Всемирный Русский Народный Собор

Стенограмма III ВРНС

Ганичев  В. Н.
заместитель главы Собора, председатель Союза писателей России

Уважаемые соотечественники! Уважаемые участники Собора!

III Всемирный русский народный собор собрался здесь, на исторической, праотеческой земле в Свято-Даниловом монастыре, чтобы продолжить дело двух предыдущих cоборов, собиравших русскую соборную мысль, выявлявших пути практического разрешения неотложных задач, стоящих перед Отечеством и русскими людьми.

Весь мир и Россия — на пороге нового века. Многое из нынешнего состояния войдет в будущее, что-то рассеется в годах, а от иного надо всеми силами отказаться, откреститься, избавиться.

Темой нашего III Собора является состояние России и русских людей на пороге XXI века. При всей необъятности проблем, стоящих перед Россией, мы хотели бы поговорить об экономике и здоровье нации, о духовности и культуре, государственности и нравственности. Что из человеческого опыта, достижений, страданий послужит нам уроком? Что следует изъять и не использовать в готовящемся к возведению срубе на большом строительном подворье Отечества?

Тема Собора отнюдь не умозрительная, не чисто теоретическая. Сколько раз начинали мы в России дело, которое не было осмыслено, продумано, не опиралось на глубины народного опыта, не имело обоснований Духа! Поэтому уже почти сразу становились ясными беспочвенность внедряемых в жизнь страны изменений, реформ, преобразований. Ответственность, обоснованность, укорененность в российском народе и его истории, сосредоточение на существенном, на духовном возрождении — принцип утверждающихся рекомендаций и решений Собора.

Мы здесь собрались не для того, чтобы продемонстрировать блеск аргументов, красноречие, а чтобы выявить и поставить многие духовные, общенациональные вопросы, прочертить практические выходы, попытаться расчистить дорогу для общерусской работы и объединения во имя этого. К сожалению, даже для соотечественников Россия не открыта. Ее история остается затуманенной, ее силы нередко идут на распыл, она находится в опасности раствориться. И это следует осознать как грозную реальность, как исторически драматическое состояние.

Многое из того, что еще недавно дышало обаянием новизны, свободы, должно отступить или как несвоевременное, или как несостоятельное, даже порочное.

На Соборе выступят священнослужители, ученые, администраторы, писатели, общественные деятели, военные, предприниматели, педагоги, работники различных сфер. В рамках Собора будет открыта соборная трибуна, на которой согласились сказать свое слово руководители многих общественных движений и партий и изложить точки зрения своих единомышленников на проблемы, поставленные в повестке дня Собора.

Нам кажется, что вся Россия с интересом будет внимать сказанному здесь и соотносить это сказанное с повседневной жизнью и предыдущей деятельностью движений и партий.

По итогам работы предполагается принять соборные документы, обращения в связи с 850-летием Москвы, проведением всемирной встречи русских. Планируется утвердить некоторые учредительные решения Собора.

Мы надеемся на плодотворную работу, на сплочение сердец его участников.

Хотелось бы выразить искреннюю признательность Русской Православной Церкви, стоявшей у истоков создания Всемирного русского народного собора, окрылявшей его деятельность, помогавшей духовно и материально. Нам близки слова великого Гоголя: «По мне безумна и мысль ввести какое-нибудь нововведение в России, минуя нашу Церковь, не испросив у ней на то благословения».

Этим принципом руководствовались и мы, учредители ВРНС, юридически закрепляя деятельность Всемирного русского народного собора и избирая главой Собора Святейшего Патриарха всея Руси.

Разрешите начать работу Собора и попросить его открыть главу Собора, Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II.

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II
глава Всемирного русского народного собора

Достоуважаемые представители высшей законодательной и исполнительной власти Российской Федерации!
Уважаемые руководители предвыборных объединений!
Преосвященные архипастыри, дорогие отцы, братья и сестры — участники III Всемирного русского народного собора!

Сегодня Господь собрал нас здесь, дабы мы сообща рассудили, как жить Отечеству нашему и народу его на пороге нового тысячелетия по Рождестве Христовом. Наверное каждый русский человек задает себе этот вопрос в нынешнее неспокойное, но судьбоносное время, когда через трудности и неустройства наша страна и наш народ стремятся встать на путь возрождения.

Церковь — не просто спутница народа в этом благом делании. Она всегда была и, верю, остается душой народа, его доброй советчицей во всех делах. Она, Святая Православная Церковь, и есть наш народ, ибо мы должны вспомнить, что каждый из нас, кто крещен в православии и кто чувствует духовное родство с этой верой, есть частица Тела Церковного. Разнообразны наши таланты, отличаются друг от друга наши призвания, многоразличен наш жизненный опыт, во многом не соглашаемся мы друг с другом во взглядах на устройство мира сего. Но Господь и Спаситель говорит нам: «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди» (Ин. 14.15). А заповедь Господня, издревле хранимая в Церкви, побуждает «сохранять единство духа в союзе мира» (Еф. 4.3). Вот почему, восприняв различия не как нечто противопоставляющее нас друг другу, но как богатство духовных сил народа, будем хранить богозаповеданное единство, дабы труды наши были успешны и угодны Богу!

Великий подвижник земли русской святой праведный Иоанн Кронштадтский писал: «Общество растленно именно от недостатка воспитания христианского. Пора христианам понять Господа, чего Он от нас хочет; именно, Он хочет чистого сердца». Десятилетия забвения Правды Божией породили в нашем народе духовную опустошенность, отягощенность людских сердец неправдами и грехами. Именно в этом видятся глубинные корни кризисных явлений. И именно в возвращении к отеческой вере — исправление исторического пути России, просветление ее лика.

В наше время, говоря словами Пушкина, «новорожденная свобода, вдруг онемев, лишилась сил». В этой связи особо напомню, что ныне русскому обществу недостает подлинной соборности, то есть такого состояния, когда бы мы (какими бы разными ни создал нас Творец) вдохновенно работали на общее благо, воспринимая любой труд как служение Господу и Отчизне, помня каждый час и каждую минуту, что мы несем ответственность пред Богом за нашего ближнего, за нашу семью, за наш народ, за нашу Родину, за мир и благополучие всего мира.

Мне радостно свидетельствовать, что одним из значительных усилий по возрождению в народе нашем его исконных духовных традиций стал Всемирный русский народный собор, традиционно проводящий разнообразные форумы и одновременно являющийся постоянно действующей общественной организацией. Особенно приятно, что Собор органично объединяет священноначалие, духовенство и мирян разных призваний, став отображением церковной полноты, обращенной к современному миру с его насущными потребностями и проблемами.

Здесь находятся государственные и общественные деятели, труженики промышленности и сельского хозяйства, воины и ученые, представители практически всех направлений творчества, а также посланцы десятков российских регионов, наши соотечественники из большинства стран, некогда составлявших единое союзное государство, и из дальнего зарубежья.

Я особо приветствую ведущих политиков крупнейших избирательных объединений, прибывших сюда, на территорию одного из древнейших монастырей нашего града, освященную молитвами и подвигами многих поколений монашествующих, чтобы выразить свою точку зрения на настоящее и будущее России и русского народа. Уверен, что в этих стенах в присутствии сонма иерархов и духовенства обмен мнениями между вами будет наполнен духом мира и согласия, столь необходимым стране в преддверии парламентских выборов. Дай Бог, чтобы настоящая встреча послужила достойному изъяснению существующих в нашем обществе политических взглядов и сотрудничеству их приверженцев на пользу Отечества и всех живущих в нем. Напомню, что именно эта польза должна быть первенствующей заботой каждого благонамеренного общественного деятеля, призванного помнить слова Священного Писания: «Мудрый приобретет доверие у своего народа, и имя его будет жить вовек» (Сир. 37.29). Мы же, пастыри Церкви Христовой, будем молиться о том, чтобы грядущее народное волеизъявление совершилось в мире. Мы также готовы приложить все усилия, чтобы политические процессы не разъединяли людей, но помогали им хранить единство в многообразии.

Поздравляю всех вас с праздником Введения во храм Пресвятой Богородицы, в который положено начало Собору.

Поздравляю всех вас с началом работы III Всемирного русского народного собора. Желаю благословенного успеха в предстоящих трудах. Господь да пребудет с вами и да укрепит вас Своей всемогущей десницей в служении Ему и людям, в служении Отчизне.

 

Приветствия Всемирному русскому народному собору от руководителей исполнительной и законодательной власти

Черномырдин  В. С.
председатель Правительства Российской Федерации

Ваше Святейшество!
Преосвященные архипастыри и пастыри Русской Православной Церкви!
Дорогие соотечественники!
Друзья! Коллеги!

Я от всей души приветствую вас и всех церковных служителей. Поздравляю с праздником — началом работы этого широкого и представительного собрания.

Весьма знаменательно, что мы собрались здесь в день празднования Введения во храм Пресвятой Богородицы. Знамением времени стал тот факт, что праздничные богослужения Святейший Патриарх Московский и всея Руси совершал в древнем Успенском соборе, в месте, которое издавна почитается как сердце нашей России.

То, что сегодня празднуется, имеет, как известно, глубоко символическое значение. В празднике Введения во храм люди видят урок преемственности, передаваемой через тысячелетия. Пример связи двух Заветов, дарованных человечеству, говорит о том, что новое должно основываться на старом, если это старое благодатно в своей нерушимости, пронесенной сквозь время и укрепленной им.

К сожалению, в прошедшие десятилетия в нашей стране к этому уроку менее всего прислушивались. Сложно подсчитать, сколько раз прежний русский мир разрушался до основания во имя строительства нового, и каждый раз возводился новый дом. Но не на камне, а порою на песке.

Положа руку на сердце, могу сказать: я счастлив, что нынешние российские власти идут по другому пути. Мы не объясняем свои недостатки и промахи плохой работой предшественников и не сваливаем наши беды на зарубежье, на соседей, партнеров, союзников. Мы избежали этого соблазна и взяли ответственность на себя, а значит, взвалили труд, великий и тяжелый, и он не может быть совершен быстро. Но все, что делается, должно быть создано надежно и, главное, основательно. Ибо того требует, к тому ведет наша светлая цель — Россия новая, страна, устремленная в будущее, возрождающаяся. Ибо того ищет и ждет наш народ, начавший путь к своему духовному преображению. Ищут и ждут миллионы людей, уважающих нравственные корни и истоки славы и величия России и сохраняющих в сердцах и душах своих благое чувство любви к своей Родине. Оно не раз помогало нации выстоять, преодолеть тяжелейшие испытания, позволяло обретать уверенность в своих силах и правоте, вело к созиданию и миру. Оно и сегодня с нами и укрепляет нас в делах на благо Отечества.

Самое тяжелое позади. Россия упорно трудится, налаживает нормальную жизнь, восстанавливает духовную связь времен, поднимаются из руин памятники, возобновляются традиции, хранится культура народов нашей России, людям возвращается то, что еще недавно подвергалось неправильному поруганию и забвению. Что и говорить, современную Россию многое отличает от прежней Святой Руси. Что-то из нашего наследия ушло в прошлое и, видимо, безвозвратно. Но многое нам удалось сохранить, и многое, я верю в это, мы сумеем восстановить, если сообща возьмемся за великое дело возрождения как за высокое служение, перед лицом которого должны умолкнуть голоса сиюминутных интересов и честолюбия.

Одно из ярких проявлений новой России — начавшаяся устанавливаться атмосфера религиозной свободы, свободы совести. Правда, не все пока обстоит гладко, порой мы пытаемся воплотить эти великие идеалы немедленно, во всей их полноте, мало считаемся с тем, что есть в нашем мире, на нашей земле. И тем не менее трудно оспорить, что Русская Православная Церковь и другие традиционные для народов нашей страны вероисповедания и конфессии впервые за долгие десятилетия получают сегодня возможность свободной созидательной деятельности.

После лихолетия гонений и репрессий они занимают в жизни общества место, по праву принадлежащее им. Начато дело огромной для всех важности — возвращение имущества, которое некогда было несправедливо изъято у Русской Православной Церкви и других наших религиозных центров. Немало еще предстоит сделать в экономических и финансовых вопросах. Но мы вступили на этот путь! И пройдем его до конца и с честью!

Отрадно, что у государственной власти начинает налаживаться сотрудничество с Русской Православной Церковью и другими конфессиями и вероисповеданиями, внесшими свой вклад в историческое развитие России.

Смысл нашего взаимодействия я вижу в совместной работе, направленной к единой цели — установить между людьми добрый порядок, в котором право и закон, служа предостережением и преградой злу, были бы помощниками тем, кто собирается с силами для доброго дела.

К этой общей высокой цели мы идем каждый своим путем. И она тем ближе, чем больше проходит каждый из нас — государство и церковь.

Уважаемые архипастыри и пастыри! Без доброго порядка, который вашими трудами начинает воцаряться в сердцах и душах наших многострадальных сограждан, ни нам, ни кому-либо другому не удастся добиться для нашего Отечества ни внутреннего спокойствия, ни внешнего мира. Не дай Бог, чтобы в России сбылись слова древнего пророка: все действуют лживо, врачуют раны народа моего легкомысленно, говорят: «Мир, мир», а мира нет. Без мира в сердце не будет мира и в государстве, а без мира какое может быть благополучие? Кому, как не нашей стране, не нашим людям, пережившим испытания гражданской и мировых войн, не знать это!

Дорогие соотечественники и соотечественницы! Обращаясь к вам, я в вашем лице обращаюсь ко всей Руси. Все мы люди разные, но каждый из нас, хочу верить в это, в одинаковой мере любит свое Отечество и чтит память предков, положивших жизнь, чтобы создать Россию, сохранить и преумножить ее славу и величие.

Хочу заверить ваше высокое собрание, что документы, которые вы примете в ходе работы, будут тщательно изучены в правительстве, все ценное и конструктивное в них мы постараемся применить в деле созидания новой Руси, могучей и прекрасной, стабильной и уверенной в себе.

Современную Россию — наш общий дом — мы должны сделать достойной ее великого прошлого и готовой занять в будущем место, подобающее ей по праву.

Хочу пожелать, чтобы такую уверенность обрел и сохранил в себе каждый из нас.

Еще раз приветствую всех вас и желаю успешной и плодотворной работы.

Шумейко  В. Ф.
председатель Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации

Ваше Святейшество!
Уважаемые участники III Всемирного русского народного собора!
Уважаемые гости!

Позвольте искренне и сердечно приветствовать вас от имени Совета Федерации Федерального Собрания России и пожелать вам полезного и плодотворного обмена опытом, идеями добра и взаимопонимания.

Возьму на себя смелость утверждать с этой трибуны, что главная тема сегодняшнего III Собора «Россия и русские на пороге XXI века» является таковой не только для философов и религиозных деятелей. Ее называют в числе основных и серьезные практические политики во всем мире. Ибо совершенно ясно, что от того, как сложится на переломе второго и третьего тысячелетий судьба Российского государства и русской нации, зависит во многом и судьба всего остального мира и человечества в целом.

Если попытаться очень кратко оценить основные результаты деятельности человечества за две тысячи лет со дня Рождества Христова, то увидим следующее. В духовной области укрепился расцвет четырех основных религий — христианской, иудейской, мусульманской и буддийской. В научной сфере создано несколько философских мировоззренческих систем как идеалистических, так и моралистических. В экономической или социально-экономической области опробованы на практике четыре формации — рабовладельческий строй, феодализм, социализм и капитализм. И наконец, благодаря нескольким промышленным и научно-техническим революциям, создана техносфера, которая по мощности сравнима с самой природой.

На пороге третьего тысячелетия человечество доказало самому себе, что силой своего интеллекта оно способно поспорить с природой и создать, как говорил академик Вернадский, ноосферу и сферу разума. Тем не менее, как вы видите, все больше и больше ученых, политиков, общественных деятелей говорят о том, что именно на пороге третьего тысячелетия мировое сообщество переживает глубочайший социально-экономический, духовный и экологический кризис. Причина его состоит в том, что практически все духовные, научно-технические и социально-экономические достижения человечества, по существу, за две тысячи лет были направлены на решение только двух задач: покорение природы всем человечеством и завоевание мирового господства отдельными государствами.

Именно с возникновением и развитием государства как института власти идея завоевания мирового господства стала основной государственной идеей, и для достижения этой цели государство всегда концентрировало все свои усилия, а самые великие достижения науки и техники подчинялись главным образом этой задаче. В этом плане российское государство всегда играло особую роль: чаще всего препятствовало другим мировым державам устанавливать мировое господство. Достаточно вспомнить татаро-монгольское нашествие, Наполеона и германский фашизм. Однако на рубеже третьего тысячелетия, то есть сегодня, в результате распада Советского Союза российское государство объективно может сыграть совершенно другую роль.

Наряду с такими позитивными явлениями, как прекращение гонки вооружений, исчезновение конфронтации, сближение народов на демократической основе, так или иначе разрушился баланс сил, основанный на биполярной модели мира, когда два центра, две сверхдержавы и так называемый третий мир создавали известную устойчивость всепланетного развития. Сегодня, в новых исторических условиях, модель устойчиво развивающегося мира требует абсолютного отхода от идеи мирового господства. Мир не может быть стабильным, если он однополярен. Надежда одного государства, например Соединенных Штатов, на стабильность монопольного мира с теоретической точки зрения, на мой взгляд, утопична. А с практической она является максимальным злом для постиндустриального развития мира.

Именно поэтому, вступая в XXI столетие, Россия обязана вновь стать сильным, ведущим мировым государством. И сила России находится не в военной, и не в научно-технической сфере, хотя Россия прошла весь путь общечеловеческого развития и, став мощной индустриальной державой, первой приступила в свое время к освоению космоса. Основная сила России заключается в том, что во всемирной семье народов русская нация всегда занимала и занимает особое место. На протяжении веков православная Россия и русские являлись и являются своеобразным центром притяжения, ядром, вокруг которого группировались, обретали устойчивость и способность жить и развиваться другие нации, народы и государства. Все, что происходило с русскими, прямо или косвенно всегда затрагивало другие народы. Все, что думали русские о себе, сказывалось и на отношении к другим. Поэтому в русской религиозной, философской и политической мысли не было и нет традиции мыслить себя в противопоставлении иным, в особенности малым народам. В этом смысле русское национальное самосознание никогда не было агрессивным и конфронтационным.

И сейчас, на рубеже второго и третьего тысячелетий, народы России сделали свой исторический выбор в пользу демократии, экономической и политической свободы, многопартийности, духовного многообразия, мира, сотрудничества со всеми народами и государствами. И этот выбор не подвергается сомнению абсолютного большинства российского общества, однако в том, что касается практического воплощения обретенных прав и свобод, в настоящее время имеется ряд весьма сложных проблем, не решив которые, трудно рассчитывать, что XXI век станет для России веком полного выздоровления, возрождения и величия.

На первое место я бы поставил глубокий духовный кризис общества. Не преодолев его, по-видимому, невозможно справиться с тем историческим вызовом, перед которым сейчас находится Россия во всех областях, а главное, в экономике, политике и национальной безопасности. Совокупность всех негативных факторов нашей современной действительности позволяет сделать вывод, что в настоящее время, к сожалению, поставлен под прямую угрозу ряд важнейших компонентов именно национальной безопасности России.

Можно по-разному анализировать причины возникших трудностей и делать из этого анализа различные выводы. Мне бы хотелось в этой связи вспомнить известные очерки по истории русской церкви профессора Карташова, изданные в Париже, и слова, которыми автор начинает свой труд: «Ни одному из христианских европейских народов не свойственны соблазны такого самоотрицания, как русским. Если это не тотальное отрицание, как у Чаадаева, то откровенное при случае подчеркивание нашей отсталости и слабости, как бы нашей качественной от природы второстепенности».

