Всемирный Русский Народный Собор

Секция «1000 лет вместе. Православие, Ислам и другие традиционные религии России»

 

ГАНИЧЕВ  В. Н.
заместитель Главы ВРНС

События последних лет определили противостояние, как обозначили его ученые и политологи, ислама и христианства, как основных устроительных вероучений, составляющих для многих народов суть конфессионального бытия и содержащих главные принципы морали. Мы не будем сегодня касаться межконфессиональных сложностей. Как в исламе, так и в христианстве они существуют на протяжении столетий и являются вопросами самоопределения верующих и Церквей. Наш Собор и наша секция сегодня будут обсуждать вопросы взаимодействия Ислама и Православия, обретенного на протяжении всей тысячелетней истории нашего Российского государства. Ведь это исторический факт, что на территории России не было религиозных войн. И это тот урок, который Россия и представила человечеству и которым она сама пользовалась и пользуется до настоящего времени, ибо все остальные конфликты, происходившие на ее территории, проистекали из вопросов социальных, общественно-политических, экономических и других.

Конечно, эта историческая обусловленность взаимосуществования наших народов в поле сопряжения интересов, в том числе и с другими, тоже традиционными конфессиями (буддизмом, иудаизмом), должна быть сегодня рассмотрена на пересечении как фактической, так и исторической перспективы.

Предложения будут носить мироовоззренческий, общетеоретический, но и практический характер.

Я хотел бы в заключение сказать, что секцию нашу готовил замечательный человек — доктор философских наук, человек большой внутренней культуры, знающий дух и смысл православия, православный человек и прекрасно знающий ислам, не раз бывавший в районах Ближнего и Среднего Востока, в Ираке, Иране, Сирии, Иордании, Тунисе. Человек, которого мусульманский мир почитал, а христианский мир знал и поклонялся ему. Это Эдуард Федорович Володин. Сейчас начнется его отпевание в Сретенском монастыре. Я бы хотел попросить почтить его память вставанием.

 

КРУПИН  В. Н.
писатель

Я бы хотел сказать, что мусульманский мир, Ближний Восток будут скорбеть о потере Эдуарда Федоровича Володина, потому что это был образец русского человека, который жил в России и который понял, что нам без совместного братского проживания с мусульманским миром совершенно невозможно представить Святую Русь. Вчера из бесед и выступлений очень запомнилось, что казанский муфтий, выступая на съезде российских раввинов, сказал: «Что нас всех объединяет? Святая Русь.» Святая Русь объединяет. И в комнате президиума я видел, как буддийский священник и мусульманский приветствовали друг друга троекратным христианским лобызанием.

Мусульманство никогда не посягало на христианские святыни. Вспомним, что все семь Вселенских соборов проведены на мусульманских землях. Вспомним такие простые вещи, когда православный русский священник в проповеди на Великий пост приводит в пример татарскую девочку во время Рамадана совершенно иссохшую, худенькую девочку, губы запеклись от жажды. И батюшка ей говорит: выпей хотя бы водички. Она говорит: нельзя. Магомет сказал: нельзя до заката. И священник сказал своим прихожанам: учитесь у этой девочки выполнять заповеди Божии и церковные уложения.

В писательской среде можно вспомнить прекрасного писателя генерала Краснова, который поведал о пленных мусульманах во время Первой мировой войны. В Австрии им построили мечеть, создали самые хорошие условия. И когда приехало высокое начальство, они были всем довольны. А потом идет построение, затем непринужденный разговор, и высокое начальство просит мусульман: спойте нам вашу любимую песню. И они запели «Боже, Царя храни». Это исторический факт. Таких примеров мы можем множить огромное количество. В чем отличие жизни наших мусульман от той угрозы, которая нагрянула на западный мир, пребывающий теперь в полной растерянности, не оправившийся еще от шока и испуга? В том, что наши мусульмане — это наши братья и наши коренные мусульмане. Для западного мира они были люди низшего сорта и низшего порядка. Теперь западный мир горько сожалеет о том, как он к ним относился.

Тот, кто был в Париже, отлично знает, что я не преувеличиваю, когда говорю, что вечером парижские улицы, Елисейские поля — это одни арабы, турки, мусульмане, а в Каире вечером я иду — одни французы. И такое ощущение, что французы у себя боятся выйти вечером. Почему? Потому что они обломовские черты приобрели и приняли гастарбайтеров, то есть дешевую рабочую силу. Эта дешевая рабочая сила превратилась в грозную силу, национально-сплоченную, сплоченную единой религией.

Вот данные «Немецкой волны»: в Германии официально 3 миллиона 200 тысяч мусульман, из них, они считают, 20 тысяч экстремистов, это меньше 1 процента, примерно 0,6 процента. И это соотношение можно распространить на другие страны, в которых много мусульман. Теперь там уже создан Германский халифат, и Бундестаг вынужден серьезно думать об этой угрозе. А почему? Потому что они требуют равных прав. И справедливо, потому что они тут живут, у них тут дома, семьи, у них тут же и кладбища.

Америка относится к арабскому, мусульманскому, турецкому, ближневосточному миру свысока. Вспомните все американские фильмы, которые полны презрения к арабам, когда изображают негодяями только мусульман, арабов. Это, конечно, теперь им откликается. Ведь в 1968 году, когда был арабо-израильский конфликт, мягко называемый конфликтом, а на самом деле война, то тогда лозунг «Убей араба» повсеместно был распространен, открыто вывешивался. И, конечно, мы сожалеем об этих жертвах, но мы вынуждены отметить, что мы сожалеем и выражаем сочувствие американскому народу в том, что он так дорого платит за политику своего правительства.

У меня здесь выписка из Свода Законов Российской империи. Часть I, 1-й раздел начинается такими высокими словами: «Да будут все народы в России пребывающие славить Бога Всемогущего разными языками по закону исповедания праотцов своих, благославляя царствование Российских монархов и моля Творца Вселенной о умножении благоденствия и укреплении всей Российской империи.»

Вот какие высокие слова и, конечно, хорошо бы, если бы у нас в Конституции когда-либо появился такой параграф.

Вспомним, что казанский муфтий запретил причалить к казанскому дебаркадеру теплоходу с протестантами, миссионерами, у которых был корабль «Волга». Вспомним также и знаменитую мусульманскую «Дикую дивизию» из высокообразованных воинов (дикой ее прозвали наши враги). Она не знала поражений, и для всех ее храбрых воинов самым высшим орденом, самой высшей наградой была Георгиевская медаль. Они всегда говорили так: «Дай джигита, мне не надо большой орден, дай джигита». Огромное уважение было к святому Георгию Победоносцу и почитание Божией Матери.

В этой аудитории я никого не буду убеждать, что мы и мусульмане — едино слитые люди. Это ощущение я испытал еще в Дамаске, когда узнал, что мусульмане бережно хранят Дом Анании, в котором принял он у себя будущего апостола Павла, хранят его как святыню.

Вспомним, что и глава святая Иоанна Предтечи, Иоанна Крестителя, последнего пророка Ветхого Завета и первомученика, первомонаха, первоапстола хранится также в мусульманской мечети.

Я заканчиваю тем, с чего начал: православные и мусульмане должны взаимно друг у друга учиться и только в этом мы обретем будущее. Сегодня мир пожинает то, что относился к людям как к людям второго и третьего сорта, и это он должен понять. Но мы, к сожалению, видим, что это будет разрастаться. Когда в мире ловят одного человека с помощью эскадрильи самолетов, к нему возникает огромная симпатия. Во вчерашнем докладе, может быть, я не согласен с одним положением, что идет столкновение цивилизаций. Здесь не столкновение цивилизаций и не столкновение религий, что очень важно подчеркнуть. Здесь социальный протест, протест против отношения к людям, как к людям второго сорта, к людям нищим, обездоленным, и отношение к жандармам, которые объявили свою власть во всем мире. И такой протест сродни революционному взрыву. И не надо говорить, что это столкновение цивилизаций. Мусульманская цивилизация — великая цивилизация. Достаточно вспомнить Среднюю Азию, Ближний Восток. У нас в России, слава Тебе, Господи, не будет таких столкновений, которые теперь на Востоке, но тем не менее мы должны быть особо бдительными в этом отношении.

 

ГЕРМАН
митрополит Волгоградский и Камышинский

В Волгограде по инициативе людей нашей епархии происходит организация такого общества, которое ставит себе задачей защиту наших детей и молодежи от растления.

Но прежде всего надо было бы нам создать предпосылки и условия для детей и молодежи приобрести внутренний религиозный иммунитет против всяких соблазнов. Понятие греха, которое во время прошлого режима отрицалось. Сейчас при существующей свободе, я думаю, даже излишней свободе, переходящей в разложение общества, соблазн греха увеличился, и беззащитными остались люди, не имеющие в себе духовно-религиозного стержня, прежде всего, наши дети.

С самого начала моего правления в Волгоградской епархии мои помощники, которые показали мне даже пример во многом, организовывали систему духовного воспитания и образования. И было радостно, что начало такому большому делу положено. С другой стороны, неимоверно трудно все это у нас проходит в жизнь. Тем не менее не так давно в администрации Волгоградской области состоялась конференция, посвященная именно этой теме — «Защитим наших детей от растления». И ответственные люди согласились со всеми положениями, которые входят в систему этой защиты. Прежде всего с тем, что религиозное воспитание и образование в общеобразовательных школах должно иметь место. И прежде всего для нашего православного населения, потому что по должности своей епископской я нахожусь в ответе за духовно-нравственное состояние крещеных в православной церкви людей, особенно детей. И первым шагом должено быть повсеместное, по возможности, преподавание детям основ православной культуры, начиная с дошкольного возраста и кончая выпускными классами общеобразовательных школ.

Есть опыт преподавания православной культуры и духовности, можно сказать даже Закона Божия студентам Технического университета профессором Половинкиным. Там преподаются и дополнительные предметы по разным областям знаний и культуры. На эти занятия к профессору Половинкину из трехсот вновь поступивших студентов пришли в конечном счете 180 человек. Ребята этим интересуются. И когда студенты, по предложению профессора, в конце курса подали записочки с выражением своего отношения к данному предмету, то все свидетельствовали о своем положительном отношении к нему. А некоторые, если не многие, писали даже: «Почему Вы нас не учили молитвам?» При всех прочих данных свобода, существующая сегодня в нашем Отечестве, имеет положительное значение, потому что люди пришли в вузы не зашоренные, не одурманенные государственным атеизмом. Это большое дело, что препятствий, губительных для людей, для устроения добротной жизни, теперь нет. Но зато другие трудности и другие соблазны имеются. И эти соблазны калечат людей не менее, если не более. Этому нужно и можно противостоять.

У нас много переселенцев из кавказских, среднеазиатских республик, из Казахстана и особенно из Таджикистана. Это крайне бедные люди, ушли, что называется, в чем были со своей родины из-за ужасов, которые там происходят. Но к ним относятся доброжелательно, предоставляют им работу, в основном, в сельской местности. Они замечательные огородники, полеводы. Я думаю, что наш муфтий найдет возможности их духовного окормления, чтобы они тоже чувствовали себя полноправными гражданами нашего Российского Отечества.

Это важный вопрос. Эти люди по бедности своей могут плохо себя вести. Помните, вчера цитировали премудрого Соломона: не дай мне, Господи, разбогатеть, чтобы я не загордился и не сказал, кто мой Бог? И не дай мне обеднеть, чтобы я от отчаяния не пошел воровать. Тут надо, видимо, чтобы и общество помогало этим людям, и власть имущие были в этом заинтересованы, чтобы бедность не толкнула людей на всякие недостойные поступки.

Я полностью согласен с писателем В. Крупиным, что сотрудничество с мусульманами нам было свойственно всегда, мы, даже можно сказать, обречены на это сотрудничество историческими судьбами нашего Отечества. Но это мною и всеми другими людьми, как правило, расценивается не как наказание, а как большая радость. Могу привести пример. В Саратовской области, когда православный священник был очень затруднен в возможности восстановить свой приход и построить церковь, получил неожиданную помощь от мусульманского муллы. Тот помог, и очень существенно. Когда муллу единоверцы стали упрекать за это, он к ним обратился и сказал: «Глупые вы люди, если мы не поможем русским снова стать православными, не будет хорошей жизни в России, не будет ее и для нас тоже». Если с мусульманами мы не будем в этом смысле работать по воспитанию людей, каждый, конечно, в своей конфессии, то не будет хорошей жизни в России. А хочется, чтобы хорошая жизнь была. Мы, духовные наставники, за это в большом ответе. Я думаю, что сейчас мы находимся (по крайней мере, у нас, в Волгограде) на переломном (в хорошую сторону) этапе, когда областное начальство не препятствует православным педагогам осуществлять образование по предмету «Основы православной культуры» на всех возрастных уровнях наших детей. Я еще раз повторяю, что я обязан заботиться, как и всякий другой епископ, о духовном воспитании паствы и людей крещеных в православной церкви. Поэтому очень рад, что наконец-то наступает возможность такого полноценного сотрудничества с властью.

