустил образования огромной антирусской коалиции. Собственно говоря, не было никаких препятствий к тому, чтобы все государства, вне нас, объединились и решили свои проблемы за счет территории Советского Союза.
 
Но этому предшествовала известная реформа армии, начавшаяся в 1934 году, приведшая в 1935 году к восстановлению Академии Генерального штаба и персональных офицерских званий и многого другого, означавшая, прежде всего, отход от территориального принципа формирования Армии к кадровому.
 
К сожалению, мне кажется, что это восстановление традиций шло на протяжении 30-х и 40-х годов не вполне последовательно. Ну кто мешал, в конце концов, выпустить в 1940 году не 12 тысяч арестованных командиров, а всех? Неужели они бы воевали хуже Мерецкова или Рокоссовского, или Горбатова? Да нет, конечно. В конце концов, можно было выпустить уцелевших и в феврале 1942 года, и летом 1942 года, но выпускали очень мало, выпускали в штрафные роты, выпускали далеко не на те должности, которые они могли занимать по праву опыта и образования, в том числе полученного до революции.
 
А, между прочим, у профессора Минакова, в его интереснейшей книге сказано, что сразу после Гражданской войны из 46 генералов Красной Армии 36 были кадровыми офицерами Царской Армии, их них 34-офицерами Генерального штаба.
 
Эту преемственность, непрерывную историческую цепочку мы, думаю, все вместе будем продолжать восстанавливать ради величия нашей Родины, ради величия нашей Армии и нашего Флота.
 
Позвольте немного заглянуть в будущее.
 
Мне кажется, что здесь я могу сократить свое выступление, потому что, касаемо конкретных мер развития нашей армии и флота, я абсолютно согласен с генералом Трошевым и не буду повторяться. Единственно лишь добавлю, что кроме решительного повышения окладов, именно базовых окладов, а не денежного содержания в целом, офицеров, и технического перевооружения, мы должны, вероятно, подумать и о следующем шаге: восстановлении воинских традиций русской армии, восстановлении элитных частей в виде Петровской бригады, хотя бы Семеновского, Преображенского полков, с сохранением, естественно, традиций и Советской Красной Армии, то есть включить бронетанковые гвардейские подразделения и т.д. Но Петровская бригада, как элитное подразделение, как кузница кадров, в том числе, офицерских и унтер-офицерских, мне кажется, была бы чрезвычайно полезна.
 
Вчера в выступлении писатель Ганичев и вице-спикер нашей Думы Л. К. Слиска очень верно определили, что военно-патриотическое воспитание является по сути своей военно-историческим воспитанием. В этом плане, мне кажется, чрезвычайно важным подумать о сохранении в Москве военно-мемориальной зоны в районе Лефортово. Лефортово — это ведь солдатская слобода с конца XVII века. И ту зону, при сохранении военного госпиталя имени Бурденко, Военной академии, можно преобразовать, восстановив там кадетский корпус и военное училище (может быть, даже с восстановлением названия Алексеевского), плюс развивать мемориальную зону. Ведь там сохранилась «Ботаника». Мало кто из вас знает, что тот парк, который расположен между Яузой и Екатерининским дворцом, где располагалась бронетанковая академия (сейчас часть общевойсковой), носил у кадетов название «Ботаники». Там просто произрастало много деревьев и их, кадетов, заставляли собирать гербарии там. А пруд под балюстрадой, который многие из вас знают, носил имя «эполетного пруда». Он действительно имеет форму эполета. И выпускники Алексеевского училища и трех московских кадетских корпусов перед выпуском бросали туда свои кадетские и курсантские погоны в предвкушении получения, соответственно у кадет — училищных погон, у выпускников Алексеевского училища — офицерских погон.
 
Поэтому этот пруд носил название «эполетного», и планы перестройки его были бы крайне неприятны.
 
И, наконец, последнее.
 
Я не зря употребил, может быть, не очень привычное обращение: чины Православной Церкви. Дело в том, что я придерживаюсь той точки зрения, что государство должно приблизить к себе Церковь. И здесь это также входит в традиции русской армии. Я сам, как вы, наверное, уже догадались, из Петербурга, по крайней мере, я очень четко стараюсь произносить буквы «ч», «ш» и «щ». Так вот, в Петербурге мечеть, самая северная мечеть в Европе, была построена по инициативе муфтия гвардейских частей Петербурга. На деньги в основном эмира Бухарского и императорской фамилии, но по инициативе муфтия, который занимал официальную должность, носил мундир, эполеты и служил в русской армии. В русской армии служили на официальных должностях священнослужители трех конфессий: это, прежде всего, конечно, православные священнослужители, мусульмане в мусульманских частях и в финских частях лютеранские пасторы. Одна конфессия была в этом плане отдалена от российской армии, это католическая конфессия. Это было связано с польскими восстаниями 1830 и 1863 годов, поэтому католики были лишены определенных прав.
 
Мне кажется, что мы должны восстанавливать государственное служение Церкви на официальных должностях, с официальными окладами. И в этом плане, мне кажется, разделение Церкви и государства является для нашей страны совершенно не естественным.
 
В заключение своего выступления я хотел бы сказать, что у меня недавно вышла военно-историческая книга, и здесь есть уникальные фотографии, в том числе молебен 7-ой Сибирской артбригады перед наступлением у озера Нарочь в марте 1916 года. И вторая фотография. Офицеры бригады после молебна перед выходом на позиции. Согласно историческим данным, ровно половина из представленных на этой фотографии офицеров, включая и священнослужителя, погибла или была ранена или контужена во время наступления у озера Нарочь.
 
Я хотел бы отметить тем самым, как важна и нужна нам всем молитва во время защиты нашей Родины. Я хочу подарить эту книгу Академии Генерального штаба с надеждой, что ее прочтут.
 

СИТНОВ А. А.
председатель Совета директоров ОАО «Росзащита», генерал-полковник

Тема моего выступления связана с оценкой современного состояния и перспектив развития оборонно-промышленного комплекса страны как составной части отечественной экономики в целом. От темпов развития экономики зависит не только уровень благосостояния народа, его уклад жизни, но и безопасность самого государства, а, следовательно, мощь армии и флота, которые являются гарантом сохранения целостности государства. Для того, чтобы дать оценку состояния, в котором мы сейчас находимся, обратимся к нашей истории.
 
XX век для России характеризуется чередой трагедий и катаклизмов мирового масштаба. С 1914 по 1922 годы страна переживает целый ряд как внешних, так и внутренних военных конфликтов, происходит массовая эмиграция интеллигенции, духовенства, офицерства (около 4 млн. человек), останавливаются отдельные предприятия и заводы, разрушаются производственные связи и кооперация.
 
Период между окончанием гражданской и началом Великой Отечественной войны, когда Россия из «лапотной» державы превращается в страну индустриальную, представляет собой один из самых интересных и значительных периодов истории нашей страны.
 
Для СССР 30-х годов было характерно состояние различной степени напряженности с большинством экономически развитых стран мира. Такая ситуация естественно вызывала стремление советского руководства создать мощную, а значит — хорошо вооруженную армию. В реалиях тех лет это было возможно исключительно путем восстановления отечественной военной промышленности в уже существующих областях военного производства (артиллерийское, производство стрелкового оружия и т.д.), а также создания новых отраслей военной промышленности.
 
Благодаря первым пятилеткам оборонный сектор превратился в огромную отрасль промышленности, на которую, по некоторым оценкам, уже в конце 20-х — начале 30-х годов тратилось 9-10 % годового валового дохода страны, а к концу 30-х годов эта доля достигала 30 %. На основе осуществлявшейся индустриализации вступили в строй тысячи крупных предприятий, многие из которых представляли новые отрасли промышленности: танковую, авиационную, тракторную, автомобильную, а также станкостроительную и металлургическую (производство цветных металлов).
 
В 1938 году Советский Союз производил около 6,5 тысяч орудий, 3,5 тысячи танков, 1,5 млн. боеприпасов. В эти же годы были разработаны и начали выпускаться танки Т-34, KB, современные артиллерийские системы, различные суда и корабли.
 
Третий пятилетний план (1938—1942 гг.) являлся естественным продолжением успешного выполнения первого и второго пятилетних планов. По плану третьей пятилетки предусматривалось особенно быстрое развитие тяжелой и оборонной промышленности. Это видно из следующих данных: если ежегодный выпуск продукции всей промышленности возрастал в среднем на 13%, то оборонной промышленности — на 39%. Ряд машиностроительных и других крупных заводов был переведен на производство оборонной техники.
 
Наиболее динамично и интенсивно среди отраслей военной промышленности в предвоенный период развивалась авиапромышленность, валовая продукция которой составляла свыше 40% от всего производства «оборонки». От оборонных предприятий Наркомата вооружения с 1939 г. по 22 июня 1941 г. войска получили более 105 тысяч ручных, станковых и крупнокалиберных пулеметов, около 85 тысяч автоматов. С 1 января 1939 года по 22 июня 1941 года Красная Армия получила от промышленности 29637 полевых орудий, 52407 минометов, а всего орудий и минометов, с учетом танковых пушек — 92578. За этот период Красная Армия получила более семи тысяч танков, в 1941 году промышленность уже могла дать около 5,5 тысячи танков всех типов. Что касается новых танков типа KB и Т-34, то к началу войны заводы успели выпустить 1861 танк.
 
В предвоенные годы постоянно нарастали темпы оснащения Военно-Морского Флота. Только за 11 месяцев 1940 года было спущено на воду 100 миноносцев, подводных лодок, тральщиков, торпедных катеров, отличавшихся высокими боевыми качествами. Около 270 кораблей всех классов строилось в самом конце 1940 года. Всего накануне войны в строю флота было около 600 боевых кораблей, в том числе 2 линкора, 7 крейсеров, 49 эсминцев, 241 подводная лодка, 279 торпедных катеров, свыше 1000 орудий береговой обороны, более 2500 самолетов.
 
Как показало последующее развитие событий, с военной точки зрения, исключительное значение имела линия государства на ускоренное развитие промышленности в восточных районах, создание предприятий-дублеров по ряду отраслей машиностроения, нефтепереработки и химии. На Востоке сооружались три четверти всех новых доменных печей, вторая мощная нефтяная база между Волгой и Уралом, металлургические заводы в Забайкалье, на Урале и Амуре, крупнейшие предприятия цветной металлургии в Средней Азии.
 
Нельзя не сказать и о том, что развитие промышленности в целом, в том числе ее оборонного сегмента, в немалой степени определялось уровнем развития научных исследований, эффективностью организации научно-исследовательской работы, масштабами применения научных достижений. По различным отраслям промышленности были созданы целые научные школы, организованы новые НИИ и КБ. У всех на слуху знаменитые фамилии конструкторов различных видов вооружения: Туполева, Ильюшина, Лавочкина, Грабина, Петрова, Дегтярева, Токарева и многих других.
 
Несмотря на все усилия, осуществляемые для того, чтобы предотвратить войну, избежать ее не удалось. Но коль скоро война свершилась, сегодня представляет интерес ответ на вопрос: как, какими усилиями была одержана Победа в Великой Отечественной войне, какие факторы сыграли основную роль и что необходимо сегодня использовать в практической деятельности для того, чтобы труд наших дедов и прадедов не пропал даром, чтобы опыт, полученный при этом, сослужил добрую службу и сегодня?
 
Прежде всего, необходимо отметить, что, несмотря ни на что, система государственного управления и после начала войны сохранила свою жизнедеятельность, что стало основным залогом будущей Победы. Госпланом СССР был составлен и с конца 1941 г. неукоснительно, с четким соблюдением сроков и этапов выполнялся государственный военно-хозяйственный план для районов Поволжья, Урала, Западной Сибири, Казахстана и Средней Азии — план невиданного по масштабам и темпам развертывания военно-промышленной базы в восточной части страны, сосредоточения, восстановления и наращивания здесь эвакуированных военных мощностей.
 
Большую роль в возобновлении военного производства сыграло то, что в предвоенные годы очень серьезное внимание уделялось мобилизационной подготовке экономики. Так, мобилизационный план на второе полугодие 1941 г. предусматривал рост военного производства в первую очередь на гражданских предприятиях.
 
Благодаря предельно возможной организованности и трудовому героизму простых советских людей уже к концу 1942 г. утраченные мощности военной промышленности удалось не только восстановить, но и превзойти, что позволило ликвидировать превосходство фашистской германии в производстве основных видов вооружений и их качестве.
 
Мужчины и женщины в расцвете сил, пожилые люди и старики, подростки, порой даже мальчишки и девчонки — все трудились, не щадя себя. Это была народная армия труда. Многие выполняли сверхурочные работы в связи с уходом на фронт старших товарищей. На отдельных заводах и фабриках, где выпускалась военная продукция, рабочие трудились по 20 часов в сутки. К тому же многим приходилось нередко совмещать несколько профессий.
 
Конечно, во время войны потребности в вооружении вследствие потерь были значительными. Ведь в Великой Отечественной войне ежемесячные потери орудий Красной Арии составляли около 9 %, самолетный и танковый парки приходилось обновлять каждые 5 месяцев.
 
В наше время периодически возникают дискуссии о возможностях Советского Союза вынести такое напряжение и о важности помощи союзников в поставках снаряжения по «ленд-лизу». Ради объективности следует отметить, что поставки снаряжения и материалов из США составляли около 4% использованных СССР в войне объемов.
 
Успеху оборонной промышленности способствовало то, что в годы войны проявилась высокая эффективность военной экономики. За три года — с мая 1942-го по май 1945 г. — производительность труда возросла на 43%, а в оборонных отраслях — в 2,2 раза. Во многом это стало результатом внедрения новых технологий и улучшения организации труда.
 
В целом, оборонная промышленность Советского Союза за четыре года войны выпустила: 19,7 млн. стрелкового оружия, 490 тысяч орудий всех калибров, 136 тысяч самолетов, 102,5 тысяч танков и свыше 8 млн. тонн боеприпасов!
 
Это позволило переломить превосходство фашистских войск в вооружении и создать материальную базу победы.
 
Однако с окончанием Великой Отечественной войны и подписанием актов о капитуляции с Германией и Японией мир на земле не наступил. Бывшие союзники вступили в новую фазу отношений, так называемую «холодную войну, которая вылилась в ракетно-ядерную гонку. Но и здесь наша оборонная промышленность оказалась на высоте.
 
На послевоенное развитие вооружения и военной техники кардинальное влияние оказали работы, выполненные в предвоенные годы и годы Великой Отечественной войны. Речь прежде всего идет о дальнейшем развитии ядерной энергетики и реактивного двигателестроения. Именно эти два направления во многом предопределили эволюцию не только средств, но и форм и способов ведения вооруженной борьбы. Ядерная энергетика позволила уже в 1949 г. осуществить испытание первой в Советском Союзе атомной бомбы, а в 1953 г. — первого в мире термоядерного устройства. В 1954 г. был осуществлен пуск первой в мире АЭС в г. Обнинске.
 
Развитие реактивного двигателестроения обеспечило появление реактивной авиации, а главное, создание баллистических ракет.
 
Интегральным эффектом развития этих двух направлений стало появление ракетно-ядерного оружия, которое до сих пор остается основным сдерживающим фактором от возможной агрессии.
 
Интенсивное развитие ракетно-ядерного оружия, реактивной авиации, атомных подводных лодок, космических систем и других видов вооружения
 
тянули за собой смежные отрасли науки и техники, что в целом обеспечивало поступательное технологическое развитие нашей страны.
 
Именно благодаря оборонной промышленности Советский Союз первым запустил в космос искусственный спутник Земли, первого космонавта, создал первую в мире орбитальную станцию, одну из первых электронных вычислительных машин, обеспечил другие научные и технические достижения, составившие славу Отечества.
 
Важно отметить, что в послевоенные годы развитие как Вооруженных Сил, так и оборонной промышленности осуществлялось под воздействием основных уроков Великой Отечественной войны. По другому и быть не могло, поскольку во главе органов государственного и военного управления стояли люди, чьи имена золотыми буквами вписаны в историю Победы. Именно во многом благодаря их усилиям были разработаны и созданы образцы вооружения, действующие и в настоящее время.
 
На декабрь 1991 года у нас выпускалось в год: 3500 танков, 2800 стволов самоходной артиллерии и 1800 стволов буксируемой артиллерии, порядка 45 кораблей 1, 2 и 3 рангов, около 650 летательных аппаратов и многое другое.
 
Сегодня, к сожалению, следует констатировать, что наша экономика в целом и оборонная промышленность в частности переживают тяжелые времена. Роль государства как в управлении, так и в финансировании оборонной промышленности постоянно снижается. Значительная часть оборонных предприятий стала коммерческими организациями, заинтересованными, прежде всего, в получении прибыли любой ценой.
 
Оказалась существенно Нарушенной управляемость оборонных предприятий со стороны основного потребителя их продукции — Министерства обороны. К этому добавляется и постоянная реорганизация системы управления оборонной промышленностью.
 
В результате положение современной отечественной оборонной промышленности иначе как критическим назвать нельзя.
 
Уровень загрузки предприятий ОПК оборонным заказом составляет, как правило, 15—20 %, что во многих случаях значительно ниже минимально допустимого, при котором прибыль предприятия отсутствует.
 
Уровень рентабельности предприятий оборонной промышленности по отношению к 1990 году сократился более чем в 2 раза. При этом производство ВВТ является убыточным на каждом шестом предприятии, гражданской продукции — на каждом третьем.
 
При средней загрузке оборонно-промышленного комплекса оборонными заказами в 20 % остановить постепенную деградацию средств производства на большинстве оборонных предприятий не представляется возможным.
 
Да и откуда увеличиться загрузке, если уже много лет подряд закупки вооружения осуществляются практически поштучно.
 
В 2004 году поставлены в войска пять межконтинентальных баллистических ракет «Тополь-М», три космических аппарата и шесть ракет-носителей для их запусков, четырнадцать танков Т-90, пять модернизированных истребителей Су-27СМ, две пусковые установки ракетного комплекса «Искандер-М».
 
Таким образом, сегодняшние объемы серийных поставок вооружения, не идут ни в какое сравнение с теми, которые были до 90-х годов, и, следовательно, проблемы, возникшие в оборонно-промышленном комплексе в последнее десятилетие, требуют значительных материальных ресурсов и значительного времени для их разрешения.
 
Многие слышали или читали, что мы создаем истребитель пятого поколения. На создание перспективного истребителя требуется выделение более 12 млрд. долларов. Говорили о выделении 4 млрд., реально выделяется около 1,2 млрд. Сами понимаете, какой мы получим результат.
 
С трудом решаются вопросы в области информатики, связи, телекоммуникаций. Идет мощнейшее насыщение страны иностранной техникой.
 
В 1917 году иностранный капитал владел в России не более 10% мощностей и предприятий. Сегодня не редки случаи, когда иностранцы частично или полностью контролируют уникальные предприятия оборонно-промышленного комплекса.
 
Фактически выхолащивается то, чем всегда славилась и гордилась Россия: своей инженерной мыслью, способностью изобретать, разрабатывать и производить практически все виды технической продукции, особенно высокотехнологичной оборонной продукции.
 
Если говорить о мобилизационных делах, то следует констатировать, что мобилизационные планы мы не выполняем. Россия до настоящего времени завязана на большое количество предприятий, которые находятся в странах СНГ. Поэтому очень остро стоит вопрос о взаимодействии с Украиной, Белоруссией, Казахстаном и др. Нужно кооперироваться, нужно развивать союзные отношения, нужно интегрироваться.
 