Может быть, именно из-за того и в силу огульного отрицания всего, что было сделано в эпоху социализма, в российском сознании сегодня возобладало подчеркивание этой якобы отсталости, слабости и второстепенности. Россия при проведении реформ не стала искать свой путь, а начала во многом механически копировать Запад. Так или иначе, но становится ясно, что экономическая и социальная деградация страны — это следствие не только применения глубоко чуждой нам и устаревшей модели полной либерализации экономики, но и отказа от многовековых общенациональных ценностей самой России. В результате разрушительная сторона, которая в той или иной мере присуща любым реформам, может взять верх над ее созидательным началом.

Речь в данном случае идет о том, что социальная и политическая база проводимой политики исчерпала себя и нужен решительный поворот к российским национальным ценностям и ориентирам, из которых самые важные, как здесь уже отмечалось в приветствии его Святейшества, — коллективизм и соборность. Следует подчеркнуть, что этот поворот должен быть осуществлен не в результате политической конфронтации, а вследствие глубокого осознания всеми слоями общества его абсолютной необходимости.

Я убежден, что итоги работы нынешнего Всемирного русского народного собора помогут в решении этой важнейшей задачи. Особые надежды связывает российское общество с деятельностью возрожденной Русской Православной Церкви. После десятилетий гонения русская Церковь переживает сегодня как бы второе рождение. Реставрируются старые и возводятся новые храмы, полнокровной жизнью живут русские православные общины. Все мы, конечно, понимаем, что авторитет Церкви определяется в первую очередь не количеством или великолепием храмов, а качеством внутренней жизни церкви, ее верности провозглашаемым идеалам.

Известны слова, что, хотя Церковь отделена от государства, она тем не менее не удалена из него. Это значит, что при любых условиях Церковь не может быть безразлична к тому, что происходит в государстве. В том убеждают нас примеры из жизни святых Русской Православной Церкви, которые в своих духовных подвигах всегда откликались на запросы того или иного периода русской истории. Были святые — князья-воины и святые-отшельники, князь Владимир и преподобные Феодосии и Сергий, Нил Сорский, Иосиф Волоколамский, оптинские старцы, преподобный Серафим Саровский и многие другие, чьи духовные подвиги всегда становились для русского народа источником мужества, трудолюбия, целеустремленности, веры в окончательное и полное торжество добра. Будем надеяться, что и наше сложное время не останется в этом смысле пустоцветом.

В заключение скажу следующее. Образ сегодняшней России, если смотреть на нее холодным взглядом стороннего наблюдателя, представляется неутешительным. Картина небывалого разрушения очевидна и удручающа. Однако если жить со всей Россией, со всеми ее народами, прежде всего с русским, единой жизнью, то нельзя не почувствовать, что в глубинах российского организма вызревают небывалые духовные, нравственные и интеллектуальные силы, способные обеспечить процветание России не только на пороге, но и на протяжении всего XXI века и в будущем. Нужно только суметь разглядеть эти силы.

В этой связи позволю себе завершить свое выступление небольшой притчей. Был один очень мудрый человек. Он учил своих учеников и все свои знания приписывал огромному толстому фолианту, который хранил взаперти и никому не позволял читать. Когда проповедник умер, естественно, первое, что сделали ученики, побежали смотреть, что же написано в этой мудрой книге. Они были крайне поражены тем, что во всей этой толстенной книге была написана только одна фраза: «Когда вы осознаете разницу между сосудом и его содержимым, тогда вы и будете обладать знаниями». Я думаю, вам, участникам III Собора, да и всем нам настала пора почувствовать разницу между тем прекрасным и величественным сосудом, который называется Россия, и современным его содержанием.

Рыбкин  И. П.
председатель Государственной Думы Российской Федерации

Ваше Святейшество!
Дорогие соотечественники! Коллеги!
Уважаемые друзья! Зарубежные гости!

Третий раз Москва становится местом проведения события, которое по своему нынешнему воздействию на наше общество, на наше государство, на нашу Россию, а также по долговременным последствиям, развернутым не столько в настоящее, сколько в будущее, по духовному содержанию представляет собой выдающийся факт в истории русского национального самосознания и, конечно же, далеко выходит за привычные рамки подобного рода собраний.

Важно отметить, что инициатива организующего начала исходит от Русской Православной Церкви, Его Святейшества Патриарха Алексия II. Такое духовное водительство особенно вдохновляет наше общество, наполняет его большим и прочным созидательным потенциалом.

Ваше Святейшество, в своей речи на II Всемирном русском соборе Вы напоминали, что только на прочном фундаменте веры и духовного укрепления соотечественников возможно возрождение нашей великой Родины — России, и сегодня под Вашим попечительством все более активно разворачивается процесс создания духовных основ нашего национально-государственного бытия на этом великолепном фундаменте.

Я думаю, что в речах многих будет корректироваться ко благу тот тезис Конституции, где говорится, что нет в России и не может быть единой государственной идеологии. Такая идеология есть. Она называется любовь к Родине, к малой родине и к единой матушке-России. Это называется державным патриотизмом. Я полагаю, мы никогда не должны это словосочетание превращать в ругательное. И Церковь в этом должна сыграть свою очень важную роль, ибо, как сказано в Священном Писании, именно этот камень Церковь ставила во главу угла всего человеческого мироздания.

Мы, русские, россияне, никогда не сомневались в той огромной роли, которую с начала существования нашей державы играла Церковь в государственном и общественном строительстве. И годы отрыва от этих корней как в нынешнем столетии, так и ранее показали пагубность такого разрыва с живительными национальными, народными традициями.

Глубоко символично, что день сегодня праздничный. Давно бытует в народе мнение, что Русь, Россия и есть земной удел Богородицы, которая покровительствует земле русской. И нынешнее событие — как бы еще одно свидетельство живого перевоплощения, постепенного, но неуклонного выхода России в светлый мир созидания, где и совершится это преображение.

Все мы знаем, что для подлинного возрождения необходимы неустанные и согласованные действия всего общества, всей страны, всех политических сил, всех нас, таких разных, собравшихся в этом зале.

В настоящее время определяется, с чем же Россия выйдет на рубеж XXI века, какой она будет на старте третьего тысячелетия. Взоры многих в мире обращены к нам. Отрадно, что такие усилия мы предпринимаем вместе, общинно, под сенью высокого духовного попечительства, которое собрано здесь церковью, цветом всех значимых политических сил страны.

Полагаю, что в этих стенах у многих моих коллег возобладает и укрепится дух высочайшей ответственности за судьбу нашего народа, нашего государства, нашей России. Ибо какие бы надежды на лучшее мы ни питали, сегодняшнее положение России и общества вызывает огромную озабоченность. Выйти из этой сложнейшей ситуации мы можем лишь по пути согласованных и дружных действий, ставя общенациональные интересы намного выше узкополитических, однопартийных, блоковых и прочих.

Что вызывает наибольшую обеспокоенность? Конечно, экономика. Но не только. Всякий разор происходит прежде всего из-за сумбура в головах людей. Только после уяснения главного, после обретения пути национального возрождения у народа проясняется сознание и появляется та необходимая воля, когда высвобождаются силы для движения в этом спасительном направлении.

Самое важное сейчас — определить и предложить этот путь, или, если хотите, доктрину национального спасения, которая должна включать в себя и все остальное: и экономические модели, и проекты духовно-культурно-образовательного развития, и концепцию государственной безопасности, и демографической и экологической зашиты, и многое-многое другое.

Хорошо, что уже сегодня, и завтра, и послезавтра эти проблемы будут самым тщательным и ответственным образом проработаны на пленарных и секционных заседаниях Собора.

Таким образом, есть основание полагать, что существует реальная возможность выработать согласованный путь выхода из всеохватывающего кризиса: политического, экономического, социального и, что особенно важно для нашей страны, для нашей России, нравственного, духовного. Церковь уже однажды предлагала нам в новейший период нашей истории выход из самоистребительного тупика, кровавого противостояния властей, в котором все мы оказались в октябре 1993 года. Именно Церкви удалось тогда усадить всех участников конфликта за стол переговоров. И не ее вина, что трагедия в Москве все же разыгралась, но она не переросла в более ужасную — не распространилась по всей стране. Уверен, что это заслуга в том числе и Церкви. Благотворное влияние Церкви в миротворческом процессе в значительной мере испытала на себе и Государственная дума России, полномочия которой заканчиваются.

Лужков  Ю. М.
мэр Москвы

Ваше Святейшество!
Уважаемый Виктор Степанович!
Уважаемые иерархи Русской Православной Церкви!
Уважаемые гости, участники Всемирного русского народного собора!

Разрешите от имени правительства Москвы сердечно приветствовать вас в стольном граде на исключительно

важном не только для России, но и для всех русских, всех тех, кого судьба разбросала за пределы нашего государства и кто тем не менее все больше и больше стремится мыслями, делами, сочувствием и участием вернуться в лоно своей Родины, чтобы помочь нам обрести понимание того положения, в котором мы оказались, и вместе поискать наиболее благоприятные для нашего народа пути выхода из создавшегося положения.

Сейчас вы собрались на свой Третий Собор. Это говорит о той последовательности усилий, которые предпринимают в первую очередь наша Святая церковь и государство в объединении русской нации, и я думаю, что они обязательно увенчаются успехом.

Мы стоим на пороге начала третьего тысячелетия. Век, которым мы заканчиваем второе тысячелетие, не был счастливым для нашей страны. Практически уже в первые его десятилетия начались смятение души и кровопролитная борьба, унесшая человеческие жизни. Многие из тех, кто свято верил и боролся за ее идеалы, покинули пределы государства. Затем, вы это хорошо знаете, наступило время полной консолидации, единства помыслов и дел всего советского народа, закончившееся еще большей драмой, от которой пока не удается освободиться.

Мы все дети русской природы. Она строга и полярна. И суровые зимы, и жаркое лето, и все, что нам отведено историей и судьбой, предопределили наш характер. В нем нет той золотой середины, которая помогает многим народам находить оптимальные решения. Нас бросает из одной крайности в другую, часто нет умеренности, разумности, без которых, по всей вероятности, трудно принять оптимальное решение.

Я убежден, что настоящий Собор и призван предложить нам ту созидательную идею, которая очень нужна всем, а также обсудить пути развития страны, российского сообщества в мире. И нам очень повезет, если удастся найти хотя бы направление, которое выведет нашу страну и народ на тот путь, которого мы, безусловно, в силу своего таланта, трудолюбия, жизнеспособности достойны.

Сегодня в нашем обществе сосуществуют разные мнения, полярные точки зрения, но я думаю, что, несмотря на такие крайние позиции, у всех нас одна цель — помочь России, русскому народу обрести свое будущее. И пусть этот разброс в подходах и во взглядах не будет превалировать над той главной целью, которая должна стоять перед каждым из нас, — сделать нашу жизнь лучше, спокойнее, а русский народ процветающим и достойным членом мирового сообщества. Желаю вам в этом успехов.

 

СОБОРНАЯ ТРИБУНА
«Россия и русские на пороге XXI века»

Председательствует Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл.

Председатель: Наверное, впервые в одном зале встретились люди столь противоположных политических взглядов и убеждений. И в этом есть некая естественная опасность: политическую борьбу невозможно оторвать от эмоций. Человек так устроен, что у него помимо разума есть еще и чувства, которые вовлекают его в страсти политической борьбы. И тем не менее как бы ни сильны были наши чувства, я думаю, что мы сегодня должны обеспечить режим наибольшего благоприятствования для каждого оратора независимо от того, согласны мы с ним или нет, вызывает у нас он глубокую симпатию и уважение или ярко выраженную антипатию. Трибуна открыта для всех, и каждый выступающий имеет полное право представить свою точку зрения. Поэтому я призываю вас быть сдержанными в эмоциях, в выражении своих чувств, чтобы ни прямо, ни косвенно никого не обидеть.

Лапшин  М. И.
Аграрная партия России

Ваше Святейшество!
Уважаемые участники III Всемирного русского народного собора!

Наверное, символично, что первое слово предоставлено представителю партии крестьян. Это символично потому, что Россия по своей истории была, есть и будет великой крестьянской страной и ее судьба непосредственно связана с решением крестьянского вопроса.

Кто только за последние полтора века ни брался за это дело — и декабристы, и царь-освободитель, и Столыпин, и большевики, которые в стремлении наделить крестьян

землей совершили великую революцию, и последующие руководители- нашей страны, которые (не буду приписывать им самые дурные намерения) совершили эксперимент над крестьянами, принудительно их коллективизировав. Но крестьяне — народ незлопамятный, мирный. Они понимали, что не напрасны были их жертвы, видели, как на вилах крестьянства была построена мощная индустриальная держава.

Когда на нас напала фашистская Германия, первыми, кто сложил головы, были крестьянские сыны, крестьянские полки. И возникновение нашей партии связано с тем, что наконец-то крестьяне к концу XX века поняли, что их судьбы должна защищать своя собственная политическая организация.

Крестьяне помнят и свой вклад в послевоенное развитие, и тот и живительный глоток, который власти дали им за последние три десятилетия под названием «возврат долгов деревне». Нас нельзя упрекать в том, что мы не так использовали капиталовложения, что были «черной дырой», потому что слишком много средств, которые за последние десятилетия выделялись крестьянам, уходило на строительство дорог, детских садов, школ и прочего, что не дает мгновенной отдачи в виде продукции. Но нам все-таки удалось создать великое сельское хозяйство. И вот снова в конце века крестьяне переживают величайшее потрясение и испытание, когда очередной эксперимент начали не с созидания, а с разрушения того, что сложилось в нашей российской деревне.

Здесь прозвучали прекрасные слова о соборности, о коллективизме, но мы далеки от примитивного понимания, чтобы вновь развитие крестьянской России шло по какой-то одной модели. Коллективность и соборность, на наш взгляд, — это способ совместного проживания в деревне. И эту коллективность и соборность мы прекрасно идеологически вписываем в выбор крестьянина — работать ли ему в крупном аграрном производстве, трудиться ли в семейном фермерском хозяйстве или на своем подворье. Я думаю, что при свободном выборе формы собственности можно соединить через кооперацию, которая отработана во всем мире.

Российское крестьянство в прошлом веке было основанием пирамиды, когда 80 процентов населения было сельским и кормило только 20 процентов россиян. Сейчас эта пирамида как бы перевернулась, и численность крестьян в России резко уменьшилась. Но тем, видимо, больше ответственность всего общества за судьбы крестьян, за свои корни, на которых строится наше государство. Случилось

так, что Господь Бог создал Россию как великую крестьянскую страну. И от этой судьбы нам никуда не уйти.

И когда мы говорим, что идем в XXI век, то имеем в виду, что это не только русские, не только православные, это и мусульмане, и буддисты. Я выступаю от имени всех, потому что мне приходится бывать в различных уголках России и видеть, что в общем-то крестьяне едины.

Сейчас мне хочется обратиться к Православной Церкви и сказать, что нас, крестьян, с нею объединяет отношение к природе, к осмыслению жизни, к духовности, нравственности. Да и праздники у нас общие — первой борозды, первого снопа, первого урожая... Все это связано с крестьянским трудом.

Поэтому я хотел бы в своем выступлении определить наш главный приоритет, то, по какой модели мы будем развиваться. Думаю, что Россия должна быть великой крестьянской, великой аграрной державой. Крестьянство должно быть основным работодателем для подавляющего большинства отраслей народного хозяйства. Мы должны вновь вернуться к истокам нашей российской крестьянской культуры.

Мы искренне рады восстановлению храма Христа Спасителя. Но для нас такую же радость составляет и восстановление скромной деревенской церкви. Мы за то, чтобы Россия вошла в XXI век с сильной, развитой деревней. Потому что мы, крестьяне, не утописты. Мы понимаем, что если хочешь быть великой страной, то должен помнить о том, что нет на земном шаре ни одной процветающей страны, где было бы плохо крестьянину, где бы не была устроена крестьянская жизнь.

Хотел бы завершить свое выступление словами: будет возрожденная российская деревня — будет возрожденная могучая Россия!

Беляев  С. Г.
Избирательное движение «Наш дом — Россия»

Ваше Святейшество!
Уважаемые участники Собора!
Дорогие соотечественники, друзья и коллеги!

Меня обрадовало приглашение принять участие в работе такого широкого православного форума, каким является Всемирный русский народный собор. Важность темы, которую ставит Собор, невозможно оценить и переоценить. Россия и весь мир готовятся вступить в третье тысячелетие от Рождества Христова.

Каким путем нам идти? Что ждет нас впереди? Приняв приглашение, я понял, что должен осуществить свой заветный замысел — посетить Оптину пустынь. Некогда ее вполне справедливо называли духовным компасом России, по которому сверяли свой жизненный опыт все, кому дорога была православная вера, кому дорога была Россия — от великих писателей и мыслителей до купцов и простых крестьян. Естественным было побывать в этой обители и мне, услышать духовное напутствие перед тем, как принять участие в работе этого высокого собрания.

Безбожная власть в свое время с невероятной жестокостью обошлась с Оптиной пустынью, порушила духовность, озаренную благодатным светом возрожденного на Руси старчества. Еще восемь лет назад там были руины. Когда я приехал туда несколько дней назад, то увидел: Оптина пустынь — святыня России — возрождается к новой жизни. Поражают энтузиазм ее восстановителей и количество молодежи. Средний возраст братии меньше 30 лет.

Церковное строительство, слава Богу, сейчас не исключительное явление. Картину восстановления храмов и соборов я видел и в Москве, и в Санкт-Петербурге, и в Туле, и в Витебске. Но происходит нечто и более радостное — не только восстанавливаются старые святыни, но создаются новые. Совсем недавно я был в Кемерово. Там выстроен огромный собор, который намереваются освятить уже в марте 1996 года. Меня особенно радует, что восстановление церковного достояния было начато при правительстве, в котором я работаю. Это начинание встречает понимание и поддержку на всех уровнях исполнительной власти — от министров до работников структур местного самоуправления. От лица правительства заверяю Вас, Ваше Святейшество, и вас, дорогие участники Собора, что эта работа будет разрастаться и расширяться. Сейчас мы прорабатываем вопросы о полном возвращении собственности, несправедливо изъятой у церкви. Мне как человеку, ответственному за управление государственным имуществом, лучше, чем кому бы то ни было, известно, что предстоит сделать. Мы осознаем, что это кропотливый труд, нужный всему нашему народу, а не единовременная акция.

Нам близки проблемы и заботы, которые Собор поднимает в ходе своей работы. Мы понимаем, какую боль испытывают верующие люди при мысли о своих братьях, волею судьбы оказавшихся за российскими рубежами. Это нелегкая проблема. Одно скажу с уверенностью: решить ее сможет только единое, сильное Российское государство, обеспечивающее мир на своих границах и внутри страны. Стране, в которой сорок партий ссорятся и вносят разлад и каждая уверяет, что только она одна способна решить все проблемы, забота о зарубежных соотечественниках едва ли будет по плечу. Между тем выход из этой ситуации существует. Путь указывает уже сама работа нынешнего правительства, где каждый понимает, что общее дело нельзя делать в одиночку, без согласия и содружества с коллегами и сотрудниками. Мы научились работать сообща. Я вижу и знаю, что мы сможем решить и уже решаем все нелегкие проблемы, стоящие перед нашим Отечеством, и с полной уверенностью могу сказать: забота Русской Православной Церкви об усилении и укреплении нашего государства, нашедшая отражение в документах первых двух Соборов, — это и наша забота.