 

Шейх-уль-Ислам Талгат Таджуддин
Верховный муфтий России

В России тюркские народы являются вторым этносом после славян, а мусульмане второй конфессией после православных. Это заставляет нас с особым вниманием относиться к культуре, вере, обычаям, языку русского народа. Корни российского государства уходят глубоко в прошлое, и это прошлое у нас общее. Тюрки вместе с индоевропейскими племенами, одним из которых было племя древних россов, испокон веков долгие тысячелетия осваивали бескрайние просторы Евразии, степи и леса, реки и просторы. Каждый квадратный метр современной России — это исторический памятник. Здесь повсюду наши святыни, погосты, могилы предков. Повсюду древние знаки, символы духовного завета.

Но ценнее всех богатств России, важнее всех научно-технических достижений наших предков и современников, прекраснее всех уникальных художественных произведений, основательнее всех созиданий российских зодчих есть у нас великая Божия благодать — уживчивость наших народов друг с другом, веротерпимость. Это богатство нами от древних родов наследовано и его надлежит беречь. И это есть результат многотерпеливого, сотнями лет творимого подвига предков. Ибо мы знаем, что не все в истории сожития российских народов было гладко. Не в одночасье на нас эта благодать свалилась, а по крупицам собрана в пыли веков, и не одним былинным героем, а каждодневным, будничным осмыслением бытия многих людей, от лощеных макушек царей до растрескавшихся пяток тружеников нашей Отчизны.

В разные периоды нашей бескрайней истории, столь же бескрайней, как наши земли, наш славянско-тюркский евразийский союз существовал под разными политическими, государственными, религиозными и цивилизационными системами. Возникали и исчезали царства и ханства, каганаты и княжества, империи и государства. С XV века миссия объединения Евразии окончательно перешла к русскому народу под знаменами Православия.

По воле судьбы русский народ и Православная Церковь приняли древнюю эстафету наших предков и двигались на Восток не как колонизаторы и узурпаторы, а как носители Божиего Завета. И не империю строили народы России, а сообща Евразию, наш общий евразийский дом. И мы, представители неславянских народов России, российские мусульмане, мы именно так осознали и восприняли это движение к Востоку, этот державостроительный импульс. Не покоренные и завоеванные, но вступившие с великим русским народом в великий духовный союз, стали по сути одним народом, созидателями общей государственности, носителями единой этики.

Поэтому мы, мусульмане, не просто гости на вашем Соборе, мы братья, самые близкие родственники, ваши соратники в деле созидания великой державы.

Сегодня мы живем в непростое время, хотя когда оно было простое. Кое-кто на Западе упорно хочет столкнуть христиан с мусульманами, славян с неславянами, индоевропейские народы с тюрками и семитами. Коварные архитекторы так называемого «нового мирового порядка» понимают, что пока они не посеют среди нас рознь, пока не разделят то, что веками объединялось и собиралось, их планам не суждено сбыться, пока мы все будем отстаивать нашу самобытность, наши духовные ценности, нашу культуру и наши цивилизации перед лицом уравнительного, плоского, размывающего нравственные и духовные константы глобализма.

Древний циничный принцип «разделяй и властвуй» действует, увы, и поныне. Зная коварные геополитические навыки Запада, не стоит удивляться и тому, что во всем действует у них двойной стандарт. С одной стороны, еретические экстремистские секты так называемого «исламского радикализма», не имеющие с традиционным Исламом ничего общего, искусственно поддерживаются и оснащаются для решения геополитических задач Запада. А с другой, против этой угрозы, созданной ими самими, стратеги Запада призывают объединяться «христианскому миру». Их задача внести раскол. Но мы, последователи традиционного Ислама, прекрасно понимаем смысл этой зловещей игры и надеемся, что великий русский народ, его духовные и светские правители также прекрасно знают этому цену.

Мы, мусульмане России, исповедующие традиционный Ислам, верны нашей традиции, Корану и одновременно Государству Российскому! У нас нет более близких, нежели русский народ и Православная Церковь. У нас общая судьба, и на основании верности ей мы сможем не допустить размолвок и недопонимания, предотвратить и сорвать зловещие планы тех, кто любой ценой стремится нас поссорить. Этого не будет никогда.

Однако для того, чтобы сплотить российских мусульман в этой непростой ситуации, мы должны усилить позиции традиционного Ислама. Семьдесят лет все это было под запретом. Некоторые нас обвиняют: почему мусульманское духовенство не смогло противостоять проникновению ваххабизма, экстремизма в нашу страну? Потому что с 1943 года одно-единственное учебное заведение было в Бухаре, и на 70 миллионов мусульман в СССР было 50 студентов. Сегодня тысячи и тысячи мусульманских общин в России. Не было сил противостоять, но все-таки, слава Богу, в подавляющем большинстве смогли. Если российские мусульмане вернут хотя бы в незначительной степени сокровищницу своего древнего наследия, узнают правду о своей истории, они никогда не станут жертвами заезжих проповедников новомодных ересей типа ваххабизма, талибана и т. д.

камуфлирующих свою реформаторскую сущность под защиту Ислама и ведущих к экстремизму, террору, крови, разрушению основ исламской веры, исламской этики. Религиозный экстремизм процветает только на почве духовного невежества. Истинное углубление в религию приводит к просветлению и святости, а не к ярости, интригам, продажности, жестокости и бандитизму. Во всех этих чудовищных проявлениях виновата не вера, но ее отсутствие, ее симуляция.

В этом вопросе, как и во многих других, мы полностью поддерживаем позицию Православной Церкви: духовное образование должно стать неотъемлемой частью общего образовательного процесса. Только знание основ традиционных для России конфессий Православия и Ислама, а также иудаизма, буддизма, даст нам гарантии духовного взаимопонимания, сохранения и укрепления межнациональных, межконфессиональных уз, связующих всех россиян.

Еще один важный момент. На примере Русской Православной Церкви мы видим, насколько важно в духовной сфере сохранение духовного единоначалия. Благодаря соблюдению иерархии, Русское Православие сохранилось даже в самые тяжелые годы испытаний и трагедий, а «врата ада не одолели Церковь». Не будь этого священноначалия, страшно даже представить себе, что ожидало бы православных христиан России.

Ислам имеет иное видение религиозной иерархии, но, тем не менее, священный Коран призывает нас к покорности и смирению Богу, Его посланнику и власть предержащим, к единству и гармонии, ибо само слово «ислам» можно перевести как покорность Создателю, мир и гармония. Поэтому последователи традиционного Ислама, а таких в России подавляющее большинство, слава Богу, должны сегодня восстановить традицию, вновь сплотиться в единую структуру, покончить с рознью и разделением, привнесенными извне. А на самом деле этого раскола вообще нет. Есть только буря в стакане среди двух, трех десятков людей, которые считают, что они представляют мусульман России. 99,99% мусульман в России Всевышний и духовенство, слава Богу, смогли охранить от проникновения ваххабитских идей.

Добрый пример в Русской Православной Церкви. Если единоначалие спасительно для наших братьев православных христиан, почему бы и нам не последовать этому доброму примеру? Только так мы сможем на деле эффективно противостоять тем духовным и политическим болезням, которые подчас, увы, сеют и в нашей среде.

Еще одна тема, которую я хотел бы затронуть. Это тема национализма. Сегодня, увы, в России еще остаются очаги, где тлеет эта духовная зараза, где легитимное стремление каждого народа к сохранению и развитию своей национальной особенности переходит в неприязнь к русским, в разговоры о «колонизации» и «исторической несправедливости». Это подчас затрагивает и мусульман.

Сразу хочу заметить, что за всем этим неизменно прослеживаются политические цели, интриги региональных князьков, которые таким образом выторговывают себе у центра политические и экономические льготы, а то и прямое действие враждебных России зарубежных сил и подрывных фондов. Сам русский народ, открытый для всех братских народов, дает нам пример добра, терпимости, удивительную способность привлекать к себе, включать в себя другие народности, не растворяя, не уничтожая при этом их особенностей. В этом мы должны следовать этому великодушному, нравственному примеру, оценить тот факт, насколько непопулярны и мало распространены среди русских шовинистические настроения, расизм, национализм, ксенофобия. Конечно, бывает и такое, но ни в массах, ни среди духовенства, ни у российских политиков широкой поддержки это не находит.

Я уверен, что наилучшим противодействием всем формам национализма является евразийское мировоззрение, и мы не случайно являемся одним из учредителей Общероссийского Политического Общественного Движения «Евразия» В евразийстве каждый народ России, представители всех традиционных конфессий могут найти себе достойное место, развить и утвердить свою самобытность, но не вопреки всероссийскому целому, а на его пользу, обогащая сокровищницу нашей общей евразийской культуры, великой евразийской цивилизации. Хочу также подчеркнуть, что евразийство исторически было создано именно русскими, горячими русскими патриотами, православными мыслителями, философами, историками, юристами, географами, этнологами. Мы, мусульмане, с радостью поддерживаем это движение, которое является по преимуществу именно русским и православным. И, вместе с тем, оно предлагает своего рода особую «Евразийскую соборность», где народы России и традиционные конфессии могут занять свое достойное, высокое и почетное место.

Вызывает сожаление лишь то, что эта высокая идея, это чистое начинание сегодня подчас становится жертвой нечистоплотных политических интриганов, которые присваивают высокое имя «евразийства» применительно к провокационным экстремистским организациям, не имеющим ничего общего с подлинным евразийством. Я имею в виду самозванную «Евразийскую партию России». Вчера она была партией благоденствия «Рафах» и под этим видом выступала на выборах в Госдуму. И вдруг она становится «Евразийской партией России». В этом мы видим не только авантюризм, но изощренную диверсию тех зарубежных сил, которым процветание и укрепление Великой России, воссоздание Евразийского Союза смерти подобно. Тема неприятная, но я просто обязан предупредить высокое собрание об этой опасной подделке, дискредитирующей Ислам, тюркские народы, евразийскую идею.

Я хотел бы подчеркнуть, что евразийство является наилучшим средством борьбы с национализмом, межконфессиональными конфликтами, теми деструктивными явлениями, с которыми постоянно приходится сталкиваться Российской государственности.

Мы предлагаем сформировать по итогам Всемирного Русского Собора в Москве Координационный центр неправительственных организаций социальной и духовной направленности с участием Отдела Внешних Церковных Связей Русской Православной Церкви, ЦДУМ России, Общероссийского Общественного Движения «Евразия» для координации действий здоровых сил общества, противодействия разного рода псевдорелигиозным группам, представляющим опасность для нашего общества, нашей страны. Такой Центр мог бы оказывать действенную помощь Президенту и Правительству в решении конфликтных ситуаций, возникающих на постсоветском пространстве, а также ориентировать и народ в Русском Народном Соборе.

И последнее. За плечами русского народа долгая и прекрасная история. Этот народ создал такие духовные, материальные, культурные и политические ценности, которым нет равных. Недаром русский народ называют народом-богоносцем. Только с верой во Всевышнего Творца, только с покорностью и волей к победе над силами зла можно было осуществить все это. А отношение мусульман к этому можно увидеть из известной татарской поговорки: если татарин разбогатеет, он еще раз женится, а если русский разбогатеет, он строит церковь.

Русь по праву называют Святой. И она свята не только для самих русских, но и для нас. Как свята земля, где мы родились и выросли, где становились людьми, преодолевали трудности, учились впервые возносить молитвы Господу миров. Мы и наши предки обильно полили эту землю потом и кровью, возделали с любовью и тщанием каждый ее клочок. Она не может не быть святой. Свята она для русского, но свята она и для татарина, башкира, мордвина. Святость нельзя делить, ее надо хранить, ей надо служить, непрестанно возвышая себя, чтобы быть ее достойным.

Я желаю всем вам побед и свершений, стойкости и мужества в служении Всевышнему, в укреплении государства, в осуществлении ежедневных, подчас незаметных, трудов и подвигов на благо великой России, нашей единой Отчизны, и благословение Всевышнего Создателя да способствует народам нашей великой Родины.

 

БЛИНОВ  В. А.
писатель, Екатеринбург

Я вспомнил такой случай, рассказанный в письме из Краснодарского края. Один мусульманин с сыновьями хотел построить мечеть в селе, где проживали в основном казаки. Ему не разрешили. Тогда они построили мечеть у себя во дворе, но близко к забору, и мечеть эту разрушили недобрые, неразумные люди. Видимо, не знали, что творили, казачки. И мне так стало на сердце больно и стыдно, как православному человеку, что так поступили эти неразумные люди. Но одновременно я подумал: а возможно ли, чтобы в чисто татарском, мусульманском селе вдруг какая-то семья построила бы часовню или православную церковь? В то время у меня тоже возникли сомнения.