И в завершении хотелось бы сказать: история необратима и неумолима. Советский Союз был мощной державой, однако не всегда большие запасы вооружения спасают страну от разрушения. Разрыв связей в стране, утрата единства в народе, потеря духа и веры привели к тому, что не стало великой страны.
 
И, тем не менее, опыт Великой Отечественной войны учит: не нужно отчаиваться. Нужно не только надеяться, но и делать все от нас зависящее для того, чтобы положение улучшилось.
 
Все проблемы могут быть решены, когда люди объединяются в единую силу — народ. И это утверждение подкреплено историей — в тридцатые годы из отсталой, разрушенной бурными событиями начала XX века страны, наши отцы, деды и прадеды создали индустриальную державу, мощь которой была настолько велика, что сокрушила агрессора, перед которым не устояло ни одно другое государство мира.
 
Запас прочности созданного тогда индустриального ядра — оборонно-промышленного комплекса — оказался настолько велик, что даже политический и экономический хаос 90-х годов не смог его уничтожить. А значит, есть надежда на то, что слава России возродится и она займет свое достойное место в нашем сложном и противоречивом мире.
 
Безусловно, работа Всемирного Русского Народного Собора послужит основой укрепления величия и духа нашего народа, а также будет способствовать сплоченности людей на Земле.
 

МАРЧЕНКОВ В. И., начальник Военного университета, кандидат педагогических наук, доцент, генерал-полковник

Известно, что процесс реформирования системы воспитания в Вооруженных Силах предполагает не только отказ от некоторых прежних источников формирования духовного потенциала армии и флота, но и поиск новых. С учетом произошедших изменений в духовной сфере жизни нашего общества к числу таких новых источников сегодня можно по праву отнести религию и, в первую очередь, православие. Рост числа верующих в Вооруженных Силах Российской Федерации, с одной стороны, и накопление проблем в духовно-нравственной сфере жизни армии и флота, с другой стороны, — все это побуждает военные кадры к поиску ответа на вопрос: «В какой степени и каким образом можно опереться на православие в деле воспитания наших военнослужащих?»
 
Православие, чей социальный статус; в нашем обществе за последние годы значительно вырос, на протяжении тысячелетий играло и играет важную роль в формировании у военнослужащих высоких духовно-нравственных ориентиров. Здесь уже говорилось о таких выдающихся полководцах, как Суворов, Кутузов, Драгомиров, и других, о том потенциале, на котором воспитывается наше современное военное общество.
 
Известно, что воинское воспитание имеет целью выработку у военнослужащих целого ряда качеств личности, умений и навыков, необходимых им для успешного решения тех или иных служебно-боевых задач. В формировании у военнослужащих собственно военных умений и навыков Церковь участия не принимает, как не принимает она участия и в формировании некоторых качеств личности военнослужащих, относящихся, например, к сфере их политической ориентации. Однако все самые основополагающие качества личности военнослужащего, относящиеся к сфере его нравственных установок, которые определяют весь нравственный мир воина, его морально-психологическое состояние и линию поведения, формируются у военнослужащих под самым непосредственным воздействием религиозных ценностей.
 
К числу таких качеств, безусловно, следует отнести:
 
  • добросовестное (совестливое) отношение к исполнению своих служебных обязанностей;
  • дисциплинированность, которая основывается не на угрозе наказания, а на самодисциплине;
  • забота о товарищах по службе, готовность помочь ему словом и делом, вплоть до пожертвования своей жизни «за други своя»;
  • стойкость в борьбе с врагом, проявляющаяся в мужественном поведении и отважных поступках;
  • патриотизм, готовность защищать Отечество;
  • честность.
 
К числу основных принципов, из которых необходимо исходить в работе по воспитанию военнослужащих с опорой на православие, следует отнести как минимум два: а) учет целей и задач воинской службы; б) учет прав военнослужащих на свободу совести.
 
Несколько слов о первом принципе. Некоторые христианские направления негативно относятся к службе в армии, пропагандируя идеи пацифизма, что противоречит целям и задачам военной организации общества. Поэтому, обращаясь к религии за помощью в деле воспитания военнослужащих, надо помнить о ее отношении к вооруженному насилию в целом, так и о том, что отдельные религиозные направления, вовлекая в число своих сторонников военнослужащих, делают из них пацифистов. К числу пацифистки настроенных религиозных конфессий, действующих на территории Российской Федерации, как известно, относятся Церковь свидетелей Иеговы, Церковь менонитов, Церковь Льва Толстого. Немало пацифистски настроенных верующих имеется среди баптистов, евангельских христиан, адвентистов седьмого дня.
 
Что касается второго принципа — принципа свободы совести, то суть его, как известно, изложена в статье 28 Конституции Российской Федерации, где говорится, что каждому гарантируется свобода совести — право исповедовать любую религию либо не исповедовать никакой, выбирать, иметь и распространять религиозные, нерелигиозные или иные убеждения и действовать в соответствии с ними. Содержание вышеизложенного принципа раскрыто и в Законе «О свободе совести и о религиозных объединениях», изданного в 1997 году, и конкретизировано применительно к воинской службе в Законе Российской Федерации «О статусе военнослужащих» (1993 г.). Офицерский корпус армии и флота должен знать и учитывать в своей деятельности основные положения данных законов.
 
Офицерский корпус в работе по воспитанию военнослужащих при опоре на православие также должен учитывать следующие обстоятельства.
 
Первое — наличие Соглашения о сотрудничестве между Русской Православной Церковью и Министерством обороны Российской Федерации. Решение Министерства обороны о заключении Соглашения с Русской Православной Церковью продиктовано тем, что именно верующие этой Церкви наиболее многочисленны в Вооруженных Силах России, и на сегодняшний день именно они ставили вопрос перед командованием частей о расширении возможностей по удовлетворению своих религиозных потребностей.
 
Шаги Русской Православной Церкви в деле духовного окормления военнослужащих Вооруженных Сил весьма взвешены и рациональны. Она реально оценивает религиозную ситуацию в армии и на флоте, свои собственные возможности и поэтому не стремится искусственно формировать столь важный вопрос. Напомним в этой связи слова Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, произнесенные им на конференции в стенах нашего университета 1 апреля 1993 года: «Конечно, нам хотелось бы видеть институт военного и морского духовенства восстановленным в самое ближайшее время, и восстановленным в полном объеме. Я, однако, прекрасно отдаю себе отчет и в том, что мы не сможем в одночасье к этому прийти. Пастырская и миссионерская работа Церкви в войсках должна учитывать Богом данную человеку свободу выбора. Навязывание веры никогда не приносило добрых плодов — мы это знаем из истории. Пастырь не должен действовать методом «молниеносной войны», заставляя людей, например, принимать Крещение, когда они ничего не знают о смысле этого великого Таинства. Нужно уважать достоинства человека и, самое главное, достоинство нашей веры, нашей Церкви».
 
Второе обстоятельство — это слабая подготовка офицерского корпуса к работе с верующими военнослужащими. Дело здесь как в содержании их прежнего атеистического воспитания, та., и в наличии в их работе целого комплекса социально-экономических и других проблем. Решение этой проблемы видится в подготовке военных кадров к работе с верующими военнослужащими. Военная печать, теле- и радиопередачи, система общегосударственной подготовки — это те институты, через которые можно и нужно начать решение этой проблемы.
 
Если говорить о качественно новом уровне решения этой проблемы сегодня, то решающее значение в деле воспитания верующих военнослужащих может сыграть введение курса религиоведения во всех военно-учебных заведения. С точки зрения образования цель этого курса — вооружать офицеров знаниями об основах вероучения, культа и организации основных религиозных конфессий, действующих на территории нашей страны. С точки зрения воспитания, цель курса — формирование у военнослужащих уважительного отношения к верующим. Только достигнув этих целей, можно рассчитывать на то, что наш офицерский корпус будет способен успешно решать все проблемы в сфере взаимоотношений армии и религии.
 
Активное участие в обеспечении курса религиоведения учебными материалами и лекторами в нашем Военном университете принимает Синодальный отдел по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными органами. Например, мы ежегодно получаем через этот отдел Священное писание на каждого слушателя первого курса нашего факультета (а мы принимаем ежегодно 800 молодых людей на первый курс университета). Перед слушателями и курсантами университета регулярно выступают священники Русской Православной Церкви.
 
Третье обстоятельство — это осложнение межконфессиональных отношений в условиях современной России. Ухудшение этих отношений несет в себе реальную угрозу втягивания в этот процесс и воинских коллективов, что особенно страшно, когда они держат в руках оружие и владеют боевой техникой, которая способна стрелять.
 
Четвертое обстоятельство — это политизация религиозных конфессий. Несмотря на догматические установки о невмешательстве Церкви в политические процессы, некоторые священнослужители не считают для себя возможным оставаться в стороне от политической жизни общества и поддерживают те или иные политические силы. Занимаясь духовным окормлением военнослужащих, они не скрывают и своих политических позиций, что весьма сложно отражается на сознании верующих военнослужащих. В качестве примера можно назвать монархистские настроения среди части священнослужителей Русской Православной Церкви, осуждение военной политики государства со стороны некоторых мусульманских организаций в связи с событиями в Чечне.
 
В заключение хотел бы высказать следующее пожелание. Со дня проведения первой Всероссийской конференции «Православие и Российская Армия» прошло 10 лет. Полагаю, что можно было бы провести уже и вторую конференцию. Если министр обороны и Патриарх Московский и Всея Руси сочтут возможным провести эту конференцию, то мы могли бы сделать это в нашем университете.
 

ПОСКРЕБЕТЬЕВ С. В.
начальник Пограничной академии ФСБ России, генерал-лейтенант

На всем протяжении российской истории русское воинство было тесно связано с православной верой и пронесло через века знамя великих побед. Русская Православная Церковь вменяла священнику в обязанность непрестанную молитву о даровании победы русскому оружию. Вспомним Александра Невского — славного защитника Отечества, впоследствии принявшего схиму. Дмитрия Донского и митрополита Алексия, совместно обеспечивших укрепление патриотических начал в русской рати, что способствовало победе на Куликовом поле. Не будем забывать и о том, что на Куликовскую битву Дмитрия Донского благословил Сергий Радонежский, а первым в эту жестокую битву вступил монах Пересвет — бывший брянский воевода. Истории известна масса примеров, свидетельствующих об органическом единстве народа, армии и Церкви. В тяжелейший период Великой Отечественной войны возвращение к русским православным духовным корням дало дополнительные силы нашему народу.
 
«Кто истинный сын Церкви, тот вместе и верный, доброжелательный сын Отечества» — говорил в одной из своих проповедей отец Иоанн Кронштадтский, видевший в духовном совершенствовании подлинный источник русской силы.
 
Думается, что духовное наследие, традиции и ценности российского воинства и сегодня главная опора в деле воссоздания качественно новой армии, без которой России не обойтись. Нам необходимо учиться у собственной истории, восстанавливать преемственность и духовную связь с ушедшими поколениями, следовать их заветам.
 
Армия, как любой живой организм, не может жить без основополагающей идеи, без четкого понимания смысла своей деятельности, ее целей и задач. И именно поэтому наиболее выдающиеся государственные деятели и полководцы уделяли так много внимания моральному духу войск, справедливо усматривая в нем главный источник достижения поставленных целей. Духовность есть внутренняя готовность воина к самопожертвованию во имя высших нравственных целей, государственных интересов. Она основывается на любви к Родине, на торжестве Правды и справедливости. Духовность порождает жертвенность во имя жизни и свободы России. Известный русский философ Иван Александрович Ильин писал: «Воинское дело есть трудное, скорбное и трагическое. Средства его жестокие и неправедные. Но именно поэтому дух, коему вручаются эти средства, должен быть крепок и непоколебим в своем искреннем христолюбии».
 
Сегодня наша страна и армия переживают сложный период. Нельзя сказать, что он самый тяжелый в истории России. Наши предки пережили и татаро-монгольское иго, и наполеоновское нашествие, и фашистскую агрессию, но всегда умели сплотиться, воссоединиться и воскресить могущество своего Отечества. Однако в настоящее время под угрозой находятся не только территориальная целостность и независимость государства, но и его духовные основы и ценности. В одном из своих выступлений Президент Российской Федерации В. В. Путин сказал: «Те, кто разваливал Советский Союз, не думал о последствиях для России».
 
Экономические последствия нам всем хорошо известны. Но одновременно с отрицанием коммунистической идеологии были отринуты и исконно русские, православные идеалы добра, честности, любви к ближнему. Взамен этому целенаправленно внедряются идеи насилия, жестокости, корыстолюбия, стяжательства, эгоизма. Нам чужды эти, так называемые, «идеалы американской демократии», ведущие в бездуховный тупик. Очередной яркий пример этого — Ирак, где американцы и их союзники ничего не смогли предложить народу, кроме «железного кулака», уничтожения национальных ресурсов и исторических памятников, издевательств над людьми в тюрьмах.
 
Тем не менее, сегодня в России порой перенимаются худшие образцы этой бездуховности. Средства массовой информации — наиболее доступный и влиятельный канал воспитания и воздействия на психологию людей, переполнены сверх всякой меры негативом. Еще в 80-х годах прошлого века советские психологи били тревогу по поводу постоянной демонстрации сцен насилия в начавших активно распространяться зарубежных видеофильмах. Подросток, ежедневно наблюдая, как человека легко можно избивать, резать, убивать, впитывает подсознательно все это как нормальную модель поведения. Не случайно сейчас так высок уровень подростковой преступности, проявлений фашизма, наркомании и пьянства. Наносится целенаправленный удар по будущему нашего Отечества.
 
Аналогичный удар был нанесен и по основам государственности — армии, милиции, специальным службам. Противники России отлично понимают, что только развалив силовую составляющую государства, вызвав негативное отношение к ней у народа, можно будет приступить к главной цели — разделению России на марионеточные сырьевые придатки западной экономики. Мы пережили потоки лжи и клеветы, целенаправленного унижения армии и спецслужб, офицерского корпуса. Надо ли приводить пример, что в хваленой демократической Америке за одно лишь нелестное высказывание о действиях американских военных в Ираке лишился своего поста руководитель крупнейшей телекомпании CNN. В то же время, мы видим, каким необоснованным нападкам в некоторых средствах массовой информации подвергаются наши солдаты и офицеры, ведущие борьбу с террористами и бандитами, грудью закрывающие детей.
 
Не хотелось бы далее приводить примеры, они нам всем очевидны, как очевидны идеологи, заказчики и исполнители этих акций. К их удивлению Россия не пошла по пути развала и сейчас восстанавливает последовательно свою экономику, государственность, внешнеполитические позиции. Это вызывает настоящую истерию по поводу так называемой «утраты демократических завоеваний». Используется любая возможность для целенаправленных нападок на Президента, правительства, армию и спецслужбы, для попыток создать социальную напряженность и конфликты в обществе.
 
В этой ситуации государство, общество, Православная Церковь и другие основные религиозные конфессии России должны сплотиться, объединить свои усилия во имя обеспечения духовной и нравственной безопасности Отечества.
 
На наш взгляд, на уровне государственной власти необходимо:
 
  • выработать российскую патриотическую идеологию и придать ей не обходимый правовой статус;
  • принять комплекс целенаправленных мер по ограничению пропаганды антироссийских, антихристианских взглядов и идей, бездуховности, насилия и жестокости, ложной морали;
  • выработать систему воспитания молодежи на основе истинно русской православной нравственности;
  • обеспечить приоритетную поддержку армии, силовых структур как основы российской государственности, всемерное развитие их авторитета.
 
Православная Церковь могла бы при поддержке государства существенно развивать просветительскую и миссионерскую деятельность, духовно-нравственное воспитание молодежи. Обличать ложную мораль и тех, кто способствует ее насаждению. Укреплять и наращивать связь с армией, силовыми структурами, офицерским корпусом.
 
Сегодня каждый гражданин России должен ясно понимать, что от его личной патриотической, духовной и нравственной позиции могут зависеть судьбы и будущее Отечества.
 
Большая ответственность должна лежать на тех, кто руководит общественными движениями, партиями, объединениями. Проповедуя различные политические взгляды и социальные интересы, они обязаны в первую очередь думать о судьбах России, не о разделении, а о сплочении народа. Все мы вместе должны открыто и гласно обличать тех, кто под прикрытием благозвучных лозунгов ведет к развалу государства и его духовных основ.
 
Только при условии сплочения государства, Церкви, общества и всех честных граждан Россия сегодня сможет выстоять. Только в таких условиях армия, как неотъемлемая часть народа, будет выглядеть достойно, будет духовно крепкой и непобедимой.
 
В этой связи хотелось бы отметить и роль Пограничной службы, исторически стоящей на первых рубежах защиты Отечества. Сегодня служба находится в процессе коренного совершенствования, внедрения новых современных и соответствующих передовой международной практике способов защиты и охраны границы. Ставится задача всемерно способствовать добрососедскому сотрудничеству, но поставить при этом жесткие барьеры преступности и терроризму. Проводится комплексное строительство новых рубежей, обеспечение достойных социальных условий жизни и деятельности пограничников, оснащение их самыми современными средствами вооружения, связи, информатизации.
 
На Всероссийском совещании органов безопасности по вопросам пограничной деятельности 1 декабря 2004 года Президент Российской Федерации В. В. Путин отдельно поставил задачу подготовки и переподготовки современных руководящих кадров Пограничной службы. И сегодня Пограничная академия ФСБ России приступила к реализации целенаправленных мероприятий по созданию новой системы подготовки руководящего состава. Однако, одновременно с организацией профессионального обучения навыкам руководства охраной государственной границы, в качестве второй, не менее важной составляющей, нами определена задача формирования морально-нравственных качеств современного пограничника, которая будет также реализована в процессе учебы с оценкой полученных результатов в процессе выпуска.
 
Важную роль при этом будет занимать и формирование духовных качеств при активном сотрудничестве с Православной Церковью. Многие годы духовным наставником академии являлся Митрополит Питирим. Светлейшая память об этом великом проповеднике православия, его отеческих наставлениях навсегда сохранится в истории академии. Сегодня мы поддерживаем постоянные дружеские связи с Духовной академией, многими храмами и монастырями. Наши слушатели и адъюнкты активно участвуют в воспитании и военно-патриотической работе в школах и православных детских организациях. В этом мы видим нашу миссию по духовному укреплению Отечества, подготовке нового поколения пограничников.
 
Пограничная служба всегда отличалась тесной и неразрывной связью с народом. Эти традиции мы обязаны не только сохранить, но и приумножить.
 

НУЖДИН Ю. Ф.
заместитель начальника Главного Управления воспитательной работы ВС РФ, контр-адмирал

Суровые испытания в жизни отдельного человека и целого народа требуют крайнего напряжения как физических, так и духовных сил. Таким испытанием для нашего Отечества явилась Великая Отечественная война.
 
Советский Союз оказался неподготовленным к войне. Обороноспособность страны была подорвана проводившейся высшим руководством социально-экономической политикой, массовыми репрессиями, охватившими и военные кадры, а также крупными просчетами в военном строительстве, в определении вероятных сроков начала войны. Серьезные потери понесла и православная Церковь, являвшаяся на протяжении тысячелетия духовным основанием, государство-образующей и культуро-образующей силой России. Даже после двух десятилетий гонений Русская Православная Церковь объединяла 60 млн. верующих, несмотря на то, что на огромных просторах РСФСР осталось не более 100 храмов и ни одного монастыря, а из российского епископата помимо его главы на кафедрах пребывало только 3 архиерея.
 