Понятна нам и озабоченность экономической ситуацией, потому что основная задача правительства сейчас — это поиск решения немедленных проблем и одновременно стремление не утратить видение будущего, готовность встретить то, что еще не случилось, но ждет нас на нашем нелегком пути. Я полностью согласен с мнением Русской Православной Церкви в этом вопросе. Экономическая проблема — это не только чисто хозяйственная, но и нравственная проблема. Посещение Оптиной пустыни еще раз показало, что только человек, живо ощущающий святость своего труда, благородство цели, во имя которой он совершается, способен выполнять свою работу с гордостью и ответственностью.

С проблемой нравственности в тесной связи стоит и проблема культуры. Мы знаем, что резкие перемены в жизни нашей страны особенно болезненно затронули науку, образование, искусство. Свобода выбора, характерная для общества с ограниченным вмешательством государства в общественно-экономическую жизнь, принесла нам на первых порах странные и порой нежелательные плоды. Наш книжный рынок переполнен второсортными подделками под литературу, не лучше обстоят дела в киноискусстве, на телевидении и радио. Вакуум, возникший в результате многолетней заботы о том, чтобы люди у нас читали и видели только то, что соответствует генеральной линии, сейчас заполняется всем, что попадается под руку. Эта проблема становится еще более серьезной в силу того, что ее нельзя решить простыми запретительными мерами. Культура и нравственность рождаются в процессе правильного воспитания и обучения, их нельзя вбить в головы людей указами, декретами, цензурными постановлениями и т. д. В этой связи наша основная надежда — просветительская деятельность Русской Православной Церкви, исконной хранительницы культурных и нравственных традиций нашего Отечества. Знаем мы и о том, как нелегко сейчас церкви осуществлять ее служение. Ведь для этого недостаточно одного доброго желания, надо располагать необходимыми средствами, инфраструктурой, и правительство будет оказывать и уже оказывает необходимую ей помощь по мере наличия у него средств и ресурсов.

Хочу заверить Вас, Ваше Святейшество, в том, что мы готовы выслушать мнение Русской Православной Церкви с уважением и вниманием, принять к рассмотрению ее рекомендации. Больше же всего нам сегодня нужны ее молитвы о мире,, о милости Божией к России, ее очищающие и возвышающие наши души проповеди, ее призывы к единству, направленные ко всем нашим соотечественникам. Будущее открыто и ведение Божие от нас скрыто, мы не можем предвидеть его в деталях и подробностях. В одном у меня нет сомнений: в XXI век Россия войдет сильной и величавой, осеняемой молитвами Русской Православной Церкви.

Рыжков  Н. И.
Блок «Власть — народу!»

Дорогие соотечественники! Уважаемые гости!

Я выражаю признательность руководителям Русского Собора, его Святейшеству за приглашение принять участие в обсуждении важнейшего вопроса в жизни нашей страны.

Неумолимо подходит следующее столетие. Поэтому нас всех беспокоит то, каким будет XXI век, каким мы передадим государство и мир будущим поколениям. От этого многое зависит.

В последние годы в мире произошли серьезные события. Не стало Советского Союза, мир сделался однополярным. Мы сегодня почувствовали, что это такое, когда одна страна или группа стран может сделать все, что угодно. Нет сегодня равновесия. Поэтому я не вижу будущий век без России и не убежден, что он станет веком стабильности, если не будет великой России, которая сможет говорить и противопоставить каким-то устремлениям свое веское слово. Я думаю, это самое главное. XX век для России был очень сложным. Мы пережили великие потрясения: три революции, две мировые войны, которые унесли жизни десятков миллионов человек. Это, конечно, не прошло бесследно. И поэтому мы понимаем, что та общественно-политическая система, которая была создана и поддержана большинством народов, сегодня находится в стадии, когда

люди думают, каким путем идти дальше, как развиваться России, какой она будет в наступающем веке.

Последние десять лет внесли в душу народа очень многое: люди в растерянности, не знают, что дальше делать. Потребуется какой-то период, чтобы они оценили предначертанный им путь.

Распад Советского Союза, когда даже народы-братья — русские, украинцы, белорусы — разъединились на три самостоятельных государства, а десятки миллионов людей остались за рубежом, привел к осознанию того, что дальше так продолжаться не может.

На мой взгляд, перед нами в преддверии следующего века стоят три проблемы. Первая — сохранение нынешней России — федеративного государства. Оно есть и должно быть всегда. Мы также знаем, что очень много сегодня проблем, которые не дают возможности уверенно утверждать, что не произойдет каких-то потрясений внутри страны — сегодняшняя Чечня, неотрегулированные взаимоотношения субъектов Федерации. Это, конечно, очень тревожные симптомы. И мы должны проводить такую линию независимо от того, кто придет в Думу, в правительство, чтобы обязательно сохранить Россию в целостности.

Второе — возрождение великой державы. Да, мы уже живем четыре года «в разводе» и понимаем, что происходит сейчас, но твердо убеждены, что все равно должны объединяться, создавать новый союз, великую, мощную державу, которой были бы по плечу любые трудности. Это, я думаю, главный вопрос, который будет решаться на протяжении последующих лет этого века.

Третье — это то, что за годы революций и войн миллионы наших людей оказались в дальнем зарубежье. Они — россияне. Их родина — Россия. И мне кажется, наступил тот момент, когда необходимо не только нам, россиянам, живущим в нашей стране, в ближнем зарубежье, но и россиянам, которые рассеяны по всему миру, вспомнить, что есть Россия, что она Родина-мать, наша историческая родина.

Когда было тяжело, русские всегда объединялись. Мы помним времена смут, когда нас раздирала междоусобица, но всегда Россия выходила из этого окрепшей. Поэтому я убежден, что, если сегодняшний Собор примет какие-то решения, они найдут отклик в душах всех людей, всех россиян, которые проживают во всем мире. Я об этом могу судить по строительству мемориального комплекса на Прохоровке, когда пожертвования на возведение храма приходили не только из России, но и из стран СНГ, из Австралии, Соединенных Штатов Америки, Франции, Англии. Это говорит о том, что, когда мы обращаемся к нашим соотечественникам, они понимают, как Родине трудно.

И еще я хотел бы сказать о том, что мы ни коем случае не должны нарушить историческую память. Мы сегодня являемся свидетелями возрождающейся духовности нашей страны. Да, по-видимому, экономика будет определять в наибольшей степени наше будущее. Но я уверен, что если мы потеряем духовность, то никогда не объединимся, не будем великой Россией. Только духовность может спасти нас, нашу Россию, как это она делала много раз в прошлом. Поэтому с тем, что происходит сегодня, когда средства массовой информации, массовая культура оболванивают молодежь, все каналы заполонили проповеди всевозможных проповедников, мы не должны мириться. Неужели нам безразлично, какой будет завтра молодежь, по какому пути пойдет следующее поколение?

В этом отношении, я думаю, мы должны объединиться независимо от своих политических убеждений. У нас одна родина — это Россия. Во имя ее мы и должны жить.

Я верю, что, несмотря на все трудности, которые обрушились на нас, Россия все-таки станет сильной и могучей. XXI век будет веком великой России!

Жириновский  В. В.
ЛДПР

Я рад приветствовать участников III Всемирного русского народного собора и хочу напомнить слова Вашего Святейшества о том, что мы собрались здесь для примирения. Поэтому цель моего выступления усилить это.

Я верующий, и тому есть прямые доказательства: московский священник Бурков может это подтвердить. Он меня крестил. Я никогда не был членом никакой партии, которая бы разрушала храмы, ущемляла в чем-либо права Русской Православной Церкви.

И в моей книге, на которую так обрушились все журналисты мира, есть хорошая строчка, ради которой я ее написал: «Я хочу, чтобы колокола Русской Православной Церкви раздавались на всем пространстве от Мурманска до самых южных окраин, от Балтики до Тихого океана». Главный смысл моей книги — возрождение России. Мы не должны поощрять проникновение на нашу территорию других религий. Пусть они будут там, где их исповедует большинство. А Россия должна оставаться всегда христианской и православной. Это основа для создания великого русского государства. И не Союз нам нужен снова в том или ином виде, с той или иной идеологией, а только Россия, только Русь. Если Украина не хочет присоединяться к России, то Россия присоединится к Украине. У нас есть три столицы: Москва, Киев и Петроград. Но в первую очередь мы должны решить вопросы с собственностью. Давайте вернем Русской Церкви все то, что у нее было отобрано с 1917 года — храмы, драгоценности. Все до последней дощечки на всем пространстве хотя бы нынешней Российской Федерации. С этого начните, члены русского правительства. Не обещаниями и увещеваниями, и слезами, что тяжело. Мы пять революций совершили, пять конституций приняли, пять денежных реформ провели. Все эти годы идет бесконечная война — с первой русско-японской в 1904 году до последней русско-кавказской в 1995-м.

Почему наши русские мальчики гибнут сегодня там? Потому что их воспитало наше телевидение, наши журналисты. У них нет патриотизма, они не понимают, что они там делают. И наоборот, мусульманские воины-чеченцы, надевшие зеленые повязки на головы, одним этим соединились в мощную группировку. Три тысячи боевиков противостоят полуторамиллионной, самой сильной в мире русской армии, у которой украли все. Если раньше хотя бы наши политработники хоть что-то им говорили... А сегодня русский солдат ничего не знает. Он голодный, оборванный и пришел из семьи, которая еле живет. Поэтому надо быть честными и хватит плакаться. Плакаться казакам, которые не смогли остановить бандитов в городе Буденновске, где казаков 26 тысяч, а бандитов было 50 человек. Где это славное казачество?

Надо прекратить эту философию «как плохо на Руси», пора объединиться, пора кончать с тем, чтобы нас разъединяли... Мы с 1917 года не можем понять, что же происходит в мире. А происходит то, что Западу негде взять сырье. Все революции, все войны устраивает Запад — Франция, Британия, Америка и Израиль. Они с 1945 года разжигают все конфликты на планете Земля с одной целью — получить энергоносители. Мы единственная страна в мире, у которой есть все. Мы можем завтра закрыть все наши границы и станем великим государством и в экономическом смысле, и в культурном. Более богатого, культурного, мощного, сильного государства нет. Но если мы сегодня будем честными, то отдадим Русской Православной Церкви все то, что ей положено по морали, по сердцу и по закону. Фракция ЛДПР остановила тот закон, который не понравился Русской Церкви. Именно по нашей инициативе его остановили. По инициативе фракции ЛДПР десятки раз мы пытались поставить в повестку дня вопрос о России, о русских, о Русской Церкви, ни разу они, славные депутаты V Государственной Думы, кроме фракции ЛДПР, даже не включили эти вопросы в повестку дня. Для них нет России и нет православия. Они предоставили трибуну председателю израильского парламента, но не дали слова президенту Приднестровья, где живут одни русские. Эта ложь до сих пор господствует в высших эшелонах власти. Поэтому очищение возможно, если миллионы русских православных священников придут в наши школы, если утро для всякого русского будет начинаться с проповеди русского православного священника и заканчиваться ею, а не с чуждой морали, музыки, культуры...

Я только что вернулся из Кемерово, где стал свидетелем открытия прекрасного храма в центре Сибири, на огромной пустой площади. Кощунственно строить храмы на могилах наших предков или там, где уже прошла война. А здесь выбрали чистое пространство и соорудили великолепный храм. В марте он будет открыт. И уже сотни храмов построено, но другие конфессии в это же время построили тысячи своих храмов и мечетей. Вот вам истинное лицо демократизма в России, которая сегодня является самой демократической страной. Ни в одной стране мира нет больше свобод, чем в России. Никогда бы ни французы, ни немцы, ни англичане не допустили, чтобы у них чужие проповедники насаждали свою религиозную и иную культуру. А Россия настолько велика и добра, что даже сейчас, когда нам тяжело, мы все равно всех прощаем, всех приглашаем.

И действительно, пора уже создать свой институт, центр по возвращению русских на Родину. Их сегодня слоняется по всему белу свету до 30 миллионов: 20 миллионов уехали после 1917 года, 15 миллионов — после крушения СССР. Если мы их вернем, это будет лучшая часть нашего общества. Но главное: мы должны, наконец, воздать должное нашей Русской Православной Церкви. Пусть рабочий день для нашего православного русского народа будет начинаться с проповеди русского священника и заканчиваться его же божественным словом.

Зюганов  Г. А.
КПРФ

Мне лично очень приятно, что нравственная высота Русского Собора собрала здесь высшие авторитеты православия, наших русских писателей, государственных деятелей и политиков. Я давно ждал этого часа. Хорошо, что именно III Собор в самое опасное для России время пригласил нас вместе для разговора, который давно назрел в нашем Отечестве.

У каждого народа есть высшие ценности. Ими являются культура, язык, вера и безопасность — будь то личная, семейная или общественная. Но у русских есть две высшие ценности, которыми они никогда не поступались, — это государство и духовность. Когда в государстве, одухотворенном высшими идеями, хорошо жилось крестьянину, мастеровому, священнику, учителю, воину, оно всегда преуспевало.

Но были в истории России и Русского государства такие страницы, когда оно, казалось, вот-вот исчезнет в пучине веков. И тем не менее наши предки сумели отстоять свою независимость и преумножить богатства Отечества. Было время, когда Сергий Радонежский, воспитывая в князьях веру и силу духа, сам благословил двух иеромонахов на великое Куликовское сражение, ибо речь шла о государственном и национальном спасении России и русского народа. В свое время патриарх Гермоген, сидя в темнице Кремля, своим старческим голосом призывал русский народ подняться и освободиться от захватчиков, которые пировали в Кремле. И русские люди услышали это на великой русской реке Волге и пришли, освободили от захватчиков свою столицу.

В 1941-м, когда фашизм взял нас за горло, стоя у стен Москвы, Сталин пригласил высших иерархов Православной Церкви и спросил их совета. И они сказали, что для начала надо освободить священников из застенков. Это было сделано сразу же, и священнослужители благословляли все великие сражения, которые испытала наша Родина в Великой Отечественной войне.

Мы в своей истории отбили восемь набегов, будь то половцы и хазары, шведы и дважды германцы, французы и османы, но девятый набег для нашей страны оказался очень тяжелым. Мы, видимо, убаюкались миром. Период (с 45-го по 90-е годы) после . победы Советской Армии над германским фашизмом, которая освободила не только себя, но и всю Европу, был самым длинным в истории русского народа. Новый набег оказался не менее губительным, ибо в нем применялись качественно новые виды оружия — ложь, деньги и провокации. Смешанные вместе, они оказались гораздо сильнее оружия массового поражения. Сегодня наше Отечество потерпело тотальный разгром.

Граница нынешнего государства проходит под Смоленском, как и во времена Ивана IV.

От оборонного комплекса осталась десятая часть, а без него, где были высшие технологии и лучшие инженеры и производилось очень много товаров народного потребления, у Отечества нет современной индустрии.

Только за прошлый год над Россией «взорвалось» 6 Хиросим, которые унесли 940 тысяч жизней, и они не воскреснут никогда.

Мы сегодня не имеем ни одного военно-политического союзника, чего никогда в истории России не было. И самое страшное для соборного дела русского народа заключается в том, что мы прежде были завоеваны, но мы никогда не были разделенными. Ныне только 25 миллионов наших соотечественников оказались за пределами так называемых суверенных границ, и соборное сознание русского народа никогда с этим не сможем согласиться.

Я в свое время, изучая идеологическое обеспечение плана «Барбаросса» по разгрому нашей страны, был потрясен цинизмом геббельсовских слов, которые, к несчастью, воплощаются ныне на наших просторах. Он говорил: мы можем раздавить Красную Армию, остановить их заводы, оттяпать у них огромную территорию, но пока мы в каждой деревне и в селе не посадим своего священника, не разделим их в вере, этот народ в любом случае сумеет восстать из пепелища.

Я понимаю, что все мы, осмысливая происходящее, с надеждой смотрим в будущее. Я только что проехал от Дальнего Востока всю нашу необъятную Родину. Везде люди сидят с поднятыми лицами, будь то студенты, рабочие или ученые. Недавно выступал перед академиками, они начинают осознавать, что в стране нужна качественно новая политика, в основе которой должны быть держав-ность, патриотизм, народность и уважение к человеку труда. Должно быть выгодно работать и учиться, а не пьянствовать и воровать.

Эти основы заложены в политическом стремлении нашей обновленной партии, которая понимает необходимость многоукладности, политического диалога и не только сознает, а уже отказалась от атеизма, что записано в программных и политических установках.

Честно признаюсь, что рождалось это важное решение в сложной политической борьбе, и тем не менее съезд нашей партии принял это почти единогласно.

В заключение скажу прямо: мы открыты для диалога со всеми, кто хочет территориальной целостности и соборного единства нашего народа, чтобы благоденствие пришло в дом каждого, а не избранных, чтобы на наших просторах был мир, а не война.

Гайдар  Е. Т.
«Демократический выбор России — объединенные демократы»

Ваше Святейшество! Уважаемые участники Собора!

Тема сегодняшнего обсуждения выбрана очень точно. Стратегические вопросы России на пороге XXI века. Она предполагает отказ от обсуждения частностей, тем более предвыборных баталий.

XX век характеризуется величайшими в истории тоталитарными экспериментами, которые отнимали свободу у народа, пытались построить общество беспрекословного подчинения. Это век их крушения. Он показал, что демократия при всем несовершенстве работает, что свобода эффективна, что свободные страны и свободные народы всегда уходят вперед, как бы внешне ни казались мощными фасады тоталитарных империй.

Это век величайших экспериментов, суть которых состояла в том, чтобы заменить интерес принуждением, построить экономику, из которой исключены частная собственность, частный интерес, система рынков.

XX век показал, что никакое насилие не способно заменить живительную силу инициативы миллионов людей.

Беда и трагедия России состояли в том, что она дороже, чем любая другая страна, заплатила за величайшие и страшные события, произошедшие в ней в последнее столетие.

Россия — уникально богатая и талантливая страна. Собственно только поэтому эти эксперименты и могли продолжаться в ее истории так долго, не закончиться быстрой катастрофой и даже идти почти вровень с другими государствами, имевшими базу растущей рыночной экономики.

В конце концов все равно история, логика, жизнь берут свое. Система, основанная на приказе и на отрицании свободы, никогда не развалилась бы в России, если бы до этого она не исчерпала основные ресурсы и с 1965 года впервые в истории Россия не посадила себя на унизительную зависимость по поставкам импорта американского и канадского зерна, не разбазарила самые эффективные богатейшие нефтяные месторождения в Западной Сибири, не набрала более 100 миллионов долларов долгов, за которые будут расплачиваться наши дети и внуки. Если бы потом не вывезла из страны накопленный еще при царе золотой запас. И дальше, к сожалению, возникли проблемы, которые многие не понимали лет пять тому назад на волне наивного популистского антикоммунизма.

Оказалось, что само крушение экономики и общества, основанного на приказе официальной свободы, это не начало легкого пути к гражданскому обществу и растущей рыночной экономике. Этот эксперимент за десятилетия разрушил базу гражданского общества, независимый общественный институт, легитимную и уважаемую частную собственность, и никаким мановением волшебной палочки никакой кудесник не сможет восстановить то, что так тщательно уничтожалось и искоренялось. Россия будет платить за этот коммунистический эксперимент еще долго после того, как сама система, сформированная в его рамках, развалится, а все политические силы, которые в свое время этот эксперимент начинали, уже откажутся от многих его положений.