Сейчас положение меняется, видимо, и наш Собор тоже этому способствует. Здесь я вижу, насколько велика может быть роль интеллигенции и, в частности, писателей, в проведении тех идей и благородных устремлений, которые формулируются на настоящем форуме.

Люди, которые противостоят этому, делают это в силу своей необразованности, невежества, они не виноваты в своем таком социальном положении, и творят, не думая, что они делают. Мы же обязаны нести светлые идеи согласия, братства между нашими религиями.

Я помню, как в детстве мы участвовали в сабантуе — русские, татары, башкиры. Какие это были радостные праздники, и ничто нас не разделяло на этих праздниках. Пусть же наша жизнь будет в какой-то степени таким же праздником.

Когда отмечалось 100-летие Транссиба, и писатели проезжали через Екатеринбург, они попросили меня провести их к строящемуся Храму Всех Святых, где погиб наш Государь вместе со своей семьей. Сейчас храм подводится под купола. Возрождение религии — это так радостно. Верховный муфтий рассказал, сколько было ликвидировано мечетей, а в нашем Екатеринбурге из 24 сразу было взорвано 18 церквей в 1918-1920 годах, другие были закрыты, и оставалась одна Ивановская церковь, где был даже запрещен колокольный звон. И я, еще будучи дошкольником и школьником, втайне с дедушкой вставал перед иконой, чтобы сотворить молитву. Как бы радовались сейчас наши предки, может, они слышат нас, возрождению тех традиций, той православной культуры, которая окружала их.

Вчера ректор Университета говорил о праздновании Татьяниного Дня. Мы тоже открыли церковь Святой Татианы как студенческую церковь, и многие писатели могут обратиться с письмом, найти себе единомышленников среди ректоров и открыть межвузовские церкви. Это может быть очень красивый праздник. Только в эту церковь идут студенты венчаться или крестить ребеночка.

И еще одно предложение. Близится 70-летие Союза писателей России в 2004 году. Мне кажется, не везде еще вводится Закон Божий, история религии в школах, в детских садах. Издаются книги, но в основном репринтного воспроизводства, дореволюционные, интересные, но во многом и устаревшие по своему уровню, по художественным достоинствам. Хорошо бы составить книгу-подарок для детей, дошкольников, младших школьников о подвигах веры, с рассказами по русской истории, чтобы эта книга была как подарок, книга для семейного чтения. Это могут сделать только писатели.

 

ЧВАНОВ  М. А.
председатель Аксаковского фонда, вице-президент Международного фонда славянской письменности и культуры, секретарь Союза писателей России, г. Уфа

Россия на протяжении всей своей истории была биполярной, разрываемой восточниками и западниками. В этом ее трагедия. Но мало кто задумывался, что в этом ее Божье предназначение: только не разъединять, а соединять собой Восток и Запад. Истина всегда была за восточниками, не случайно их еще называли почвенниками, но побеждали чаще западники: оторванные от корней, они были агрессивнее, на родной земле они вели себя как инопланетяне, логика поведения которых нормальном человеку была непонятна.

Но был один дом в России XIX века, куда почему-то тянуло не только восточников, что естественно, но и западников. Это очень русский дом, своего рода оплот русской почвенной мысли, и что-то здесь, может, даже на генетическом уровне останавливало тех и других от взаимных претензий, а что — они сами, наверное, не могли объяснить, какое-то особое духовное поле, какой-то особый свет, который исходил от этой семьи, олицетворяющей православную Россию. Ни восточники, ни западники — никто, кажется, не бросил в нее камня, кроме разве только самых пламенных революционеров. Речь идет о семье Сергея Тимофеевича Аксакова.

Все отмечали особое место этой семьи в духовно-нравственной атмосфере России XIX века, но никто, кажется, по-настоящему не попытался определить суть этого уникального духовно-нравственного явления.

Трагедия нынешней России — отсутствие национальной идеи. Дошло до анекдота: кто-то вдруг вспомнил, что не может ни одна страна, даже самая маленькая, жить без национальной идеи, и тогда на подмосковной бывшей цековской даче усадили группу бывших цековских инструкторов во главе с Чубайсом-вторым, чтобы они срочно придумали для России национальную идею, как в свое время они за ночь писали доклады для членов Политбюро. А срочность эта заключалась в том, что силы, стоящие за ними, убоялись, что рано или поздно над Россией снова засияет истинная национальная идея, которая никогда не умирала, но специально была завалена горами мусора и лжи. Нахватав цинично мыслей у нее и превратив их в пустые лозунги, ее место заняли, помогая Чубайсам разваливать страну, лжепатриотические партии, сущность которых не имеет ничего общего с истинной национальной идеей.

А она была и есть — национальная идея многонациональной тысячелетней России. Но она как будто специально выведена за границы нынешнего духовного поля России, потому что собой отрицает существование всех ныне существующих партий, ибо она — ипостась духовная. Иначе говоря, национальная идея России — идея Бога, Всевышнего. И Покров Богородицы, о котором мы, православные, в последнее время так много говорим, над нами только до тех пор, пока мы хоть в какой-то мере достойны его. К сожалению, наше отношение к нему, пока больше иждивенческое, и потому в один прекрасный момент в своем преступном ничегонеделании мы можем его лишиться.

Сумев понять суть Аксаковых, суть их тихой, непартийной власти, примиряющей вроде бы непримиримое, мы сумеем понять предназначение России как Божественного замысла. А все дело в том, что мало кто придавал значения факту их национального происхождения. Какой тут вопрос, скажут мне: ну, конечно же, русские! Кто же тогда русские, если не Аксаковы?! Да, русские, и этот факт лишний раз доказывает, что русский понятие не крови, а отношения к Державе. Потому что Аксаковы самым счастливым образом соединили в себе славянскую и тюркскую кровь, и по облику они больше тюрки, чем славяне. Они соединили в себе две огромные цивилизации, и совсем не случайно, что они родились на стыке Европы и Азии. Как, впрочем, не случайно родились здесь и соединили в себе тюркскую и славянскую кровь Державин, Карамзин, Самарин... И великая сказка Сергея Тимофеевича Аксакова «Аленький цветочек», так близкая русскому человеку, несет в себе огромный пласт фольклора Востока.

Но Аксаковы соединили в себе, может, и сами до конца не осознавая того, гораздо большее, чем кровь, они соединили в себе две великие духовные цивилизации: Православие и Ислам. Как заметил в своем выступлении на одном из Международных Аксаковских праздниках Верховный муфтий России его высокостепенство Шейх-уль-Ислам Талгат Таджуддин: «Зная или не зная об этом, Сергей Тимофеевич Аксаков даже в облике своем, в своей одежде воплощал идею взаимоприемлемости, взаимовлияния Православия и Ислама, взять даже то, что он не носил усов. Славянин, православный, носящий бороду, непременно носит и усы, а он не носил. А пророк Мухаммад говорил: «Отпускайте бороду, а усы сбривайте».

Не подлежит сомнению, что корни Аксаковых тюркского происхождения. «Аксак» в переводе с тюркского «хромой». Предки Аксаковых, кажется, в XVI веке, при хане Узбеке, попросили убежища на Руси, им дали удел где-то под Новгородом. Они отличились на государевой службе, за века обрусели и уже глубоко русскими, православными, вернулись, может, не подозревая того, на свою прародину, в Приуралье, в Башкирию.

Но это еще не все. Выразившие наиболее ярко национально-православную идею России, сыновья Сергея Тимофеевича Аксакова, великие русские, великие славянофилы Иван, Константин и Григорий (оставшийся в тени своих братьев, он был одним из лучших российских губернаторов) — по матери (а она была полутурчанка) из рода эмиров, прямых потомков пророка Мухаммада! Все это далеко не случайно. Как не случайно, что духовное управление мусульман России Екатериной II было создано не в Казани, не в Москве, а именно в Уфе, на родине Аксакова, и по предложению не кого-нибудь, а его крестного отца — сенатора Мертваго.

По недостатку отпущенного мне времени я сейчас не буду вдаваться в подробности этого уникального и не случайного для России и для всего мира явления. Достаточно сказать, что все более или менее значительное в общественной мысли России XIX и даже XX веков так или иначе было связано с этой удивительной семьей. Без сомнения, из Аксаковых взросла великая евразийская мысль. Аксаковы не только великое прошлое — но и великое будущее России, святой Руси, и это понятие, как постоянно утверждает Верховный муфтий России, важно не только для православных, но и для мусульман. Это своего рода указующий Божий перст.

И неправительственный благотворительный Аксаковский фонд, структурное отделение Международного фонда славянской письменности и культуры, а теперь и Союза писателей России, созданный в Башкирии в помощь восстановлению аксаковских мест, скоро осознал это нечто большее, и вот уже почти десять лет на границе Европы и Азии, славянского и тюркского мира, Православия и Ислама строит тот особый аксаковский мир согласия и взаимопонимания народов России, как непротиворечия Православия и Ислама. И неслучайно, что в его Попечительский совет, — а большинство начинаний Аксаковского фонда поддержаны указами Президента Республики Башкортостан, — входят архиепископ Уфимский и Стерлитамакский Никон и Верховный муфтий России Шейх-уль-Ислам Талгат Таждуддин. И ежегодный Аксаковский праздник, задумывавшийся сначала как праздник русской культуры, сам собой перерос в Международный не только потому, что на него приезжают гости из многих и многих стран, но и потому, что он стал праздником многонациональной культуры как Башкирии, так и всей России. В этом году на праздник приезжала делегация арабских писателей-мусульман во главе с генеральным секретарем Всеарабского союза писателей Али акля Арсаном, чтобы посмотреть на регион, где в согласии живут православные и мусульмане. Они были буквально потрясены широтой и добротой многонационального праздника, перетекающего почти целую неделю из одного города в другой, из одного села в другое.

По предложению Асксаковского фонда, Президентом Башкортостана совместно с Международным фондом славянской письменности и культуры и Союзом писателей России учреждена Всероссийская литературная премия им. С. Т. Аксакова, первыми лауреатами которой стали большие русские писатели Василий Иванович Белов и Валерий Николаевич Ганичев. Открыта Аксаковская гимназия в Уфе, создается Аксаковский историко-культурный центр. Его открытие состоится в будущем году в селе с символическим названием Надеждино, на родине Ивана Сергеевича Аксакова, великого славянофила, за свои великие духовные подвиги во славу России похороненного в Троице-Сергиевой лавре, по матери прямого потомка пророка Мухаммада. В некогда полумертвом селе силами как православных, так и мусульман восстановлен храм во имя покровителя славян великомученика Димитрия Солунского, в котором по-особому проходит служба в Дмитриевскую поминальную субботу, служба по всем убиенным за Отечество, за други своя, начиная с Куликовской битвы, в которой, кстати, Русь столкнулась не с Золотой Ордой, не с Востоком, как до сих пор утверждают наши школьные учебники, а вместе с Золотой Ордой, вместе с Востоком схватилась с все тем же коварным Западом: Мамай давно уже не представлял Золотой Орды, он шел на Русь на папские деньги, в его войско входила генуэзская пехота, а на помощь ему спешил литовский князь Ягайло. Да, русские былины оставили в народе память на века о жестокости и унизительности монгольского ига. Будучи пусть и поэтическими, но все равно историческими хрониками, они не могли рассказать того, чего не было, что принесло бы другое, латинское иго: несомненно православная Русь была бы уничтожена, как Византия. Да, Золотая Орда покушалась на все: на имущество, на волю, но, подчиняясь какому-то глубинному, сакральному чувству, не покушалась на веру. И получается, что, выдвинувшись на Запад и на время географически поглотив Русь, она спасла от уничтожения Православие. Когда Русь была обескровлена, на нее в 1339 году двинул свои рати Витовт, навстречу ему неожиданно выступили монгольские рати, которые на реке Ворскле нанесли ему страшное поражение. И в этом случае, мне кажется, нельзя не согласиться с мнением великого евразийца Георгия Вернадского: «Битва на Ворскле — одно из величайших событий в русской истории, хотя в этой битве восточно-русские полки не участвовали, а западно-русские участвовали на стороне Витовта». Весь этот ряд перечисленных фактов можно объяснить только высшим смыслом истории, неподвластным пониманию отдельного человека, только Божьим Промыслом...