Вопреки перенесенным испытаниям, с первого дня Великой Отечественной войны Церковь заняла патриотическую позицию, в полной мере разделив судьбу своего народа. В отношении нашего Отечества война со стороны фашисткой Германии носила не только антибольшевистский, но и антихристианский характер. Нацистские вожди открыто отвергали христианские нравственные ценности и стремились возродить древнегерманский языческий культ.
 
В день начала войны 22 июня 1941 года, на 10 дней раньше речи Сталина, Местоблюститель патриаршего престола митрополит Сергий огласил «Послание пастырям и пасомым Христовой Православной Церкви», в котором призвал русский народ на защиту Отечества. В обращении к православным христианам были вновь возвращены в память народную имена святых вождей русского народа Александра Невского и Дмитрия Донского, твердо стоявших на страже веры и Отчизны. Предстоятель Русской Церкви благословил всех православных на защиту священных границ нашей Родины и предрек грядущую победу.
 
С обращения Сталина к советскому народу 3 июля 1941 года, в котором нашли повторение мысли митрополита Сергия, началось сближение государства и Церкви на позициях патриотизма.
 
26 июня 1941 года митрополит Сергий совершил в Богоявленском соборе молебен о победе русского воинства, по окончании которого выразил надежду, что как гроза освежает воздух, так и настоящая военная гроза послужит к оздоровлению атмосферы духовной.
 
Первым признаком духовного возрождения стал рост патриотизма, который раньше вытеснялся коммунистической идеологией. Высшее руководство страны пошло на уступки народным настроениям. Были восстановлены некоторые дореволюционные традиции. В 1943 году в армии были введены погоны и традиционные офицерские звания, которые существовали до революции. Лучшие части советской армии стали именоваться гвардейскими. Официальная пропаганда поднимала на щит военачальников, защищавших Родину во времена самодержавия — Суворова, Кутузова, Нахимова и др. В 1944 году был принят новый, патриотический гимн СССР, заменивший Интернационал.
 
Великая Отечественная война стала тем периодом, когда коренным образом изменилось отношение Советского правительства к Православной Церкви, к традиционным духовным ценностям.
 
Многие верующие стали примером жертвенного служения своему Отечеству. Прежде всего, это относится к первоиерархам Русской Церкви, ближайшим сподвижникам Местоблюстителя патриаршего престола митрополитам Алексию (Симанскому) и Николаю (Ярушевичу).
 
30 декабря 1942 года патриарший местоблюститель обратился к архипастырям, пастырям и приходским общинам РПЦ с призывом жертвовать средства на сооружение танковой колонны имени Дмитрия Донского и эскадрильи имени Александра Невского.
 
В своих посланиях Первосвятитель призывал каждого мужественно стоять на своем посту, содействуя обороне Родины. Митрополит Сергий написал свыше двадцати воззваний за первые два года войны, и каждое из них находило живой отклик в сердцах верующих россиян. Фашистские власти опасались властного архипастырского слова. В архивах «третьего рейха» найден приказ группенфюрера СС Гейдриха от 16 августа 1941 года, согласно которому при захвате Москвы следовало немедленно арестовать митрополита Сергия.
 
Не только Предстоятель Русской Православной Церкви, но и ее архипастыри выступали в трудные для Отечества годы фашистского нашествия с пламенными проповедями и обращениями, призывающими к патриотическому служению своей Родине.
 
Указывая на совершенные немецко-фашистскими захватчиками преступления, в том числе и разорение наших религиозных и национальных святынь, митрополиты Сергий, Алексий и Николай пробуждали в сердцах верующих пламенные патриотические чувства и священную ненависть к врагу. Кроме того, они направляли за рубеж послания, в которых проповедовали идеи объединения народов в борьбе за независимость от фашистских агрессоров.
 
В ноябре 1942 года митрополиты Сергий и Николай обратились к солдатам румынской армии с призывом не проливать братскую кровь единоверного русского народа. В декабре того же года святители выпустили обращение к румынским служителям Церкви и пастве со словом убеждения в необходимости отречься от вынужденного союза с Гитлером.
 
К празднику Пасхи 1943 года митрополит Сергий издал обращение ко всем христианам в Югославии, Чехословакии, Элладе и прочих странах, «к православным народам, пребывающим в плену фашистских захватчиков», убеждая их «всеми силами и средствами уклоняться от немецкой работы» или «поставить свою работу так, чтобы немцу было больше вреда, чем пользы». 9 мая 1943 года на всеславянском митинге, проходившем в Москве, митрополит Николай призвал к единению славян для борьбы с общим врагом.
 
22 марта 1944 года митрополит Николай, выступая перед воинами танковой колонны имени Дмитрия Донского, передал бойцам привет, подарки и благословение РПЦ и патриарха Сергия. В своей речи архиерей говорил о патриотической деятельности Церкви, ее нерушимом единстве с народом, а в заключение призвал бойцов сражаться до полной победы над неприятелем, защищая честь и свободу Родины, освобождая от германской оккупации порабощенные народы. Непреходящее значение патриотических проповедей, посланий и воззваний митрополитов состоит в том, что они учили паству всецело отдавать себя общему делу.
 
Иерархи Русской Православной Церкви откликались на подвиги партизан и призывали русских людей оказывать им всякую поддержку в борьбе с врагами, вступать в ряды народного антифашистского сопротивления. Такие обращения руководителей Московской Патриархии в листовках через штабы партизанского движения переправлялись за линию фронта и распространялись среди населения. О силе их воздействия свидетельствуют отклики самих партизан: «Ваш листок сыграл большую роль среди оккупированного населения в деле оказания помощи партизанам, а вместе с этим в борьбе против фашизма», — писал митрополиту Алексию верующий боец 2-й Ленинградской особой партизанской бригады разведотдела штаба Северо-западного фронта А. Г. Голицын, и он в своем мнении не был одинок. Во время великих христианских праздников Рождества Христова и Пасхи священноначалие Православной Церкви направляло пастве особые приветственные послания. С фронтов в Москву посылались телеграммы с просьбами направить в действующую армию материалы с проповедями духовенства Русской Православной Церкви.
 
Так, 2 ноября 1944 года в ГлавПУРККА с 4-го Украинского фронта поступила телеграмма с просьбой «по встретившейся надобности в самом срочном порядке выслать материалы Синода для произнесения проповедей в день празднования годовщины Октября, а также ряд других руководящих материалов Православной Церкви».
 
В пламенных речах и обращениях к верующим заключалась их собственная любовь к Отечеству, непоколебимая уверенность в торжестве русского оружия над фашизмом, обреченным на гибель. Не только проповедями, но и личным примером преподавали святители верующим уроки героизма.
 
Так, митрополит Волынский, экзарх западных областей Украины и Белоруссии Николай, в связи с фашистской агрессией, переезжая с места на место в прифронтовой полосе, своим богослужением и архипастырским словом неустанно поддерживал нравственный дух местного населения. Митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий остался в осажденном городе, чтобы разделить тяжелую участь блокады со своей паствой.
 
Он испытал все бедствия, выпавшие на долю ленинградцев, проявляя при этом героическую бодрость духа и огромное самообладание, постоянно совершая богослужения.
 
В выполнении христианского долга митрополиту Алексию большую помощь оказывала его родная сестра, монахиня Евфросиния. Подавая пример остальным, они решили отдать свою дачу на ст. Сиверская под детский дом для детей-сирот воинов Красной армии.
 
В мае 1944 года согласно завещанию почившего Патриарха Сергия митрополит Алексий стал патриаршим местоблюстителем.
 
В ноябре 1944 года на Соборе епископов, митрополит Алексий отметил, что Православной Церковью были установлены ежедневные моления на ектениях о даровании победы русскому воинству, особые молитвы на Литургии и молебны о даровании победы. Общецерковный сбор пожертвований принес к этому времени свыше 200 млн. рублей. После освобождения страны от фашистов митрополит Алексий призвал всех верующих россиян к восстановлению разрушенного войной хозяйства.
 
Немалая заслуга перед Церковью и Отечеством митрополитов Сергия, Алексия и Николая состоит в том, что они разработали проблему сущности патриотического служения православного церковного общества своему Отечеству.
 
Примеры патриотического настроения в нашей стране руководителям Московской Патриархии давали факты героизма на фронте и в тылу.
 
С началом войны митрополит Сергий поставил перед пастырями Церкви особые задачи: ободрять малодушных и колеблющихся, утешать огорченных. «Положим же души свои вместе с нашей паствой» — этот призыв патриаршего местоблюстителя нашел действенное воплощение в делах многих сотен священнослужителей.
 
Духовенство укрепляло людей в скорби, призывало верить в победу над врагом, осуществляло сбор средств для постройки боевой техники, шефствовало над госпиталями. Совместно с командирами укрепляло духовно-нравственные устои в армии, воспитывало патриотизм, самоотверженность, верность присяге, веру в правое дело и готовность к самопожертвованию.
 
Патриотическая деятельность духовенства и верующих проводилась во всех регионах нашей страны. Московские пастыри благословляли верующих на сооружение оборонительных рубежей и сами участвовали в этом.
 
Многие из них принимали самое активное участие в местных органах противовоздушной обороны. Священнослужители организовывали в своих храмах бомбоубежища. Постановлениями Моссовета от 19 сентября 1944 года и от 3 января 1945 года около 20 священников московских и тульских церквей были награждены медалями «За оборону Москвы».
 
Ленинградская епархия откликнулась на призыв Предстоятеля Русской Православной Церкви о помощи нуждам фронта и тыла в числе первых. Начиная с первого дня войны, повседневной деятельностью священнослужителей соборов и церквей стала забота о мобилизации всех верующих города на участие в общем деле защиты Отечества.
 
11 октября 1943 г. в Смольном группе православного духовенства из одиннадцати человек во главе с митрополитом Алексием были вручены медали «За оборону Ленинграда».
 
Сотни приходских священников совершили геройские поступки, более 50 из них были удостоены медали «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».
 
В Белоруссии священники активно помогали партизанам: снабжали самым необходимым, участвовали в сборе информации, без которой невозможно было успешное проведение партизанских операций, благословляли юношей и девушек идти в отряды.
 
Одним из них был протоиерей Александр Романушко, в полном смысле слова партизанский священник, участвовавший в боевых операциях, ходивший в разведку.
 
Геройски показали себя священнослужители, призванные в Красную армию.
 
Клирик ленинградского храма во имя святого князя Александра Невского Стефан Козлов боевое крещение принял в июле 1944 года. Ратный путь пулеметчика ознаменован орденом Славы (III степени) и медалью «За победу над Германией».
 
Личным мужеством в боях за Родину отличился священник Тихвинской церкви села Романишино Лужского района Георгий Степанов, на-гражденный медалями «За отвагу» и «За победу над Германией». 21 октября 1946 года медали «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—1945 годов» были вручены митрополиту Ленинградскому и Новгородскому Григорию, настоятелям соборов и церквей, благочинным, работникам церковных учреждений. На всем протяжении блокады ленинградские храмы продолжали функционировать, давая жителям города духовное утешение и поддержку.
 
Священник Петр Иванович Ранцев за боевые заслуги на фронтах Отечественной войны был награжден орденом Красной Звезды, тремя боевыми медалями и несколькими благодарностями от И. В. Сталина. Диакон Роман Логинович Чух был награжден орденом Славы (III степени) и двумя боевыми медалями. Диакон Константин Владимирович Глаголевский был награжден орденом Красной Звезды и тремя медалями.
 
Священник Василий Дмитриевич Троицкий получил две медали: «За доблестный труд» и «За оборону Кавказа», будучи начальником метеорологической станции в Грузии, где в период войны обеспечивал военно-воздушный флот.
 
Священствовавший в Уфимской епархии с 1924 года отец Димитрий Логачевский в годы Великой Отечественной войны был призван в ряды Красной армии. После ранения в 1943 году он вернулся к пастырскому служению. Награжден медалями «За победу над Германией» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».
 
Даже государственные органы отмечали то мужество, которое проявляли клирики на полях сражений. В докладе Г. Карпова секретарю ЦК ВКП (б) А. А. Кузнецову приводились конкретные примеры: священник Ранцев награжден орденом Красной Звезды, протодьякон Зверев и диакон Хитков — каждый четырьмя медалями.
 
Тяжелейшие испытания Великой Отечественной войны делила с народом Русская Православная Церковь, являвшаяся на протяжение многовековой истории Российского государства бережной хранительницей национального самосознания.
 
В годы лихолетья Церковь не только утешала обездоленных и скорбящих, но и укрепляла дух народа, объединяя народ в едином патриотическом порыве.
 
Религиозное пробуждение коснулось всей армии — от рядовых бойцов до генералитета. Начальник Генерального штаба Б. М. Шапошников носил на теле образ святителя Николая. Маршал Г. К. Жуков всю войну возил в штабной машине Казанскую икону Божьей Матери. Будущий маршал A. M. Baсилевский, сын священника из Кинешмы, по рекомендации Шапошникова, был назначен ему на замену начальником Генштаба. Верующим был маршал Ф.И. Толбухин, у которого в Ленинграде всю блокаду служил его родной брат протоиерей. Публично проявлял свои религиозные чувства и маршал Л. А. Говоров, впоследствии командующий Ленинградским фронтом. 16 февраля 1944 года при взятии г. Великие Луки генерал Лобанов вызвал священника М. Образцова и предложил ему отслужить благодарственный молебен об одержании победы. Молебен был отслужен в присутствии всего штаба, рядовых красноармейцев и населения окрестных деревень. В Вене в 1945 году по приказу маршала Толбухина в дар православному собору был отлит колокол с надписью «Русской Православной Церкви от победоносной Красной Армии».
 
Перед боем маршал Жуков, да и многие командиры говорили: «С Богом». Офицеры и солдаты Великой Отечественной войны рассказывали, что многие из них носили с собой иконы и молились пред атакой или обороной о спасении души. Нередки были случаи, когда пилоты горящих и подбитых самолетов взывали: «Господи, прими с миром дух мой!»
 
В районе Орши в плен гитлеровцам попал солдат Юрий Смирнов. Его пытали, требовали, чтобы он дал сведения о своих войсках, которые прорвали фронт. Но солдат остался верен присяге, своему долгу, тогда гитлеровцы в припадке злобы распяли его на кресте. Подвиг Смирнова был увековечен высоким званием героя Советского Союза.
 
О вере людей можно судить и по письмам с фронта. Вот отрывок одного из них: «Мама, я вступил в партию. ...Мама, помолись за меня Богу».
 
Будущий патриарх Пимен в то время, когда началась война, был иеромонахом и отбывал ссылку в Средней Азии. Начав свой боевой путь заместителем командира роты, будущий патриарх дослужился до звания майора.
 
Архимандрит Алипий (Воронов), впоследствии наместник Псково-Печерского монастыря, воевал четыре года, оборонял Москву, был несколько раз ранен и за свои подвиги отмечен государственными наградами. Будущий митрополит Калининский и Каширский Алексий (Коноплев) служил на фронте пулеметчиком, был награжден медалью «За боевые заслуги».
 
Активная патриотическая деятельность в годы войны проводилась во всех действующих монастырях СССР, где ежедневно возносились молитвы, собирались пожертвования на военные нужды, оказывалась помощь раненым. Киево-Покровский женский монастырь взял шефство над тремя отделениями эвакогоспиталя, расположенного на территории монастыря. В 1944 году монастырь внес в различные фонды на оборону страны более 70 000 рублей.
 
Во многих монастырях устраивали госпитали, находившиеся на полном содержании и обслуживании монашествующих. Монахини обслуживали больницы, работали в прачечных, пекарнях и на других работах. Финансовая помощь, оказанная монастырями своему Отечеству, также была значительной.
 
Во многих регионах страны православные епархии, монастыри и приходы брали шефство и помогали в организации госпиталей, детских домов и садов. Верующие покупали больным красноармейцам подарки, нанимали парикмахеров, баянистов. Силами церковных хоров в госпиталях устраивались концерты с программой русских народных песен и песен советских композиторов. Новая форма сбора денежных средств на нужды фронта появилась в Ростове. Там духовенство и верующие в церквах стали устраивать духовные концерты, сборы от которых шли в пользу Красной армии.
 
Так, Курский Свято-Троицкий женский монастырь сдал за несколько месяцев 1944 года 70 000 рублей, Днепропетровский Тихвинский женский монастырь — 50 000 рублей, Одесский Михайловский женский монастырь — 100 000 рублей, Киево-Печерская лавра — 30 000 рублей. Бывало, что, совершив свой подвиг на полях сражений, верующие женщины принимали монашество. Среди них необходимо отметить монахинь Серафиму (Зубареву) и Антонию (Жертовскую).
 
Игуменья Анатолия (Букач), настоятельница Одесского Михайловского монастыря, вместе с сестрами помогала Красной армии продовольствием, медикаментами, одеждой. Но не только в материальном выражении проявлялась помощь верующих фронту. Архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий), будучи по своей светской специальности хирургом, имевший степень доктора медицинских наук и звание профессора медицины, спас сотни раненых бойцов Красной армии.
 
По призыву Митрополита Сергия, других архиереев Русской Православной Церкви и приходских священников с самого начала войны православные верующие стали собирать пожертвования на нужды фронта и обороны страны.
 
К 25-летнему юбилею Красной армии на постройку танковой колонны имени Димитрия Донского верующие Московской области собрали свыше 2 000 000 рублей, а в ноябрьские праздники того же года — около 500 000 рублей. По инициативе московских пастырей прихожанами был организован сбор металлолома на нужды обороны, а также одежды, обуви и других необходимых фронту вещей. Только за три первых военных года около 200 храмов Московской епархии сдали на нужды обороны 12 миллионов рублей.
 
По предложению митрополита Алексия приходы Северной столицы с 23 июня начали сбор пожертвований в Фонд обороны и советский Красный Крест. В храмах осажденного Ленинграда было собрано 5,5 миллионов рублей.
 
Церковные общины г. Горького за два первых года войны собрали в фонд обороны более четырех миллионов рублей.
 
Новосибирская епархия за первое полугодие 1944 года собрала на нужды Военного времени около двух миллионов рублей. От вновь открытой Вознесенской церкви к началу мая 1944 года на подарки бойцам было собрано 100 тысяч рублей, а от Успенской церкви — 130 тысяч рублей в фонд Красного Креста для оказания помощи семьям участников и инвалидов Отечественной войны.
 
За четыре военных года верующие Куйбышевской области внесли в Фонд обороны страны 12 млн. рублей.
 
Патриотическая и жертвенная деятельность Русской Православной Церкви с первых дней войны не осталась незамеченной высшим руководством страны. 4 сентября 1943 года состоялась встреча митрополитов Сергия (Страгородского), Алексия (Симанского) и Николая (Ярушевича) со Сталиным. 8 сентября этого же года был проведен Архиерейский собор, на котором митрополит Сергий был возведен в патриаршее достоинство. Часть священнослужителей была выпущена из лагерей. Церкви разрешалась образовательная деятельность. Началось открытие церквей на советской территории.
 
Это был переломный момент в истории отношений советского государства и Церкви. Правительство, допуская избрание Патриарха, открытие приходов и духовных школ, признавало несбыточность планов полного разгрома Церкви и устранения ее из жизни народа. Церкви разрешили молиться за победу народа, развернуть сбор народных средств, пожертвований на сооружение танковых колонн, эскадрильи военных самолетов, которые носили имена русских святых.
 