Сегодня мы видим, как трудности этого пути усугубляются непоследовательностью, нерешительностью и колебанием. И вместе с тем нельзя не заметить и то, что при всех существующих огромных проблемах Россия начинает наконец выбираться из этого болота. Нужно пройти всего несколько шагов, чтобы получить хотя бы растущую экономику, основанную на интересе, на частной собственности и поэтому имеющую шансы в XXI веке. И вот именно сейчас есть огромный риск того, что, убоявшись трудностей, поддавшись ностальгии по безопасному прошлому, мы можем предпринять еще одну самоубийственную попытку броска назад. Нет, не в стабильный социализм образца 70-го года. Это невозможно. Никто не вернет нам ни того, на чем он держался, ни золотого запаса, а также не отменит наши сто миллиардов долгов, набранных в прошлом. Возвращение назад может ударить по еще очень хрупким институтам гражданского общества и еще больше ослабить Россию, а потерять годы в начале XXI века было бы страшной бедой. К сожалению, такой вариант возможен.

Россия в настоящее время действительно выбирает свое будущее. Будем мы страной нищей, но зато начиненной ракетами, страной, которая испуганно смотрит на мир и вместе с тем держит всех в страхе, или все-таки мы сумеем вместе построить страну свободную, с растущим благосостоянием, открытую, которую будут уважать в мире не за количество ракет и бронетанковых дивизий, не из страха, а из-за ее вклада в мировую культуру, из-за растущего благосостояния, из-за надежной и предсказуемой мирной внешней политики. Вот тот принципиальный вопрос, который действительно определит XXI век мира и России. Очень надеюсь, что все-таки мы вместе сумеем удержаться на пути к достойному будущему нашего государства.

Рогозин  Д. О.
Конгресс русских общин

Ваше Святейшество!
Уважаемые участники III Всемирного русского народного собора!
Дорогие соотечественники!

В третий раз я принимаю участие в работе Всемирного русского народного собора и хочу отметить, что за то время, пока мы были с вами вместе в этом зале, произошли огромные события в стране. Если бы всего этого не случилось, то не было бы сейчас здесь такого количества лидеров политических партий, мне было бы странно подумать о том, что они могли бы быть раньше с нами. Да, когда в 1992-м, в 1991 году после развала или распада, не самостоятельного распада, а именно развала, разрушения Советского Союза началась деятельность патриотических организаций, то тогда мы были почему-то одни. Тогда поднимать эту тему, о которой говорим сейчас, было неприлично. Мы были «неприличными людьми» в приличном демократическом обществе. Сегодня эту тему обсуждают все. Я не хочу никого обидеть, но надо сказать, что это моральная победа русских патриотов. И то, что они здесь выступают перед нами и отчитываются о своей программе, свидетельство того, что Всемирный русский народный собор свою первую задачу выполнил. Он превратился из яростного, стремительного рывка русской общественной мысли в большую аудиторию, где престижно выступать лидерам всех политических партий.

Мы накануне XXI века. Для нас это как бы новое здание, и естественно, что, подходя к его двери, мы внимательно всматриваемся. Какими мы видим себя, свой народ, Россию? Униженную экономически, с подорванными международными позициями, с народом, который переживает численное сокращение своего состава. Мы не можем пройти и мимо того, что часть этого народа — 17,5 процента всех русских оказались иностранцами, — живут за пределами России.

Однажды я разговаривал с моряком-подводником, который рассказал мне, как на его подводной лодке случился страшный пожар и они должны были закрыть все двери для того, чтобы огонь не распространился по всему кораблю. В иллюминатор он видел, как погибали его товарищи. Они сгорали живьем, но не могли открыть дверь, потому что тогда бы пламя перекинулось в другие отсеки. Происходящее с нашими соотечественниками сегодня можно сравнить с трагедией, разыгравшейся на этой подводной лодке. Но мы-то не тонем. Тогда почему мы эту дверь не открываем, не оказываем содействие и не спрашиваем с правительства, почему такая значительная масса людей против собственной воли, вне всякого правового акта о лишении российского гражданства оказалась за пределами Родины?

Я не случайно затрагиваю именно эту тему. Народ и государство, позволяющие терять своих людей буквально в оккупации, заслуживают той доли, которую мы имеем сегодня. Да, русские за пределами Российской Федерации, и это не только 25 миллионов человек, это значительно больше, потому что многие украинцы, белорусы, представители других народностей бывшего единого государства считают себя русскими, или, если хотите, российскими соотечественниками. Так вот, это огромная потеря для государства, международный фактор для дестабилизации, в том числе внутри Российской Федерации. Нерешенность этой проблемы в нашем тяжелейшем и сложном мире способна превратить Россию в огромную воронку, которая не только засосет в себя все наши благие помыслы о демократических реформах, но и утопит весь мир. Поэтому медлить нельзя.

Это крайне болезненная тема еще и потому, что в России к власти могут прийти силы крайне экстремистского толка.

Дискриминация соотечественников порождает огромные массы беженцев и вынужденных переселенцев. Уже сегодня в Российской Федерации два миллиона беженцев. Это при том, что падает производство, останавливаются предприятия, растет организованная преступность. Куда поедут эти люди, кому они нужны? Более того, сегодня наметился поток миграции не только из так называемого ближнего зарубежья. Теперь люди едут и из самих российских земель.

Мы молчали, когда на южной границе в Туве происходила резня русских, не реагировали и тогда, когда с 1991 года с территории Чечни выехало 300 тысяч русских людей, из них статус беженцев получили сегодня 70 тысяч человек. А где же были наши дорогие правозащитники? Те, кто сегодня так высоко поднимает голову в защиту других народов или других политических сил. Где же вы были, господа, когда резали русских, когда их режут и сегодня? Почему-то никто не вспоминает о том, что когда войска вводили в Грозный, то большую часть потерь среди мирного населения понесли русские. Чеченцы выехали из своего города, оставив в домах только сторожей, охранявших приватизированную собственность. Русские войска расстреливали русских. И мы с вами спокойно на это смотрели.

Есть несколько вопросов, которые должно задать себе государство, прежде чем оно получит моральное право говорить о судьбе Отечества.

Первый. Как далеко готова пойти Россия в деле защиты своих соотечественников? Мы почему-то обходим тему о возможности вооруженной защиты наших соотечественников. Я хочу сказать, что с юридической точки зрения государство обязано защищать своих граждан, где бы они ни находились, на национальной территории или за ее пределами. Согласно статье 5 Закона «О гражданстве в Российской Федерации», граждане России пользуются защитой и покровительством государства за его пределами. Российские власти обязаны применять весь арсенал средств для их защиты. Более того, международная практика говорит о том, что, когда не остается другого способа защитить своих людей, тогда вооруженная защита граждан своего государства является методом самообороны, а вовсе не нападения.

Я специально говорю об этом, потому что мы не можем сегодня закрывать глаза на такие проблемы, которые уже имели место. Примеры тому Приднестровье, Таджикистан, Абхазия, где применялась вооруженная сила для защиты соотечественников.

Хочу сказать еще о том, что говорить о защите соотечественников в ближнем зарубежье нужно тактично. Мы все-таки надеемся, что Россия не останется в пределах XVII века. Можно найти аргументы для того, чтобы в корректной форме доказать другим правительствам право на любовь России к своим согражданам.

Однако я никогда не соглашусь с тем, что мы должны спокойно терпеть ситуацию, когда, например, в Нарве наших соотечественников, русских, называют оккупантами, недочеловеками или людьми второго сорта. В Нарве!

Или, например, в Тарту, в городе, который был основан еще в 1025 году великим князем Ярославом Мудрым. Что же говорить о русских, неужели они не коренные на той земле, где 970 лет совместно живут с эстонцами? Кто здесь коренной, а кто оккупант?

Сегодня пришел факс из Эстонии, где русская община этой независимой суверенной замечательной страны сообщает о том, что принято решение о практически переподчинении всех православных храмов шведскому синоду.

Еще одно достаточно новое свидетельство, которое, думаю, будет интересным для этой аудитории. Министр иностранных дел Эстонии будучи в Нарве, где российское гражданство уже приняло 29 тысяч человек, что составляет 40 процентов населения этого города, советовал этим людям подумать, что будет с ними в случае конфликта между Эстонией и Россией. Это уже прямое запугивание.

Я не говорю о фактах депортации наших соотечественников из государств ближнего зарубежья, о том, что в Казахстане уже 170 дней сидит в тюрьме русский правозащитник, лидер русской общины Северного Казахстана Борис Федорович Супрунюк. Я не понимаю, почему молчат наши власти, когда арестовывают лидеров казачества. Вы знаете недавний случай с атаманом Гунькиным, произошедший в Казахстане, когда человека арестовали в момент его регистрации в качестве кандидата в депутаты?

При таком бездействии мы можем получить такой взрыв по всей границе Российской Федерации, который не сравнится ни с одним из тяжелейших событий в жизни нынешней России.

Кризис, на который так часто ссылаются политические деятели, не вокруг нас, а в нас самих, в наших душах, в нашем сознании.

Я надеюсь, что III Всемирный русский народный собор, ставший аудиторией для лидеров . партий и объединений, будет не только респектабельной трибуной для изложения различных взглядов на те или иные вопросы, но и духовным движением, которое поможет избавиться нам от кризиса.

Шмаков  М. В.
«Профсоюзы и промышленники России — Союз труда»

Ваше Святейшество!
Уважаемые иерархи церкви!
Уважаемые приглашенные, дорогие соотечественники!

На этом знаменательном празднике — III Всемирном русском народном соборе — я хотел бы выступить как лидер профсоюзного движения, председатель Федерации профсоюзов, в котором состоит около 90 процентов работающих в нашей стране.

«Соборность» — понятие многогранное. Применительно к рабочему движению и профсоюзам оно преломляется в слово «солидарность», и эти слова как бы идут друг за другом, потому что без солидарности, без взаимной поддержки немыслимы история нашей страны, взаимная поддержка людей, объединенных для того, чтобы отстоять свои права. Лозунг профсоюзов: «Свобода, справедливость и солидарность». Я думаю, что с этими словами мы должны

встречать приближающийся XXI век, ибо это и есть тот элемент духовности, без которого невозможны построение общества, развитие страны, достижение тех или иных целей, поставленных народом перед собой.

Конечно, для развития государства, людей одного духовного начала, которое, безусловно, является важным, все же мало. Сегодня, когда мир достиг определенного уровня благосостояния и многие процессы выходят на глобальный уровень, будь то информация или экономика в целом, когда одно и то же производство имеет свои отрасли на разных континентах, невозможно увязать процветание страны с относительно низким материальным благополучием жителей.

Да, мы прошли через много революций и вновь переживаем коренные преобразования нашего общества, в том числе и идеологических догм. Но никаким стремлением вернуться к исконно человеческому, преодолеть те, скажем так, негативные явления, которые накопились в нашей жизни за последние 70 — 80 лет развития российской истории, оправдать, что это опять делается только за счет большинства населения России, нельзя.

Бедность, безработица — во многом основа и падения морали, и снижения духовности. Потому что ухудшение жизненного уровня за последние годы реформ, по крайней мере, в три раза, появление большого количества безработных (на сегодняшний день более 5 процентов трудоспособного населения, а в потенциале цифра безработных превышает 12 миллионов человек, что уже больше 15 процентов трудоспособного населения) не располагают большинство россиян к светлому восприятию своего будущего. Если человек не имеет вовремя выплаченной заработной платы, не знает, где и как будут лечиться и учиться его дети, если он живет под страхом, что завтра его предприятие закроется, а он окажется на улице, какие бы слова с трибун — с этой или с еще более высокой — мы ни произносили, они не найдут отклика в душе тех, к кому мы обращаемся. Поэтому прежде всего россиянину необходимо вернуть веру в будущее. Безусловно, в его жизни духовная составляющая должна занимать достаточно большое место. Но я еще раз хотел бы подчеркнуть, что без материальной составляющей, которая обеспечивает нормальную жизнь каждому человеку, а значит, и благосостояние страны в целом, и достойное представление россиян в России и на всех уровнях мирового сообщества, нам невозможно войти в XXI век.

Для этого необходимо критически переосмыслить не только 70-летний период жизни нашей страны с 1917 года, но и все то, что сделано с 1991 года. Например, посмотреть итоги приватизации — так ли она прошла, как это декларировалось. Ведь когда разделение бывшей государственной собственности должно было принести успех большинству россиян, а он достался, как свидетельствует статистика, лишь немногим более 10 процентов жителей нашей страны. Поэтому, не предприняв усилий, чтобы каждый человек, семья жили в достатке, не в виде подачки, а в виде результатов материального честного труда, нельзя говорить о вхождении России как великой державы в новое столетие. Наряду с материальным, безусловно, должно присутствовать и духовное начало. Объединить людей общей соборной целью надо так, чтобы Россия действительно заняла подобающее место в мире, а в обществе восторжествовали бы прежде всего христианские заповеди, и, осененная крестным знамением Богородицы, она смело и широко шагнула в XXI век.

Федоров  С. Н.
Партия самоуправления трудящихся

Уважаемые россияне, дорогие друзья!

Я думаю, что жизнь человека так же нельзя оторвать от экономики, как и от нравственности, от моральных устоев тех, кто трудится. Потому что именно при распределении результатов труда очень важны высокая мораль, нравственность. Убежден, что только человек, который владеет результатами труда, хочет создавать продукты, которые приносили бы радость людям.

В процессе труда мы также общаемся друг с другом. Наш труд — это и есть уровень нашей гуманности. Бели мы производим прекрасные товары или услуги, которые касаются души человека и его тела, то мы совершаем богоугодное дело. Делаем высокую мораль. Только высоконравственное моральное общество может достигнуть каких-то больших успехов и в экономике, и в политике, и просто в жизни на земле, в создании мощного государства, которое обладает возможностью и защитить себя, и технологически развиваться. Но все это невозможно без моральных качеств.

Каким образом поднять мораль общества? Мораль, с нашей точки зрения, возникает только тогда, когда человек соединяется с трудом, с его результатами, если он может участвовать в распределении доходов, когда имеется полная экономическая гласность — и в процессе труда, и в том районе, где он живет, и вообще в стране, когда человек знает, ради чего работает, где и как используются результаты его деятельности.

Вчера я прочитал интересную цитату из энциклики Иоанна Павла Второго: «Человек труда — это не просто орудие производства, но и личность, имеющая в ходе всего производственного процесса приоритет перед вложенным в дело капиталом. Самим актом своего труда человек становится господином на своем рабочем месте, хозяином трудового процесса, хозяином продуктов своего труда и их распределения».

Сегодня человек оторван и от орудий производства, и от распределения, и от самого технологического процесса. Машинная цивилизация превращает его в биоробота, в манкурта, который ежедневно нажимает несколько кнопок на станке, получая определенную, как правило, стабильную заработную плату, дающую ему возможность биологического выживания, но не вызывающую у него ни азарта, ни эмоций, ни каких-либо человеческих чувств. А без этого всего человек вообще не может существовать. Он отличается от животных, от всего сущего на земле именно тем, что эмоционирует: защищает свою Родину, идет в атаку и только за счет эмоций может одержать победу, проявить героизм. То же самое в труде. Это тоже борьба, война с теми материалами, которые мы обрабатываем, поиски более совершенных методов, достижение нужного качества, наконец, утверждение себя, доказательство того, что выпускаемые тобой товары не хуже, чем в других странах, и люди будут их приобретать. Это делает государство богатым. Только принципы труда могут сделать так, чтобы каждому россиянину было выгодно работать.

Поэтому наша партия постулирует 4 или 5 простых положений.

Во-первых, чтобы каждый россиянин имел надежду за счет труда получать прекрасную жизнь, чтобы он захотел жить хорошо. Многие люди считают, что, если есть небольшая квартирка, небольшое количество пищи в холодильнике, этого вполне достаточно. Но этого мало. Поэтому самое главное, чтобы народ стремился к лучшей жизни, чтобы у него всегда была мечта о том, чтобы сделать себе красивый дом, посадить красивый сад, сделать красивое рабочее место, получать красивый досуг после работы и ту информацию, которая ему необходима. Вероятно, самое трудное, с моей точки зрения, должна сделать церковь — внушить людям, что они каждый год просто обязаны жить лучше, что мы живем сегодня не по нашему интеллекту, не по нашему богатству. Мы сегодня по уровню жизни на 101-м месте по сравнению с другими странами. Но многие страны Африки, Южной Америки не имеют тех богатств, той территориальной собственности, которая есть сегодня в России.

Во-вторых, чтобы у людей были средства производства, которые в настоящее время принадлежат директорам, каким-то непонятным акционерам, а не тем, кто на них работает. Попытки провести приватизацию не соединили человека с результатами труда, не создали ту экономическую гласность, которая необходима для того, чтобы человек стремился к максимальной отдаче своих способностей в процессе труда. Поэтому нужны законы, которые бы дали возможность различным трудовым коллективам создать закрытые акционерные общества. Закрытые акционерные общества полностью владеют результатами своего труда, доходами и прибылью. Во всем мире нет такого количества открытых акционерных обществ, как в России. В Америке 99,2 процента акционерных обществ — закрытые акционерные общества, когда люди, организующие акционерные общества, работающие там, полностью обладают всей прибылью, доходами и правом на инвестиции.

Наконец, необходимо сказать, что в России огромное количество сырья. Ведь переход России на мировые цены на сырье практически делает невозможной конкуренцию российских товаров с западными, потому что стоимость сырья и инфраструктуры сегодня дороже, чем в Америке: на 40 процентов дороже керосин и бензин, на 200 процентов — электричество. Я был в Архангельске. Там прекрасный лес. Но его никто там не покупает, а покупают в Норвегии, потому что рубка леса при тех ценах, которые имеются сегодня на электричество, на аренду помещений, обходится значительно дороже, и оказывается, что доска, купленная в Норвегии, выгодна.

Сегодня наш филиал в Санкт-Петербурге покупает кирпичи в Финляндии, потому что они на 30 процентов дешевле местных. Непомерно разросшийся государственный аппарат, который должен за нами «крепостными» и «полукрепостными» людьми следить, практически выживает за счет поднятия цен на инфраструктуру — транспорт, энергетику, коммуникационные услуги. И поэтому сегодня мы становимся нерентабельными, неконкурентоспособными на мировом рынке. Мне это напоминает примерно такую ситуацию: профессора Федорова заставили бороться с чемпионом мира Майклом Тайсоном на ринге. Но у профессора Федорова нет таких мышц, как у Майкла Тайсона — он никогда не занимался боксом. Выбрасывание нас сегодня на мировой рынок аналогично приведенному примеру. Профессор Федоров находился на ринге 10 секунд, затем он был бы в полном нокауте. Наша страна тоже оказалась в полном нокауте. И в настоящее время мы живем на деньги, полученные от продажи того, что дала нам матушка-природа, а не за счет того, что сделали своими руками и мозгом.

В программу нашей партии входит четкий контроль за инфраструктурой и передача 50 процентов инфраструктуры частным или юридическим лицам в виде акционирования транспорта, энергетики, коммуникационных услуг, чтобы не было дикого монополизма. Абсолютно ясно, что монопольные организации начинают брать такие цены и накручивают такие прибыли, что это разрушает всю систему. Нельзя вводить рыночную систему, если нет конкуренции.

Вы знаете, что любой базар хорош тогда, когда продавцов больше, чем покупателей, и продавцы борются за покупателя. Тогда цены идут вниз. Качество продукции все время улучшается. У нас же ничего подобного нет. Вся наша система производства состоит сегодня где-то из 450 тысяч предприятий, в то время когда в развитых капиталистических странах, например, в Америке — 20 миллионов предприятий, в Японии — 10 миллионов предприятий, в Германии — 7,5 миллиона предприятий. То есть мы за годы советской власти разрушили индустрию товаров народного потребления, промыслы, старые технологии. Сегодня мы покупаем кока-колу, вместо того чтобы пить прекрасный русский квас, слепо идем в западную культуру, абсолютно не следим за тем, что делается с нашими детьми. Мораль нашего общества все время новая. Иначе обстоит дело в тех организациях, которые нам удалось создать (их сейчас в России уже около 70). Там рабочие и служащие — друзья директора. Каждый знает, что он вчера заработал и сколько может заработать завтра. Только в этих условиях эгоистическая программа каждого человека реализуется через добро, партнерство, услуги друг другу. Так создаются мощные нравственные коллективы.