В Надеждино проведены водопровод, газ, проложен асфальт, для воскресной школы администрацией города Белебея, которую возглавляет мусульманин Риф Газизов, подарен добротный дом, а в будущем году откроется музей семьи Аксаковых, которой с храмом в общей ограде, и храм с музеем будут составлять единое нравственное целое. Осенью этого года во время XI Международного Аксаковского праздника заложен усадебный парк, в котором соседствуют деревья, посаженные православным сербом Войводичем и мусульманином арабом Али акля Арсаном. И виден храм и аксаковский дом из окон поездов, день и ночь стучащих на восток и запад мимо станции Аксаково по Великой Транссибирской магистрали.

В журнале «Москва» в прошлом году был опубликован наш диалог с Верховным муфтием России. О злободневности его свидетельствует тот факт, что он перепечатан, кажется, уже двенадцатью изданиями, включая «Папку президента», которая ложится на стол Президенту России, а Министерством обороны он листовками распространялся в Чечне. Демократические «Известия» не столь давно, анализируя общественно-политическую обстановку в Башкирии, то ли с удивлением, то ли с раздражением писали: «В Башкирии Чванова многие считают русским националистом, Михаил Чванов дружит с Верховным муфтием России Талгатом Тадждуддином». Почти треть православных священников Башкирии татары, чуваши, башкиры. В прошлом году в моей родной полупогибшей деревне поставили храм во имя иконы Табынской Божией Матери, святыни Приуралья. В трагическое для России время она ушла вместе с атаманом Дутовым в изгнанье, по одним сведениям, она по-прежнему в Китае, где долгое время была опорой русской общины, по другим — в Сан-Франциско, по третьим — в Ватикане. Дорогие наши соотечественники за рубежом, помогите найти ее следы! Я должен сказать, что в моей деревне не было церкви даже до революции. Я заехал посмотреть, как идет стройка, и среди плотников не увидел ни одного русского лица. В этом великая беда, что вымираем мы, русские, что в деревне уже не нашлось мужика, кроме пенсионера-старосты, который мог взять бы без принуждения и посула рубля в руки топор. И великая надежда есть, раз братья-мусульмане взяли топоры и пошли помочь в этой великой беде.

В связи с событиями 11 сентября, о которых так много говорили на Соборе, но все больше в русле трактовки «наших» СМИ, мягко говоря, не совсем точно расставляя акценты, когда лжемусульмане «въехали» на боингах в вавилонские башни лжехристиан, мы стали забывать о трагедии Югославии, Ирака, потому что их бомбил не бен-Ладен. Трагедия Югославии может стать и нашей трагедией. По крайней мере, существует такой план. Югославия — испытательный полигон, где отрабатывается методика уничтожения России. В России по-прежнему нет реальной государственной силы, которая бы сплотила народ в единое целое. Но есть две духовные силы, которые, несмотря на вражеские сатанинские СМИ, удерживают нравственное состояние народа, не дают нам упасть в скотство — это Православие и Ислам. И потому их стараются стравить, впрочем, как и во всем мире, и в этом тайный смысл террористической операции бен-Ладена, вскормленного американскими спецслужбами. Просто змея обернулась и укусила хозяина, а тайные разработчики этого плана придут на пепелище и построят новый мировой порядок, в котором ни Православию, ни Исламу нет места. Вот и по новым российским паспортам мы уже не русские, не татары... И самое страшное, что новый мировой порядок устанавливается руками самих втянутых в конфликт православных и мусульман, что мы наблюдаем на примере Югославии. Об этом мы должны всегда помнить...

 

КУШМАНОВ  Н. К.
писатель, автор трехтомного перевода Библии на чувашский язык, Союз профессиональных писателей, Чувашия

Я из Чувашской республики, где дружно живут все национальности. Недавно у нас прошли Дни культуры Башкирской Республики. В районе, где я живу, компактно проживают татары, эрзя, чуваши. Газета «Ангард» выходит и на чувашском языке, и на татарском языке. Но чуваши, вы знаете, относятся к группе тюркских языков, а по вере православные.

Я в течение шести лет, с благословения протоиерея, занимался переводом Библии. Он в предисловии к этой книги написал такие слова: «Каждый век прочитывает ранние тексты из Библии по-своему. Учитывая это, переводчик-поэт старался рассказать в стихах события, изложенные в Ветхом Завете, в доступной для простого народа форме. В произведениях часто встречаются цитаты и из Нового Завета. Автор эти лирические отступления делал сознательно. Он тем самым, сохраняя дух Священного Писания, старался обогатить канву древних книг... Выражаю надежду, что эти книги после издания послужат стимулом к еще более глубокому, систематическому изучению Библии».

Этот первый том я выпустил в 1995 году на деньги спонсоров тиражом 5 тысяч экземпляров. 600 экземпляров я передал Министерству культуры Чувашской Республики, 400 экземпляров — Министерству образования, а 1000 экземпляров на Чебоксарском соборе распространил кандидат богословия протоиерей отец Илия (Карин Илья Николаевич). С типографией я смог рассчитаться только за 3300 экземпляров.

В начале двухтысячного года Чувашское книжное издательство издало 2 и 3 тома, но из-за финансовых затруднений эти тома были выпущены в малом количестве, всего 600 экземпляров, из них 500 переданы на Чебоксарский собор, а школьным библиотекам не досталось ни одной книги. Мои обращения в инстанции не дали положительного результата. Может быть, вы мне поможете хотя бы письмо написать от Всемирного Русского Народного Собора, чтобы помогли выпустить 2 и 3 тома духовной книги для библиотек Чувашской Республики. Это полторы тысячи экземпляров.

 

МУСТАФИН  Я. М.
писатель, член Общественного совета духовного управления мусульман, Москва

Многоуважаемые русские люди, братья дорогие наши! Это не расхожие слова, особенно когда мы говорим: русский — старший брат. Над этим ухмыляются и глумятся вот уже пятнадцать лет. Но даже в семье обязательно должен быть кто-то старший. Обычно это старший брат или тот, кто старше по возрасту, кто достоин нести эту тяжкую ношу за спиной, помогать, терпеть, относиться с уважением или чего-то не видеть, что младшие творят. Так вот, вы, русские люди, являетесь такими. Это немного в анекдот превратили. А ведь это исторически сложилось. И сегодня для меня особенно радостно, что в нашем доме писательском присутствует мною уважаемый и очень любимый Верховный муфтий мусульман России Талгат Таджуддин. Он двенадцатый, если я не ошибаюсь, муфтий мусульман России.

Для продолжения своего скромного выступления хочу зачитать стихи гения татарской литературы, основоположника татарской поэзии, который, как и Лермонтов, погиб в 27 лет. Почему я говорю погиб. Потому что он болел туберкулезом и националистическая буржуазия не помогла ему выжить. Вот что он написал в 1913-м году:

В России наших дел, трудов, следов немало.
В истории мы чистое зерцало.
Мы жили и живем с народом русским вместе,
Заимствуя словарь, мораль, законы чести
Свои места порой меняли мы не шутя,
Похожие во всем, как львы на поле брани,
Как кони на полях в часы весенней рани.
Един наш дом родной. Так можно ли, поправ,
Такой народ лишать его законных прав.

Если уж в 1913 году татарин, основоположник поэзии, так относился к русским людям, а у него еще есть стихи 1907-1908 годов, когда пантюркизм господствовал и призывали татар перевезти в Турцию, он написал: перевезите туда наши села, дома и чтобы там родились Пушкин, Лермонтов и Толстой. Кто же может такие проникновенные, такие искренние слова написать, какой инородец, пришедший в Россию? Это надо пережить. Это надо прочувствовать, этим переболеть.

В 1788 году, 12 сентября, Екатерина II издала указ о создании в Уфе Духовного управления магометан. Этот указ стал поворотным историческим событием в духовной, политической жизни многонациональной России, где веками сожительствовали традиционные религии православных и мусульман, то есть русских, татар, башкир.

Я всегда задумывался, почему же одна шестая часть суши земли оказалась под управлением русского народа? Почему? Ведь рядом жили, допустим, на Востоке, в Приамурье, в Приморском крае, китайцы, манчжуры. Они могли их поглотить. А какой-то вологодский мужик Ерофей Павлович Хабаров в 1631 году идет по Амуру, спускается по Уссури и присоединяет эти земли. Я в 1974 году был в Южной Якутии, в поселке «Нагорный», на речке Золотинки. И там нашел место, где китайцы разрабатывали в те годы золото. Только золото брали и верблюдами вывозили в Китай и Маньчжурию. Почему же они не могли закрепиться там, где народа вообще-то не было? Да очень просто, дорогие русские люди, у них не было характера (я не произношу сегодняшнее проклятое слово «менталитет»), вашей психологии, не было у них дружелюбия, доверия, расположения к себе. Вы помните знаменитую картину Сурикова, на которой изображена битва отряда Ермака с сибирскими татарами? Оказывается, были убиты (любая жертва, любая смерть это много) 24 человека сибирских татар, 8 казахов взяли в плен. И казахов, разбойников, отпустили и сказали: больше против белого царя не воюйте. Спускаются ниже по Оби, по Иртышу, опять сражение. Опять из них кто-то попадает в плен, 7-8 человек. И что с ними сделали казачки? Никто из вас не догадается. Они их отправили учиться к Ивану Грозному в Москву. И не случайно нашли письмо, которое Шамиль оставил в назидание своим потомкам: не воюйте с русским народом, с Россией, не вступайте с ней в противостояние.

Все это я говорю к тому, что все, что есть в русском народе доброго, хорошего, я генетическим чутьем понял и воспринял это. Вы этим привлекли людей, больше сотни этнических групп, народов, национальностей. Ведь в основном русская интеллигенция дала грамотность в советское время 51 народу. Это могли только русские люди, потому что они, приезжая в чумах, в юртах жили, терпели всё. Попробуйте послать сегодня кого-нибудь другого.

Я это так обостряю, потому что в последние годы русский народ стал немного не верить в свои силы, потерял то могущество духовное, которое имел.

Но именно русский народ сплотил нас всех вокруг себя. Люди русские умели во все времена не только сами выживать, а еще объединили другие народы. Не думали, что они объединяют. Вдумайтесь в слово, не большевиками придуманные, не коммунистами — «осваивание земель». Это было сделано в пятнадцатом, шестнадцатом, семнадцатом веках. Осваивание, а не захватывание, как это делала цивилизованная Европа, которая после себя оставляла асфальт или пол ровный. А у нас все выжили. 11 миллионов индейцев, как бизонов, расстреляли, оставили часть. А у нас все народы живут.

Были перегибы, недогибы были. Но и враги были. Да какие еще враги были! На днях вышла книга «Точка опоры», где говориться, что ни один русский человек не позволил бы себе сказать: всеобщее образование, всеобщая грамотность не нужны народу. Вы должны пахать землю, удобрять, сеять, вам незачем читать Прусса и Гегеля. Может такое сказать русский человек? Никогда он этого не скажет. А Петров Николай, пианист, который по паспорту русский, спокойно говорит и заявляет: слово «русский» испачкано. А кто испачкал, думаете? Другой, известнейший Игорь Александрович Моисеев, заявил (буквально цитирую): татары, уезжайте туда, откуда вы пришли. Подождите, татары что, пришлые? Что, они немцы, англичане? Это их Родина.

Вот когда начинается провокация. И какие имена, вы подумайте, какие имена это говорят! Это напечатано. А потом мы спрашиваем, откуда возникают горячие точки? Не горячие, а кровавые точки, кровоточащие точки, точки, где люди, которые вчера были соседями, друг друга ненавидят.

И последнее. Задумайтесь, мои братья старшие, независимо оттого, что многие из вас моложе меня, — вывезли уже больше миллиона красавиц, то, что только немец делал. Эти красавицы — самые здоровые люди. Они генетически вас подрывают. Если вас подрывают, то подрывают и нас.

Без русского народа не выжить ни второму по численности татарскому народу, ни тем более башкирам, нивхам, чувашам и т. д.

Дорогие русские братья, я бы, наверное, не стоял здесь, если бы очень не переживал за то, что сейчас творится с русским населением, с русским народом. Он самый бедный. Среди трех миллионов беспризорников вы найдете, кроме русских, может быть, два татарина или чуваша, или еще кого-нибудь. Среди армии нищих, бомжей то же самое. Открыто по телевидению заявляют, что наступила хана русскому народу, он не умеет работать, он ленивый. Надо, мол, работать, как на Западе работают. Да кто бы мог работать 600-700 лет тому назад на Востоке, в Сибири, на Севере? Кто бы мог поднять эти земли, как не русские люди, геологи, проходчики. Мой друг Женя Чириков открыл алмазы в Якутии. Кто в Тюмени открывал в болотах керосин сегодняшний? Русские люди. К ним на помощь первыми пришли татарские и башкирские нефтяники, азербайджанцы.

Шестидесятники. Кто шестидесятники? Я знаю Гагарина, Титова, нефтяников, которые открывали месторождения, БАМовцев, которые строили БАМ. Вот кто шестидесятники. Первые, кто спускал на воду атомные ледоколы, строил первые электростанции, лауреаты Нобелевских премий, а мы их не славим. Поэтому я говорю о русском народе — мой старший брат.