Победа в войне сыграла великую роль в процессе духовного возрождения. Красная Армия в короткие сроки перестроилась с позиций беспочвенного интернационализма на проверенную временем патриотическую основу. Отечеству потребовались возрожденные традиции русского православного воинства, и эти традиции бережно сохранила и вдохновила на них Русская Православная Церковь. Кардинально поменял свои взгляды на взаимоотношения с церковью Иосиф Сталин. Он сознательно, под силой веских аргументов пошел на контакт с ней и создал ей режим наибольшего благоприятствования.
 
Годы войны убедительно показали, что, несмотря на то, что Церковь была отделена от государства, она осталась в неразрывной связи со своим народом, объединяла и вдохновляла свой народ. Эта связь, незримая в период относительного благополучия, ярко высветилась в грозовые годы нашего Отечества. В ходе Великой Отечественной войны Церковь явила в своих членах наилучшие качества русского народа, как и в былые времена смуты и лихолетья стала опорой государства, воплотила в себе пламенный патриотизм и непреложную любовь к своей Родине.
 
В наши дни органы воспитательных структур Вооруженных Сил Российской Федерации заинтересованы, чтобы в армии и на флоте служили верующие люди, сознательно воспринимающие воинское служение как составную часть своего христианского долга. Духовенство Русской Православной Церкви оказывает реальную помощь командованию и офицерам воспитательных структур в духовно-нравственном и патриотическом воспитании военнослужащих, в возрастании их в любви к Отчеству и укреплении в верности воинскому долгу.
 

КОЛЬТЮКОВ А. А.
начальник Института военной истории МО РФ, кандидат военных наук

По своим масштабам и ожесточенности Вторая мировая война, продолжавшаяся шесть лет, не имеет равных в истории. В ней участвовало 61 государство с населением 1700 миллионов человек, около 80 процентов общего числа людей, проживающих на Земле. В вооруженные силы было мобилизовано ПО миллионов наиболее трудоспособного населения.
 
Огненный смерч Второй мировой войны пронесся над огромными пространствами Европы, Азии и Африки, захватил акватории всех мировых океанов.
 
Общая площадь театров военных действий составляла свыше 22 млн. кв. км — в 5,5 раз больше, чем в Первую мировую войну. Боевые действия велись на территории 40 стран. Никто не дал и, вероятно, никогда не даст точной цифры погибших во Второй мировой войне. Вычисленная по различным методикам, на сегодняшний день в отечественной и зарубежной печати она колеблется от 53 до 85 миллионов.
 
Главная тяжесть вооруженной борьбы во Второй мировой войне легла на советско-германский фронт.
 
С 22 июня 1941 года здесь были сосредоточены небывалые в истории войн силы и средства — до 12,8 миллионов человек, 163 тысячи орудий и минометов, 20 тысяч танков и самоходно-артиллерийских установок, 18,8 тысяч боевых самолетов. В полосе от Белого моря до Черного одновременно действовало от 190 до 270 наиболее боеспособных дивизий противника. Даже после открытия второго фронта в Европе против Красной Армии вели борьбу 195—240 дивизий, на Западном же фронте — лишь 56—75. В целом в ходе войны на советско-германском фронте вели военные действия 56—76 процентов общей численности вермахта.
 
Из 1418 дней его существования активные боевые действия здесь велись 1320 суток, в то время как на итальянском — около 500, на западноевропейском фронте — менее 300, а на североафриканском — немногим более 300.
 
Победа во Второй мировой войне была достигнута общими усилиями народов антигитлеровской коалиции, поддержанной борьбой сил антифашистского Сопротивления в оккупированных странах. Решающую же роль в разгроме фашистского блока сыграл Советский Союз и его вооруженные силы. Об этом свидетельствуют исторические факты. Эту истину признавали политические, военные и общественные деятели западных держав того времени. 27 октября 1944 г. премьер-министр Великобритании У. Черчилль в послании к И. В. Сталину писал: «Я воспользуюсь случаем, чтобы повторить завтра в палате общин то, что я сказал ранее: именно русская армия выпустила кишки из германской военной машины». «Красная Армия и русский народ, несомненно, заставили вооруженные силы Германии идти по пути к окончательному поражению и завоевали на долгие времена восхищение народа Соединенных Штатов», — отмечал Президент США Ф. Рузвельт. Он же еще в 1942 году подчеркивал: «С точки зрения большой стратегии ясен простой факт — русские убивают больше солдат противника, уничтожают больше его вооружения и снаряжения, чем остальные двадцать пять государств Объединенных Наций вместе взятых».
 
На советско-германском фронте было уничтожено 626,5 вражеских дивизий, в то время как в Северной Африке, Италии и Западной Европе союзники разгромили и пленили 178 дивизий.
 
Советскими Вооруженными Силами были выведены из войны почти все союзники Германии в Европе: Венгрия, Словакия, Румыния, Финляндия, Хорватия. Красная Армия принесла освобождение многим народам мира. Около 7 миллионов советских воинов почти 15 месяцев вели ожесточенные бои с врагом на территории 13 стран с населением 147 миллионов человек, площадью 2,2 миллиона квадратных километров. В освободительной миссии принимали участие около ста объединений Красной Армии. Свыше миллиона советских воинов отдали жизнь за освобождение стран, порабощенных Германией и ее союзниками. С помощью Советского Союза, кроме того, было сформировано, оснащено вооружением и снаряжением более 60 национальных соединений, общей численностью 550 тысяч человек. Разгром Германии, оказал решающее влияние на ликвидацию последнего очага Второй мировой войны на Дальнем Востоке. Здесь Красная Армия во взаимодействии с Тихоокеанским флотом нанесла поражение Квантунской армии — ударной силе сухопутных войск Японии.
 
Гуманистический смысл Победы над фашизмом состоит и в том, что она поставила вопрос об устранении из жизни общества мировых воин как общественно-политического явления. В системе, заложенной союзниками на заключительном этапе войны, было немало принципиальных позитивных решений, которые создавали реальную основу для нового этапа в международных отношениях. К ним прежде всего следует отнести создание Организации Объединенных Наций, совместные меры по искоренению нацизма и милитаризма в Германии.
 
Минуло 60 лет со дня Великой Победы.
 
Произошедшие в 80-е — 90-е годы перемены в международных отношениях, приведшие к изменению геополитической ситуации, прежде всего к окончанию «холодной войны», распаду Советского Союза — главного победителя нацистской Германии, к новой расстановке сил в Европе и на мировой арене, потребовали не только скрупулезного и углубленного исследования минувшей войны, но и выявили настоятельную необходимость, основываясь на ранее не известных фактах и документах оценить по-новому ее отдельные страницы и главы. К тому же переломный момент в жизни страны позволяет увидеть в прошлом то, что не виделось прежде, прокладывать в историографии дорогу иным методологическим подходам.
 
К сожалению, нашлось немало охотников переписать в своих корыстных интересах ряд разделов истории Второй мировой войны.
 
С первых послевоенных лет в странах Запада как на официальном уровне, так и в научных кругах от позитивной до резко отрицательной давалась оценка итогов Второй мировой войны.
 
Со второй половины 80-х годов внимание части исследователей все больше концентрировалось на последствиях войны в сфере экономики, материального производства и культуры государств, а главное, на ее огромных человеческих жертвах. Авторы некоторых монографий и даже курсов лекций (например, в Российском государственном гуманитарном университете) в оценке победы над фашизмом, итогов войны, проявили неуважительность к недавнему прошлому народов Советского Союза, а также отход от исторической истины, замолчав ее важнейшие события. Приходится сталкиваться и с попытками внедрить принцип так называемой равной ответственности Германии и СССР за развязывание войны. Причем чаще всего это делается в поисках сенсационности или коммерческой выгоды.
 
Как ни прискорбно, но не только за рубежом, но и у нас в стране, можно довольно часто ныне услышать, будто сопротивление фашистскому нашествию не приблизило нас к благам европейской цивилизации и было напрасным, а позиция стран, ставших на сторону Советского Союза, явно ошибочна.
 
Создается впечатление, что многие люди забыли о том, что к 22 июня 1941 года была разгромлена Франция, оккупированы Дания, Голландия, Бельгия, Люксембург, Норвегия, ряд Балканских стран, что вовсю задымили трубы крематориев в фашистских концлагерях Майданека, Освенцима, Треблинки, Дахау, Бухенвальда, Равенсбрюка.
 
В 90-е годы в отечественной печати замелькали материалы, а по радио и телевидению стали проходить передачи, авторы которых декларировали, не утруждая себя доказательствами, что одержанные Советскими Вооруженными Силами победы — вовсе не победы, а поражения ввиду больших понесенных потерь. В ряде случаев Великая Отечественная война объявлялась лишь кровавой разборкой между двумя тоталитарными режимами. Звучали даже предложения вместо Дня Победы установить День траура.
 
Сегодня, в том числе в отечественных трудах, звучит мысль о том, что архитектором побед был не Советский Союз.
 
«В конечном счете, — утверждает автор книги «Соединенные Штаты и вторая мировая война» А. Буханан, — лишь объем американского производства — способность Америки произвести достаточно бомбардировщиков, кораблей, танков, продовольствия и горючего для своих собственных нужд
 
и для Великобритании, России и даже Китая — был тем фактором, который предопределил перелом в войне». «Советский Союз был бы не способен отразить немецкий натиск без поддержки США»,— вторит ему западногерманский историк Г. Биндер. Правда, мнение это разделяют не все даже западные историки. Это весьма знаменательно.
 
Острой проблемой историографии Второй мировой войны долгое время оставался вопрос о так называемой «цене победы». В российской и зарубежной прессе нередко звучало утверждение о том, что Красная Армия смогла победить в Великой Отечественной войне, «завалив всю Европу своими трупами». Ясность внес труд, подготовленный в 1993 году в Генеральном штабе Вооруженных Сил России «Гриф секретности снят: потери Вооруженных Сил СССР в воинах, боевых действиях и военных конфликтах. Статистическое исследование». Действительно, потери в войне были немалые. В ходе ее, с учетом пропавших без вести и оказавшихся в плену из строя, безвозвратно выбыло 11 444,1 тысяч военнослужащих. Вместе с тем, не малыми были безвозвратные потери вермахта на советско-германском фронте. Они исчислялись в 3604,8 тысяч человек, а союзников Германии — в 668,2 тысяч солдат и офицеров, то есть в общей сложности ущерб противнику был нанесен 4273 тысяч человек. Таким образом, соотношение по безвозвратным потерям на советско-германском фронте составило 1:1,6. Превышение потерь над ущербом, нанесенным противнику, объясняется двумя основными положениями. Оно связано в основном с первым периодом Великой Отечественной войны, в течение которого сказывались фактор внезапности нападения Германии на СССР и просчеты советского военного руководства. Необходимо учитывать также ту бесчеловечную политику, которую проводили фашисты по отношению к военнопленным, в результате чего к середине 1944 года, по данным фашистского командования, было уничтожено 3,3 миллиона советских военнопленных.
 
За шестьдесят прошедших после окончания Великой Отечественной войны лет трансформировались взгляды на деятельность И. В. Сталина как Верховного главнокомандующего, на его роль в достижении Великой Победы.
 
На XX съезде КПСС прозвучали слова Н. С. Хрущева о том, что Верховный главнокомандующий руководил военными действиями по глобусу.
 
Небезынтересны те оценки, которые были даны И. В. Сталину его ближайшими соратниками по руководству военными действиями. «Несомненно, он был достойным Верховным главнокомандующим», — делал вывод маршал Г.К. Жуков. «Полагаю,— отмечал маршал A.M. Василевский, — что Сталина по праву можно отнести к разряду выдающихся полководцев». «Бесспорно одно, — подчеркивал Н.Г. Кузнецов, — нельзя отрицать великих свершений, которых добилась страна под его руководством, принижать выдающуюся роль И. В. Сталина в годы Великой Отечественной войны. Его сложную натуру нельзя изображать однобоко. Неправильно утверждать, что он был неуч и управлял войсками по глобусу, но нельзя не сказать и о его ошибках в военном деле».
 
Освещением целого ряда других вопросов, связанных с Великой Победой обогатилась отечественная историография за прошедшие шестьдесят лет. Сделана, в частности, попытка воздать должное памяти погибших, используя новые документы, исследовать истоки патриотизма и массового героизма советских людей, процесс содружества армий антифашистской коалиции, деятельности Русской Православной Церкви. Ряд исследований посвящен трагедии плена, определению места эмиграции в Движении Сопротивления. Идет поиск объективных критериев оценки победы и поражения в войне, причин незавершенности как оборонительных, так и наступательных операций.
 
При всем при этом, неизменным остается вывод о том, что Великая Победа Советского Союза в Великой Отечественной войне исторически обусловлена, закономерна, основывается на военно-экономическом базисе советского государства, творческом применении основных положений советского искусства, целеустремленной организаторской деятельности военно-политического руководства, командных кадров, мастерстве личного состав. Эта победа принесла мир.
 
Победа в Великой Отечественной войне — навсегда, на все времена неотъемлемое достояние России. Негасимый свет ее озаряет наш путь. Он нелегок, этот путь, он не совсем такой, как представлялся шестьдесят лет назад. Но без Великой Победы у нас просто не было бы никакого пути. Победа в 1945 году была, есть и будет главнейшим условием движения России к новым рубежам. Она неиссякаемый источник народного духа, силы и веры в счастливое будущее, тех заветов, которые обращены к человечеству. Один из них — передать грядущему поколению всю правду о войне и ее героях. Священная любовь к Отечеству, к России — следующий завет Победы. Вечный завет Победы потомкам — забота о величии и могуществе Родины. Хранить дружбу, единство и братство объединенных в Российской Федерации народов — завет Великой Победы и настоящему, и грядущему.
 

НЕВЗОРОВ Б. И.
член-корреспондент Международной Академии Наук о Природе и Обществе, ветеран войны, полковник в отставке

Великая Отечественная, как и все Великие войны, знает только начало и не знает конца. Она живет в мемориалах, в солдатских обелисках, в шрамах солдат, в усталых слезах матерей и в глазах пожилых людей, никогда не видавших отцов. Она живет в нас, живет в наших детях и будет жить в наших внуках и правнуках, Не потому, что подвиг не забывается, а потому, что пожар в нашем доме был потушен кровью, нашей кровью, не купленной.
 
Вот и сегодняшнее наше собрание проходит в стенах, где Великая Отечественная живет не только в учебниках, лекциях и семинарах по курсу истории военного искусства. Эта война живет в самом здании, возведенном
 
на том самом месте, где сформированная из истребительных батальонов столицы в октябре 1941 года 5-я Московская стрелковая дивизия, построила оборонительные позиции и развернула в боевой порядок свои части и подразделения, готовясь к смертельной схватке с врагом. И хотя с тех пор прошло более 63 лет, москвичи и ныне, гуляя по лесопарку в районе Тропарева-Никулино, все еще встречают уже почти заплывшие окопы, отрытые народными ополченцами столицы в период битвы под Москвой.
 
И мне хотелось бы здесь только привлечь внимание уважаемых участников собрания именно к Московской битве. Причем, я не собираюсь повторять оценки, сделанные когда-то официальной советской военной историографией. Они вам хорошо известны. На них воспитано уже не одно поколение русского народа. В своем выступлении я постараюсь в самом кратком виде доложить видение этого события сквозь призму прошедшего времени, показать истинную роль битвы за советскую столицу в Великой Отечественной войне и раскрыть ее значение для достижения победы над агрессором.
 
Так какова же роль Московской битвы в войне?
 
На основе исследований последних пятнадцати лет, проведенных в Институте военной истории, ответ на поставленный вопрос формулируется однозначно: битва за Москву — главное военное событие Великой Отечественной и одно из ключевых сражений Второй мировой войн, во многом определившая ход и успешное завершение военных действий в пользу СССР и других стран антигитлеровской коалиции. Пять главных факторов лежат в основе столь высокой ее оценки:
 
Огромное военно-политическое, стратегическое и экономическое значение столицы Советского Союза.
 
Гигантский, не имеющий аналогов в мировой истории, размах ее сражений с привлечением главных сил обеих противоборствовавших сторон.
 
Сокрушение советскими войсками плана нацистского «блицкрига» и на несение первого крупного поражения доселе непобедимому германскому вермахту, что изменило не только характер вооруженной борьбы, но и положило начало коренному перелому во всей войне.
 
Под Москвой, вместо нашей довоенной, кадровой армии, потерянной в тяжелейших сражениях лета и осени 1941 г., по существу, была рождена новая армия, которая не только переломила ход неудачно начатой операции, но и меньшими силами разгромила крупнейшую стратегическую группировку врага. И потому ни одна другая операция Великой Отечественной войны не оказала столь мощного воздействия на дальнейшее строительство Вооруженных Сил СССР и развитие военного искусства, как битва за столицу.
 
Победа под Москвой вызвала большой резонанс в мире и способствовала подписанию 1 января 1942 г. декларации 26 государств, участники которой обязались использовать все свои ресурсы для борьбы против фашистской Германии и ее союзников. А это означало, что все расчеты нацистского руководства на международную изоляцию СССР под флагом «антикоммунизма» рухнули.
 
Здесь перечислены лишь наиболее существенные обстоятельства, характеризующие значение битвы. На самом деле их гораздо больше. Мы не отметили огромный духовный подъем в советских войсках и в стране, вызванный победой под Москвой, который по силе эмоций уступает лишь ликованиям нашего народа в день капитуляции фашисткой Германии. С другой стороны, мы не рассматривали факты, связанные с резким падением духа и боеспособности немецких войск, где впервые за истекший период войны стали появляться панические и пораженческие настроения, снижалась дисциплина и т.д. Мы не остановились на том, что после разгрома немцев под Москвой народы порабощенных стран и оккупированных территорий впервые почувствовали возможность победы над захватчиками, резко усилив активность движения Сопротивления и размах партизанской борьбы.
 
Можно было бы остановиться и на ряде других моментов битвы, но я позволю напомнить вам о нашей столице — Москве и причинах яростной борьбы за нее.
 
Москва — крупнейший узел связи, коммуникаций и экономический центр мирового значения, доля которой составляла почти четверть всей валовой промышленной продукции страны. В то же время Москва — главный командный пункт Советских Вооруженных Сил. Из столицы шло руководство вооруженной, идеологической, политической, дипломатической, экономической и всеми другими формами борьбы с немецкими захватчиками.
 
Столь великое значение Москвы для Советского Союза не являлось секретом и для главарей третьего рейха. И потому не случайно главный вектор сил вторжения в нашу страну они нацелили на Москву, считая, что война обязательно должна завершиться там, где находится «нервный центр русского колосса», — в Москве. Захват этого стратегического центра, по мнению главнокомандующего сухопутными войсками фельдмаршала Браухича и начальника генерального штаба ОКХ генерал-полковника Гальдера, парализует все другие советские фронты.
 
Генерал X. Гудериан в докладе А. Гитлеру, аргументируя важность овладения русской столицей, утверждал: «Москва — это не только голова и сердце Советского Союза, — это также центр связи, самая индустриальная область и узел коммуникаций всей страны. Сталин это знает. Он знает, что московский вариант означает окончательное поражение. И если он это знает, он все военные силы сосредоточит перед Москвой. Если мы в Москве одержим победу над силами врага и выключим центральную сортировочную станцию Советского Союза, тогда перед нами падут и остальные его области».
 
Нанесение главного удара на московском направлении считал задачей первостепенной важности и штаб оперативного руководства верховного главнокомандования вермахта (ОКВ), о чем свидетельствует запись: «Наступление на Москву сломает спинной хребет русского оборонительного фронта В этом наступлении будут уничтожены все крупнейшие русские силы, потому что русские будут биться за Москву до последнего и беспрестанно вводить в сражение новые силы».
 