Самое главное богатство нашего Института и подобных организаций не в том, что мы много зарабатываем. Это не самое главное. Важно, что мы делаем совершенно новых людей. Причем, когда эту систему мы внедрили в деревню, замкнув человека на конечный продукт, оказалось, что там перестали пить, стали прекрасно доить своих коров (коровы вместо 3 тысяч литров молока дали свыше 6 тысяч литров). Российский народ может прекрасно работать, не говоря о том, что в самом нашем Институте на этих принципах производительность труда и качество его в десятки раз превышают американские (производительность труда — в 4 раза, качество — в 12). Мы выживаем за счет качества своей продукции, доброты, которую источаем, когда приезжают к нам больные. Если вы к нам придете, то увидите совершенно другое к себе отношение, потому что каждый из вас нам выгоден. Мы вас вылечим, но за это заплатят страховая компания, государственный бюджет. Здесь сочетаются наши эгоистические устремления с чисто нравственными и общечеловеческими.

Наша страна отстала по технологиям где-то на 25 — 30 лет. 25 процентов промышленности, даже крупной, надо полностью перестраивать. Устарели станки, линии, нет соответствующих материалов. Наш национальный доход позорен: 400 миллиардов долларов, а бюджет — 32 — 33 миллиарда. Сегодня 10 крупных банков могут купить Россию вместе с президентом, с армией. Что такое 32 миллиарда? Смехотворная величина.

Что это за страна? Я думаю, вопросы нравственности и соединения человека с трудом и собственностью в настоящее время самые главные. Человек должен стать собственником в своей стране, для начала — своего труда, а затем придет все остальное.

Федоров  Б. Г.
«Вперед, Россия!»

Очень часто сегодня, когда обсуждаются вопросы, кто такие русские и что будет с нашей страной, многие рассматривают это как «белое» и «черное». Патриоты, те, которые продают на углу какую-нибудь газетенку и кричат про жидомасонский заговор по всей стране, они плохие. А вот эти, демократы, они уже вроде бы и не могут называться патриотами, поскольку одно противоречит другому. То же самое, когда судят только по фамилиям; у нас Федоровых очень много, то есть, если Федоров, то уже вроде русский. А ведь у графа Витте, который был министром финансов, фамилия не очень русская, но тем не менее он был более из русских, чем многие из тех, у которых фамилия оканчивалась на «ов». И нам, движению «Вперед, Россия!», эти вопросы очень близки, потому что, к сожалению, за последние годы сильно разошлись во взглядах те, которые называют себя «демократами». Те же, кто причисляет себя к патриотам, к коммунистам, зачастую выдвигают новые лозунги. Когда оказывается, что русская идея — это исконно социалистическая и якобы уже тысячу лет мы только об этом и мечтали, с чем мы, безусловно, не согласны принципиально.

Нередко человек и не чувствует себя русским, потому что было принято: едешь за границу — в графу о национальности нужно писать СССР. Нам говорили, что сформировалась некая общность — советский народ. Но при этом каждый видел, что грузин себя ощущает грузином, армянин — армянином, а вот среди русских это как-то не чувствовалось. Совершенно очевидно, когда страна, по существу, раскололась, а в нашей программе четко записано, что «русский народ расколот», расколот искусственно, необходимо в Конституцию включить специальную статью о воссоединении между Украиной, Белоруссией и Россией. Потому что настоящее положение — это нарушение всех исторических традиций и не в интересах людей. Конечно, решать это нужно только мирным путем, ибо бряцание оружием никому еще не приносило добра.

Все усиленно обсуждают так называемую национальную идею. Мы уже видели много попыток ее сформулировать. Кто-то говорит просто очень странные банальности. Иные пытаются повернуть историю вспять. Мы не считаем, что можно вернуться в состояние 1913 года, потому что дважды в одну воду войти невозможно. И конечно, Россия изменилась и будет изменяться, и, безусловно, необходимо искать свои корни, начиная с того, почему на российских денежных знаках нет наших героев прошлого, почему мы не знаем своих великих реформаторов, почему, например, Столыпин или Потемкин у нас до сих пор трактуются как одиозные личности.

Действительно, были русские патриотами во всех смыслах этого слова. Мы считаем, что Россию нельзя победить. Ни погубить, ни разорить не удастся. Какой бы номенклатурный капитализм ни пытались создать в нашей стране или номенклатурный социализм, ничего не выйдет. В конечном счете наша сила не в тысячах ядерных боеголовок, или в миллионах солдат, или даже в территории, недрах и ресурсах. Главный наш потенциал — народ. Мы отличаемся от других народов прежде всего силой духа, интеллектом, духовностью.

Нас сегодня многие политики пугают Западом. Вроде бы патриотизм в том, что нужно отгородиться. Внушают, что мы не европейцы, мы какие-то совсем другие. Я не думаю, что та же самая кока-кола, или хорошие дороги, или хорошие автомобили могут повредить России. Мы не должны этого бояться. За нами великая культура, великая история. Это придает силы, делает людей разной этнической принадлежности настоящими русскими независимо от того, откуда они происходят. Наша культура, воплощенная в личностях людей в те качества, которые всегда были характерными для русских — искренность, радушие, стремление подняться над бытием и докопаться до сути, — наверное, и составляет загадку русской, славянской души, которая так непонятна и одновременно притягательна для многих иностранцев. И очевидно, что это сохраняется, и, стало быть, надежда на возрождение остается.

Должны ли мы изменяться? Безусловно, потому что тот, кто считает, что пусть все остается так, как было, допустим, за последние 70 лет, либо глубоко ошибается, либо лицемерит.

Нам нечего бояться потерять свое своеобразие, свою особенность. Конечно, нет одинаковых наций и народов. Все страны в Европе тоже разные. Когда нас пугают Западом, я думаю, это неправильно. Мы можем, сохраняя собственную культуру, духовность, брать у других все полезное. Это нормально. Глупо отказываться от прогресса ради псевдопатриотизма. Русская культура насквозь духовна, ей не могут повредить какие-то новшества, но во всем, конечно, должна быть мера.

Иногда задумываешься над тем, что же составляет национальную идею или русскую идею? Сформулировать ее, конечно, может только жизнь. Любой человек, пытающийся в недрах кабинета создать, написать русскую национальную идею, обречен на поражение.

Нам кажется, что движение вперед состоит в том, чтобы все лучшее из общества потребления (не нашего общества) было взято и наполнено духовной культурой русских. Нельзя не согласиться, что нам многое нужно сделать в области экономики, технологии, но наша страна богата высокоразвитыми человеческими отношениями, которым трудно найти аналоги в мире. Реальные материальные достижения, освещенные высокой духовностью, — вот путь продвижения нашей страны в будущее.

Два слова о православии. С нашей точки зрения, безусловно, православие — это, может быть, единственная ниточка, которая связывает нас с прошлым. В этом смысле поддержка своего наследия, конечно, — святая обязанность любого русского человека, государства и правительства. Слишком много было разрушено, забыто, и миллионы людей с трудом представляют сегодня, откуда они произошли, не ведают, что Россия — великое государство с богатейшей духовной историей.

Румянцев  О. Г.
Блок Ст. Говорухина

III Всемирный русский народный собор своевременно поднял вопрос о том, что нам пора посмотреть друг другу в глаза и начать диалог, потому что сегодня политическая воля искусно гасится тем, что нам навязали чуждые правила игры. Мы их с удовольствием приняли и вот уже играем в 43-партийность, в перевыборы Думы с абсолютно нулевыми полномочиями, а завтра с таким же энтузиазмом ринемся в перевыборы президента с супергигантскими правами. И все это означает, что мы вновь оказываемся втянутыми в искусно расставленные сети, и политическая воля большинства, безропотно играющего по этим чуждым правилам, оказывается атрофированной. Она гасится противостоянием наших сил, противостоянием друг другу. Я думаю, что огромная роль Русской Православной Церкви и III Всемирного русского народного собора хотя бы уже в том, что поставлена проблема объединения. Мы, Блок Станислава Говорухина, наверное, меньше всего держимся за свой партийный стяг и готовы первыми его сложить, если встанет вопрос об объединении оппозиции.

Пользуясь случаем, мы уже сейчас обращаемся ко всем патриотическим, а также силам демократического реализма с тем, чтобы создать единую коалицию, Государственный совет сил оппозиции, потому что без этого мы не в состоянии будем перейти от вновь избранной Думы к новому составу правительства. Это первое, о чем я хотел сказать.

Второе. Мне кажется, что огромная польза нынешнего Собора состоит в собирании той совокупности идей, которая может нас объединить. Здесь не надо быть неофитом Шумейко и выступать с новыми постулатами русской идеи, чтобы понять одну основополагающую мысль: каждый русский человек инстинктивно ощущает, что основа русской идеи состоит в стремлении к справедливости, к братскому воссоединению людей. Именно эти две мысли и могут в настоящее время объединить сегодня силы оппозиции.

Когда мы говорим о справедливости и воссоединении людей, оказывается, что в сегодняшней политике они взаимосвязаны и имеют практические задачи. Например, справедливость правовая и юридическая — это соответствие норм жизни праву юридическому, историческому и, самое главное, — нравственному.

Возьмем сферу юридическую. Можно ли говорить, что у нас сегодня порядок в государстве и оно справедливо относится к обществу? Нет, так сказать нельзя. Россия живет с неуважаемой, с ежечасно нарушаемой самой же властью Конституцией.

Фальсификация референдума с многочисленными нарушениями закона. Даже в Москве нынешнюю Конституцию уважает всего 4 процента опрошенного населения. Что же говорить о глубинке, где еще сохранился русский дух?

Можно ли вообще рассуждать о справедливости правовой, если сегодня налицо последствия государственного переворота.

Когда мы говорим об исторической справедливости, то перед политиками встают две практические задачи: воссоединение людей, прежде всего тех народов, которые жили вместе, являли собой, как говорили тогда, единую историческую общность, которая реально функционировала и называлась «советский народ». Вот как раз об этом — о воссоединении внутреннего и воссоединении внешнего, о поиске и приобретении Россией естественных союзников — мне хотелось бы сказать.

Конечно, в Конституции вообще не упоминается о том, что Российская Федерация выросла из России прежней, которую мы потеряли. В Конституции не упоминается ничего и о том, что Российская Федерация сейчас состоит в содружестве российских государств. У нас часто любят ссылаться на цивилизованный западный опыт. Так вот, германская конституция почти 40 лет призывала жителей ФРГ к воссоединению с восточными землями и блестяще выполнила эту задачу на сороковом году своего существования.

Я думаю, что необходимый пересмотр Конституции надо начать с вынесения в главу первую — основу конституционного строя важнейшего принципа о России — союзе государств. Это позволит созвать Конституционное собрание. Мы говорили о нем как о резервном форуме.
Сегодня очевидно, что Конституционное собрание более легитимный способ пересмотреть форму управления, решить вопрос о справедливости правовой и исторической. Я встречался несколько раз с белорусскими коллегами. Есть желание и понимание со стороны Белоруссии участвовать в работе Конституционного собрания России. Значит, внешняя политика России должна быть направлена прежде всего на подготовку к работе такого форума.

Мне хотелось бы сказать и о внешней реинтеграции. На днях вы, может быть, видели совершенно потрясающую телевизионную передачу, когда расспрашивали перекрестным допросом козыревский МИД. На вопрос, кто же сегодня союзники России, с трудом был получен ответ, что нашим единственным формальным союзником, оказывается, сегодня является Таджикистан. Единственным! Я ни в коем случае не собираюсь умалять значение этого важного геостратегического союзника России, но страшно становится, что, кроме Таджикистана, у Российской Федерации, у новой России нет больше союзников. Хотя оглянитесь вокруг: 14 восточных христианских народов, естественное геополитическое поле, основанное на духовной общности, на духовной близости. Но ясно, что эта духовная близость не перерастет в союзнические отношения России с восточно-христианскими народами, прежде всего с Сербией (я уж не говорю об Украине, о Белоруссии и других ближайших наших союзниках), до тех пор, пока не восстановится определяющее моральное значение Москвы, которое сейчас упало до нижайшей отметки.

Я думаю, что в первую очередь прежде всего важна роль государства. Каким будет государство, такой будет и политика.

После разгрома Верховного Совета я работал как советник президента Крыма Юрия Мешкова. Я видел, что ничего нельзя сделать, когда Москва повернулась спиной к Крыму, к своим соотечественникам, к внешней политике, которую обязана была проводить Москва. Я думаю, что это одна из первоочередных наших задач на ближайшее будущее, которая не позволит нам остаться с нашим единственным союзником — Таджикистаном.

Я хотел бы сказать и о справедливости социальной. Россия сегодня страдает от того, что реальный статус групп, слоев общества ни в коей мере не соответствует их роли в распределении материальных благ. Потому что нет местного самоуправления, нет поддержки институтов гражданского общества, таких, как культура, образование, наука, воспитание. Не поддерживается социальное партнерство, слабо реализуются обязанности государства в отношении своих граждан. Чем не поле для работы, которая объединит оппозицию?!

Если эти проблемы, уже обозначившиеся в ходе Собора, создадут практический каталог идей и политических задач и мы, объединив усилия, начнем их вместе реализовывать уже в 1996 году, который, на мой взгляд, должен стать определяющим, нам удастся тогда вывести Россию из того кризиса, в котором она сейчас находится.

 

ВЫСТУПЛЕНИЯ НА ПЛЕНАРНЫХ И СЕКЦИОННЫХ ЗАСЕДАНИЯХ ВРНС

Зорькин  В. Д.
Конституционный суд РФ

Ваше Святейшество!
Всемилостивейший Владыко!
Уважаемое собрание!

Я благодарю, вас за оказанную мне честь — выступить с соборной трибуны. Это одно из немногих публичных мест в России, где могут теперь сказать свое слово не только люди партийные, но и те, кто стоит вне партий и вместе с тем не безразличен к судьбе Отечества в час беды.

То, что в России появился Собор, представляет собой знаменательное явление. Собор связан со строительством нашего государства, и возникает вопрос: на каких принципах мы должны строить Россию, которая в значительной степени разрушена? Без их определения невозможно создать ни этот наш Собор, ни Собор-Россию, ни собрать русских. Что мы делаем? Мы накладываем груду камней, перетаскивая их с места на место, или действительно занимаемся строительством, строим именно Собор, завещанный нам нашим Господом Иисусом Христом? Господь назвал св. Петра камнем. Но ведь понятно, что это был особый Камень, а Собор, основанный на нем, — это таинственный и великий Собор. Если мы будем ориентироваться на это, то всем нам (независимо от того, принадлежим ли мы к какой-то партии или нет) надо понять, что Россия у нас на всех одна, задуматься над этими общими принципами, без соблюдения которых не будет ни государства, ни Русской Православной Церкви, следовательно, ни самой России.

Прежде всего о государстве. Процесс рассыпания великого государства, начавшийся в 1917 году, увы, до сих пор не остановлен. Приходится говорить о реальной угрозе разрушения России, безопасности народа российского. Связано это прежде всего с тем, что политики ставят перед собой цель прийти к власти любой ценой, в том числе и самой чудовищной — разрушением самого государства. К сожалению, есть такие политики, недальновидные и недалекие. Задумались бы они: разве человек, захотевший быть штурманом на корабле, чтобы добраться до штурманской рубки и до штурвала, станет громить корабль, пробивать у него днище и крушить мачты?! Как и куда он поплывет на обломках? С этой точки зрения задача Русского Собора заключается прежде всего в том, чтобы выдвинуть в качестве аксиомы и отстоять ее в практической жизни, а именно: собраться нам всем вместе в едином государственном строительстве. Собор мог бы внести решающую лепту в объединение российского народа вокруг государственнической идеи, я бы сказал, концепции патерналистского государства.

Говорят, у нас было тоталитарное государство, которое всех подавляло, душило свободу и всякую инициативу. Да, было. Государство вообще способно угнетать личность. И это зло. Но когда сейчас порой требуют: «меньше государства», «не нужно государству ни во что вмешиваться, общество само все сделает», то не есть ли это другая, не менее опасная крайность? Отдаем ли мы себе отчет в том, что такое минимизированное государство годится лишь для развитого, дееспособного гражданского общества?

К такому государству «ночного сторожа» Запад шел через государственность Левиафана, обуздывавшего эгоистические страсти индивидов. А потом от идей и практики либерально-охранительного государства эпохи свободной конкуренции в настоящее время перешел к идеалам социального, социализированного государства, регулирующая роль которого резко выросла.

Требование свести к минимуму вмешательство государства в дела общества в тех условиях, в которых находится сейчас Россия, обрекает нас на ложные идеи и дурную практику. В нашей действительности меньше прав у государства вовсе не означает, что их больше у человека. До человека они не дойдут, к нему не попадут, если не будет сильного государства, отечески заботящегося о гражданине. Они окажутся у хищных банд и мафиозных кланов. Вопрос стоит так: или патерналистское государство — или банданархия. Обновление России, ее грамотное реформирование, переход в постиндустриализм невозможны без сильного государства, осуществляющего свою активную регулирующую роль в жизни общества, в том числе в сфере экономики.

В свою очередь государство — это ведь не голая власть-сила, не механическая машина насилия. Государство есть высшая форма общежития, высшее проявление народности в общественной сфере. В нем неопределенная народность собирается в единое тело, получает единое Отечество, становится Народом с большой буквы.

Я напомню уважаемому Собранию, что такая характеристика государства была дана выдающимся нашим мыслителем прошлого столетия Борисом Николаевичем Чичериным, принадлежавшим отнюдь не к почвенникам, а к либералам-западникам, которые не бездумно копировали Запад, а брали у него все лучшее, прежде всего духовные достижения, грамотно и органично соединяя их с отечественными культурными традициями.

Государство должно жить и обновляться силой духа, в этом смысле оно государство духовное, государство-Отчизна, государство-Родина. Основа его — правда и право. И этим оно отличается от тирании, в которой господствует произвол правителя. Право — это не просто нормы. Нормы, как известно, имеются и в уголовном шалмане. Но не его же мы хотим построить. Право в своей сущности коренится в правде и справедливости. Следовательно, и государство должно покоиться на правде и праве.

& этой высокой трибуны хотелось бы подчеркнуть, что духовная наполненность Российского государства образуется на основе соединения права, правды и православия. Все эти три слова близки по звучанию! Право невозможно основать на чисто техногенных началах. Оно должно быть одухотворено и облагорожено нравственным началом. Только тогда мы сможем избежать сползания в уголовно-мафиозную пропасть.

Для того чтобы воплотить начала права и правды в нашу жизнь, нужна, конечно, воля, соединенная со смыслом. Само собой ничего не утрясется, за все нужно бороться. И здесь, в условиях расшатанности всех скреп, соединяющих общество, как никогда огромное значение приобретает государственное начало. Невозможно сразу приплыть к счастливым берегам идеального народовластия. Страна должна пройти суровую школу диктатуры закона. Если в самое ближайшее время государственная власть, элита и народ не осознают это и не сумеют упрочить начала законности и правопорядка, то мы разбредемся в анархическом безумии. Разговор не об альтернативе: анархия или тоталитарное подавление (то есть возвращение в прошлое). И то, и другое смерти подобно. Речь идет о достойном и адекватном ответе на вызов времени, о цивилизованном переходе России в обновленное состояние процветающей постиндустриальной сверхдержавы XXI столетия.