 

САБИЛО  И. И.
писатель, председатель Санкт-Петербургской писательской организации

Дорогие участники Собора, из шести проводимых Соборов я присутствую на пятом. Много было изумительных выступлений, но я бы отметил все-таки выступление представителей двух конфессий — владыки Кирилла на всех Соборах и муфтия Талгата Таджуддина. По той глубине, по той осмысленности проблем, которые поднимаются на Соборах, мне кажется, сегодня им нет равных.

Я живу в Санкт-Петербурге. Родился в Минске, а уже более полувека живу в Санкт-Петербурге, в Ленинграде. Ни одного межконфессионального, или межнационального конфликта в нашем городе никогда не было. Я думаю, что чем выше культура горожан, чем чище атмосфера, в которой воспитываются и дети, и все горожане, тем меньше возникает конфликтов.

У нас произошло разделение писателей. Как они разделились? Мы думали, что разделение произошло по творческим соображениям, по материальным. Оказалось, что все проще. Представители выделившейся из нас части писателей, создавшие ранее не существовавший Союз писателей Санкт-Петербурга, считают, что они отделились по национальному признаку. Все представители еврейской национальности оказались там. Но удивительно, что все украинцы, белорусы, татары — и крымский татарин, известный вам Реза Халит, и Лилия Абдурахмановна Сибулина, и многие другие — остались с нами, с русскими писателями. Это тоже, наверное, симптом того, что происходит уже непосредственно в жизни.

Много говорится о языке, о том, что нодо беречь русский язык. Правильно говорится. Я сам много лет назад был одним из первых, кто поднял вопрос о защите русского языка. В 1994-м году была опубликована моя статья в главной петербургской газете «Петербургские ведомости», которую учителя в сочинения ввели, как вольную тему. Но мне думается, что сегодня речь должна идти о защите не только русского языка, но о защите языков всех народов России, ибо только в этом случае мы будем иметь культурные формы языка живого, не только русского, но и татарского, якутского и т. д. Если не защищать наш русский язык, если не защищать другие языки народов России, то в скором времени мы сами не заметим, как наш общий язык превратится в эсперанто. А известно, что если не сберечь язык, то не сберечь и народ. Мы знаем, это на примере большой группы западных славян, которые населяли нынешнюю территорию Германии: как только они утратили свой славянский язык, тут же были ассимилированы.

Теперь мне хотелось бы поговорить о самом насущном — о чувстве боли. Часто мы говорим о том, что средства массовой информации наносят колоссальный, непоправимый вред своими передачами, своими фильмами. И не задумываемся о том, в чем же конкретно выражается этот вред. Мне кажется, прежде всего в том, что все средства массовой информации, особенно телевидение, повышают порог боли. Порог боли должен быть как можно более низким. Чтобы чуть-чуть, и уже стало больно.

Когда дочери моей было шесть или семь лет, мы смотрели телевизор. Зимний, пронизанный солнцем лес. Глубокие сине-белые снега. Опушенные снегом деревья. Человек на широких лыжах в теплом полушубке, зимней шапке-треухе и с ружьем за спиной. Музыка чуть-чуть слышна. Кажется, скрипка. Рядом с человеком лайка. Тоже пушистая. И хвостик колечком. Бежит себе впереди человека. Даже не бежит, а ныряет в снег. И выныривает из него, будто крошечная лодка в белопенном море. Но вот смолкла музыка. Залаяла собака, вздернув голову к небу. А там, среди отяжелевших от снега ветвей, крошечный светлый зверек, пушистый, как все в этом лесу. Человек остановился, расставил пошире ноги. Медленно снял со спины ружье. Прицелился и выстрелил. На снег упал зверек, и только капельки крови, как ягоды рябины, обозначили место его падения. И страшный крик моей дочери: «Зачем он это сделал, зачем? Выключи это, выключи!» Я нажал кнопку, экран погас. Долго успокаивал ее. Говорил, что это охотник. Не помогало. Слезам и рыданиям не было конца. Потом легла на свою кровать и затихла. Тяжелые минуты я тогда пережил. И понял, что моя маленькая дочка нравственно здорова, потому что ничем не защищена от боли. Порог боли у нее низок. Чуть-чуть, и уже беда, ей плохо. Она страдает от того, что страдают другие.

Впрочем, подавляющее большинство граждан нашей, тогда Советской, страны, больших и маленьких, были беззащитными от боли. Высоконравственное воспитание, культура, чувство ответственности за себя и за другого — вот основные черты характера многих и многих советских людей. А сколько мы случаев знаем, когда, например, семья, отстоявшая много лет в очереди на квартиру, вдруг отказывалась ее получать только потому, что другая семья находилась в еще более стесненных условиях, и уступала свою очередь ей. И многое другое, доброе, человечное, обеспеченное совестью и глубоким пониманием.

Изменились нынче нравы. Каждый вечер, возвращаясь с работы на трамвае домой, я вижу, как на обочине стоят юные проститутки, худенькие, в большинстве своем неважно одетые, они поджидают очередного клиента. Останавливаются машины, ведутся переговоры, эти девчушки уезжают. Было время, еще несколько лет назад, когда пассажиры трамвая, наблюдая эти сцены из окна, одни возмущенно, другие сокрушенно высказывались в том роде, что, мол, куда смотрит милиция, родители, какое это безобразие, это же чьи-то дети, чьи-то сестры. Они растлевают малолетних. Почему государство не там, где оно должно быть?

Теперь же никому в голову не придет подать голос в защиту подрастающего поколения. Претерпелись. Привыкли к боли. А может, уже и не больно? И может ли хватить человеческой боли на всё и на всех? По телевизору кровь, насилие, злодейство. Хоть у нас в России, хоть за рубежом. Все новости начинаются с катастроф, с убитых и раненых, с утонувших и обездоленных. Одна Чечня чего стоит. Причем, уж если труп, то самым реальным образом показанный, с отрезанными головами, с вспоротыми животами...

Все мы видели сокрушительный террористический акт в Нью-Йорке, сотни, тысячи жертв. Но, к чести американского телевидения, оно не показало ни одной натуралистической картины, ни одного раздавленного тела, ни одного обгоревшего лица. Значит, щадят своего и не только своего зрителя. Значит, берегут родных и близких тех, кто были заживо погребены под обломками гигантских небоскребов. А у нас? Один «Курск» чего стоит. Второй год всё о нем, всё в деталях, в ужасающих подробностях, словно бы специально спланированная, срежисссированная, разрушающая сознание и нервную систему акция против граждан страны. И как результат — апатия, обреченность многих из нас, неверие, что жизнь в стране может наладиться, повернуться светлой, созидательной стороной.

Повышение порога боли, к сожалению, коснулось и молодых наших литераторов. Многие из них в своих сочинениях стараются как можно больше пролить крови и позалихватистей укокошить очередную жертву. Причем, уже в силу малоталантливости, создаются не характеры героев, не образы, а функции: этот убийца (одна функция у него), этот следователь (одна функция), это проститутка, это прокурор... Кто они? Откуда родом? Кто их родители? Чем они жили раньше? Как они вообще возникли как личности, достойные того, чтобы писатель их поместил для нас, читателей, в свои произведения? Это никому не известно.

Что бы я хотел сказать в заключение? В наш город, очевидно, как и во многие города России, прибывает большое число мусульманского населения. Это и Кавказ, и Средняя Азия, и многие другие. В моем доме я вижу, как постепенно освобождаются квартиры, где жили русские люди, и поселяются приезжие. И сейчас особенно больно (вот опять же о пороге боли) узнавать, что уже нет-нет, да и возникнут конфликты между школьниками, студентами, в учебных заведениях, где появились мусульманские дети или дети приехавших к нам граждан других, в основном, кавказских народов. И это сразу же становится достоянием телевидения. Телевидение показывает это во всю мощь. И идет обвинение русских, что они виновны, что они обижают и т. д.

То есть специально, искусственно подогреваются порой даже мизерные конфликты. Но такие конфликты могут быть и между самими русскими детьми, они возникают постоянно, потому что формируется личность, ей необходим простор, не только для возможностей физических, но и нравственных, где надо и правду защитить, и подраться иногда, и это необходимо в детском и юношеском возрасте. Но это начинают подогревать. Поэтому, мне кажется, правы те, кто на Соборе вчера говорил о создании национального канала телевидения. И необходимо каждому из нас, вернувшись после Собора, в той сфере, в которой мы влиятельны, проводить эту линию, с тем, чтобы мы могли навести в конце концов в нашей стране порядок. Будущее все-таки, я думаю, за нами.

 

ПЕРЕВЕЗЕНЦЕВ  С. В.
писатель, секретарь Союза писателей России, доктор исторических наук, Москва

Мы сегодня много говорили об истории, о настоящем. Мне кажется, еще вот о чем нужно сказать — сегодня необходима смена философии бытия цивилизации, человеческой цивилизации, в целом.

То, что в течение 300 лет, а фактически 500 лет, человечество существовало на базе философии гуманизма, завело сейчас всех нас в тупик. Потому что единая цивилизационная модель, единые принципы бытия, которые навязываются миру, фактически ведут мир не к бытию, а к небытию. Я об этом писал в «Роман-журнале XXI век» в статье «Крах гуманизма», поэтому я не буду подробно останавливаться на этих вещах. Просто напомню, что гуманизм это очень сложная религиозно-философская система человекобожия, основанная на смеси оккультизма, магии, древне-восточной и древне-античной языческой мистики и т. д.

И сегодня мы должны понять, что выросшие на основе гуманизма либерализм, идеология прав человека, идеология гражданского общества, идеология разделения мира на цивилизованные и нецивилизованные, «дикие» народы, как раз и ведут к тому, что любой конфликт сейчас очень модно стало объявлять либо религиозным, либо национальным, но ни в коем случае не социальным. Хотя в основе большинства конфликтов, конечно, лежат социальные протесты, социальные причины.

Что может заменить эту философию гуманизма, что может стать новой основой для бытия человечества в целом?

На наш взгляд, консерватизм. Мы в Союзе писателей, в рамках «Консервативного проект», активно занимаемся разработкой философских основ консерватизма, основываясь на историческом русском консерватизме. Но дело не в том, чтобы восстановить в нашем сознании тот исторический образ консерватизма, который был создан русскими ли консерваторами, западноевропейскими ли консерваторами или консерваторами мусульманского толка. А в том, чтобы превратить консерватизм в современную философскую основу бытия. То есть продумать и разработать методологию консерватизма в соответствии с современным моментом.

Проведено уже несколько конференций на эту тему и важно, что в этих конференциях сейчас принимают участие все больше и больше молодых специалистов: ученых, писателей, социологов, историков, философов. Только что прошел Всероссийский семинар историков русской философии, и на нем работала одна из самых интересных секций — секция русского консерватизма.

На основе размышлений над тем, что же нам дает консерватизм, мы пришли к выводу, что если гуманизм есть философия небытия сегодня, то консерватизм это философия жизни, которая признает все традиционные культуры. Причем не только признает, но и подчеркивает необходимость развития традиционных культур, ибо признает, что мир сложен. А ведь современная «цивилизация», которая нам навязывается, построена на упрощении бытия. Все должно быть как где-то, как в Америке, как в Европе. Все должны быть одинаковыми. Есть один и тот же бигмаг, смотреть одно и то же «За стеклом», одевать одну и ту же одежду, слушать одну и ту же музыку, читать одни и те же книги. Все должны быть подстрижены под гребенку, что ведет, как вы понимаете, к упрощению, а, с философской точки зрения, упрощение есть дорога к небытию, путь в ничто.

Консерватизм подразумевает как раз обратное — мир, как «цветущую сложность». Мир как очень сложную структуру, которой намного сложнее управлять, нежели себе это представляют нынешние мировые элиты. Им нужен простой мир для того, чтобы было просто им управлять. Собственно, в этом задача состоит. А мир, как «цветущая сложность» — это мир сложных отношений. Их надо видеть, надо анализировать, надо выстраивать. В том числе и Россия является одним из важнейших примеров наличия мира как «цветущей сложности», потому что изначально Россия была полиэтническим образованием и русские, как народ, еще с древнейших времен складывались как полиэтническая общность, объединивший в себе разные этносы. И затем на территории России всегда существовали (всегда, во все времена, я это подчеркиваю) разные этносы, а затем разные народы и разные нации. И всегда, так или иначе, как только те или иные этносы, те или иные народы, те или иные нации входили в состав России, в скором времени находилась форма сосуществования этих народов с русским народом и в составе единого государства. И конфликтов поэтому не было, когда государство уже было создано, когда народ вошел в государство. Конфликты были до того, на этапе создания государства, а после создания государства конфликтов на самом деле не было. И религиозных войн не было в Российском государстве, именно как в сложившемся государстве.