Учитывая все эти обстоятельства, гитлеровское командование бросило на захват русской столицы свою отборную, самую крупную и наиболее мощную группировку войск. И советское Верховное Главнокомандование в интересах ее защиты выделило главные силы Красной Армии. Эти факторы предопределили огромнейший размах и особую напряженность Московской битвы. Чтобы лучше уяснить масштабы сражений, развернувшихся осенью и зимой 1941—1942 гг. на подступах к столице, обратимся к цифрам о количестве дивизий и живой силы, привлекавшимися обеими сторонами к проведению крупнейших сражений XX века, опубликованным в книге. «Московская битва в хронике фактов и событий». Ее таблица 4 показывает, что битва за Москву втянула в свою орбиту 7 млн. 35 тыс. солдат и офицеров и 380 расчетных дивизий. Это на 2,3 млн. человек и 41 дивизию больше, чем действовало на всем советско-германском фронте в приграничных сражениях июня 1941 г., на 3,4 млн. человек и ПО дивизий больше, чем участвовало в Сталинградской битве, на 3 млн. человек и 80 дивизий больше, чем было задействовано в сражениях на Курской дуге, на 3,5 млн. человек и 102 дивизии больше, чем в Берлинской операции.
 
Количество солдат и офицеров, участвовавших в битве за нашу столицу в 23 раза превышает численный состав британских, немецких и итальянских войск в сражении под Эль-Аламейном (Северная Африка), которое по утверждениям ряда западных историков, якобы положило начало коренному перелому во Второй мировой войне. Оно на 100 тыс. человек больше общей численности германских, американских, английских, французских, канадских, польских, датских и других войск, действовавших в апреле 1945 года на всем западно-европейском фронте.
 
Наконец, количество солдат и офицеров, сражавшихся под Москвой, в 2,7—3, 5 раза превышает состав противоборствовавших группировок в самых крупных операциях Первой мировой войны, таких, как Галицийская битва 1914 года, наступление Юго-Западного фронта («Брусиловский» прорыв) 1916 г., наступление англо-французских войск на реке Сомма (Северная Франция) 1918 г. и др.
 
Следовательно, не только в Великой Отечественной войне, но и в Первой и Второй мировых войнах, в войнах XX века вообще, не было такой операции или сражения, которое по количеству участвовавших войск отодвинуло бы Московскую битву на второе место, и не было другого такого города, исход борьбы за который оказал бы столь огромное воздействие на дальнейшее течение войны. Москва была ее центром тяжести, а битва за столицу, по существу, носила характер генерального сражения — вооруженного столкновения главных сил воюющих сторон, оказывающим по своим результатам решающее влияние на исход кампании и всей войны. Здесь решался вопрос о самом существовании обоих воюющих государств, решалась судьба не только Советского Союза, но и нацистской Германии. Поражение в этой битве означало фатальную неизбежность разгрома каждого из них в последующем. Вот почему крушение планов Германии у стен Москвы стало не просто отдельной неудачей вермахта.
 
Под Москвой немцы проиграли не сражение, операцию или битву. Здесь они проиграли свою молниеносную войну против СССР. Вместо одноактной, скоротечной, победоносной военной кампании они получили новую войну — войну длительную, затяжную, к которой не были готовы и которая вела «тысячелетний» рейх к гибели. Для ведения подобной войны руководителям фашистской Германии пришлось перестраивать свою политику, стратегию, экономику, вводить тотальную мобилизацию людских и материальных ресурсов. Но все эти меры лишь отдаляли агонию режима, а вот спасти его от полного краха они уже не могли.
 
Ну, а если бы произошло обратное? Какой была бы ситуация для нашей страны в случае достижения гитлеровцами своих целей? Попробуем мысленно представить себе эту гипотетическую картину исходя лишь из некоторых факторов. Как известно, к началу битвы, группировка советских войск прикрывавших Москву, насчитывала 1250 тыс. человек или 30% состава всей действующей армии. В ходе сражений за столицу Ставка ВГК дополнительно ввела 3,5 млн. человек, то есть еще около трех таких же группировок. Следовательно, в битву за Москву были брошены главные силы Красной Армии и их разгром явился бы по сути поражением основного ядра советских войск.
 
Падение же столицы, в свою очередь, привело бы не только к разрушению и уничтожению индустриального, научного и культурного центра мирового значения, но и к разрыву питающих фронты артерий, проходивших через самый крупный в нашей стране узел коммуникаций. Данное обстоятельство стато бы причиной лишения или острого сокращения снабжения войск действующей армии оружием, боеприпасами, продовольствием и всего того, без чего невозможно ведение боевых действий. Все это могло стать источником ни с чем не сравнимого психологического надлома не только среди личного состава армии, но и населения страны. Кроме того, падение Москвы явилось бы сигналом для Японии и Турции о начале вторжения их армий в пределы Советского Союза с последующим захватом наших земель, что еще более осложнило бы обстановку. Но не будем продолжать размышления о том, что было бы, если бы..., а еще раз подчеркнем, что роль Москвы в войне была столь огромной, что ныне это просто трудно представить.
 
К слову сказать, когда летом 1942 г. гитлеровцы развернули наступление с целью захватить промышленно-сырьевые ресурсы юга Советского
 
Союза, перерезать движение судов по Волге у Сталинграда и отрезать СССР от его союзников через Ближний Восток, наиболее мощные группировки обеих сторон продолжали находиться в Центральном промышленном районе. Этот факт свидетельствует о том, что захват районов Нижней Волги и Кавказа, при всем их крупном стратегическом значении, не мог привести к поражению нашей страны. В этой связи бывший начальник штаба верховного главнокомандования вермахта (ОКБ) и один из ближайших военных советников Гитлера фельдмаршал В. Кейтель, на допросе после войны говорил, что немецкое верховное командование после захвата вермахтом Сталинграда, предполагало «предпринять поворот крупными силами к северу» для удара на Москву.
 
Иначе говоря, и осенью 1942 г., немцы осознавали, что без захвата Москвы им не одолеть Советский Союз. И потому группа армий «Центр», находившаяся всего в 150 км от столицы, имела в своем составе на 200 тыс. человек, 6500 орудий и минометов и на 1300 танков больше, чем в операции «Тайфун». Немцы рассматривали эти силы в качестве «пистолета, направленного в сердце России». Более того, и летом 1943 г. германское руководство «предусматривало возможность после победы под Курском развить удар в северо-восточном направлении с целью выхода в глубокий тыл центральной группировке советских войск и создания угрозы Москве». Следовательно и через два года после своего вторжения в нашу страну, нацисты не мыслили достичь своей конечной цели — разгромить Советский Союз без предварительного покорения его столицы, продолжавшей быть остовом, костяком, основой устойчивости всего советско-германского фронта. Где бы враг не наносил главный удар и куда бы Ставка ВГК не направляла основные усилия, на первом месте у нее была Москва.
 
Вот почему невозможно вообразить, что было бы со страной в случае ее падения. Можно утверждать лишь одно, что если бы Москва не устояла перед небывалым в истории по своей силе натиском германских полчищ, то не было бы и последующих побед ни под Сталинградом и Курском, ни под Ленинградом, ни на других участках советско-германского фронта. Все, что произошло под Москвой, повлияло на ход войны, повлияло на судьбы Европы, а через нее и на остальной мир гораздо больше, чем любое сражение Великой Отечественной войны и любое сражение на фронтах Второй мировой войны. В Московской битве войска Красной Армии похоронили чудовищный завоевательный план фашизма. Рассматриваемая в нем «молниеносная победа» над СССР, как главная предпосылка для дальнейшей агрессии в мировом масштабе, не состоялась. И миллионы людей в тех странах, которые предназначались стать объектами ударов нацистской военной машины, своим спасением, в первую очередь, обязаны Москве. И оттого это великое историческое событие живет и будет жить всегда в памяти не только русского, но и многих других народов мира.
 
Конечно, чисто внешне Московская битва не производит такого яркого впечатления, как результаты блестяще осуществленных Красной Армией операций по разгрому врага в Сталинградской и Курской битвах, Белорусской, Висло-Одерской и других операциях заключительного периода войны. В этой связи, позвольте напомнить вам факты о материально-техническом обеспечении советских войск, в которых они действовали под Москвой.
 
К началу сражений за столицу Красная Армия, как известно, потеряла почти весь довоенный парк танков, артиллерии и авиации. Практически полностью иссякли запасы боеприпасов основных артиллерийских калибров. Экономика страны находилась на самом низком за всю Великую Отечественную войну уровне. На территории захваченной врагом осталось около 29 тыс. заводов и фабрик (91,8% от общего их числа, размещенных здесь накануне войны). СССР потерял 303 предприятия по производству боеприпасов, на которых производилось в год до 157 млн. корпусов снарядов, мин, авиабомб. Прекратили работу 5 из 8 пороховых заводов. Все это сказалось на обеспечении войск всем необходимым для боя и в первую очередь боеприпасами.
 
В таких условиях наши войска, атакуя почти неподавленную оборону противника, несли большие потери, не достигнув надлежащего успеха. В самом деле, о каком уничтожении или подавлении обороны противника могла идти речь, если на фронте 1600 км советская артиллерия под Москвой расходовала в среднем около 12 тыс. снарядов в день (1—2 снаряда на орудие)! Для сравнения, под Сталинградом в полосе около 600 км эта цифра составляла 115 тыс. (60-110 снарядов на орудие в период артиллерийской подготовки атаки), под Курском наша артиллерия расходовала ежедневно около — 840 тыс. снарядов и мин, а в Берлинской операции артиллерия только одного, 1-го Белорусского фронта «в первый день наступления обрушила на врага 1 млн. 236 тыс. выстрелов», то есть в 103 раза больше, чем расходовала за день артиллерия трех фронтов в битве под Москвой!
 
Эти цифры — беспристрастное свидетельство того, что в Московской битве бойцы и командиры Красной Армии грудью своей, в прямом смысле этого слова, защитили родную столицу. Своей отвагой и стойкостью они спасли от уничтожения и нашу страну, и всю мировую цивилизацию. Немецкие же захватчики, имея полное превосходство в силах и средствах, вместо «молниеносного» разгрома СССР, потерпели под Москвой свое первое крупное поражение. Руководители третьего рейха предстали перед мрачной перспективой затяжной войны, как на Востоке, так и неожиданно замаячившей для них перспективой войны на Западе. А ведь Гитлер и его генералы, развязывая в 1939 г. войну, делали все возможное, чтобы не допустить ведения ее на два фронта. Германия в те дни молниеносно разгромила и оккупировала большинство стран Европы. Нацистам казалось, что наконец-то созданы все предпосылки для завоевания мирового господства. И вдруг Москва, которую фюрер больше всего презирал и ненавидел, которую он даже планировал не просто разрушить, а сравнять с землей и даже затопить, сорвала все его замыслы. Здесь советские войска остановили фашизм и вышибли дух из его первого, самого страшного натиска. Временно отступая, неся тяжкие потери, они упорно и беспощадно наносили удар за ударом, один тяжелее другого. Яростные, с беззаветной храбростью контратаки, повсюду и везде, где выгодно или невыгодно, во фланг, в лоб, в окружении, с безмерным подъемом, патриотизмом и жертвенностью — вот что встретил фашизм под Москвой. Он встретил общенародную войну, энергично организованную и умело направляемую.
 
И потому не случайно Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков на заданный ему не раз журналистами и ветеранами-фронтовиками вопрос: «Какое из сражений Великой Отечественной войны Вам больше всего запомнилось?» — неизменно отвечал: «Этот вопрос задают мне часто, и я всегда одинаково отвечаю: битва за Москву... Это были дни величайшего испытания. Опасность, нависшая над столицей, была велика. На защиту Москвы встали все, кто мог держать винтовку, лопату, кто мог стоять у станков, производивших боеприпасы... Величие подвига под Москвой состоит в том, что силой мы немцев не превосходили. На столицу фашисты нацелили главный удар, сюда были брошены лучшие отборные части... Но, несмотря на это, мы не только отстояли Москву, но и одержали победу над врагом!
 
И празднуя Победу, — подчеркивал маршал, — мы всегда будем вспоминать, какие качества нашего народа помогли одолеть врага. Терпенье, Мужество, Величайшая стойкость. Любовь к Отечеству. Пусть эти проверенные огнем войны качества всегда нам сопутствуют. И всегда победа будет за нами!».
 
К сожалению, мнение Георгия Константиновича о Великой Московской битве не нашло отражения в фундаментальных трудах и публикациях официальной советской историографии, изданных в те годы, когда он был еще жив. Сказались гонения, которым подвергался опальный маршал, стремление скрыть поражение наших войск под Вязьмой и Брянском в начале октября 41-го, требование руководства страны показывать только победные страницы истории войны и другие причины. В результате битва за Москву оказалась в ряду обычных, а не выдающихся событий войны. На таком отношении к ней воспитано уже несколько поколений людей, в том числе и нынешнее. Достаточно вспомнить 60-летний юбилей битвы, когда руководство страны «забыло» даже поздравить ветеранов-защитников столицы, в отличие от ветеранов Сталинградской, Курской и Ленинградской битв...
 
Будем надеяться, что Московская битва в конце концов займет то место в истории Великой Отечественной войны, которое она по праву заслужила. И будем всегда помнить, что защищая ее, русские люди шли в бой не считаясь ни с чем. Ее спасение для них выходило за рамки чисто военной задачи. Само слово «Москва» имело особый смысл: ведь за ней — не только наше настоящее, но и наше прошлое и будущее. С Москвы начиналось государство Российское. Москва — сердце Родины, ее мозг, слава и надежда. И как сказал о ней поэт М. П. Дмитриев:
 
Духа русского твердыня
В смутах, пламени жива,
Веры, древности святыня,
Где другая есть Москва?
 

ПАДЕРИН А. А.
кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Института военной истории МО РФ, профессор РАЕН, полковник в отставке

Это была поистине великая народная война. Она перевернула жизнь всего 194-миллионного населения Советского Союза. Самые крепкие и молодые ушли на фронт. Только за первую военную неделю было призвано около пяти миллионов военнообязанных, то есть столько же, сколько в армии и на флоте находилось к моменту нападения агрессора. Всего же за время вооруженной борьбы с фашизмом мобилизация охватила 29,5 млн. человек, а с учетом уже служивших — 34,4 миллиона (в Российской Федерации — более 21 млн., или 67% общего числа мобилизованных). Остальные дееспособные граждане, включая подростков (всего почти 63 млн.), самоотверженно трудились в народном хозяйстве, отдавая все силы приближению победы над врагом. Десятки миллионов советских людей испытали на себе гнет оккупантов, борьбу с которыми наиболее отважные вели, вставая в ряды партизан, подпольщиков, саботируя распоряжения оккупационных властей.
 
На алтарь победы народы бывшего СССР положили жизни около 27 млн. своих сынов и дочерей. В том числе — свыше 13 млн. гражданского населения. Безвозвратные потери ВС СССР составили 11 944,1, в том числе россиян — 7922,5 тыс. человек. Вермахт на восточном фронте безвозвратно потерял более 7 млн. чел., а вместе с союзниками — 8649,3 тыс. Если же к этой цифре прибавить раненых и больных, не вернувшихся в строй, то получится более 10 млн. человек. Таким образом, безвозвратные потери Красной Армии вместе с 76 тыс. союзников превышают аналогичные потери противника в 1,3 раза (отнюдь не в разы, как утверждают иные историки).
 
Государству был нанесен огромный материальный ущерб. Советский Союз лишился около 20 % всех своих богатств, до основания были разрушены 1710 городов и поселков, 70 тыс. сел и деревень, 32 тыс. промышленных предприятий, 25 млн. человек остались без крова. Война наложила тяжелый отпечаток на судьбы миллионов людей не только нашей страны, но и всего мира. Она повлияла на формирование облика целой исторической эпохи.
 
Прошлое нации — это ее богатство. Отношение к нему всегда имело принципиальное значение. Поэтому перемены оценок, нередко поспешные и недостаточно аргументированные, воспринимались не как издержки исторического экскурса, а как покушение на национальные ценности. Именно такой ценностью и гордостью для народов Советского Союза стала достигнутая 60 лет назад победа в Великой Отечественной войне.
 
Наибольшее число острых вопросов вызывают события первого периода войны, самого сложного и трагичного. В частности, почему, несмотря на многолетнюю подготовку страны к войне, на созданную мощную военно-промышленную базу, большое количество боевой техники и оружия, Красная Армия с начала агрессии стала терпеть сокрушительные поражения и вынуждена была отступать с огромными потерями до самой Москвы? Или, как после крупных катастроф лета 1942 г., утраты огромной территории, миллионов людей, находясь, казалось бы, на краю гибели, наша страна, ее Вооруженные Силы не только остановили сильнейшую армию мира, но и в тяжелейших условиях заложили основу для ее последующего разгрома?
 
Действительно, на протяжении войны противник много раз задавал советским командующим и штабам сложнейшие загадки. И если, несмотря на все это, Красной Армии удалось в конечном счете одолеть такого сильного врага, то только благодаря еще более высокому, достигнутому в ходе противоборства с вермахтом уровню военного искусства. Это исторический факт, подтвержденный победным итогом вооруженной борьбы с фашистской агрессией.
 
Советско-германский фронт являлся главным фронтом Второй мировой войны. Убедительным свидетельством этого служат конкретные статистические данные. Так, именно на этом фронте были разгромлены основные силы вермахта и союзных ему армий: 607 дивизий против 176 тех, что были разбиты на других фронтах Второй мировой войны. На советско-германском фронте Германия понесла основное количество людских потерь — около трех четвертей (72%). Столько же составили ее потери здесь в боевой технике: в танках и штурмовых орудиях (75%), в авиации (75%), в артиллерийских орудиях (74%).
 
Огромными были масштабы советско-германского фронта: в 1942 г. его протяженность составляла более 6 тысяч км, а площадь военных действий за годы войны — около 3 млн. кв. км. Здесь в различные периоды войны использовалось от 8 до 12,8 млн. человек, а также до 163 тыс. орудий и минометов, до 20 тыс. единиц бронетанковой техники.
 
На советско-германском фронте была самая высокая интенсивность боевых действий — из 1418 дней Великой Отечественной войны они велись 93% времени, в любых погодных условиях, днем и ночью.
 
Бесспорно, самоотверженные усилия народа на фронте и в тылу, его преданность своему Отечеству в конце концов обеспечили достижение победы. Но бесспорно и то, что в ходе войны сложился весьма компетентный и работоспособный руководящий состав государства, в Вооруженных Силах сформировались высокопрофессиональные командные кадры. Это признавали и наши союзники.
 
В своем послании И. В. Сталину 8 мая 1945 г. президент США Г. Трумэн, который в отличие от его предшественника Ф. Рузвельта не питал особых симпатий к СССР, писал: «Теперь, когда советско-англо-американские войска принудили армии фашистских агрессоров к безоговорочной капитуляции, хочу передать Вам и через Вас Вашим героическим армиям горячие поздравления нашего народа и его Правительства. Мы высоко ценим великолепный вклад, внесенный могучим Советским Союзом в дело цивилизации и свободы.
 
Вы продемонстрировали способность свободолюбивого и в высшей храброго народа сокрушить злые силы варварства, как бы мощны они ни были. По случаю нашей общей победы мы приветствуем народ и армии Советского Союза и их превосходное руководство...».
 