Без упрочения начал государственности и права в указанном здесь смысле невозможно построить и здоровую экономику. Экономика, на мой взгляд, это не просто производство, ведение хозяйства. Она должна быть этической или теологической.

Здесь уместно напомнить этимологию данного слова: от древнегреческих «ойкео», «ойкумена», то есть совокупность просторов, заселенных человеком, и «номос» — закон, вытекающий из божественного разума. Экономика, таким образом, означает ведение хозяйства на основе указанных законов ради достойной жизни, к которой призван человек. В этом смысле экономика противопоставлена хрематистике (от древнегреч. «хремос» — богатство), то есть производству ради богатства как самоцели. Как известно, древним грекам не удалось создать экономику. Они погрязли в хрематистике для ничтожного меньшинства, обратившего в рабов подавляющее большинство населения. И в конечном счете их цивилизация, отвернувшись от Бога, оказалась обреченной.

Неужели мы будем повторять плачевную судьбу древних и сооружать монстр хрематистики для одного процента богатых и сытых, для которых все остальные станут быдлом?! Но как это согласуется с заповедью, данной нам Господом нашим: «Нет ни раба, ни скифа...» Ведь мы уже в значительной степени пошли по пути хрематистики. Опомнимся, пока не поздно. Вечные начала правды и права, заложенные в одухотворенную, человечную экономику, взывают к нам и заставляют прислушаться друг к другу и строить экономику не для избранных, а для всего народа. В этом смысле российская экономика должна быть всенародной, социализированной. Другой вопрос, где мера между общим и частным, своим и чужим? Эти пропорции как раз и следует найти на основе правды и справедливости.

Государство, право и экономику, покоящиеся на нравственных началах, невозможно выстроить с помощью чисто технико-компьютерного мышления. Ведь не «кубик Руби-ка» собираем. Требуются дух и человек одухотворенный. А такими, на мой взгляд, как раз и являются русский человек и русский народ. Он, руководствуясь идеями, завещанными нам Пресвятой Троицей, и создавая вообще тринитарную симфонию в России, должен сам собраться. Собор, с этой точки зрения, не дом. У дома — крыша, а у Собора — свод и купол небес.

Вот какие задачи и какие горизонты открываются перед русским народом и Россией накануне XXI столетия. Если мы хотим быть строителями Великой России (а другой она быть не сможет), то не должны слепо копировать чужие рецепты. Просвещенный российский патриотизм должен основываться на генетических кодах России, многовековых достижениях нашей отечественной культуры вкупе с лучшими образцами культуры общемировой. Русские, я убежден, выступают в двух ипостасях: как нация, народ в узком и широком смысле. Разумеется, русские — это нация в узком смысле, но ведь мы не меряем русских просто по крови. Есть второй, важнейший аспект понятия «русский народ», завещанный нам всей нашей историей. Русские — это народ-собиратель, открытый для объединения через общую государственность с другими народами. Он народ-держатель, народ державы, точнее сверхдержавы, то есть империи, но вовсе не «империи зла». Под империей я имею в виду государство, построенное не на национальном, а на идеократическом, сверхнациональном, наднациональном начале. Это империя собирательства, где многочисленные народы гармонично живут вместе в едином государстве-Отечестве благодаря народу-держателю, народу-собирателю, то есть русскому народу. И кто не поймет и не решит проблему русских, тот ничего не сделает путного в России. Как известно, протестанты вырубали покоренные народы, католики крестили огнем и мечом. А русские собирали и устраивали соборное всеединство.

Так устроена Россия. Здесь все иначе. Она альтернатива Западу. Но это не значит, что она враждебна ему. Через Россию Запад и весь мир открывают свои пути развития. Другой России не было и не будет. Она или состоится в этом своем призвании (вечная и вечно новая) или растворится, перестанет быть.

Только будучи открытым и выполняя эти заветы и принципы соборного российского строительства, русский народ сможет сохранить свою миссию. К нему потянутся другие народы и, обновляясь, построят обновленную Россию.

Таковы, на мой взгляд, общие принципы соборного строительства России накануне XXI столетия. Они выражены в словах. А как известно по Книге Книг, сначала было слово. Но одного доброго слова и одного смысла недостаточно. Слова растворяются, если они не воплощаются в делах. Наступило время соединения смысла и воли. Мы встречаемся не для того, чтобы разговаривать, а для того, чтобы договариваться. Хватит уговаривать чужих. Давайте объединимся сами, свои. Необходим Соборный народный договор — то животворящее слово, которое в молчаливом делании объединит нас всех в час беды. Мы собираемся уже в третий раз. И если все ограничится только словами, но не будет добрых дел, то ничего путного не получится. Тогда мы окажемся на пиру во время чумы. А чтобы оказаться на пиру, на котором будут и званые, и призванные в великое строительство, нам нужно задуматься и понять, что Россия не белая или красная, Россия у нас одна — наша общая Родина, наше святое Отечество. И мы должны прежде всего собраться сами и через это соединить других. Потому что смешно думать, что если мы не сумеем собраться сами, то сможем соединить других.

Давайте не упустим свой поистине исторический шанс на пороге XXI столетия. Пусть это будет порог не к пропасти, которая поглотит всех нас, а порог в храм — в великую Россию, собранную, обновленную и процветающую, обретшую себя и на основе этого открывшуюся для мира. Тогда мы — Собор.

Петров  Ю. В.
председатель Общественно-политического движения «Союз реалистов»,
член президиума Всемирного русского народного собора

Ваше Святейшество! Уважаемые участники Собора!

Весьма знаменательно, что в это беспокойное и трудное для страны время Святая Церковь, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II выступили инициаторами нового, уже третьего по счету Всемирного русского народного собора.

Уверен, что каждый из нас, кому дорога Россия, испытывает чувство горечи и большой тревоги за ее судьбу, за судьбу русских, проживающих как в нашей стране, так и за ее пределами. При этом речь идет не о какой-то исключительности русских или особых привилегиях перед другими национальностями. Святая Русь, русские люди, русский народ — это для нас по-настоящему дорогие слова, за которыми столетия непростой истории со всеми ее ошибками и трагедиями, радостью одержанных побед и горечью поражений, но в конечном счете мы произносим их с чувством гордости и уважения к делам и свершениям своих предков, сумевших собрать и защитить земли русские, создать одну из величайших культур мира.

Мы, русские, действительно великий народ, но мы никого не собираемся ни унижать, ни поглощать. Мы за равноправные отношения, за равноправное развитие всех наций и народов. Именно поэтому инициатива Святой Церкви, организаторов данного Собора, предоставление ведущим партиям и движениям возможности высказать свою позицию по самым важным вопросам жизни страны заслуживают всемерной поддержки.

Наше объединение готово к сотрудничеству со всеми здоровыми силами общества во имя будущего нашего Отечества. Мы выступаем за национальное согласие. Уверены: в это тяжелое время, когда все обострено и натянуто, как струна, далеко не самое важное дело искать виновных, все больше возбуждая и раскачивая общество. Главное сейчас — созидательная работа, подъем отечественной экономики, отечественного сельского хозяйства. Упор должен быть сделан на это. Только через труд, через развитие производства можно построить лучшую жизнь.

Как и у большинства других партий и движений, у нас есть конкретная программа вывода страны из кризиса. Мы готовы положить ее на алтарь человечества, готовы на базе родственных программ выработать единую программу или на первых порах хотя бы единое понимание, единые подходы к решению наиболее острых проблем. Готовы искать точки соприкосновения, то, что может объединить различные формирования в интересах дела, в интересах всех россиян.

Мы за то, чтобы мирное согласие, о котором говорил здесь Святейший Патриарх, навсегда пришло на землю России. Для этого немало делает и церковь. Мы за максимальную поддержку ее усилий, за возвращение ее собственности, восстановление и строительство новых храмов, возвышение роли Русской Православной Церкви.

Россия всегда была собирательницей земель, защитницей слабых и обездоленных. Поэтому мы и сегодня выступаем за более тесные связи с бывшими республиками СССР, за восстановление нашего единства, но, безусловно, с учетом существующих реалий, на новой демократической основе. Мы считаем, что, решая эту задачу, Россия не должна бояться обвинений в захватнической политике или в других смертных грехах, хотя подобные расхожие выпады приходится нередко слышать. Главное, повторяю, — это волеизъявление миллионов, в том числе и наших соотечественников, законные интересы которых зачастую беззастенчиво попираются и нарушаются. В этом вопросе мы поддерживаем более жесткую позицию России к тем государствам, где ущемляются права русских.

Вчера с этой трибуны прозвучал очень сложный вопрос: до какого предела в защите соотечественников готова идти Россия? Думаю, ответ здесь один: всем в мире следует усвоить, что Россия готова идти до конца. При этом, безусловно, прежде всего должны быть использованы все доступные, но разумные формы и методы воздействия, включая влияние международных организаций.

И вторая сторона вопроса о соотечественниках. Как бы тяжело ни приходилось нашей стране, как бы ни было сложно, Россия — мать, и она обязана принимать всех русских, помогать им обустраиваться, налаживать нормальную жизнь. Для этого надо найти и силы, и средства, но прежде всего необходимы желание и ответственность государства.

Только сильное и авторитетное государство способно обеспечить возрождение России, ее ведущие позиции в мире, сохранение ее единства. Вместе с тем должно быть гарантировано максимальное предоставление политических и экономических прав регионам при необходимом минимуме прав центра. Мы сторонники такого государства, которое не душит инициативу и предприимчивость, не угнетает, а помогает, вырабатывает правила игры и строго следит за их выполнением.

Полностью согласны с выступающими на Соборе, это записано и в наших программных документах, что путь созидания новой, великой, процветающей России лежит через возрождение духовности, развитие культуры и образования.

Хочу высказать мнение еще по одному сложному вопросу. Все мы в последнее время и с трибун, и в печати выступаем за объединение усилий во имя России. Но тогда встает вопрос: почему же мы разбежались по блокам, фракциям и группам? Зачем вносим смятение в души людей, которые и так не могут разобраться, кто есть кто и за кем идти. Думаю, дело не только в личных амбициях, хотя и они, безусловно, имеют место. Скорее всего нам не хватило времени, чтобы притереться, сплотиться, найти точки соприкосновения и общие подходы к решению злободневных , задач. Не нашлось в стране силы, которая постаралась бы в этом плане и усадила всех за стол переговоров. И Собор, как ни горько говорить, все-таки опоздал со своей инициативой сбора руководителей фракций и избирательных объединений. Надо сказать, что и ныне действующий закон по выборам далек от совершенства — он в общем-то эклектическое дитя переходного периода.

Не худо было бы, наверное, нам вместе подумать и об ответственности политиков перед народом. За те деньги, которые тратятся на избирательные кампании, на обеспечение работы депутатов Государственной Думы и других руководителей, нужно не покладая рук печься о деле, а не об имидже своем, не о том, как переиграть, перекричать другого. Надо сделать мерилом полезности и фактором ответственности в деятельности каждого политика конкретный результат.

И последнее. Необходимо подумать о роли и месте Всемирного русского народного собора в общенациональном движении за возрождение России, в том числе и о создании его региональных представительств. Видимо, решения и рекомендации Собора не будут юридически строго обязательными, поскольку Собор — все-таки общественная организация. Однако, полагаю, можно работать над тем, чтобы его документы стали в конечном счете моральным руководством для общества. Конечно, это потребует нового подхода к формированию состава Собора, к формам и методам работы, его финансированию. Если бы удалось превратить Собор в высшее морально-нравственное собрание всех русских, проживающих как в России, так и за ее пределами, дело от этого только выиграло бы.

В заключение позволю себе напомнить слова преподобного Серафима Саровского: «Господь помилует Россию и приведет ее путем страданий к великой славе».

С этой надеждой и будем неустанно трудиться на благо народа русского, во имя Великой России.

Сергеев  Н. М.
Председатель Славянского Собора «Белая Русь»,
член президиума Всемирного русского народного собора

Ваше Святейшество! Уважаемые соотечественники!

Я представляю Славянский Собор «Белая Русь». Это Республика Белоруссия, поэтому позвольте мне от лица народа Белой Руси, от Славянского Собора «Белая Русь» поприветствовать III Всемирный русский народный собор.

Славянский Собор «Белая Русь» — это, пожалуй, единственная политическая организация в нашей республике, которая изначально открыто выступала и продолжает выступать за святую идею воссоединения триединого русского народа.

Сейчас много говорят о перипетиях советской истории, но зачастую забывают, что самое главное и тягчайшее преступление большевизма — это преступление против русского народа, когда единая русская нация была искусственно и насильственным образом расчленена на три другие, хотя и родственные, как нам это представляли в течение всего периода советской власти. Причем дело было поставлено таким образом, что право называться русскими было оставлено только исключительно за великороссами, а само понятие «великороссы» было предано анафеме, проклятьям, объявлено фашистским и преступным.

В течение всего советского периода через советскую паспортную систему белорусов и украинцев лишили права

называться своим исконным древним именем. Поэтому наша организация ставит важнейшей задачей восстановление этнической целостности русского народа. В течение XX столетия так называемая белорусизация, а фактически политика дерусификации белорусов, проводилась пять раз. Первая попытка дерусификации белорусов была произведена еще в годы Первой мировой и гражданской войн оккупантами времен кайзеровской Германии. В 20 — 30-е годы большевистский режим достаточно жестко проводил политику дерусификации, когда так называемые белорусы-шовинисты, то есть выступающие за единство русского народа, или были вынуждены бежать из пределов нашей страны, или были посажены в лагеря, о чем советская история всегда умалчивала. Не вспоминали и об истории так называемой Незалежной Белоруссии. Третий раз дерусификация проводилась во времена фашистской оккупации, когда гауляйтер всячески благословлял белорусских националистов на враждебное отношение к Москве и русскому народу. Четвертый — во времена Берии и Хрущева. И наконец, пятый — после уничтожения союзного государства — коммуно-номенклатурный Верховный Совет объявил политику дерусификации, которая называлась «белорусизация», а бывший председатель Верховного Совета пан Станислав Шушкевич, не имеющий ни малейшего отношения к белорусам, заявил о том, что белорусизация — это дерусификация. И после этого началась государственная политика вытеснения всего русского из жизни белорусского народа.

В течение всей своей истории белорусский народ осознавал свою приверженность к великому братству — русскому миру. Поэтому когда в результате длительной борьбы уже в Незалежной Белоруссии наконец был вынесен вопрос на референдуме относительно русского языка и союза с Россией, то белорусский народ однозначно, подавляющим большинством (80 процентов проголосовавших) высказался за русский язык, за то, что белорусы хотят жить вместе с великороссами, как это всегда было в истории.

В связи с этим не могу не затронуть в своем выступлении важные вопросы: кто такой русский человек? что такое русский народ? что такое историческая Русь? Не ответив на них, мы не поймем, что же нам дальше делать. Более того, у нас не будет нравственного права на воссоединение Белоруссии, России и Украины в единое государство.

Что такое русский человек в нашем понимании? В течение всего периода советской власти и Незалежной Белоруссии весь пропагандистский аппарат государства и интербольшевистской коммунистической партии внушал белорусам через систему образования, что «вы не являетесь русским народом». Еще в детстве я задумался: почему у меня была любимая книга «Юность полководца» Владимира Яна, в которой рассказывалось о том, как Александр Невский вместе с половскими князьями защищал западные земли Руси от немцев и литовцев? И вот у меня возникла детская обида: почему мой народ вдруг отказался от своего исконного имени? Я стал интересоваться, поднимать летописи и понял, что в школе нам говорили неправду. Узнал я, что часть белорусов в результате длительной пропаганды перестала осознавать свое единство с русским народом. Это усугубилось еще и тем, что в советское время в белорусы были записаны все жители Белой Руси, независимо от их этнического происхождения. Поэтому я хочу сказать, что в понимании Славянского Собора «Белая Русь» русский человек — это понятие не культурологическое, как об этом зачастую говорят. Русский человек — это не только человек русской культуры, это понятие все-таки этническое. С нашей точки зрения, мы бы определяли русского человека как восточного славянина (независимо от того, к какой ветви русского народа он относится), который осознает себя русским и стремится добиться воссоединения исторической Руси. Следует сказать, что огромное количество украинцев и белорусов, понимая свою самобытность, в то же время считают себя русскими людьми и хотят быть вместе.

Далее. Что такое историческая Русь? На это мы тоже должны себе ответить, потому что нам пытаются внушить, что Русь — это всего лишь Российская Федерация. Но мы говорим о том, что Российская Федерация — огромная часть Руси, но все-таки часть, то есть великороссы. Поэтому мы считаем, что Русская земля, историческая Русь — это огромное пространство от Буга до Курил, равно принадлежащее и великороссам, и белорусам, и украинцам, и закарпатским русинам, о существовании которых мало кто знает. А в то же время существует такое древнее русское племя русины, которое, живя в Словакии и в Закарпатье, в течение столетий осознавало себя русскими и осознает до сих пор.

Далее. Что такое русский народ? Здесь нужно обратиться к наследию наших великих русских мыслителей начала XX века, которые четко определили, что сознание русского человека заключает в себе несколько уровней. Местный уровень — это великоросс, белорус, украинец и русин, и общий уровень — это русский. Еще более высокий уровень — это православные, еще более широкий уровень — это славянин. Нам сейчас пытаются преподнести такое плоское понятие, что русский — это великоросс. Необходимо восстановить и понятие великоросса как части русского народа.

Мне думается, что в одном из решений или постановлений Собора необходимо четко определить, что русская нация имеет четыре народоветви: великоросскую, белорусскую, украинскую и русинскую. У каждой из этих ветвей своя самобытная региональная культура, которая является местным проявлением русского духа. Мы должны сказать, что существует такое понятие, как общерусская культура, создававшаяся всеми четырьмя ветвями русского народа одновременно.

Я возьму, допустим, Белоруссию и назову такие известные каждому образованному русскому человеку имена, как: Ефросинья Полоцкая, святая Русской Православной Церкви; Кирилл Туровский — русским златоустом называли этого человека в свое время; архиепископ Могилевский и Белорусский Георгий Канисский — великий мыслитель; наконец, великий русский мыслитель Николай Лососий. Все эти люди говорили своему народу: «Вы — русские люди, вы не забывайте этого, несмотря на то, что против белорусов осуществляется экспансия польская, католическая, литовская и т. д.».

Мы должны заявить (государственные органы, Государственная Дума еще не готовы к этому), что такое русский народ и, как было предложено предыдущими ораторами, в Конституции Российской Федерации необходимо заключить норму, которая будет требовать воссоединения русского народа.

Еще я хотел бы сказать несколько слов о позиции Русской Православной Церкви в Белоруссии. Это очень важный вопрос, потому что от единства Русской Православной Церкви зависит и возможность восстановления единства русского народа и единства Руси.

Во времена всех смут, которые существовали на Руси, Русская Церковь всегда была едина. Были удельные князья, часть русских земель попадала под власть других государств, но была единая Русская Церковь, и русский народ осознавал, что у него есть духовный стержень, а его духовный глава находится в Москве. Взоры русских людей были устремлены именно на Москву. И не случайно после разрушения союзного государства были предприняты огромные попытки расчленить Русскую Православную Церковь на различные автокефалии. К сожалению, подобные попытки были и у нас в Белоруссии, но в отличие от Украины они не увенчались успехом. Более того, я хотел бы сказать, что враги русского народа, западные враги, видя, что невозможно отколоть белорусскую часть Русской

Православной Церкви от ее единого тела, предприняли гигантскую экспансию католицизма и протестантизма, направленную против Белоруссии.