В данной ситуации мы считаем необходимым, еще раз повторюсь, подчеркнуть право на свое бытие, на свою самобытность, религиозную, культурную, языковую, всех традиционных народов и всех традиционных религий, входящих в состав России. Но вот здесь нужно сразу оговорить один очень важный момент. Я думаю, все народы России, если это народы, которые хотят жить в России, а не уйти из нее, не разрушить ее, а сохранить великую нашу державу в том своем величии, какой она должна быть, все народы России признают ведущую государствообразующую роль русского народа. Потому что именно русский народ был объединяющим иные народы, именно то миросозерцание, та философия бытия, та практика бытия, повседневная практика бытия русского народа, основанная на православии и территориальной общине, и позволила создать это великое государство, ибо русский народ принимал в себя другие народы и, одновременно, позволял сохранять им национальную самоидентичность.

Я считаю, что мы должны в одной из резолюций записать очень важную идею, которую нужно донести до властей предержащих: русский народ — это государствообразующая нация. Не будет русского народа, не будет России. Нас просто-напросто раздавят. И все остальные народы, входящие в состав России, тоже будут раздавлены, причесаны под единую гребенку, потеряют свою самобытность, религиозную, национальную, бытовую, какую угодно.

Я считаю, что мы сейчас должны обязательно обратить внимание на необходимость развития всех традиционных религий народов, традиционных обычаев, но в первую очередь в этом братстве народов мы обязаны обратить внимание на развитие и на бытие русского народа. И говорить об этом открыто. Этого уже нельзя стесняться. Вчера приводили страшную цифру, что среди русских средний прирост смертности за последние десять лет 40%. Должен сказать, что на исконно русских территориях Великороссии (Новгородская, Ленинградская, Тверская, Псковская области) прирост смертности среди мужчин возраста 20-39 лет — 75%, а среди мужчин возраста 40-44 года — 100%. Не говоря уже о резко возросшей младенческой смертности. Это в самом деле тяжелейшая проблема. И мы, как Всемирный Русский Народный Собор, объединяющий в себе и собою все многоцветие русских традиций, российских традиций, традиций многих народов, должны заявить об этом. И, соответственно, должны потребовать от Правительства особой заботы о русском народе. Потому что, если в Якутии, допустим, есть якутское правительство, так или иначе оно обязано заботиться, в том числе о якутском народе. В Башкирии есть, в Татарии есть, в других национальных республиках, автономных или на уровне краев, областей это есть, то русскому народу надеяться, кроме как на свое правительство, сидящее в Москве, больше не на кого. Соответственно, оно и должно заботиться о русском народе. Эту мысль я хотел бы подчеркнуть особо. Русский народ — государственно-образующий народ, несущий на себе основные тяготы по созиданию и охранению единого государства и, соответственно, правительство и иные народы должны обратить особое внимание на положение русского народа. Кстати, я еще раз отмечу, что идеи консерватизма, собственно, и появились в русской философской среде, среди русских мыслителей, потому что они понимали: русский народ сохраняет единое государство только в том случае, когда сохраняет иные традиции, иные культуры, иные религии и находит пути взаимодействия с этими культурами.

 

АЛЕКСАНДР
епископ Бакинский и Прикаспийский

Как Бакинский архиерей, естественно, живу среди диаспоры, в среде, где большинство нерусских и тем более не христиан, потому что большинство граждан Азербайджана — мусульмане.

Естественно, русский народ в своей жизни не может не рассматривать взаимоотношения с другими народами и с представителями других цивилизаций и других религий. И поскольку одна из наиболее значимых традиционных религий, распространенных как в России, так и в государствах, граничащих с Россией, это Ислам, то, естественно, для нас очень важно построить правильно свои взаимоотношения с представителями мусульманского большинства.

Но сейчас нам усиленно навязывается такая точка зрения, что русские и христиане впервые столкнулись с мусульманами, впервые столкнулись с исламским миром. И перед нами ставится много вопросов о том, как мы будем строить свои взаимоотношения. Может быть, это справедливо для Германии, для Франции, для стран западного мира, но мы-то живем тысячу лет вместе. И поэтому ответом на вопрос о том, как строить свои взаимоотношения, для нас должны быть слова Священного Писания: «Ты думаешь, что это новое, но вот посмотри, в веках это уже было». И, действительно, это все уже было.

Не просто складывались взаимоотношения молодого христианского государства Киевской Руси с исламской Волжской Булгарией. Но как бы они ни складывались, после монгольского нашествия взаимоотношения стали совершенно другими, потому что монголы разрушили и Волжскую Булгарию, и нанесли сильный удар по Руси. Недалеко от Москвы на Оке лежит древний город Касимов, основанный в XV веке, но назвать его русским городом или татарским городом, православным городом или мусульманским городом я затрудняюсь. Могу сказать одно: в этом городе нашли себе место все те мусульмане, которые уезжали с низовьев Волги, с Кавказа, из Крыма, уезжали из Ирана и нашли себе место в этом городе, и он стал столицей тех мусульман, которые жили в пределах Российского государства. Главной достопримечательностью этого города являются одни из древнейших у нас в России мечети. Они сохранились до нашего времени. И значение жителей этого города было столь велико, что один из них, Симеон Бекбулатович, стал даже царем России, соправителем Иоанна Грозного.

А затем мы видим, как Екатерина Великая проявила особую заботу о религиозном устроении мусульман России, и ее Указом было создано Духовное управление мусульман России с центром в Уфе. Это проявление заботы Российского правительства о религиозной жизни своих граждан, своих подданных, в том числе и мусульман.

Когда мы рассматриваем, как складывались взаимоотношения между христианами и мусульманами в России в конце XIX — начале XX веков, то здесь хотелось бы отметить следующие очень интересные явления. Вы знаете, что в результате Русско-Японской войны Россия практически потеряла весь свой морской флот, а без флота ни одно суверенное сильное государство существовать не может. И вот на народные пожертвования, на народные деньги стал строиться новый флот, но интересно, что целый военный громадный корабль был построен на средства эмира Бухарского и хана Хивинского, то есть, если там кто-то по лепточке вносил, то они внесли очень большую сумму, так что целый военный корабль был построен на их средства. И он так и носил название «Эмир Бухарский». И в Первую мировую войну Россия вступила с мощным Военно-морским флотом. Знаем мы и то, что среди тех, кто воевал на фронтах Первой мировой войны, были и мусульмане.

Сегодня у нас очень остро стоит проблема капелланов в армии. Нам говорят, что у нас не может быть капелланов, потому что у нас в армии не только православные, есть и мусульмане. Но в царской России были и муллы, которые обслуживали нужды военнослужащих мусульман в армии. Тогда это почему-то считалось возможным, а у нас это почему-то считается невозможным.

Хотелось бы отметить, что между мусульманами и христианами в России не было конфронтации, не было вражды, а ведь в результате революционных событий можно было разжечь пожар межрелигиозной войны, которая бы никогда не затухла. Как не затухает она в таком цивилизованном государстве, как Великобритания, — известный всем Ольстер, где больше 300 лет идет межрелигиозная война. У нас же даже в годы революции не удалось разжечь пожар такой войны. Христиане и мусульмане настолько привыкли жить рядом, вместе, бок о бок, что это было просто немыслимо.

В 1967 году у нас в Баку сгорел храм Михаила Архангела, его восстанавливали тоже на народные средства, и очень большие суммы жертвовали мусульмане. Естественно, это вызвало большое удивление у духовенства, которое спрашивало: в чем причина, что вы столько делаете пожертвований на восстановление православного храма? И услышали удивительный ответ: горе тому городу, в котором сгорел Дом Всевышнего.

Как же складываются отношения между мусульманами и христианами? Азербайджан пережил очень трудное политическое, экономическое время, экономически и сейчас непросто жить в Азербайджане. И вот однажды приезжает несколько машин с гуманитарной помощью. Мусульманин азербайджанец говорит: «Я хотел бы через вас для русских передать помощь. Конечно, азербайджанцам трудно живется, но у них в сельской местности есть родственники, есть друзья, они хоть как-то выживают, а русские многие одинокие, поэтому им очень трудно жить. И я считаю необходимым помочь именно русским в это время».

С другой стороны, и Русская Православная Церковь тоже не проходила без внимания мимо проблем и нужд мусульман. Например, покойный архиепископ Ставропольский и Бакинский Антоний приехал в ныне разрушенный, а тогда цветущий город Грозный, в котором был громадный православный приход, много русских. И, как тогда это было принято, его принимает один из советских руководителей Чечено-Ингушской Республики, и владыко Антоний покойный делает замечание: как же так, православная церковь есть, религиозные нужды православного населения как-то удовлетворяются, и нет ни одной мечети на территории Чечено-Ингушской Республики. Это очень плохо, потому что это приведет к очень отрицательным явлениям.

Лет через 5-7 после такого высказывания покойного архиепископа Антония мечеть открыли, но было уже поздно, потому что люди свои религиозные нужды не могли удовлетворять, собирались где-то в домах, где-то на кладбищах, а в результате это привело к тем печальным последствиям, которые мы сейчас имеем в Чечне, ставшей кровоточащей раной на теле России. У нас богатый исторический опыт, нам не надо изыскивать какие-то методы, как нам строить отношения, как нам поступать. Мы все это прошли, мы все это знаем, но, к сожалению, мы все это забыли. Об историческом беспамятстве уже говорилось, но это историческое беспамятство продолжается. И, конечно, незнание истории религии. Этим страдает и наше поколение, а молодое поколение страдает в еще большей мере, что приносит крайне негативные результаты. Проблема будет углубляться, потому что мы не изучаем тот богатый исторический опыт наших предков, нашего государства. Мы все это забыли и строим что-то новое, но сами не знаем, что еще мы строим. Изобретаем какую-то новую национальную концепцию или идею, а ничего не получается.

В то же время мне бы хотелось отметить отрицательную роль многих известных общественных деятелей и средств массовой информации. Как-то в Баку приехали человек 50 известных российских журналистов. Собрались представители разных общественных, религиозных организаций в Академии наук, состоялась встреча. И один из руководителей этой делегации, журналист из России, заявляет: что же вы все говорите только хорошее да хорошее о своей жизни здесь, нам это совсем неинтересно. Вы скажите, что у вас плохо. Эта раздраженность мне как священнослужителю была заметна. Это искание плохого, это стремление все отравить было очень видно в представителях средств массовой информации. Это большое горе, большая беда.

Один из этих журналистов долго выискивал для себя жертву. В конце концов усмотрел ее во мне, пригласил меня отойти в сторонку, включил телекамеру (кстати сказать, из Санкт-Петербурга был этот журналист) и стал спрашивать: «Владыка, как вы здесь живете?» — «Слава Богу. Все вроде бы нормально. Как и все здесь живут, так и я живу». — «Как к вам относятся?» Я говорю: «С большим уважением». «Вам не страшно?» — «Да нет, не страшно». — «А все же как-то вот так и вот так. Что же Вы говорите, что нормально. Не может же быть, чтобы вы жили в мусульманском городе, в государстве, где большинство граждан мусульмане, а у вас все было нормально». Я ему отвечаю: «Дорогой мой, вот ты из Санкт-Петербурга. Возле Петропавловской крепости у вас замечательная мечеть стоит. Построена она была еще по приказанию и с разрешения императора Николая II. Наверное, была в этом необходимость. Скажи, у вас какие-нибудь проблемы в Санкт-Петербурге есть вокруг этой мечети, какие-нибудь события отрицательного порядка, манифестации?» — «Да нет, у нас все хорошо». — «А почему же у вас в Санкт-Петербурге должно быть хорошо, а у нас должно быть все плохо? Как-то непонятно, у тебя какая-то странная позиция». И этим, к сожалению, страдают многие представители средств массовой информации, у них просматривается желание всех стравить друг с другом, устроить какой-то скандал. И это, конечно, очень и очень вредит делу обустройства нашего Отечества.

Как же складываются взаимоотношения мусульман и христиан у нас? Сейчас все здесь присутствующие слышали оду русскому народу. Из чьих уст? Из уст главы мусульман Российской Федерации Верховного муфтия Талгата Таджуддина, а и также писателя мусульманина Мустафина. Что можно лучше сказать о нашем русском народе? Это свидетельство того, как настоящие мусульмане относятся к русскому народу и к нашей религии, к нашей истории. И я могу засвидетельствовать, что и у Предстоятеля Русской Православной Церкви Святейшего патриарха Московского и всея Руси Алексия II, и у Верховного муфтия мусульман России самые добрые, дружеские отношения. Они подают пример нам, своей пастве, своим последователям, как должны мы строить свои взаимоотношения.