Ставка Верховного Главнокомандования, Генеральный штаб, Главное политическое управление, Наркомат Военно-Морского флота, командование и штабы видов Вооруженных Сил и родов войск, объединений и соединений являлись не только органами практического руководства войсками, но и основными центрами военно-теоретической мысли. Руководство войной невозможно без творческой работы по подготовке научно обоснованных решений, разработки уставов, инструкций и приказов, обобщающих все передовое из опыта ведения войны.
 
Нередко высказывается мнение, будто Красная Армия в начале войны имела многократное превосходство над вермахтом в количестве танков, артиллерии и авиации. Если подходить формально, мы действительно имели большое количество этих видов военной техники. Но почти вся она, особенно авиация, была потеряна в первые дни войны. И начальный ее период, и все последующие операции 1941-1942 гг. проходили при совсем другом соотношении сил и средств, когда германские войска имели существенное преимущество, особенно в танках и артиллерии. Так, из имевшихся в наличии на 22 июня 1941 г. 22,6 тыс. танков к концу года осталось 2,1 тыс., из 20 тыс. боевых самолетов — 2,1 тыс., из 112,8 тыс. орудий и минометов — всего около 12,8 тыс., из 7,74 млн. винтовок и карабинов — 2,24 млн. штук.
 
Нетрудно понять, что без восполнения столь огромных потерь, причем в кратчайшие сроки, вооруженная борьба с агрессором стала бы невозможной. А это зависело от того, сможет ли военная экономика СССР быстро наладить производство всего необходимого для фронта. Экономическое противоборство с Германией для Советского Союза началось в самых невыгодных условиях. Огромное число квалифицированных рабочих, важнейшие промышленные районы из-за оккупации вермахтом были потеряны. Это сильно подорвало экономическую базу оборонного производства. Произошел резкий спад промышленного потенциала, возвративший страну к начальному этапу индустриализации. Потребовалось сверхнапряжение всего общества для того, чтобы компенсировать потери и постепенно наращивать усилия в экономическом противоборстве с Германией, опиравшейся на промышленную базу почти всей Европы.
 
За каждой тонной металла и топлива, продовольствия и сырья, за каждым орудием, танком и самолетом, за каждым центнером хлеба — героические усилия тружеников тыла. Они, без всякого сомнения, заслужили право утверждать, что советский солдат победил советским оружием. Из этого, конечно, не следует, что мы не получили значительной помощи и от наших тогдашних союзников. Ее умаление недопустимо так же, как и ее преувеличение. Отечественная промышленность превзошла по объему производства промышленность нацистской Германии — произвела для Красной Армии почти 500 тыс. орудий, более 112 тысяч самолетов, свыше 102 тысяч танков и самоходных орудий и много другой военной техники.
 
Какими силами советского государства и советского общества была достигнута великая Победа? Этот вопрос все послевоенные годы находится в центре внимания и в нашей стране, и за рубежом. Весьма своеобразно сформулировал его, в частности, американский историк Мэтью П. Галлахер в вышедшей в 1963 г. в Нью-Йорке книге «Советская история Второй мировой войны: Мифы, воспоминания и действительность»: «Для советской послевоенной пропаганды наибольшее значение, имел вопрос о том, какой из четырех столпов советского общества военного времени — армия, партия, народ или лично Сталин — заслужил лавровый венок победителя, а следовательно — и соответствующие награды и привилегии».
 
Ответом на поставленный выше вопрос может служить следующее высказывание человека, которого едва ли можно заподозрить в лакировке взаимоотношений народа и власти в СССР. В эмигрантском журнале «Новый путь», редактировавшемся бывшим активным русским меньшевиком Ф. Ю. Даном, 7 октября 1942 г. в статье «Чудо Сталинграда» (цит. по: Правда, 1989,13 окт.) говорилось: «Ничего нельзя понять в этом чуде, если закрыть глаза на тот факт, что при всех своих падениях, срывах, ошибках и даже преступлениях революция, начавшаяся четверть века назад, вошла в плоть и кровь народных масс, что при всех невзгодах, лишениях, страданиях...она дала им какие-то достижения и, быть может, еще больше — какие-то надежды, за которые массы держатся всеми фибрами души, которые в их глазах перевешивают все темные и тяжелые стороны ее, за которые они хотят идти на нечеловеческие муки, сражаться и умирать. Революция дала патриотизму народов Советского Союза новую великую идею — идею социального освобождения».
 
Несмотря на огромные трудности, многонациональный советский народ вынес на своих плечах выпавшие на него тяготы и лишения. Победа в войне была достигнута благодаря высокому патриотическому подъему, массовому героизму советских воинов, партизан и подпольщиков, а также трудовому героизму людей, ковавших победу в тылу.
 
Важную роль в мобилизации подавляющей части населения страны на активную борьбу против фашистской агрессии сыграла Русская Православная Церковь. С первых дней войны она призвала русский и другие православные народы страны на защиту Отечества. «Фашиствующие разбойники напали на нашу Родину...,— говорилось в «Послании пастырям и пасомым Христовой Православной Церкви» Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского). — Но не в первый раз приходится русскому народу выдерживать такие испытания. С Божьей помощью и на сей раз он развеет в прах вражескую силу... Церковь Христова благословляет всех православных на защиту священных границ нашей Родины Господь нам дарует победу».
 
Всего за годы войны Патриарший Местоблюститель обращался к верующим с патриотическими посланиями 24 раза, откликаясь на все основные события в военной жизни страны. Это имело особое значение для православных христиан СССР, миллионы которых сражались на фронте и в партизанских отрядах, самоотверженно трудились в тылу. Тяжелые испытания и лишения войны стали одной из причин значительного роста религиозности в стране. Представители различных слоев населения искали и находили в Церкви моральную опору и утешение, что придавало им дополнительные силы и укрепляло веру в грядущую победу над агрессором.
 
Наряду с призывами к активному участию в борьбе с врагом в посланиях иерархов и проповедях священников содержались слова резкого осуждения дезертирства, добровольной сдачи в плен, сотрудничества с оккупантами. Это в значительной мере способствовало созданию в обществе нравственных условий победы.
 
Патриотическая деятельность Русской Православной Церкви осуществлялась и во многих других формах. Сотни священнослужителей были призваны в действующую армию. В их число входили, в частности, СМ. Извеков, будущий Патриарх Московский и всея Руси Пимен, а также будущий митрополит Калининский и Кашинский Алексий (Коноплев), наместник Псково-Печерского монастыря в 1950-1960 гг. архимандрит Алипий (Воронов) и другие будущие видные церковные деятели. Священнослужители активно участвовали и в партизанском движении.
 
Важным направлением патриотического служения духовенства и верующих являлась материальная помощь государству и Красной Армии. Уже с лета 1941 г. большинство православных приходов страны начали сбор денежных пожертвований и ценных предметов в Фонд обороны. На собранные
 
средства были построены танковая колонна «Дмитрий Донской», авиационные эскадрильи «Александр Невский», «За Родину» и другие. Всего к лету 1945 г., по подсчетам Московской Патриархии, было собрано более 300 млн. рублей, не считая драгоценностей, вещей и продуктов.
 
За активное участие в названных выше и других видах патриотической деятельности сотни представителей духовенства были награждены медалями «За оборону Ленинграда», «За оборону Москвы», «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», медалью «Партизану Великой Отечественной войны».
 
Таким образом, выстояв в суровых условиях многолетних гонений со стороны власти, в годы тяжелейших испытаний военного времени Русская Православная Церковь осталась со своей паствой, много сделала для приближения великой Победы.
 

ПЛЕХАНОВ А.
ведущий научный сотрудник кафедры истории Отечества и органов безопасности Академии ФСБ России, кандидат исторических наук

В декабре 1995 г. по просьбе директора Федеральной пограничной службы РФ генерала армии Андрея Николаева и с высочайшего благословения патриарха Московского и всея Руси Алексия II спустя многие десятилетия восстановлен священный день для часовых границ.
 
Как и до революции, он будет теперь отмечаться ежегодно 4 декабря, в православный праздник Введения во Храм Пресвятой Богородицы.
 
Русская Православная Церковь на протяжении многих веков играла одну из основных ролей в создании и поддержании российской государственности, проводя политику центральной власти на обширных территориях империи. В смутное время, особенно в периоды войн, от поддержки церковных иерархов нередко зависела судьба страны.
 
Религия сопровождала русского человека от колыбели до гробовой доски. Крещение, причастие, религиозные праздники и обряды формировали его сознание, нравственность, нормы поведения. Первыми и зачастую единственными печатными изданиями в русских семьях были книги религиозного содержания, которые передавались от отца к сыну, хранились как семейные реликвии.
 
Православная вера была с первопроходцами новых земель, вдохновляла зодчих на строительство храмов, была в сердце каждого ратника на поле брани.
 
Русские дружины шли в бой под стягом с изображением Спаса Нерукотворного; икона Божьей Матери находилась в самой гуще Куликовской битвы, Смоленская икона Пречистой Богородицы ободряла русских воинов в Бородинском сражении.
 
И позднее Православная Церковь принимала непосредственное участие в духовно-нравственном воспитании воинов, священники по штату находились непосредственно в войсках, а в ряде случаев им приходилось даже участвовать в боевых действиях, подавая воинам пример мужества и героизма
 
Православная вера была основой мировоззрения офицеров и нижних чинов русской армии. Офицеры и военные священники при воспитании подчиненных стремились расширить их религиозное сознание Воинский подвиг, совершенный христианином по воле Божьей, считался подвигом религиозным, подвигом веры и любви, ибо для человека служение Отчизне — это часть служения Богу. Отсюда понятно, что моральные нормы поведения на службе, особенно в военное время, строились на основе Евангелия. Так, в «Наказе нижним чинам о законах и обычаях войны» читаем: «Воюешь с неприятельскими войсками, а не с мирными жителями. Неприятельскими могут быть и жители, но лишь в том случае, когда видишь их с оружием в руках. Безоружного врага, просящего пощады, не бей. Уважай чужую веру и ее храмы. С пленными обращайся человеколюбиво, не издевайся над его верой, не притесняй его. Помни, что солдат — Христов и Государев воин, а потому и должен поступать как Христолюбивый воин».
 
В русской армии православные христиане составляли подавляющее число верующих. В пехоте, например, их было 85—86%, в кавалерии — 80—83%, в артиллерийских и инженерных частях — около 90%, в Отдельном корпусе пограничной стражи — 82%.
 
В ОКПС, по данным на 1901 г., из 38 402 офицеров и нижних чинов насчитывалось: 31537 православных христиан (более 80%), 3729 католиков (почти 10%), 1870 мусульман (около 5%), 902 лютеранина и протестанта (2,3%), 287 раскольников-сектантов (менее 1%), 40 язычников (0,1%), 77 идолопоклонников (0,07%), 10 армян-григорианцев (0,02%). На 1 января 1914 г. в Заамурском округе, вошедшем в состав ОКПС еще в начале 1901 г., из 20 952 человек было 16 852 христианина (более 80%), 717 мусульман-суннитов (около 4 %), 252 старообрядцев-поповцев (чуть более 1%).
 
Таким образом, основу пограничного корпуса также составляли православные христиане, а тот факт, что в процентном отношении их было несколько меньше, чем в русской армии, свидетельствует о специфике комплектования частей ОКПС, о его большей интернационализации и рассредоточенности вдоль границ империи и, как следствие этого, о включении в состав подразделений большего числа представителей других конфессий
 
Решение служебных задач в ОКПС во многом зависело от нравственных, моральных устоев пограничников, которые формировались на основе религиозных догматов, на что обращалось внимание командиров всех степеней. Сама специфика службы предъявляла особые требования к чинам стражи, которые находились в нарядах по нескольку человек, а зачастую несли одиночную службу в глухих лесных и степных местах, в любую погоду, обратиться же за советом было не к кому. И пограничник, образно говоря, оставался наедине с Богом. Приходилось действовать разумно самому, «дабы не навредить делу». Были и соблазны: пропустить за взятку контрабанду, самовольно покинуть пост, перейти на территорию сопредельного государства, употребить оружие в ситуации, не предусмотренной инструкциями. Но главное, пограничникам приходилось участвовать в вооруженных столкновениях с нарушителями границы. Поэтому от морально-психологического состояния воинов, их готовности защитить рубежи Отечества зависел исход вооруженного конфликта. Стражи границы в моральном отношении должны были быть безупречны.
 
В Своде военных постановлений 1838 года в наставлении офицерам было сказано: «Надобно поддерживать в солдате чувство религии, подавать собою пример строгого выполнения ее обрядов... не забывая, что религия есть главный источник, из коего почерпает русский солдат правила чистой нравственности, а с ними и здоровья, и все добродетели, с коими воин может оправдать цель своего существования».
 
Воспитательная работа с учетом предъявляемых требований начиналась с первых дней пребывания молодых солдат в пограничном корпусе в учебных командах при штабах бригад. В период прохождения курса новобранец обязан был выучить наизусть несколько молитв, а в программу курса для унтер-офицеров погранстражи по Закону Божьему были включены: начинательные молитвы, Иисусова, Святому Духу, Трисвятое, молитва Пресвятой Троице, тропарь на Введение во Храм Пресвятой Богородицы, молитвы за Царя и Отечество, перед сражением. Кроме того, воинам-пограничникам необходимо было усвоить Символ веры, иметь понятие о церковных таинствах и 10 заповедях Господних.
 
Большинство заповедей воспринималось пограничниками сразу же и почти не нуждалось в дополнительном разъяснении, однако некоторые, особенно 5,6,7 и 8-ю, преподаватели и священники должны были как бы уточнить, объяснить их значение для пограничной службы.
 
 
Так, 5-я заповедь гласит: «Чти отца твоего и матерь твою, да благо ти будет, и да долголетен будеши на земли». Следовало объяснение: закон повелевает с таким же почетом относиться и к тем, кто «в разных отношениях заступают для нас место родителей, а именно: Государя как отца всего народа и государства...», всех командиров и начальников — до отца-командира.
 
7-й заповедью «Не прелюбы сотвори» запрещалось не только прелюбодеяние, но и все то, что могло возбудить «незаконную любовь», как-то: пьянство, «пение и слушание срамных песен».
 
При разъяснении заповеди 8-й «Не укради» шло пояснение: «Бог запрещает воровать, а также повелевает выполнять все свои служебные обязанности по совести и без лености, трудиться, чтобы не даром есть хлеб, не брать за свое добро и свой труд больше, чем он стоит».
 
Но труднее всего молодому воину было понять 6-ю христианскую заповедь: «Не убий». Какой же выход из этого находили священники и командиры? Они поясняли, что Бог запретил не только убийство, но и ссоры, гнев, ненависть, зависть, жестокость. Исключением из правила может быть только одна ситуация: «Против шестой заповеди не грешит тот, кто убивает вооруженного неприятеля на войне, потому что, воюя, мы защищаем святую веру, Государя и Отечество наше».
 
После окончания курса учебной команды молодые пограничники, прежде чем разъехаться по местам службы, в торжественной обстановке принимали военную присягу — клятву именем Божьим в установленной законом форме. Это был особый ритуал. Он проводился в присутствии командира части, всех наличных офицеров. Там, где позволяла обстановка, находились священнослужители разных конфессий: православный — в золотой ризе за аналоем, католический — в черной сутане и четырехугольной шапочке, лютеранский — в белоснежном галстуке и черном сюртуке, магометанский мулла — в бело-зеленой чалме.
 
Перед произнесением торжественной клятвы зачитывались и разъяснялись выдержки из регламента (свода законов), в которых перечислялись все виды преступлений и проступков против воинской дисциплины, наказания за преступления в военное время. Обращалось внимание на ответственность за нарушение службы по пограничному надзору. Православный священник при этом объяснял молодым пограничникам последствия ложной клятвы, указывал на то, что обряд освящен Самим Богом и святыми апостолами. Наряду с этим пояснялось, за какие подвиги на полях сражений жаловались особые отличия, награждали знаком Военного ордена (с 1913 г. — Георгиевским крестом) и за какие действия при исполнение пограничной службы награждали медалью «За храбрость» (с 1913 г. — Георгиевская медаль) и знаком «За пограничный надзор».
 
После команды «На молитву! Шапки долой!», приводимые к присяге должны были сложить вместе указательный и средний пальцы правой руки и поднять ее вверх. Далее православный священник зачитывал текст присяги. Молодые воины хором вторили ему. Слова военной присяги были составлены еще при Петре I: «Обещаюсь и клянусь всемогущим Богом перед святым Его Евангелием в том, что хощу и должен Его Императорскому Величеству, Самодержцу Всероссийскому и Его наследнику верно и нелицемерно служить, не щадя живота своего, до последней капли крови...» Эта клятва считалась нужной для поддержания взаимного доверия между людьми в государственной и общественной жизни и составляла необходимое условие правосудия. Присяга закреплялась целованием креста и Евангелия. Заканчивалось все торжественным богослужением и молебствованием о воинах, вступающих в ряды доблестной русской армии.
 
Воины, принадлежащие к другим вероучениям и сектам, не приемлющие православной присяги и веры, давали обещание «показать правду по совести», то есть служить честно и добросовестно.
 
В частях ОКПС было замечено, что в некоторых бригадах без различия веры произносили слова о том, чтобы «идти в бой на врага не только за Царя и Отечество», но также «за Русь святую и веру православную», между тем как воины иных вероисповеданий должны были давать «клятву перед Богом служить Государю, наследнику престола и Отечеству, хотя бы пришлось умереть за них».
 
Ограничение в приеме на службу по религиозному признаку касалось только евреев-талмудистов. В «Своде военных постановлений» предписание о порядке принесения присяги новобранцами было дополнено приложением, гласившим, что за еврейским раввином, читающим солдатам-евреям текст присяги, надо внимательно наблюдать, чтобы он не кашлянул или не сплюнул, потому что, согласно Талмуду, такие действия аннулируют присягу. Раз Талмуд позволял пользоваться подобными трюками, на любой случай жизни установленными, то считалось, что еврею невозможно доверять оружие и привлекать его к службе, требующей высоких моральных качеств.
 
Чтобы понять положение Православной Церкви и духовенства в Отдельном корпусе пограничной стражи, обратимся к истории этого вопроса. После создания погранично-таможенной стражи в 20-е годы XIX века ее чины удовлетворяли свои религиозные потребности либо в приходских (епархиальных), либо в таможенных церквях по месту дислокации таможенных округов, либо на отдельных участках границы в подвижных православных церквях, устроенных при командах погранстражи. Причем сеть этих учреждений постоянно расширялась. Из государственного казначейства регулярно отпускались денежные средства на содержание существовавших и обустройство новых церквей. Так, в 1865 г. была создана таможенная православная церковь в местечке Кретинген Ковенской губернии (впоследствии 5-я Горждинская пограничная бригада II округа ОКПС).
 
В 1898 г. были учреждены сразу три православные подвижные таможенные церкви со священником и псаломщиком (так называли с 1885 г. всех церковнослужителей, в обязанности которых входило чтение и пение на клиросе, письмоводство церковное и приходское) в каждой. Одна из них располагалась в недавно созданной Карсской бригаде Кутаисского карантинного таможенного округа (позднее VI округ ОКПС), две другие — по усмотрению местного начальства и в «пунктах границы, наиболее для сего удобных».
 
По состоянию на 1910 г. в округах ОКПС имелось 17 бригадных православных церквей: три — во II округе, шесть — в III округе, две — в IV, четыре — в VI и две — в VII округе ОКПС. По месту их расположения можно судить о том, что более всего нуждались в православных церквях пограничники на территории Царства Польского и кавказско-среднеазиатском участке границы империи.
 