Представьте себе, что сейчас неправославных общин в Белоруссии уже больше, чем православных и старообрядческих, вместе взятых. Если православных и старообрядческих общин в Белоруссии 952, то иностранных уже свыше тысячи. Тратятся большие деньги на строительство протестантских и католических храмов, и в то же время православные церкви в нашей республике испытывают огромные трудности материального плана. Я думаю, что не все потеряно. Визит Патриарха Московского и Всея Руси в Белоруссию показал, что наш народ в основной своей массе православный и стремится сохранить свою веру. Единственное пожелание к белорусской Епархии Русской Православной Церкви, чтобы священники шли в народ и несли ему свет православия и русский дух.

Я думаю, что если так будет продолжаться, то Русская Православная Церковь перейдет от обороны в наступление. Если мы на Всемирном Русском Соборе сможем заявить о том, что такое русский человек, то неизбежен час, когда вся русская земля соединится.

Верю, что мы сможем эти смутные, тяжелые времена превозмочь и будем единой, неделимой и мощной державой.

Клыков  В. М.
скульптор, член президиума Всемирного русского народного собора

Ваше Святейшество!
Ваше Высокопреосвященство!
Дорогие братья и сестры!

Приятно было видеть, когда представители разных блоков, а их у нас сейчас едва ли не больше, чем народностей в Отечестве, пришли и под руководством Русской Православной Церкви и, прежде всего, разумеется, благодаря высочайшему авторитету Патриарха Московского и Всея Руси Алексия II продемонстрировали здесь, несмотря на разногласия, то общее единодушие, а подчас даже и единомыслие, которое мы так чаем друг в друге.

Я повторяю, что это в большей степени благодаря высочайшему авторитету Русской Православной Церкви и лично Патриарха. Но спрашивается, почему именно такое уважение? Наверное, потому, что из всех ныне существующих властей, пожалуй, только Патриарх обладает законной духовной верховной властью как высший представитель Русской Православной Церкви. Пожалуй, никто из выступивших здесь представителей официальных властей не обладает той степенью законности и легитимности, которой обладает высший иерарх Русской Православной Церкви.

Проходя мимо Белого дома, вы, дорогие соотечественники, могли увидеть, что украшает герб нынешнего правительства России символ России, а точнее — герб Российской империи — двуглавый орел со скипетром и державой, то есть со всеми атрибутами власти.

Но вы знаете прекрасно, не мне объяснять этой аудитории, что означает герб и что такое символ российской государственности. Это символ единения духовных и светских властей, это символ и герб Российской империи или тысячелетней российской государственности. Скажите, пожалуйста, соответствует ли ему теперешнее наше государство, я бы сказал, с куцым названием РФ или Российская Федерация и является ли она правопреемницей тысячелетней России, коль скоро имеет такой герб? Повторяю, вопрос очень серьезный, ибо за ним стоят все другие вопросы, связанные с законом или беззаконием в нашей стране.

Я думаю, герб — это вековечная мудрость народная, а в России это вообще мудрость сотворенная, может быть, даже на мистическом уровне. Поэтому герб, тем более России, не может быть присвоен никаким государством, если это государство не является правопреемником этой страны.

Вот почему мне, и не только мне, хотелось бы посоветовать нашему официальному руководству: коль скоро принят герб Российской империи, господа, надо следовать именно в этом направлении — воссоздавать ту Россию, являться ее правопреемником.

Говорю об этом потому, что на самом деле наша страна сейчас называется Российская Федерация. Что это за страна, что это за новообразование? Практически с ней не считается ни одно международное сообщество. Потому нашу страну и грабят направо и налево, не считаются на международных переговорах. Это особенно почувствовалось в последние 4-5 лет, когда в результате проводимой политики мы практически лишились влияния на всех четырех морях — итог тысячелетия наших усилий. Об этом тоже стоит нам задуматься. Почему это происходит?

Мне кажется, и об этом говорили наши святые отцы, что это — результат беззакония, начавшегося с февраля и октября 1917 года. И сейчас, когда я вижу борьбу между демократами и коммунистами, я думаю, что всем ясно: это борьба преступивших закон в феврале 1917-го с преступившими закон в октябре 1993 года. Это противостояние до сих пор происходит. Поэтому и не могут вернуться к закону государственному, данному нам действительно от Господа Бога и выстраданному нами в тысячелетиях. Нельзя вернуться в одну и ту же реку. Время прошло, но мне бы хотелось задать вопрос: скажите, поздно или рано жить в законе, данном нам от Господа Бога? Поздно или рано выполнять те заповеди, которые нам завещаны Господом Богом? Чем раньше, тем лучше.

И еще. Говорят о том, что Россия и народ не созрели для введения той формы правления, которая всегда была в России, — скажем, монархия православная или самодержавие православное. Господа, если понимать народ в его историческом единстве, то русский народ без малого тысячу лет жил при государе-императоре и только 70 лет с небольшим — в беззаконном государстве. Вот почему настала пора принимать реальные решения и усилия к тому, чтобы воспользоваться исконно проверенным инструментом государственного строения — собрать Всероссийский земский собор, который в истории не один раз выводил русских людей и русский народ из смуты. Хорошо было бы наметить эту цель и на Всемирном русском народном соборе. Восстановление законной российской государственности и становление государства, которое бы являлось действительным правопреемником тысячелетней России, — это очень важный момент по объединению всех народов России и прежде всего русского национального самосознания.

Когда спрашивают, что такое национальная русская идея, то каждый придумывает ответ самостоятельно или коллективно в своем институте. А ведь нет у нас другой идеи, которую мы обрели в тысячелетиях и которая заповедана нам Господом Богом. Православие, самодержавие, народность — вот она, русская идея. И не нужно ничего выдумывать, уклоняться от этого, подменять эту истину многообразием лжи.

Когда мы призываем в молитвах утренних: «Как на небеси, так и на земле: Господи, приди в царствие твое, яко на небеси и на земле», — это и есть то самое царство. «Бог отец, Бог сын, Бог святой дух». Так и на земле: православие, самодержавие, народность. Только эта скрепа позволит соединить разрозненное ныне наше национальное сознание. Только этот закон может воспитать национально мыслящих политиков, лидеров. Только это позволит привести страну к миру, к его обретению. Пока не будет этого, церковь будет сама по себе, правительство и руководство сами по себе, народ сам по себе. И каждый по отдельности обречен хиреть, слабеть, вырождаться.

Великая сила — закон, который обретен и выстрадан русским народом в тысячелетиях. Вот почему русский народ не участвует сегодня в делах тьмы и не бежит, как говорится, «задрав штаны», за демократической перестройкой. И напрасно некоторые продажные средства массовой информации говорят о том, что «все стабилизируется у нас, и народ соглашается, принимает участие в этом». Нет, народ просто замкнулся. Он смертельно устал от коммунистических экспериментов вчера и демократических сегодня. Он просто стоит на том, чтобы выжить в этой ситуации, и молчит до поры до времени, не участвуя в делах тьмы и лжи.

Давайте совместно, единым соборным мнением приблизим это время для того, чтобы в русском народе раскрылись те потенциальные возможности и тот божественный промысл о нем, который был заложен изначально Господом Богом.

Ножкин  М. И.
народный артист России, сопредседатель Российского земского движения

Ваше Святейшество!
Ваше Преосвященство!
Дорогие братья, сестры, земляки!
Земляки, потому что у нас общее прошлое и будущее!

Мне радостно выступать на этой высокой трибуне, потому, как я считаю, выше трибуны сегодня в России нет, да и быть не может. Я присутствую на празднике и наконец-то чувствую себя опять в России. Собор сам по себе своим существованием ставит на место всех. Мы видим здесь политиков, лидеров различных движений, направлений, но я не принадлежу ни к какой партии, ни в какие блоки не хожу, потому что у меня одна партия — Россия, и я живу по принципу: все, что хорошо для России, хорошо для меня. Я этим спасаюсь и рад, что этот принцип заложен в основу нашего Собора, потому что все, что хорошо для России, хорошо для Собора. И как перед Богом, так и перед Собором все равны. До какой степени проявляются на соборной трибуне лидеры наших блоков и движений, до какой степени они открываются в своем хорошем, большом и своем мелком! Даже своим присутствием, поведением здесь они тоже показывают, сколько они значат для России. Многие забежали сюда, поставили галочку и помчались на следующее собрание. Но они ошибаются — Собор это не дежурное собрание, это суть российская, это вековая традиция жизни российской. И политики, которые этого не понимают, обречены. Россия и православие, и церковь российская — это тысячелетия. Масштаб России нынешним политикам не понятен. Они «забежали» на эти должности и торопятся поскорее пожать плоды своей суеты. Наши политики очень суетливы. И в этом беда и их, и России.

Собор необходим. Это отчет перед Россией, отчет политиков, с чем они приходят к порогу нового тысячелетия, что предлагают Отечеству. Немного предлагают. Повторяются, путаются в обещаниях — сплошная демагогия. Мне вспоминается замечательная библейская заповедь: «По делам узнаете их».

Нигде в мире, а я достаточно поездил по свету, так не верят печатному слову и слову, произнесенному вслух, особенно с экранов, как в России. В России слово свято. Поэтому говорят: «Поэт в России больше, чем поэт». Слово — это вера, и, конечно, враги Отечества пользуются нашим доверием. Отсюда наша беда. Нас не научили, и мы детей своих не учим узнавать людей и судить о людях, а особенно о политиках, по делам, а не по словам. Вот в чем беда Отечества. Поэтому Собор должен стать и уже стал мерилом истинности политиков. Это очень ярко видно.

Я бы будущему Собору предложил такой постулат: «Совесть и политика». Это направление, которое Собор должен постоянно держать под контролем. Совесть и средства массовой информации. Это еще одна проблема, от которой мы не можем уйти, потому что та бессовестность, которая захлестнула Отечество при нашем доверии к слову, и привела к разрухе. Поэтому совесть и бессовестность политиков — это первое, за чем мы должны наблюдать.

Знаете, у Солоневича есть замечательная фраза: «Царь имел власть, а народ имел мнение. И государь обязан был считаться с этим мнением». И он считался. Поэтому Собор — это всенародное мнение.

И еще о суете политической. Беда нынешних политиков России в том, что они не понимают масштаб страны и государства, который они временно оседлали. У них политика захватчиков, оккупантов: все равно погонят. Сейчас или чуть попозже. А нам торопиться и бежать некуда, некуда и решать и выкарабкиваться из этой проблемы вместе. Некоторые здесь говорили: «Вот мы оказались в таком положении». Это неправильная отправная точка: нас загнали туда сознательно. Поэтому масштаб российского мышления и церковная стратегия православия, а она рассчитана на века, исключают упреки в сиюминутной, быть может, неповоротливости. Это наши мирские упреки. Они продиктованы нашим непониманием масштаба движения в историческом аспекте великого корабля под именем Россия. Вот в чем беда. А церковь прекрасно это понимает. Масштаб движения ее в жизни измеряется веками. Задача нынешнего и будущего Собора сформировать образ России, русской семьи, русского человека, достойного своей великой истории и своей великой земли. Потому что сейчас средства массовой информации сознательно формируют отрицательный образ русского человека, русского государства и православия — всех тех истинных стержней, на которых держится русская народность, история русской культуры.

С возрождением России прежде всего связаны школа и дети. Какими мы их воспитаем, такой Россия и будет.

И еще один важный вопрос — это диаспора. Русский Народный Собор должен стать центром, к которому десятки миллионов людей испытывали бы доверие. Поэтому в Соборе нашем, особенно в его действующих органах, должны быть достойные, честные, жизнью доказавшие преданность Отечеству люди. Случайным прохожим здесь места нет.

Маслов  Н. В.
предприниматель

Добрый день! Благословите, Ваше Святейшество!

Я вчера здесь присутствовал и было больно за двуличность нашего правительства. Не понимаю, куда ведет сегодня правительство Россию, наверное, вместе с президентом. Говорят, что их поддерживает церковь, а я считаю, что это ложь. Как можно было церковь обложить налогами на уровне коммерческих предприятий и организаций? Правой рукой помогают восстанавливать храмы, а левой — открывают десятки казино! Эта гниль распространяется по Руси, идет в каждое наше тело, в конечном итоге оно может все загнить.

Какова же позиция правительства? Вчера они все собрались здесь, как птенцы под крылом Матери-Церкви, под крылом Патриарха. Что это — покаяние? А я согласен с тем, что сказал передо мной уважаемый товарищ — отметились и полетели дальше. Действительно, я смотрел телевизор вчера. Дали несколько слов Патриарха, Шумейко и все выступление Черномырдина: «Мы собрались хорошо на праздник Введения во храм Святой Богородицы». Хотя бы правильно написали!

Прежде всего нужно покаяться за содеянное, но делать это никто не хочет. Продолжается то же самое, только другую форму избрали: прибрали к рукам средства массовой информации. Церковь и народ сегодня под большим гнетом. Я как прихожанин вижу, что в храмах все меньше свечей стоит: не каждый может их купить.

Государство не дало нам национальной идеи. Как плачет земля русская, так плачет и русский народ. Нет идеи, мы не знаем, какое государство строим. Раньше коммунисты строили коммунизм, определенные стадии социализма. Подрастающим поколением, молодежью занимались комсомол, пионерские организации. Сегодня ничего нет.

Единственное доверие, которое еще осталось у людей, — это доверие к Русской Православной Церкви. Если заглянуть в историю, то народ всегда побеждал только тогда, когда на то было благословение церкви. Кто как ни патриархи, ни наши святые отцы отдавали свои жизни именно за русскую землю, за русский народ!

Еще одной мыслью хочу поделиться. Никому не убить стержень России — русский православный народ, вокруг которого собрались за многие века сотни народов и народностей. И был мир, потому что народ был крепким, доброжелательным и трудолюбивым. Сегодня слышим новые сказки про Ивана-дурачка и про золотую рыбку, мол, русский народ ленивый, пьяный, разнузданный. Я человек молодой и пошел в политику по благословению своего духовного отца архимандрита Иона Маслова. Я дорожу его именем и считаю, что буду достойным его продолжателем. И я обращаюсь к Собору от лица молодого поколения: нам нужна национальная идея. Ваше Святейшество, только церковь может сегодня сплотить наш народ, дать нам эту идею, силу творить, созидать и жить.

Дмитрий Григорьев
протоиерей, настоятель русского православного собора в Вашингтоне (США)

Ваше Высокопреосвященство!
Ваши Высокопреосвященства!
Преосвященства! Дорогие братья и сестры!

Мне, приехавшему издалека, хотелось бы сказать несколько слов о русском зарубежье.

Русская религиозная мысль после Октябрьской революции развивалась в русском зарубежье как органическое продолжение русского религиозного ренессанса начала этого века, когда в центре внимания русской интеллигенции оказались не вопросы западничества, славянофильства, монархии или республики, рыночной или социалистической экономики, а проблемы приятия бытия Божия и церкви, хранительницы тайны богообщения, высших ценностей и евангелиевской нравственности или отрицания их и борьбы с ними до конца.

В эти годы в одном конце нашего русского духовного микрокосмоса В. И. Ленин приказывал своему секретарю: «Каждое утро докладывать мне, сколько попов было расстреляно», а в другом звучал голос поэта Николая Гумилева, вскоре закланного в жертву «великой и бескровной» революции:

Есть Бог, есть Мир,
Они живут вовек.
А жизнь людей мгновенна и убога.
Но все в себя вмещает человек,
Который любит Мир
И верит в Бога.

Русское зарубежье, ставшее теперь дальним, — это более миллиона русских людей, вынужденных покинуть свою Родину не из-за экономических причин, как некоторые последующие эмиграции, а с еще дымящимся оружием в руках, спасая свою национальную идею, честь и жизнь. Волею Божией они оказались хотя и в трудных экономических условиях, но в климате, при котором творческая мысль могла развиваться свободно. Ее глашатаями и жрецами стали ученые, историки и экономисты. Некоторые из них были марксистами, участвовали в религиозно-философских собраниях в Петербурге, Москве, Киеве. За рубежом они работали для будущей, теперешней России. Их имена и труды, вошедшие в сокровищницу русской культуры и столь обогатившие ее, теперь становятся известны в России и служат высокому делу ее возрождения.

Это, например: Зеньковский, Федотов, Булгаков, Карташев, Франк, Ильин, Флоровский, Зёрнов, Арсеньев; журналы «Путь», «Новый Град», «Из глубины», их наследники Сергей Левицкий, отец Александр Киселев, отец Александр Шмеман, отец Иоанн Мейендорф, Полторацкий и другие. Их объединяло твердое убеждение, что подлинное развитие русской культуры и нормальная жизнь русского общества возможны только на основе веры, на принятии высших ценностей. В служении этой цели они видели смысл русской эмиграции и своей жизни. Так, Николай Сергеевич Арсеньев писал: «Нет смысла истории, если нет опоры в вечном, непреходящем и дающем жизнь и творчество Свете истинному, просвещающему всякого человека грядущего мира. В этом смысл жизни и для каждой отдельной личности, и для народа — найти точку опоры в Свете истинном, просвещающем всякого человека. Тогда только чувствуешь, что осмысляется жизнь».

Мыслители верили, что на пути к своему возрождению русский народ должен смириться, перестать поклоняться кумирам, созданным идолопоклонниками идей. Он должен осознать, что капитализм, социализм, национализм, космополитизм не абсолютные, а относительные исторические ценности. Георгий Петрович Федотов писал: «Одновременно самая отсталая и самая передовая, зарвавшаяся вперед и павшая на дороге, принесшая для всего мира опыт новой социальной конструкции, опыт, давший бесспорный отрицательный результат, Россия возвращается к собранности, сосредоточенности, которые являются одновременно покаянием и отдыхом, без которых ей угрожает смерть от физического и духовного истощения».

Но пророческий голос русских мыслителей переходит иногда и в грозное предупреждение. Иван Александрович Ильин еще в 30-е годы вещал: «Итак, русский народ нуждается в покаянии и очищении. Десятки лет существования дьявольского большевизма уже очистили одних и затоптали в грязь других. И вот очистившиеся должны помочь неочистившимся восстановить в себе живую христианскую совесть, веру в силу добра, верное чутье ко злу, чувство чести и способность к верности. Без этого Россию не возродить и величия ее не воссоздать. Без этого Русское государство после неминуемого падения большевизма расползется в хлябь и в грязь».

В заключение хочу сказать, что самое главное теперь для нашей России, вступающей в XXI век, — это единение всех русских, где бы они ни жили: в самой России, в ближнем или дальнем зарубежье. Внесение расколов, особенно в церковь, — это великий грех. Нас издревле объединяет вера православная и наша единая многострадальная церковь. И где бы мы ни жили, в какой юрисдикции бы ни служили, для нас московский святительский престол является центром нашей духовной жизни.

Но мы с подлинной терпимостью и доброжеланием относимся к людям иных вер и не имеющим веры, если у них есть совесть и внутренняя тяга к высшим ценностям.

Наконец, нас всех объединяет наш великий, впитавший в себя кирилло-мефодиевскую традицию язык.

Заканчиваю стихотворением И. Бунина «Слово», написанным во время Первой мировой войны, накануне грозных событий:

Молчат гробницы, мумии и кости, — Лишь слову жизнь дана: Из древней тьмы, на мировом погосте, Звучат лишь Письмена.

И нет у нас иного достоянья!
Умейте же беречь
Хоть в меру сил, в дни злобы и страданья,
Наш дар бессмертный — речь.

Залыгин  С. П.
писатель, главный редактор журнала «Новый мир»

Уважаемые участники Собора!

Я хотел бы поделиться с вами своими мыслями по вопросам экологии, поскольку этим занимаюсь, по существу, всю свою сознательную жизнь.