Но должен заметить и следующее. К сожалению, русский народ меняется. И мне, как живущему вне России, это заметно. Начиная свое пастырское служение, а вся моя сознательная жизнь прошла на Северном и Южном Кавказе, вспоминаю, как я, молодой священник, иду по улице провинциального городка, пожилые люди встают, мужчины снимают головные уборы. Мне было как-то неловко — я молодой человек, хотя и священнослужитель, но как-то мне было непривычно, что пожилые люди оказывали мне такое внимание. Пригласили меня как-то в гости, сели за стол. И одна женщина не села. Я говорю: почему? Вы знаете, батюшка, не положено. Такие были у нас порядки в России.

А что же у нас сейчас? Сейчас я православный архиерей. Не священник, архиерей, и если пойду по улицам Москвы вот так, как есть, то кто-то толкнет, кто-то что-то вслед крикнет. Хорошего ничего не получится. Это, конечно, большая беда нашего народа. Мы, к сожалению, забыли свою историю, и не хотим учиться, обучаться нашей истории. Не хотим знать, как строилась земля русская, откуда она пошла и есть. Наша классическая русская литература забывается, и уже дети не сказки русского народа знают, а знают совсем непонятно что. Про какого-нибудь джинна Джюса, и совершенно забыли, кто они такие. Если этот процесс будет продолжаться, если мы будем забывать свою историю, свои национальные корни, то, наверное, будут ухудшаться и наши взаимоотношения с теми народами, которые населяют Россию и, наверное, будут ухудшаться отношениям с теми гражданами, которые исповедуют другие религии. В этом большая и большая опасность.

Мне думается, что мы должны вернуться к своим традициям, к своим корням. Приятно слышать о том, что серьезно изучаются проблемы консерватизма, потому что вы знаете, что в свое время нашу Церковь упрекали в том, что она очень консервативна. Оказывается, это не так уж плохо, а наоборот, это помогло сохранить нам те традиции, которые старались, вытравить из памяти народной. Наши взаимоотношения, быть может, могли бы даже быть примером и для европейских государств, и для американского континента в том, как должно строить отношения между представителями разных народов и представителями разных религий. Если, конечно, мы будем стоять на наших традиционных позициях.

Это удивительный пример того, что и христиане, и мусульмане могут жить вместе, могут строить один дом, одно государство, могут вместе созидать. Созидательная сила есть как в христианстве, православии, так есть эта сила и в исламе. А если представителей каких-нибудь сектантов мы выдаем за носителей настоящего народного духа, то это большая ошибка. Ведь сектанты есть и на христианской почве, их достаточно много в наше время, это нетрадиционные религии, они пытаются что-то заявлять, но мы еще не знаем, что они сумеют построить, потому что разрушительный импульс у них есть, а вот созидательного пока незамечено.

В исламском вероучении и в исламской жизни, думаю, есть тоже новые нетрадиционные течения, сейчас их называют ваххабитами. Но наверное, это не те ваххабиты, которые в Саудовской Аравии, немножко другие. Как у нас есть сектанты, так и у них есть. Но переносить всё отрицательное, что связано с этими людьми, на мусульман — это очень и очень большая ошибка. Мы же не переносим то, что делали сектанты иннокентьевцы или нынешние иеговисты, на Русскую Православную Церковь, так мы не должны переносить и на ислам, и на представителей традиционного ислама те негативные явления, которые от каких-то нетрадиционных исламских последователей исходят. Мы жили вместе. И мы вас заверяем, что будем жить вместе. Потому что иначе не может существовать Россия, не могут существовать те государства, которые находятся рядом с Россией. Это наш общий исторический удел. Так уж распорядился Всевышний, что нам жить вместе, работать на одной земле, но работать, а не разрушать. Достаточно разрушали. Много говорили о том, что время собирать камни, а теперь, пожалуй, не только время собирать камни, но время и строить, время созидать.

 

САВЧЕНКОВ  Ю. Т.
заведующий отделом по связям и содействию религиозным организациям Администрации Волгоградской области

Сегодня многие вопросы, которые возникают в нашей жизни, в жизни работников исполнительных органов власти в том числе, переплетены с экономическими проблемами и трудностями. Сегодня в сельской местности, например, найти работу довольно сложно, потому что сельское хозяйство в условиях степной зоны — это всегда рискованное земледелие, и вкладывать в него средства очень тяжело. Теперь представим: 1500 поселков на территории Волгоградской области, 484 структуры помимо этих 1500. Это поселковые сельские администрации как центры, плюс к этому 46 муниципальных органов власти, которые объединяют районы, города областного подчинения. И возникает первый момент, который сейчас вызывает особое беспокойство. Ведь в этих 2 тысячах населенных пунктов сегодня идет только первая программа Российского телевидения (ОРТ) и вторая программа, больше ничего не принимается. И 5-7 газет на район, это те газеты, которые мы называем «московскими». Чуть больше подписывается на местные, областные печатные органы. В основном это районные газеты. Но в этих районных газетах, естественно, те вопросы, о которых мы здесь говорим, не отражаются.

Наше Отечество огромно, и это заслуга наших предков, которые ушли в вечность. Но это наследство, которым надо еще и распорядиться. Богатое экономическими ресурсами государство как фундамент, и уникальные люди. Но мы последнее время не любим этих категорий касаться.

Никто не подвергает сомнению тот факт, что исключительную роль в собирании земель сыграли русские, они всегда есть и останутся тем стержнем России, вокруг которого другие нации находят мир, согласие в едином Отечестве. Наконец-то государство признает особую роль православия в истории России, в становлении и развитии ее духовности и культуры. Но от слов к реальным делам путь не простой, долгий.

Государство уважает христианство, ислам, буддизм и другие религии, составляющие неотъемлемую часть исторического наследия народов России. Итак, наше государство — это единство многообразия. И условием для такого существования является национальная и религиозная терпимость. Эта веками проверенная ценность, консервативная, кстати, всегда помогала нам в трудные моменты нашей истории. Может ли она сохраниться при переходе из одной эпохи в другую? В государстве сформировано новое право. Оно обеспечивает национальные интересы государства, если оно применяется. Можно говорить о процессе совершенствования норм права, по крайней мере некоторые базовые моменты они обеспечивают. Россия как была, так и остается Россией на протяжении уже сотен лет, страной европейской, но с самобытной национальной культурой.

Мы отмечаем, что самоцелью у наших предков никогда не были алчность, нажива, обман. Дело устраивалось на взаимной выгоде. Такие отношения самодостаточны. То есть когда в доме был необходимый семье достаток, русский этнический аскетизм оставлял в душе место и для веры. Она одухотворяла жизнь России, смягчала нравы, удерживала границу недопустимого. Трудно представить себе, чтобы великого русского поэта Пушкина в XIX веке называли русскоязычным африканцем. А если обратиться к великим именам многонациональных защитников Отечества, то никому в голову не придет их воспринимать как представителей разных наций. Это единый русский оплот: Александр Невский, Борис Петрович Шереметев, Петр Алексеевич Румянцев, Александр Васильевич Суворов, Петр Иванович Багратион, Серебжат Тюмень, Михаил Илларионович Кутузов, Георгий Константинович Жуков, Константин Константинович Рокоссовский. Никто же не ищет, к какой национальности они принадлежали. Все они защитники нашего Отечества.

Я хотел бы несколько слов сказать и о том, что русское мироощущение отражается в его языке. Есть ключевые понятия в русском языке, которые несут элементы духовного смысла. Например, в России день недели называется воскресенье. В английском, немецком языке — «солнечный день». В русском языке слово «крестьянин» произошло от слова христианин. А в английском, например, фермер это всего лишь «обработчик земли». В русском языке от славянского слова «народити» — народ — можно произвести лишь положительное понятие: род, родители, родина. Можно сказать, что позором считалось быть безродным. На Западе синонимом слова «народ» является латинское слово «нация». Производные от него национальность, национализм. В русском языке нет синонима слова «национализм», если не считать то иностранное слово, которое интегрировано в лексику русского языка. Вот почему национализм у нас всегда производит впечатление чего-то нерусского, наносного. Русская интеллигенция всегда с отвращением относилась к национализму и гнушалась его, как нечисти, писал еще в 1915 году в очерке «Душа России» философ XX века Н. А. Бердяев.

Прошлое нам уже неподвластно. Но будущее зависит от нас. И здесь мне хотелось бы сказать о том, с чего я начал. В 1999 году мощный залп публикаций, причем в московских средствах массовой информации или во вкладках, которые выходили в Волгограде, начали «Аргументы и факты» со статьи «Джихад по-нижневолжски». О 6-7 тысячах вооруженных боевиков, которые ходят по степям Паласовского, Николаевского, Быковского, Старополтавского районов. И уже приезжая в Москву, приезжаешь только оправдываться, где эти тысячи боевиков. Прокуратура наша, как отлаженный механизм, посылает прокурорам районов материалы. Те пишут: «Факты, опубликованные в газете, недостоверны. Оснований для возбуждения уголовных дел нет». А вот теперь здесь особый поворот, потому что в этих случаях указывали населенные пункты, где находились местные религиозные организации, входящие в Волгоградское духовное управление мусульман и в Центральное духовное управление мусульман России. Только эти населенные пункты и только фамилии их жителей указывались в этих средствах массовой информации. Так получается, что оснований для возбуждения уголовных дел против татар, казахов, людей сугубо законопослушных, я бы сказал, опоры, пограничной области, границы Казахстана, нет.

И что же здесь возникает? Мы попытались организовать контрпропагандистскую акцию. Верховный муфтий приехал, собрали меджлис. Было снежно, но приехали не только имамы, приехали работники администраций, муниципальных органов власти. Подготовили обращение в средства массовой информации том, что нет ничего подобного. И мусульмане у нас законопослушны. Одна газета опубликовала это обращение к средствам массовой информации, к жителям города Волгограда, к правоохранительным органам. Все остальные через пресс-центр получили это обращение и не прореагировали.

И вы думаете, что это было решение проблемы? Ровно два года вместе с Верховным муфтием и Волгоградским муфтием Р. Р. Альмухамедовым я проводил сходы в этих местах, потому что люди, которые жили столетиями вместе, — русские, казахи, татары — стали с подозрением смотреть друг на друга. То есть этот элемент выкорчевать оказалось невозможно. Один из казахов встал и говорит: сейчас трудно, работы нет, мы засушливая зона, два года засуха. День кормлю у себя соседа, на другой день идем к соседу есть. Там питаемся. Один сосед — чеченец, один сосед — русский. Три семьи выживают таким образом. Это нормально. И при этом все равно, говорит, чувствую недоброжелательность, которая возникла. То есть без последствий это не осталось.

Что в этой ситуации делать? Одним из решений была инициатива представителя Президента в Южном федеральном округе Казанцева — о создании межконфессионального миротворческого совета при полномочном представителе Президента Российской Федерации. Сейчас представители мусульман и владыка Герман входят в состав этого миротворческого совета. Мы совместно должны подготовить рекомендации совета на имя Казанцева, а Казанцев направит рекомендации главам администраций, губернатору.

Как сохранить мир, порядок, спокойствие, как формировать терпимость между представителями разных национальностей? Вы прекрасно понимаете, что мы не только пограничный регион, мы еще Южный федеральный округ. Национальные подвижки идут у нас очень резко. Например, в традиционном месте проживания казачества на Дону, там у нас Второй округ Войска Донского, Усть-Медведицкий, Усть-Хоперский, никогда почти мусульман не было. Теперь в каждой станице есть мусульманские группы. Это кто? Турки-месхетинцы приехали из Средней Азии, потому что им нет места там. Это татары из Узбекистана. Это азербайджанцы, это чеченцы, это аварцы, это даргинцы. Одни из них приехали по приглашению государства, Чубайса, теперь они по родственным связям едут сюда.

Чем бы мне хотелось закончить? А вот чем. Идея единого информационного поля — это, конечно, хорошая идея. Но я думаю, что, может быть, обратиться к Президенту Российской Федерации с тем, чтобы по второму каналу Российского телевидения программы шли не в 12 часов вечера и не в час ночи, а в удобное время. Программы, которые рассказывали бы о том, о чем мы говорим здесь: о православии, его истории и культуре, о нашем государстве, об исламе, о буддизме, причем доступным языком для людей, которые сегодня еще, не воцерковлены. Интеллектуальных сил в России сегодня достаточно, чтобы делать программы не тенденциозными, а такими, которые бы привносили мир и порядок в возбужденные души людей, живущих в деревне, в глубинке.