И все же церквей не хватало. «Поэтому, — отмечал журнал «Пограничник» в 1913 г., — слышать слово Божье и беседовать со священником нашим
 
солдатам приходится иногда не более двух раз в году, вследствие чего правила нравственной жизни отступают на второй план». Командир корпуса генерал от инфантерии Н. А. Пыхачев в этой связи требовал от бригадных священников по вызову офицеров выезжать на границу незамедлительно, чтобы умирающие раненые нижние чины могли получить духовное облегчение перед смертью, и не допускать погребения умерших без напутственного слова священника, за исключением крайних случаев.
 
Военное духовенство к 1891 г. насчитывало 569 священников. Общее руководство ими по «Положению об управлении церквями и духовенством военного и морского ведомства» вверялось протопресвитеру военного и морского духовенства, который назначался Синодом по ходатайству военного министра и утверждался Императором. В его обязанности входило решение вопросов комплектования, перемещения и увольнения от службы военных священников.
 
Таможенные корни пограничной стражи и то обстоятельство, что ОКПС не входил в состав военного и морского министерств, а подчинялся напрямую министру финансов империи, обусловили двоякое правовое и материальное положение его священнослужителей, которые, в свою очередь, находились в ведении епархиальных архиереев.
 
В правовом отношении священнослужители, состоявшие в пограничной страже, не пользовались правами и преимуществами военного духовенства, за исключением права на пенсию. С 1905 г. им было предоставлено право на награждение орденом Св. Владимира IV степени, который жаловался священнослужителям военное о ведомства за выслугу узаконенных сроков с надписью «35 лет» и «25 лет». Права военных священников были сохранены семи священникам бывшей Охранной стражи КВЖД на время службы в Заамурском округе.
 
Священники ОКПС по исполнению своих прямых обязанностей и ответственности были приравнены к военным, а по служебным правам — к епархиальным. Это сказывалось и на их материальном содержании. Так, если приходской (епархиальный) священник жил на доходы от прихода, а должностной оклад военного по высочайше утвержденному 24 июня 1887 г. положению военного совета был приравнен к капитанскому (140-150 рублей в месяц), то денежное содержание священника ОКПС в 1905 г. составляло 93 рубля, а псаломщика — 25 рублей в месяц, что конечно же было несправедливо по отношению к последним. При этом из жалованья священников производились вычеты не только в пенсионный капитал, но и в пользу епархиальных духовных училищ (на Кавказе они составляли в год 22 рубля 36 копеек).
 
Эти оклады священнослужителям ОКПС установили еще в 80-е годы XIX века и с тех пор не пересматривали. Только в июле 1914 г. было утверждено новое расписание окладов для служителей православных церквей ОКПС и изменены некоторые постановления, относящиеся к правам духовенства корпуса.
 
Как уже отмечалось, в корпусе насчитывалось 17 бригадных церквей, которые обслуживали 17 священников, 27 псаломщиков и 2 церковных нижних чина. На них были возложены основные обязанности по религиозно-нравственному воспитанию чинов пограничного корпуса. Священники должны были сами объезжать отряды корпуса пограничной стражи и ближайшие таможни. В Ковенской и Волынской губерниях эти обязанности возлагались и на местных священников с выдачей им прогонных денег. Наряду с этим священники пограничной стражи вели занятия по Закону Божьему в учебных командах при штабах бригад, а там, где они отсутствовали, для религиозно-нравственного воздействия на нижние чины ОКПС привлекались ближайшие городские или сельские священники за отдельную плату.
 
Священники ОКПС переносили все тяготы службы вместе с пограничниками, их служение с точки зрения нравственного и физического напряжения было гораздо тяжелее службы полковых священников, особенно в кавказских и среднеазиатских бригадах. По патрульным дорогам, через разлившиеся реки и ручьи, преодолевая десятки верст, они добирались до самых отдаленных постов. Переносили лишения и невзгоды пограничной службы, ревностно исполняя свои пастырские обязанности.
 
За свой нелегкий подвижнический труд священники ОКПС могли получить как боевую, так и церковную награду. Например, в июне 1905 г. обер-прокурор Святейшего Синода уведомил, что священник Границкой церкви 14-й Ченстоховской пограничной бригады о. Иоанн, согласно определению Синода, за отлично-усердную службу награжден «наперстным крестом от Святейшего Синода».
 
Работа по религиозному воспитанию носила комплексный характер. Она вменялась в обязанности командирам отрядов, отделов, постов. Немало времени отводилось в подразделениях ОКПС на разъяснение заповедей Божьих, важности выполнения воинского долга, верности присяге, внушение нижним чинам правил благочестия, нравственности, гуманности. В этом деле не признавалось мелочей. Об этом, в частности, свидетельствует приказ № 100 от 27 декабря 1899 г. начальника III округа генерал-лейтенанта Н. А. Усова после смотра Ломжинской бригады. Данный приказ обязывал командиров отделов и отрядов «развивать в людях чувство нравственно-религиозных правил, беспрестанно указывать и разъяснять им (нижним чинам. — Авт.), что Богом и законом человеку запрещено и чего не должно делать». Далее генерал-лейтенант поясняет, что именно «не должно делать»: «В постные дни приготовлять скоромную пищу, как я заметил это в Ломжинской бригаде... Русский человек привык с малолетства в домашней своей жизни соблюдать пост, следовательно, не следует без особых причин дозволять такие нарушения, могущие вредно влиять на нравственную сторону простого человека. Для приготовления постной пищи на постах затруднений не может встречаться никаких...»
 
Порядок удовлетворения религиозных потребностей чинами ОКПС был предусмотрен специальными инструкциями. Так, в «Инструкции службы чинов ОКПС», утвержденной 7 декабря 1912 г., содержалась специальная глава: «Обязанности религиозные и по сохранению здоровья». День начинался и завершался молитвой, не реже одного раза в год каждый верующий пограничник причащался. Как уже говорилось, ему надо было выучить большое число молитв. Для облегчения этой задачи использовались различные, даже весьма нетрадиционные методы. Например, в 16-й Таурагенской пограничной бригаде II округа ОКПС тексты основных молитв написали на стенах казармы с тем, чтобы грамотные нижние чины в часы редкого досуга читали их неграмотным пограничникам для заучивания наизусть.
 
Печать также вносила свою лепту в дело религиозного воспитания чинов корпуса. На страницах журналов «Пограничник», «Офицерская жизнь», «Страж», «Досуги заамурца» в специальных духовно-нравственных отделах периодически публиковались статьи на религиозно-нравственные темы и молитвы. Так, в «Пограничнике» за 1911 г. была помещена молитва после вкушения пищи: «Благодарим Тя, Христе Боже наш, яко насытил еси нас земных Твоих благ; не лиши нас и Небеснаго Твоего Царствия, но яко посреде учеников Твоих пришел еси, Спасе, мир дая им, прииди к нам и спаси нас».
Советы пограничникам давались и в книгах, написанных офицерами и генералами корпуса. М. П. Чернушевич, например, на страницах своей книги «Материалы к истории пограничной стражи» обращаясь к нижним чинам, писал: «А еще вот что, братцы, посоветую вам: по выходе на службу на границу, если кто христианин, перво-наперво прочитай, как подобает, молитву Господню «Отче наш», а последние слова молитвы — «и не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго» — повтори. Сменившись же со службы на границе — читай молитву «Спаси, Господи, люди Твоя».
 
В пограничной страже традиционно отмечались все религиозные праздники. Например, на Рождество Христово на всех постах готовили праздничный обед, устраивались различные игры.
 
А вот как описывает празднование пограничниками праздника Пасхи писарь Гавриил Пивоваров в своем стихотворении «Пасха на турецкой границе»:
 
... А дома, чай, нас вспоминают
За чаркой и пасху едят:
Ведь Пасха сегодня, гуляют...
А ну, похристосуйся, брат!
И стражники крепко обнялись
(И катятся слезы из глаз),
Нахлынувшим чувствам отдались,
Забыв полудикий Кавказ.
 
Но особо отмечался пограничниками день 21 ноября (4 декабря) — православный двунадесятый праздник Введения во Храм Пресвятой Богородицы, ставший с 1894 г. по повелению Императора Александра III ежегодным храмовым праздником Отдельного корпуса пограничной стражи.
 
Иметь свой церковный корпусной или полковой праздник было в традициях русской армии. Это были дни духовного единения однополчан, независимо от того, где они находились.
 
В Заамурской железнодорожной бригаде годовые батальонные праздники были установлены: для 1-го батальона — 23 апреля (6 мая), день святого великомученика Георгия Победоносца; 2-го батальона — 25 января (7 февраля), иконы Божьей Матери, именуемой «Утоли моя печали»; 3-го батальона — 27 июля (9 августа), Блаженного Николая и 4-го батальона — 1 августа (14 августа), Происхождение (изнесение) честных древ Животворящего Креста Господня.
 
В Русской Православной Церкви праздник Введения во Храм Пресвятой Богородицы был установлен в память события из раннего детства девы Марии. Ее родители Иоаким и Анна, в благодарность за дарование им дочери в глубокой старости, пообещали посвятить ее на служение Богу при храме. На иконе изображен момент первого прихода туда Марии. Сама икона до революции хранилась в г. Серпухове Московской губернии во Владычном монастыре. Образ написан в 1377 г. Икона считалась чудотворной. Установление храмового праздника для ОКПС должно было символизировать посвящение вновь учрежденного пограничного корпуса на службу Государю Императору и на защиту престола и Отечества. Традиционными в этот день стали посещение Государем Николаем II Ливадийского кордона 24-й Крымской пограничной бригады и представление на высочайший смотр сводной роты от всех частей корпуса.
 
Сегодня армия, другие силовые структуры, в том числе и пограничные войска, находятся как бы на духовном перепутье. Люди в военной форме осознали, что возрождение русского воинства невозможно без духовных перемен.
 
Стало модным говорить о том «духовном вакууме», в котором оказалось наше общество и военнослужащие в том числе. Однако рассматривать православие и любую другую религию как панацею от всех бед, в частности, от развала нашей государственности и армии, не совсем правильно. У российских пограничников, солдат и офицеров должны остаться непреходящими такие мотивационные основы воинской службы, как патриотизм, понимание необходимости защиты государственных интересов России на границе и, наконец, гордость за выбранную профессию, которая для офицеров становится делом всей жизни.
 
Если в армии исчезает нравственная мотивация службы, а остается только мотивация материальная, то происходит очень опасное явление: народная армия, призванная защищать Отечество бескорыстно, подвигать воинов на положение души своей ради ближнего своего, превращается в группу наемников.
 
Несомненно одно — кризис духовно-нравственной атмосферы в среде военнослужащих негативно отражается на уровне дисциплины, отношении к выполнению служебных обязанностей. Во взаимоотношениях между начальниками и подчиненными, между старшими и младшими, рядовыми военнослужащими зачастую действуют заимствованные из криминального мира неписанные законы. Многие сегодняшние проблемы армии и пограничных войск, как известно, не рождаются сами по себе, а привносятся из общества.
 
Возникшая в душах пустота заполняется скукой, праздностью, увлечением алкоголем и наркотиками. Вместе со стремлением к удовлетворению этих наклонностей развивается безотчетная и бессознательная агрессивная потребность, являющаяся главной чертой нынешнего роста преступности. Серьезной остается проблема самоубийств в армии. Духовная опустошенность несет в себе еще одну опасность: она создает противоречие между самосознанием личности и системой общественного устройства, что для армии просто губительно. Сознание современной молодежи разъедается меркантильными и иными малоконструктивными настроениями. Около 30% призывников, поступающих в войска, не имеют твердых установок на добросовестную службу.
 
За короткий срок службы искоренить аморальные наклонности, приобретенные в результате неправильного воспитания, почти невозможно, поскольку командиры имеют дело с уже сложившимися и духовно сформировавшимися личностями.
 
И здесь на помощь может прийти религия и Церковь. Они могут оказать содействие в духовном преодолении кризисных явлений. Религиозное воспитание способствует смягчению моральных потрясений, вызванных жестокостями военных действий. Поэтому в современных условиях службы, кроме специального военного, особенно настоятельно требуется и духовно-нравственное воспитание.
 
Сегодня российские пограничные войска как никогда нуждаются в формировании нового духовного потенциала, основанного не на какой-либо определенной политической идее, а на тех принципах, на которых строилась и создавалась Русь, Россия и ее армия.
 
Уместно вспомнить слова известного атамана Войска Донского генерал-лейтенанта Петра Краснова, утверждавшего, что «государство, которое отказывается от религии и от воспитания своей молодежи в вере в Бога, готовит себе гибель в материализме и эгоизме. Оно будет иметь трусливых солдат и нерешительных начальников. В день великой борьбы за свое существование оно будет побеждено людьми, сознательно идущими на смерть, верующими в Бога и бессмертие души».
 

ГОЛУБЕВ А. Т.
председатель Совета ветеранов СВР России

Позвольте выразить большую благодарность за ценную инициативу провести эту встречу, которая в свете предстоящего празднования юбилея, 60-летия Победы антигитлеровской коалиции над «коричневой чумой» XX века приобретает сегодня значимый, а я бы даже сказал, особый оттенок.
 
В рамках нашего обсуждения, наверное, было бы уместно подчеркнуть, что тема опыта создания антигитлеровской коалиции для объединения усилий стран в борьбе с международным терроризмом в современных условиях в последнее время постоянно находит отражение в деятельности руководителей нашей страны. В частности, президент России Владимир Владимирович Путин в одном из своих недавних выступлений на встрече с ветеранами Второй мировой войны, анализируя ход борьбы с международным террором, заявил, что «в наши дни, как в годы антигитлеровской коалиции, мы пытаемся отбросить разногласия и отказываемся от стереотипов, объединяясь вокруг общей цели».
 
В свою очередь Председатель Совета Федерации Российской Федерации СМ. Миронов в июле прошлого года предложил провести в рамках празднования 60-летия победы над немецко-фашистскими захватчиками международную конференцию по борьбе с терроризмом с учетом опыта антигитлеровской коалиции.
 
Угроза международного терроризма, который в последнее время не только активизировался, но и изменился в качественном отношении, стала актуальной для всех стран. Масштабы материальных потерь и человеческих жертв в результате террористических актов стали сопоставимы или превосходят соответствующие потери в период ведения отдельных боевых действий. Это опаснейшее явление.
 
Современный терроризм сродни нацизму: также бесчеловечен, кровав, циничен, презирает самую главную, общую ценность — жизнь человека. Как и в борьбе с фашизмом, перед лицом новой опасности, нависшей над человечеством, мы должны быть ответственны и едины. Нейтрализация угрозы терроризма, как и в далекие 40-е ликвидация угрозы фашизма, во многом зависит от сохранения единства созданной сейчас антитеррористической коалиции, укрепления ресурса налаженного взаимодействия.
 
Во избежание раскола в ее рядах нельзя допускать произвольного навешивания ярлыков на суверенные государства, расширения рамок антитеррористических действий без мандата ООН, искажения изначальных базовых принципов, на которых была сформирована коалиция. При этом надо отказаться от «двойных стандартов». Не может быть плохих и хороших террористов, какими бы они лозунгами не прикрывались. Борьба с ними в любой точке планеты должна вестись твердо, решительно, последовательно. И последние кровавые события в Беслане и Москве только подтверждают «неделимость» угрозы терроризма и необходимость консолидации международных усилий в деле его повсеместного искоренения.
 
Сейчас мы обращаем свой взор на те далекие военные времена, на опыт наших дедов и отцов. И это не случайно. Ведь история учит нас не только приемам и методам преодоления преград на нашем эволюционном пути, но и дает нам шанс избегать повторения ошибок.
 
Сейчас наступило время действовать, действовать всем, сообща, против общей угрозы. Изречение Конфуция гласит, что «лучше зажечь одну свечу, чем сидеть в темноте», и если каждый зажжет свою свечу, то мир станет светлее.
 
И именно в годы борьбы с фашизмом все здоровые силы человечества объединились в едином порыве с одной целью — уничтожить «коричневую чуму» XX века, несущую гибель целым народам и цивилизациям.
 
Теперь несколько слов об истории возникновения антигитлеровской коалиции.
 
Как известно, 22 июня 1941 года фашистская Германия напала на СССР без объявления войны. Одновременно против Советского Союза выступили союзники Германии по фашистскому блоку: Италия, Венгрия, Румыния, Финляндия, Словакия. На дальневосточных рубежах Советского Союза сосредоточилась миллионная армия Японии. Военная победа над Советским Союзом, по мнению генералитета Германии, должна была обеспечить создание благоприятных условий для завершения борьбы за мировое господство.
 
В этих условиях страны с разными политическими системами и взглядами на общечеловеческие ценности смогли преодолеть разногласия тактического характера ради стратегической цели — разгрома фашизма. Так, в 1941 году Советский Союз, США и Великобритания обязались использовать все свои ресурсы для борьбы против агрессоров, сотрудничать в войне и не заключать сепаратного мира.
 
29 сентября — 1 октября 1941 года союзные страны провели в Москве конференцию, на которой договорились об англо-американских поставках в Советский Союз вооружения и стратегических материалов. В свою очередь, СССР взял на себя обязательство поставлять своим западным партнерам сырье для военного производства. Вскоре правительство США предоставило Советскому Союзу кредит в сумме 1 млрд. долларов и распространило на СССР действие закона о лендлизе.
 
Победа под Москвой (декабрь 1941 года) содействовала окончательному оформлению антигитлеровской коалиции.
 
В то же время нельзя забывать и то, что между участниками антифашистской коалиции существовали глубокие расхождения относительно целей войны и программы послевоенного устройства мира. Советский Союз видел цели войны в разгроме фашистской Германии, освобождении порабощенных народов, в создании условий для прочного мира. США и Великобритания считали главной целью войны ослабление экономического и военного потенциала СССР, Германии и Японии, как основных конкурентов.
 
Одновременно западные державы стремились сохранить Германию и Японию как военную силу для борьбы против СССР. Именно этим, по мнению многих российских историков, обусловлено затягивание решения об открытии второго фронта.
 
Западные страны фактически делали ставку на истощение сил воюющих сторон в кровопролитной войне. После битвы под Сталинградом и, тем более под Курском, правящие круги США и Англии пришли к неутешительному для себя выводу, что СССР может один разгромить Германию и освободить Европу. Дальнейшее откладывание второго фронта становилось, с их точки зрения, невыгодным.
 
В этом контексте особым политическим событием можно считать Тегеранскую конференцию 1943 года, на которой было принято решение осуществить высадку англо-американских войск в Северной Франции в мае 1944 года и поддержать ее операцией в Южной Франции. Затрагивались и другие стратегические вопросы, в том числе послевоенного устройства мира.
 
Согласованные на Тегеранской конференции решения о совместных действиях по окончательному разгрому гитлеровской военной машины имели значение не только для достижения победы союзников во Второй мировой войне. Это был также пример эффективного объединения усилий различных государств в борьбе с общей угрозой. В нынешних условиях мировое сообщество вновь столкнулось с вызовами и угрозами, которые требуют совместных действий.
 
Созданная ныне глобальная коалиция стран по борьбе с терроризмом способна, так же, как и 60 лет назад, добиться решающих успехов лишь при объединении своих ресурсов, возможностей и воли. В настоящее время имеются новые механизмы в этой сфере, прежде всего, Организация Объединенных Наций. В связи с этим еще более актуальной становится задача последовательной борьбы с терроризмом на прочном фундаменте международного права, при координирующей роли ООН, с учетом полномочий и ответственности Совета Безопасности в области поддержания мира.
 
Другие международные институты, такие как «большая восьмерка», ОБСЕ, Совет «Россия — НАТО» также должны играть важную роль в борьбе с терроризмом. Однако, к великому сожалению, пока нельзя сказать, что полностью задействован потенциал этих механизмов с тем, чтобы обеспечить предотвращение новых преступлений со стороны международного терроризма.
 
Стремление решать международные проблемы безопасности без должного учета ООН и Совета Безопасности ведет к тому, что угроза международного терроризма не только не уменьшается, но возрастает. Нынешняя ситуация в Ираке тому яркий пример. Оккупация этой страны вызвала резкий резонанс в арабо-мусульманском мире. В результате это привело к консолидации действий иракского повстанческого движения с «Аль-Каидой», другими террористическими группировками, которые под радикальными исламскими лозунгами собирают под своими знаменами значительную часть населения.
 
После кровавых терактов, совершенных исламистами в России, США, Испании, других странах, в мировом сообществе ислам стал прочно ассоциироваться с понятием терроризм. Данная тенденция носит нездоровый, я бы даже сказал, опасный характер. Попытки террористов перевести нынешнее противостояние на Ближнем и Среднем Востоке в войну цивилизаций, в случае их реализации, могут иметь для мирового сообщества самые пагубные последствия.
 
В данном контексте борьбе с терроризмом диктует необходимость развития и укрепления диалога между Западом и Востоком. Кроме того, диалог между цивилизациями следует укреплять и через внутренние механизмы. Важно содействовать исключению из общественной жизни всех стран любых проявлений расизма, ксенофобии, нетерпимости к иной религии, культуре и мировоззрению.
 
Мы все должны понимать, что терроризм — явление многогранное, сложное и совладать с ним только при помощи силы не удастся. Насилие приводит к страху, а тот в свою очередь порождает отчаяние, а не надежду. Справедливость не торжествует при опоре только на силу. Необходима консолидация усилий мирового сообщества по ликвидации социальной базы терроризма. Только понимание, а затем и устранение глубинных причин терроризма позволит нейтрализовать данную угрозу.
 
В завершение мне еще раз хотелось бы подчеркнуть ту основную идею, для обсуждения которой мы сегодня собрались. Объединение усилий международного сообщества, всех конфессий, всего человечества было необходимо в борьбе с фашизмом в середине XX века, а теперь оно не менее необходимо в противодействии новой глобальной угрозе — международному терроризму.
 

КУЗИН Б. А.
профессор Военной академии Генерального штаба ВС РФ, кандидат военных наук, доцент, генерал-лейтенант

У Победы Советского Союза и советского народа в Великой Отечественной войне достаточно много источников и слагаемых. Победа многолика.
 
Но в нескончаемом ряду ее составляющих особое место занимает превосходство советского военного искусства и, в первую очередь, стратегии, над военным искусством фашисткой Германии. Как бы не ухищрялись современные лжеисторики приписывать нашей Победе заслуги «генерала-мороза», как бы не пытались они доказать, что Победа была достигнута страхом и «пушечным мясом», историческая правда состоит в обратном.
 
Важнейшим свидетельством тому — разработка теории и внедрение в практику вооруженной борьбы советских войск такой формы стратегических действий вооруженных сил, как операция группы фронтов.
 
Стратегическая операция группы фронтов проводилась, как правило, на одном стратегическом направлении (исключение — Маньчжурская операция) и представляла собой совокупность согласованных и взаимосвязанных по целям и задачам, месту и времени операций нескольких фронтов, авиации дальнего действия, войск ПВО страны и военно-морского флота (на приморских направлениях) для достижения определенной стратегической цели.
 
Всего за годы войны Советские Вооруженные Силы провели более 40 стратегических операций, из них — 10 оборонительных.
 
При этом целями оборонительных операций обычно являлись изматывание противника, нанесение поражения его крупной группировке и создание условий для перехода в наступление на данном стратегическом направлении.
 
Размах оборонительных операций обычно характеризовался от 400 до 800 км по фронту, а глубина стратегической обороны составляла 100—300 км, с оборудованием 3—5 оборонительных рубежей.
 
Решение задач стратегической обороны достигалось правильным определением направления сосредоточения основных усилий наших вооруженных сил, высокой активностью, устойчивостью, согласованием усилий группировок войск и видов вооруженных сил, их всесторонним обеспечением.
 
Цели наступательных и контрнаступательных операций обычно составляли разгром главной группировки противника на стратегическом направлении, овладение политическими, экономическими и стратегическими объектами или районами и создание благоприятных условий для дальнейших успешных военных действий на данном или других стратегических направлениях.
 
Достижение цели стратегической операции обычно приводило к крупным изменениям в стратегической, а иногда в политической, обстановке на стратегическом направлении с выводом из войны отдельных государств и обеспечивало успешное развитие дальнейших военных действий.
 
Размах наступательных операций обычно составлял: фронт наступления — от 250 км (Белгородско-Харьковская операция) до 1000 км (Белорусская операция); глубина от 200 км (Сталинградская операция) до 600 км (Белорусская операция).
 
К операциям привлекались 2—4 фронта, от 100 до 200 дивизий, от 1 до 2 млн. человек личного состава, 20—40 тысяч орудий и минометов, 2—6 тыс.
 
танков, от 2 до 7,5 тыс. самолетов. В важнейших стратегических операциях советские войска громили от 50 до 100 вражеских дивизий.
 
Стратегические операции были весьма различны по способам их ведения. Наиболее характерными способами являлись: окружение и уничтожение группировок противника ударами фронтов по сходящимся направлениям (Сталинградская, Белорусская, Ясско-Кишиневская операции) или путем прижатия вражеской группировки к морю (Восточно-Прусская операция); нанесение ряда дробящих ударов с развитием наступления в глубину ив сторону флангов (Орловская операция); нанесение мощного удара с целью расчленения стратегической группировки противника и разгрома ее по частям (Висло-Одерская операция).
 
К числу важнейших достижений советского военного искусства относится блестящее решение проблемы организации и ведения системы последовательных стратегических операций как по фронту, так и в глубину. Это наиболее характерно для наступательных кампаний: зимней 1942—1943 гг.; летне-осенней 1943 г.; летне-осенней 1944 г. и кампании 1945 г. в Европе.
 
По мере увеличения мощи наших вооруженных сил, боевого опыта и совершенствования военного искусства масштабы стратегического наступления возрастали. Так в кампаниях 1941—1943 гг. одновременно вели наступление от 7 до 11 фронтов в полосе 1200—2500 км, в кампаниях 1944 г. в одновременном наступлении участвовали 7—10 фронтов в полосе от 2500 до 3000 км, а в кампании 1945 г. в Европе наступление одновременно велось на фронте более 2000 км.
 
Успех стратегического наступления достигался: правильным и реальным планированием наступательных действий; четкой организацией стратегического взаимодействия вооруженных сил; созданием и умелым использованием стратегических резервов; умелым и твердым руководством вооруженными силами; всесторонним обеспечением операций
 
Важнейшими вопросами стратегического планирования операций были определение цели и замысла действий выбор направления главного удара. При выборе направления главного удара учитывались политические, экономические, стратегические, географические и другие факторы.
 
Определив направление главного удара, Ставка ВГК принимала все меры к тому, чтобы сосредоточить на нем необходимое количество войск, сил и средств и обеспечить значительное превосходство над противником. Нанесением мощных ударов на главных направлениях достигался разгром крупнейших стратегических группировок и подходящих резервов противника. Это оказывало решающее влияние на ход операции и приводило к резкому изменению обстановки на всем советско-германском фронте.
 
Одним из важнейших условий успеха стратегического наступления являлась организация стратегического взаимодействия, выражавшегося в согласовании усилий группировок вооруженных сил, действующих на различных направлениях, а также в согласовании усилий фронтов, авиации, флота, войска ПВО и партизан в рамках стратегической операции. При этом основы стратегического взаимодействия закладывались уже при выработке замысла на операцию. В дальнейшем они развивались и уточнялись непосредственно Ставкой или ее представителями на местах.
 
К числу важнейших отличительных особенностей советского военного искусства следует отнести умелое накопление и целевое использование стратегических резервов.
 
До лета 1942 г. стратегические резервы создавались, главным образом, за счет новых формирований, а после этого, в основном, за счет вывода соединений из действующих фронтов на переформирование.
 
Всего за время войны в составе стратегических резервов находилось: стрелковых дивизий — 617; кавалерийских дивизий — 21; стрелковых бригад — 135; танковых бригад — 49; танковых и механизированных корпусов — 81.
 
Стратегические резервы являлись тем основным средством, которое позволяло Ставке изменить группировку вооруженных сил с целью создания необходимого превосходства над противником на избранных направлениях и развивать на них стратегический успех. На главных направлениях, как правило, использовалось от 50 до 70% всех резервов.
 
Советская военная стратегия в ходе войны успешно решила проблему взлома вражеской обороны противника. Это достигалось сосредоточением сил и средств на сравнительно узких участках фронта, глубоким эшелонизированием ударных группировок и внезапностью нанесения ударов. Прорыв обороны осуществлялся, как правило, одновременно на нескольких участках.
 
Поучителен во многих отношениях и богатейший опыт развития успеха в оперативно-стратегической глубине. Качественно новым моментом стало использование для этого танковых и механизированных корпусов и, особенно, армий, что резко увеличивало не только темпы наступления, но и глубину операций.
 
Важнейшим условием успеха стратегических операций в годы войны стала централизация руководства, быстрая реорганизация и приспособление органов военного управления к требованиям войны.
 
Высшим органом по руководству страны и вооруженными силами стал Государственный Комитет Обороны. Для непосредственного руководства вооруженными силами 23 июня 1941 г. была образована Ставка Главного Командования, преобразованная затем 10 июля 1941 г. в Ставку Верховного Главнокомандования.
 
Ставка ВГК являлась коллективным органом. Важнейшие стратегические решения принимались после обсуждения на совещаниях с участием командующих и членов Военных советов фронтов, Главнокомандующих видами вооруженных сил, командующих родами войск и других ответственных лиц.
 
Несомненно, что основным рабочим органом Ставки ВГК был Генеральный штаб. Именно Генеральный штаб осуществлял планирование и непосредственную подготовку операций, их обеспечение, осуществлял руководство войсками и контроль за выполнением решений.
 
Попытка переложить функции планирования на созданные в июле 1941 г. Северо-Западное, Западное и Юго-Западное Главные командования на стратегических направлениях успеха не имела. После образования Главных командований направлений Ставка продолжала непосредственно руководить фронтами, что ставило Главные командования в положение простых передаточных инстанций, не обладающих необходимыми полномочиями, а главное, соответствующими резервами, авиацией и т. п., которые позволяли бы эффективно влиять на ход операций. В силу этого, главные командования направлений не сыграли той роли, которая на них возлагали, что послужило причиной их расформирования в дальнейшем.
 
Значительная роль в достижении Победы принадлежит лично И. В. Сталину, нашим великим полководцам Г. К. Жукову, А. М. Василевскому, И. С. Коневу, К. К. Рокосовскому, И.Х. Баграмяну, Р.Я. Малиновскому, Ф. И. Толбухину, А. И. Еременко, Л. А. Говорову, К. А. Мерецкову, И.Д.Черняховскому, Н. Ф. Ватутину и др.
 
Отрицать это — значит стать на путь искажения исторической истины.
 
Какое же значение имеет опыт подготовки и ведения стратегических операций во время Великой Отечественной войны для современных операций?
 
Сейчас можно часто слышать, что опыт Великой Отечественной войны потерял свое значение для современных условий и даже, что применение его в современных формах вооруженной борьбы становится ошибочным и вредным.
 
Если брать чисто количественные показатели операций, можно говорить, что, да, действительно, этот опыт, в силу объективных причин, во многом утрачен. Вполне понятно, что в современных условиях мы не можем говорить об участии в операции, как это было в годы войны, 200 дивизий, нескольких десятков тысяч орудий, нескольких тысяч танков и боевых самолетов и т. д.
 
Однако мы вполне можем и просто обязаны при разработке современной военной теории учитывать те основополагающие принципы ведения вооруженной борьбы, которые всегда приводили к успеху и в конечном итоге — привели нас к Победе. Это такие принципы, как: соответствие целей и задач боевым возможностям войск, централизация руководства; тщательная подготовка операций с детальным их планированием; умелый выбор направлений главного удара; организация и поддержание стратегического взаимодействия; подготовка и использование стратегических резервов; организация стратегических перегруппировок войск; накопление необходимых запасов материальных средств; применение различных способов разгрома группировок противника; отсутствие шаблона и многие другие.
 
Хочу подчеркнуть, что опыт Великой Отечественной войны по подготовке и ведению современных операций и, в первую очередь, реализации в них этих основополагающих, фундаментальных принципов военного искусства имеет огромное значение для нас и сегодня. Забвение данных принципов может привести к тяжелым последствиям для Вооружения Сил и страны в целом.
 

ШАТОХИН В.Я.
член Президиума Всемирного Русского Народного Собора, Первый вице-президент Объединения высших офицеров России, генерал-лейтенант, профессор

Подводя краткие итоги работы секции «Церковь. Армия. Народ», хочется, в первую очередь, отметить тот высокий духовный настрой, который царил в этом зале при обсуждении проблем
 
В докладе, содокладе и выступлениях участников секции в очередной раз подчеркнута историческая правда о решающей роли советского народа в разгроме гитлеровской Германии, ее союзников и освобождении мира от коричневой чумы. Звучали слова гордости и уважения за великий народ, Красную Армию, ее полководцев, победивших фашизм в самой жестокой войне в истории человечества.
 
Важнейшими чертами нашего народа, дающими ему неиссякаемые силы в борьбе с захватчиками всегда и во все времена были сила духа, единство, сплоченность, патриотизм, вера. Именно эти черты помогли ему не только выстоять в той кровопролитной войне, но и заслужить у народов мира право называть себя Народом-Победителем.
 
Единство народа, армии и Церкви — неотъемлемая, характерная, веками проверенная, черта российской государственности, неисчерпаемый источник силы и могущества России в борьбе против иноземных захватчиков за свою независимость. Это подтверждается всем ходом ее исторического развития, великими победами на Чудском озере, Куликовом поле, под Бородино и во многих других сражениях.
 
Эта черта сполна проявилась и в годы Великой Отечественной войны. Победа вновь была достигнута единством народа, армии, Церкви, единством оружия духовного и материального, она ковалась в душах людей и в металле, полководцами и солдатами — на полях сражений и героическим трудом в тылу, она была пронизана молитвами ко Господу на небесах.
 
Духовная слагаемая Победы — это данная Богом сила духа народа и армии, основанная на православных ценностях. Это то оружие, которое враг не учел и не мог учесть, планируя вероломное нападение на СССР. Расчет фашистов на деморализацию народа и армии, проявление национализма, раскол людей по национальным и религиозным признакам, недоверие к власти и противопоставление ей пострадавшей от нее Православной Церкви не оправдался.
 
Сила духа народа проявлялась не только на фронтах. Она проявилась в героизме людей в конструкторских бюро, у станков, на полях, в каждом уголке нашей необъятной Родины. Лозунги: «Все для фронта! Все для Победы!» приравнивались к лозунгу «За Родину!» на полях сражений.
 
Материальным воплощением духовной силы народа, его героизма в тылу стали непревзойденные образцы вооружения и военной техники, ставшие результатом научно-технического ума русских конструкторов и воплощенных в металле руками русских рабочих. Легендарные Т-34, ИС-3, Ил-2, БМ-13 «Катюша», ИСУ-152, ИСУ-122, многие другие виды оружия стали для советских людей не просто сочетанием букв и цифр, а символами величия страны, народа, разгромившего фашизм.
 
Источником небывалой силы духа являлся патриотизм. В выступлениях участников подчеркивалось, что такого патриотизма, какой он есть у русского народа, нет ни у одного народа мира. Было бы ошибкой разделять, тем более, противопоставлять друг другу «белый» патриотизм и патриотизм «красный». У русского патриотизма одни корни — безграничная любовь к Родине, готовность пойти на любые лишения, отдать за Россию все, даже жизнь.
 
Участники секции констатируют: нужно уважать историю своей страны, ее народа, с учетом исторического момента оценивать ход развития, деятельность высшего руководства страны, всех структур власти, Церкви, каждого человека в эту тяжелую годину испытаний.
 
Сегодня мы отдаем дань глубокой благодарности всем, кто творил Победу и величайшей памяти тем, кто не вернулся с полей сражений, умер в тылу, погиб в концлагерях.
 
Нужно признать, и это подчеркивалось в ходе нашей работы, что не малый вклад в достижение Победы вложили лично Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин, наши талантливые полководцы и весь офицерский корпус армии, Коммунистическая партия, члены которой в большинстве своем находились в первых рядах творцов ратных и трудовых подвигов. Отрицать это — значит вновь встать на путь искажения исторической правды.
 
В ходе работы секции еще раз подтвердилась огромная роль Православной Церкви в достижении Победы. Война стала переломным моментом в восстановлении взаимодействия и улучшения отношений между властью и Церковью во имя единой цели — разгрома агрессора.
 
Вместе с тем, в большинстве выступлений звучали озабоченность и тревога за сегодняшний день и будущее России, состояние ее Вооруженных Сил, ставилась под сомнение их способность противостоять современным и будущим угрозам. Эти угрозы не виртуальны, они уже стучатся в дверь нашего дома.
 
Мы являемся свидетелями того, и это отчетливо прозвучало в выступлении Героя Советского Союза, писателя Владимира Васильевича Карпова, что посредствам СМИ молодому поколению России вдалбливается оголтелая ложь о войне, представление, что в ней победил не народ, а кучка уголовников, что Победа была достигнута страхом, «пушечным мясом» и т. д.
 
Особую тревогу у участников секции вызывает нынешнее состояние Вооруженных Сил, снижение морального духа личного состава, утрата чувства патриотизма, проявление чуждых, не характерных в прошлом, черт, как-то «дедовщина», дезертирство, воровство, коррупция, крайне низкая техническая оснащенность Армии и др. Единственным средством стратегического сдерживания остается пока еще ядерное оружие.
 
Отрадно отметить, что в своих выступлениях участники секции не только констатировали эти факты, но и высказали свои предложения по искоренению их из Вооруженных Сил. На наш взгляд, заслуживают большого внимания предложения о праздновании Дня Победы над Японией, пропаганде среди широких масс населения Свода нравственных принципов и правил в хозяйствовании, усилении воспитательной роли и влияния Русской Православной Церкви в Армии и на Флоте и др.
 
Исторический опыт единения Армии, Церкви, Народа в годы Великой Отечественной войны имеет непреходящее значение для современности и будущего страны. Перед лицом грядущих опасностей и тяжелейших духовных проблем армии и народа в целом, только это единство может надежно защитить национальные интересы России и обеспечить ее безопасность.
 
Хочу поблагодарить всех, кто принял участие сегодня в работе нашей секции. Выражаю особую признательность командованию Академик Генерального штаба, предоставившему не только помещение, но вложившему в организацию ее работы свою душу.
 
Хочу также поблагодарить наших спонсоров, оказавших нам финансовую помощь в проведении пяти последних Соборов, в лице группы компаний «Энергопром» и Ассоциации «Углеграфит», возглавляемых отечественными предпринимателями-патриотами России — Д. Б. Боковым, В. А. Микуликом, А. Л. Воробьевым. Еще раз всем спасибо за активное участие в работе нашей секции.