 

ГАНИЧЕВ  В. Н. Спасибо, Юрий Тихонович, за ваше выступление

Вы правы, что нужна определенность, четкие позиции, в вопрос, во имя чего люди живут, для чего они работают. Пока еще трудно представить русских, да и людей всех национальностей, которые с большим энтузиазмом работают на олигарха. И это не так просто. Да, по-видимому, частная собственность становится элементом нашей жизни, и она таковым и будет. Но когда она в грабительском варианте предстает перед людьми, то не думаю, что у наших людей это вызывает действительно чувство какой-то солидарности или, скажем, сотрудничества с такого рода работодателем. Отсюда и эти схватки по КЗОТу. Потому что это все из нашей жизни. И, конечно, что касается передач, телевидения и т. д.

то эти вопросы надо ставить, ставить и ставить, и в конечном итоге это произойдет.

 

ЩИПАХИНА  Л. В.
поэтесса, Международный писательский союз

Мы здесь собрались практически единомышленниками, мы еще и еще раз друг друга убеждаем, что дружба — это хорошо, что христиане и мусульмане — это действительно братья и по духу, и по крови. И приводим примеры значительные, интересные и важные. Но, помимо того, что мы единомышленники, у нас есть оппонент. У нас есть бесчеловечное государство, которое разграбило всю нашу великую собственность, которое сделало так, что народ наш нищает, голодает и умирает, которое все созданное нашими отцами и дедами присвоило, положило в чужие, импортные карманы и в виде зеленых бумажек отсылает за рубеж. Это государство, я думаю, сделает все, чтобы те благие намерения, те прекрасные мысли, которые высказаны сегодня здесь, никогда не воплотить в жизнь. Им нужна развращенная молодежь, чтобы это были рабы у золотого миллиарда. Им нужны люди-зомби, чтобы работали на них, качали эту нефть, прислуживали им и т. д.

Кто-то говорил, что надо до 5 миллиардов довести население Земли, сейчас уже до 15 довели. Олбрайт сказала: достаточно. Они подсчитали там на своих сверхкомпьютерах. Я считаю, что представители Церкви, религиозные деятели сейчас в огромном ответе за это. Вспомним, что сделал Иисус Христос, когда эта жуткая лживая торговля была в Храме. Мы знаем, как Он поступил. И не этот ли меч сейчас снес торговый храм в Соединенных Штатах?

И я думаю, что если действительно говорят, что мусульманские народы сейчас более пассионарны, более мужественны, более крепкие, так пусть же они вместе с нами, со славянами, и христианами, выработают такую прогрессивную, боевую концепцию, которая сделалась бы действительно материальной силой. А материальная сила, если она овладевает массами, то мы знаем, к чему она приводит.

 

КОСТРОВ  В. А.
поэт, лауреат Государственной премии

Какое-то очень теплое чувство возникает, когда и вчера мы слушали выступления, и сегодня здесь. Совсем другой тон. Совсем другие лица, какие-то просветленные, чем во время обычной нашей ужасной политической дискуссии, которая является к нам всегда через экраны телевизоров, радио. Мы как бы становимся другими людьми. Понимаете? Ведь тот конфликт, который сейчас широко обсуждается, этот взрыв Торгового центра, — это не этнический конфликт. Он религиозным выглядит только в силу того, что это конфликт этический, то есть столкновение различных этик, что вызвало противостояние агрессивное, ужасное, нечеловеческое, которое навязывается всему миру. Люди хотят жить по-своему и соблюдать свои этические нормы, которые чаще всего, полнее всего могут быть выражены в традиционных религиях. Отсюда ожидание, конечно, еще более ужасных, может быть, конфликтов. Столкновение, скажем, с китайской этикой. Пусть основанной пока в значительной мере на атеизме. Но атеизм тоже можно принять как одну из форм религиозного сознания, хоть и не отвечающую нашим интересам. А если возникнет такой конфликт с Индией? Там миллиард триста тысяч населения. Мусульманский мир ведь это тоже не моноэтническое образование. Даже православная религия не моноэтнична, среди славян есть различные конфессии. Мир вступает в жестокую сферу этических конфликтов.

Важно, чтобы Русский Народный Собор поставил вопрос о том, что воздействие на сферу традиционной этики должно быть приостановлено и не может быть агрессивным и наглым. Я думаю, что наши традиционные религии в некотором смысле спасут мир, если они явят пример взаимодействия, этического взаимодействия. И выиграют борьбу за информационное пространство, а информационное пространство — это по мощи своей, по разрушительности, как ядерная энергия, а может быть, еще более разрушительна. В чьих руках оно находится? Мы каждый раз возвращаемся к этому вопросу. Конечно, если бы существовало русское телевидение или национальное телевидение, или государственное телевидение в том образе, который здесь представлен, это сняло бы очень многие вопросы вообще в стране, в том числе и вопросы экономические, этнические, этические. Мусульманский вопрос — это русский вопрос для русского государства. И экономические вопросы — это русские вопросы. И этнические вопросы — это по-прежнему русские вопросы. И в пределах России эти вопросы должны решаться.

Я считаю, что необходима общерусская газета. Я имею в виду не просто по названию, а по существу. Ведь самое главное тон, как мы сейчас убеждаемся. Любые вопросы можно в тоне доброжелательности, в тоне духовной аргументации разрешить. Я хотел бы, чтобы Русский Народный Собор обратился к Правительству с предложением о создании общерусской газеты. Это может быть дайджест со всех республик СНГ и мировых изданий, но это и дайджест того, что происходит у нас. О Соборе нужно было бы рассказать достойно и широко, о всех выступлениях. Я уверен, что такого рода издание приветствовалось бы всеми нами.

Русский человек — ведь он тоже многоэтнический человек. На Куликовом поле и с той и с другой стороны стояли, в широком понимании, русские люди. И татары, которые воевали. Как говорил кто-то: поскреби русского, обнаружишь татарина. Россия — это весь полиэтнический мир. И, может быть, Божий промысел состоит в том, чтобы Россия дала этот пример. Она уже и дает в полной мере пример этого многоконфессионального, полиэтнического, но дружественного и прекрасного мира. Во всяком случае, я так думаю, в этом, может быть, смысл страданий моего русского народа, моего Отечества и всех достойных людей на этом прекрасном, трудном, горьком, великом пространстве, которое называется Россией.

 

НИКОЛАЕВ  В. Н.
писатель

Слава Богу, что мы собрались все вместе, и Слава Богу за все.

Когда ребенок в семье балуется, отец, пытаясь остановить баловство, на него строго смотрит. Если ребенок не понимает, отец строго на него прикрикнет, если он дальше не понимает, он его встряхнет. Вот такой встряской, непонимающих детей был Афганистан. Но вразумления, к сожалению, мы никакого от этого не получили и продолжали нарушать Божие Заветы дальше, в результате чего появилась Чечня. Если мы и дальше будем идти этим же путем, то последующая Божья встряска будет такая, что не приведи, Господи.

На сегодняшний день благодаря именно вот этой Божьей встряске, потому что иначе, может быть, нам было бы так родственно не собраться, получилось вот это Соборное собрание здесь, в Союзе писателей России, где люди разных вероисповеданий, глядя друг другу в глаза, говорили об одном российском горе, которое, породнило нас хотя бы немножко, и дальше, даст Бог, так будет происходить.

Я однажды разговаривал с одним человеком, который стоит у руля государства, и разговор с ним закончил Евангелием. И вот что мне говорит этот человек, а слова его выражают главную причину беды, общей беды нашей. Он мне сказал: Виктор, я внимательно изучил Евангелие. Не прочитал, не посмотрел, а изучил. И ты знаешь, я там ничего особенного не нашел.

И пока человек ничего особенного в Евангелии не находит, то все попытки финансово обустроить Россию обречены на провал.

Уже несколько раз говорилось о том, что все мы имеем непосредственную связь друг с другом, в том числе и по родству. И вот, чтобы не быть долгим в своей речи, я хочу попросить Валерия Николаевича из Союза писателей России, по возможности, рассмотреть такой вариант: когда человек что-то пишет или что-то произносит, всегда должно определиться главное — чьим именем и во имя чего он это делает. Если он пишет книгу, то он должен сразу поставить себе конкретные условия во имя чего пишется эта книга, во имя чего пишется этот рассказ или выпускается та или иная газета.

К сожалению, на сегодняшний день контроля за этим направлением нет. И коль у нас Союз писателей России, в который входят люди различных вероисповеданий, то я хочу внести такое предложение: перед тем, как человек от имени Союза писателей что-то публикует или что-то делает, он обязан представить свою работу на рассмотрение Союза писателей. Чтобы не осквернять вот это чистое направление, и чтобы не прикрываться именем писательским, именем Союза, чтобы от имени Союза писателей России не выходили пошлые книги. Спаси вас Господи!

 

ГАНИЧЕВ  В. Н.

Спасибо, Виктор. Ставишь ты перед нами задачу не совсем выполнимую. Но, думаю, что тут в сердце своем и разумом каждый наш писатель такие задачи перед собой должен ставить. Да и дело в том, что на 98-99 процентов то, что поганит нашу литературу, выходит не из нашего Союза, уверен в этом. Другое дело, есть и беспомощность, есть и недоосмысленность, есть художественная невыразительность — вот тут мы имеем, наверное, более высокий процент.

А в принципе постановка вопроса, что ты отвечаешь за то, что ты пишешь, за то, что ты говоришь, абсолютно правильна. Это высочайшая ответственность перед словом. В начале было Слово, Слово было Бог. Когда так, по этой цепочке идти, то многим, честно говоря, надо бы и не писать. Посидеть бы в сторонке, послушать.

Мы ведь грешные очень, писатели. Россия, народ нам очень доверяли за счет нашей великой классической литературы, у которой тоже немало было, может быть, шагов не очень верных, а мы не сумели все-таки в конце века их исправить. Хотя не только эти грехи на литературе лежат, но ответственность на русской литературе безусловна большая. Ведь это в Швейцарии вопрос, есть ли там литература, нет ли, никому особенно и не важен, ну так, чистописание или некое упражнение с языком. А у нас-то это пророчество. Недаром вот здесь, в этом зале, было зачитано приветствие Святейшего Патриарха писателям, пишущим на православную и духовную темы, в котором он сказал, что в период атеистического государства роль передатчика высочайших духовных, нравственных и христианских ценностей принадлежала русской классической литературе. Русской литературе.

Так что вопрос правильный мы поставили. Он касается всех.

Наши братья мусульманские, у нас Союз писателей есть в Башкирии, мощный, очень интересный Союз писателей, важный. Или северокавказские друзья, такие авторитеты литературные, как Расул Гамзатов, или Мустай Карим из Башкирии, или покойный Кайсын Кулиев и другие, — это люди высокого духовного уровня в понимании и представлениях.

Слово просит Алексей Муратов.

 

МУРАТОВ  А. Н.
пресс-секретарь Союза писателей России

У меня небольшая информация. Вчера, в день открытия Собора, на котором мы имели честь видеть Президента и даже выслушали его речь, именно в этот день, вечером, очевидно, заранее зная об этом событии, была запланированна передача по каналу «Культура». Когда я увидел в программке название, я не поверил своим глазам. Называлась передача так: «Патриотизм — последнее прибежище негодяев». Когда я включил эту передачу, уже понимая, что там может быть, удивился еще больше: вел эту программу министр культуры Швыдкой. Министр Швыдкой повторял эту фразу на разные лады, улыбаясь, издеваясь, кривляясь, но не меньше чем 15 или 20 раз. Эту фразу он повторял, вбивая настойчиво ее в сознание: «Патриотизм — последнее прибежище негодяев».

Потом начались титры, в формах словарных статей: что такое Отечество, Родина, национализм. И на фоне этих словарных статей, которые шли титрами, шли кадры, снятые в 1905 году. Мужик бородатый, засиженный мухами, в очень неприглядном виде. Или старуха у разваленной печки. Это называлось родной очаг, и так далее. То есть изобразительный ряд еще больше усиливал те текстовые изыски, которые Швыдкой преподносил нам.

Что я могу сделать, что мы можем сделать? У меня обращение ко всем представителям конфессий. Поскольку это наше Отечество, общее и здесь, судя по всему, начинают поджигать новый пожар. Кто-то из серьезных людей сказал, что передача Швыдкого это последнее прибежище негодяев. Была там такая фраза. По-моему, это хороший заголовок к статьям. нового мироустройства

Поверьте мне, такого я не видел даже за последние десять лет ни разу. Многие передачи нарушают традиционный уклад жизни всех народов России. Но то, что показал вчера Швыдкой, превосходит все по своей наглости и циничности. Единственный, кто пытался отбиться, был Никита Михалков. Я не знаю, как он туда попал. Он, конечно, держался достойно. Он сумел там все-таки что-то сказать, но, тем не менее, этого недостаточно.

Вот такая у меня просьба ко всем — пожалуйста, посмотрите. Это выдающееся безобразие. Нужно дать оценку этому событию. Я считаю, что Швыдкому не только не место на телевидении, ему не место в должности министра культуры после вчерашнего.