Мне кажется, что религия крайне близка именно к этим проблемам. Меня всегда поражал псалом 103 из Ветхого Завета, в котором говорится о природе, нарисованы, я бы сказал, картина природы и взгляд на нее в целом, которого нам так не хватает, поскольку мы думаем и говорим о том, что видим, а что за пределами видимого нам, то остается слишком далеко от нашего понимания. Я думаю, что даже великая русская поэзия не превзошла этого стиха из Ветхого Завета.

Но кончается эта песнь: «Да исчезнут грешники с Земли, и беззаконных да не будет более». Звучит тревога за Землю.

В Новом Завете в Откровении Иоанна Богослова (глава 11, стих 18) так и говорится: «И пришел гнев Твой и время судить... и погубить погубивших Землю».

Вот, оказывается, когда возникла обеспокоенность за судьбу Земли и природы.

Я думаю, что в наше время во всем мире правительства обязаны быть «зелеными». Только тогда можно будет как-то отодвинуть экологическую катастрофу, которая сейчас надвигается на нас.

К сожалению, в нашей стране ничего подобного не происходит, и природа подвергается невиданному за всю историю человечества разграблению. Даже земля сейчас не государственная, как было, она вообще неизвестно чья и чьей будет.

Теперь мне хотелось бы сказать несколько слов об экологии. Может быть, это мой домысел, но я просто делюсь своими соображениями. Мне представляется, что собственно экология это есть возвращение к пантеизму в XX веке после того длительного периода, когда человек был рабом природы и стал потом ее господином.

Но когда вчерашний раб превращается в господина, он не умеет владеть своим достоянием. И научно-технический прогресс, которому мы все так или иначе поклоняемся, это ведь не что иное как развитие наших потребностей и их бесконечное стимулирование. Нам нужны новые марки машин, новые виды парфюмерии. И какого бы вопроса потребления мы ни коснулись, оказывается, что нас не удовлетворяет то, что мы имеем. Самых богатых людей не устраивает их богатство, им нужно еще больше!

Нельзя и нет смысла возвращаться к прошлому, его все равно не восстановишь. Это неестественно. Но в то же самое время нам необходимо извлекать оттуда опыт.

Нас призывают забыть то, что было, даже такое национальное бедствие, как катастрофа Чернобыля. Нам все время говорят: было и прошло, что ж теперь об этом вспоминать!

Но до сих пор ни один ученый не может точно ответить, каковы истинные последствия этой катастрофы. С 1992 по 1994 год на атомных станциях имели место 380 неполадок, которые могли закончиться примерно так же, как Чернобыль. А нас все до сих пор убеждают, что АЭС совершенно необходимы и без них мы не проживем.

В то время, когда все атомные станции Советского Союза давали 11 процентов всей энергии, теряли мы в сетях (потому, что не те материалы!) — 25 процентов. Следовательно, достаточно вдвое сократить наши потери — это покроет выработку всех вместе взятых атомных станций.

Я думаю, что время, когда Бог и Природа были едины, мы должны воспринимать как нечто исходное и не только как далекое прошлое. Собственно говоря, пантеизма так или иначе касаются все религии. И, может быть, именно там их начало. Во всяком случае начало мифологии, которая сформировала понятие о божественном, идет оттуда. И если мифология есть своего рода юридический устав, а отношения человека с природой — юридический кодекс, то религия, на мой взгляд, — это нравственный кодекс нашего отношения к природе. Их надо как-то соединять. Такая необходимость возникла из всего хода истории человечества.

Экология, вы знаете, это не наука в общепринятом смысле слова. Мы не найдем ее создателя. Она слишком далеко отодвигается в глубь веков и даже тысячелетий, о чем я уже говорил. Экология — это настолько же наука, насколько общественное движение, и придать ему силу религиозного мышления крайне необходимо.

Как практик экологического движения я должен вам сказать, что в настоящее время к этой первейшей идее прислонились люди, не имеющие к ней никакого отношения, строящие на этих великих и столь необходимых идеях лишь свое собственное благополучие. Скажем, легко пройти в Думу в качестве эколога, пусть даже человек никогда не имел и не имеет никакого к этому отношения.

Таким образом, я бы хотел подчеркнуть необходимость нашего единения в этом вопросе.

Михалков  Н. С.
кинорежиссер, член президиума Всемирного русского народного собора

Ваше Святейшество! Дорогие гости!

Мы тут слушали друг друга, и у меня такое ощущение, что находимся на пленуме ЦК КПСС, только изменились названия. Мы ведем разговор о России, о храме Божьем, о православии. Вопрошаем: в чем же дело? Почему такое произошло с нами? Самая главная причина — это безбожье. О чем бы мы ни говорили — о новых экономических реформах, о том, что нам нужно сплотиться... Это все пустые слова. Потому что в свое время была совершена попытка вынуть стержень из нашего народа — православие.

Причем дело даже не в том, чтобы изъять православие. Никогда в России не было такой междоусобицы, никогда так ее не разделяли. Когда александровские юнкера принимали присягу, то перед ними стояли и православный священник, и ксендз, и мулла. И они все были представителями своей конфессии, но становились русскими офицерами, ибо понятие веры было внутреннее, оно было корневым.

Что бы мы сейчас ни делали, как бы ни сталкивались лбами политические партии, нам необходимо понять, что до тех пор, пока школа не станет школой и религиозной, ничего не возникнет. Что бы мы ни пытались говорить о строительстве нашего будущего, до тех пор, пока лик России с государственной поддержкой не начнет обретать себя вновь, а это русский православный храм, дорога к этому храму, — ничего не будет. Если не поймем, в чем причина наших бед, то, естественно, будем продолжать бороться друг с другом, не находя выхода из положения.

Знаменательно, что сегодня здесь присутствуют представители всех партийных блоков. Замечательно, что это случилось, и точно было отмечено, что три года назад мы были, так сказать, «белыми воронами»: мы стояли и отстаивали свое. Но дело в том, что мы у себя на родине. Меня поражает, как мы до сих пор не поняли, что находимся у себя дома, пытаемся доказывать всем, что имеем право ходить в свои храмы, слушать свои сказки, свой язык. Мы до сих пор пребывали в состоянии, так сказать, безудержного агитационного порыва, вместо того чтобы спокойно, оглянувшись назад, посмотреть вокруг себя, понять, в чем причина. В безбожье. И другого объяснения нет.

Я понимаю, что трудно и в общем, наверное, неумно силой загонять людей в храм. Многие члены правительства стоят в храмах со свечами (их называют в народе «подсвечники») , не понимая ни слова из того, что происходит там. Но тем не менее это замечательно. Потому что такая дорога насильственной быть не может. Если это осознаем, то и выход найдем. Я в этом глубочайшим образом убежден.

Мы превратились в язычников. Страна с тысячелетним христианством стала страной язычников...

Я ни к чему ни призываю, а прошу только сосредоточиться на первопричине нашего бедственного положения. Если мы это поймем сердцем, убежден, что все проблемы найдут свое решение.

Бедюров  Б. Я.
писатель, представитель Конгресса тюркских народов

Ваше Святейшество!
Уважаемые участники Всемирного русского народного собора!

От имени Конгресса тюркских народов, который представляет все тюркские коренные народы России, 15 миллионов ваших сограждан, я рад приветствовать III Всемирный русский народный собор в этом святом для каждого русского человека месте, откуда пошла и росла, развиваясь во времени и пространстве, наша великая Родина.

Испытываю огромное волнение, потому что я, очевидно, первый человек с Алтая, который удостоился столь высокой трибуны. Новая алтайская духовность начиналась при прямом содействии и помощи Русской Православной Церкви. Первые алтайские писатели, которые стояли у истоков нашего приобщения к великой семье российских народов, были христианами.

Мне трудно выступать после лидеров основных общественно-политических движений и партий. Слушая их, чувствуешь правоту каждого. И я думаю, как было бы хорошо соединить идеи демократии, социальной справедливости, патриотизма, чтоб все слилось в большой российский поток.

Признаемся честно: все мы прошли одну суровую советскую школу. Мы сограждане, которые родились и выросли в одном обществе. Историю свою, как и родителей, как мать и отца, не выбирают. Это я хотел бы сказать лидерам наших многочисленных политических партий. На мой взгляд, в общественно-политическом спектре существует только три течения: демократическое, коммунистическо-социалистическое и патриотическое. А если говорить с точки зрения цивилизационно-мировоззренческой, у нас могут быть партия Отечества и партия антиотечества. Мы, тюркские народы России, являемся вашими собратьями и считаем, что наша Родина вечна, и на исходе XX века хотелось бы, чтобы этим сознанием прониклось все российское общество. Мы не 70 лет жили в одном государстве (так думают невежественные люди, сепаратисты или националисты) и были вместе не только в пределах Российской империи. Нет, наши корни идут в глубь веков, от седых времен скифской древности, от гуннов, от тюрков, от монголов. И последние 500 лет, с тех пор как Москва стала по Божьему промыслу преображаться в наше великое Отечество — Россию, тюрки стоят плечом к плечу вместе с русскими братьями.

Мы молчали тогда, когда сепаратисты разрушали наше Отечество. Но ни один тюркский народ до последнего не хотел расходиться, и мы остались верны нашей Родине. Составляя восточный окаем нашего Российского отечества, мы понимаем неразрывность, неотъемлемость наших исторических судеб. Тюрки нужны славянам, а славяне — нам во всемирно-историческом процессе, который нас ожидает не только в XXI веке, но и в третьем тысячелетии. Если мы хотим, чтобы наша Родина осталась великой, а я не сомневаюсь в этом, глядя на историю России, потому что мы уже третий раз в нашей стране меняем за этот век тип нашей государственности — от Российской империи к Советскому Союзу и от Советского Союза к нынешней. И тем не менее мы понимаем, что можно сменить тип государственности, общественно-политический строй, но страна, ее интересы остаются вечными, и это главное кредо в осознании нашего единства.

Размышляя о российской, или евразийской, как мы сегодня нередко говорим, цивилизации, мы понимаем, что ни один большой или малый народ, который вошел в лоно великой матери — России, не потерялся, не сгинул. Это ложь, когда говорят, что народы исчезают, ассимилируются и т. д. Когда я слышал в 1987 году на пленуме Союза писателей СССР великий плач, который затеяли украинские и белорусские коллеги-писатели, я подумал: быть беде, наша страна погружается в великие и сложные испытания. Я растерянно размышлял тогда: что же нам делать, если плачет 45-миллионный украинский народ? Но сегодня понятно, что это был не украинский народ, и не белорусы отделились. Давайте не будем употреблять эти слова. Разделились не народы, а номенклатура. Я думаю, что цивилизация России сберегающая, в отличие от ассимилирующей немецкой, от поглощающей американской, от растворяющей китайской. Мы являемся многоязыкой, многоликой, но единой и вечной Россией. Это наша страна, и так будет всегда.

Шаховской  Д. М.
член президиума Всемирного русского народного собора (Франция)

Ваше Святейшество! Дорогие участники Собора!

Очень трудно выступать перед вами, потому что я внимательно выслушал то, что было сказано, и, конечно, сердце мое болит.

Вы ждете, по всей вероятности, информацию о нашем зарубежье. Я должен вам ее дать объективно. Скажу, что говорят по-русски и знают русскую культуру меньше, но зато, может быть, сильнее борются за нее. Держит нас всех сознание, что мы принадлежим к Русской Православной Церкви, и вера, что именно Русская Православная Церковь нас всех объединит.

Дело, видимо, в том, что в наших порывах мы забываем один основной закон. Я это говорю в наш адрес. Недавно я читал в университете лекцию о русском самосознании и спросил: на чем основывается французское самосознание? Один студент мне ответил так: у нас есть конституция, свобода, равенство. Я заметил, что в этой конституции ничего нового не вижу и никакой культуры не чувствую.

В данном мире важно то, что в конце этих двух тысяч лет нам был дан новый закон, который вписали и который прозвучал в первых памятниках нашей литературы. Вспомним слова Владимира Мономаха, написанные им его родственнику: если ты говоришь, что любишь Бога и не любишь своего ближнего, ты лжец.

Я думаю, что первым делом нам нужна Любовь, которая должна всех объединить и угомонить наши распри. И в данном случае есть одно отрадное явление — это наша Православная Церковь, наше духовенство. Мы должны помнить, что оно претерпело и что пронесло через этот век. А оно преобразилось, стало всесословным и объемлющим.

И пускай именно общими стараниями и молитвами в области Любви не будет сказано, что молитва без дел мертва.

Рар  Г. А.
член президиума Всемирного русского народного собора (ФРГ)

Ваше Святейшество! Ваши Высокопреосвященства и Преосвященства!
Всечестные отцы и братья! Милостивые государыни и государи!

Второй раз в жизни приходится мне выступать на Соборе. Двадцать один год назад это был III Всезарубежный Собор Русской Православной Церкви. Тот самый, к которому Солженицын обратился с предостережением церковного зарубежья от ошибки дальнего зрения, заключавшейся в том, чтобы считать, как писал Солженицын, многомиллионную нашу церковь на родине падшей и противопоставлять ей некую истинную — потаенную, катакомбную.

Ныне у нас III Всемирный Собор, то есть и всероссийский, и всезарубежный, хотя зарубежье представлено по ряду причин чисто символически. Мне кажется, что нам следует предостеречь друг друга от ошибки не дальнего, а, наоборот, слишком близкого зрения. Многие частности нас пока разъединяют (или, по крайней мере, мы их по-разному понимаем) и затрудняют наше взаимопонимание.

Думается, что закладывать основание нашего всенародного общенационального единства следует, отодвинув на короткое время на задний план злободневные проблемы, какими бы жгучими они нам ни казались или бы на самом деле ни были, и сосредоточиться на дальнем или, точнее,

на высоком. А высокое — это иерархия ценностей, которые призваны нас объединить и правильно расставить по местам абсолютное и относительное, принципиальное и допускающее компромисс.

Для людей церковных вершина духовной иерархии — ветхозаветные заповеди, самим Христом Спасителем сведенные к двум: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всей душой твоею и всем разумением твоим; возлюби ближнего своего, как самого себя.

Для неживущих сознательно и непосредственно православной церковной традицией это следование совести, заложенному в нас чувству справедливости, правдивости, милосердия.

Вторая, отсчитывая сверху ступени иерархии наших ценностей, — это сама Россия, русский народ и российская нация.

Большевики начали с того, что развалили фронт и разложили армию, лишили Россию плодов купленной в значительной степени русской кровью победы над Германией в Первой мировой войне. Вслед за этим они провели вивисекцию России, разделив ее на союзные и автономные республики якобы для предоставления государственности меньшим народам. Но малым народам нужна не фиктивная независимость, а надежные условия для сохранения и расцвета их языка и культуры. И это вполне доступно и достигается вне территориальной культурной автономии в пределах единого государственного целого.

Дмитрий Иванович Менделеев еще в 1906 или 1907 году набросал схему административного деления тогдашней Российской империи. Ее нам обязательно надо вспомнить и внимательно просмотреть, потому что там предлагаются регионы и земли, которые положили бы конец делению наций на коренные и некоренные и т. д.

Вы скажете, о чем мечтать? Я вспомнил сейчас о менделеевской России потому, что по опыту знаю, как недолговечны в наше время плохо продуманные и неорганические конструкции. И я не верю в жизнеспособность многого из того, что образовалось из-за нашей слабости и неподготовленности в момент распада Советского Союза.

Нет, я не империалист, ибо ничего насильственно приобретать не хочу, и не великорусский шовинист, так как для нас, русских, требую всего лишь полного равноправия. И, естественно, к изменению прежних границ Российской империи я не призываю. Но я за то, чтобы жить одной братской семьей с белорусами и украинцами, разумеется, по сговору с ними и чтобы дипломатическим путем перерешить судьбу ближнего зарубежья.

Либо пусть та или иная республика предоставляет русской части населения точно такие же права, что и своей так называемой коренной национальности. Тогда Россия может отказаться от пересмотра границ и будет относиться к данной республике как к равноправному брату.

Республика настаивает на неоправданных привилегиях так называемой коренной нации и рассматривает русских и россиян как бесправных иностранцев, и в таком случае Россия обязана будет руководствоваться в отношениях с нею другими критериями вплоть до постановки вопроса о передаче Российской Федерации территорий, которые преимущественно заселены русскими.

Здесь упоминалась Нарва. Мой прямой предок участвовал и в передаче города от шведов России, так что для меня и Прибалтика — ближнее зарубежье, а не только Средняя Азия. Одним из постановлений нашего Собора должно стать решение о том, что мы русские как народ и мы россияне как нация берем на себя ответственность за благосостояние русских и россиян в ближнем зарубежье, за их равноправие и за судьбу. Естественно, что мы должны будем признать право коренных наций республик СНГ и Прибалтики также заботиться о культурной жизни и судьбе своих соотечественников на территории Российской Федерации. Но мы не только народ, этническое образование со своей культурой и традициями, мы, русские, также и нация. А едва ли не главное определение сущности нации не сталинское, не марксистское и не гитлеровское, это — ее жизненная динамика, единая политическая воля и устремление в будущее. Если мы всего лишь общность многочисленного и нескольких менее многочисленных народов, мы еще не нация. Но мы нация, если не особенно обращаем внимание на этническое происхождение, национальную принадлежность россиянина, который себя таковым признает, устремляем свою волю на созидание, на восстановление нашего общего дома — России, такой, какой она была задумана от святого князя Владимира до Петра Аркадьевича Столыпина и какой она была к 1914 году. Хотя бы такой, какой мы ее хотим оставить своим внукам и правнукам.

Мне кажется, что наш Собор должен принять и такое определение: «Россия — это не плач россиян по утерянному прошлому на Родине, в ближнем и дальнем зарубежье, это не идеализируемое далекое или относительно недавнее прошлое. Россия — это и наше прошлое, наша реальная история, из которой никто ничего вычеркнуть не может. Россия — это наше настоящее, со всеми его трудностями, невзгодами, несчастьями, но Россия — это прежде всего наше будущее, наша целеустремленная воля к достойной жизни народа, нации державы Российской».

Думается, что эта высшая ступень иерархии ценностей — любовь к Богу и ближнему, воля к великой России — среди участников нашего Собора разногласий не вызвала, хотя за его пределами, в кругах экстремистских да и некоторых демократических, может, вероятно, вызвать непонимание.

На третьей ступени нашей иерархии ценностей, когда мы поставим вопрос об основных принципах практического устройства России сегодняшнего дня, я предвижу расхождения между нами, впрочем, вполне естественные и в значительной степени преодолимые, если сохранить не только в сердце нашу общую боль за страну и народ, но и трезвость рассудка. А в спорных на первый взгляд вопросах соблюсти осмотрительность и некую государственную мудрость.

Одно из ключевых понятий современной политики — демократия, и мы много спорим о ней. Но что она такое, собственно говоря? Средство для достижения определенных целей или сама цель? Конечно, демократия не самоцель и даже не идеал. Она сама видит свою задачу в создании правового, то есть справедливого, соответствующего правосознанию общества строя, который в свою очередь должен обеспечить каждому гражданину защиту его человеческого достоинства, равноправия перед законом и равенства возможностей. Это — демократия. Но эта демократия ведь только средство, метод, правило игры. В современном городе не выживешь, если не будешь хотя бы в основном соблюдать правила уличного движения. В современном мире ничего не достигнешь, не пользуясь, опять-таки в основном демократическими правилами игры.

У демократии много недостатков. Численность, большинство голосов не могут сами по себе быть определяющими при нахождении нравственно правильных и попросту даже наиболее разумных решений. Теоретически возможны другие пути: путь фашистского корпоратизма, идеологической од непартийности, тоталитарного вождизма. Возврат к абсолютной монархии, опирающейся на вольное дворянство, пожалуй, действительно нереален. Но самодержавная монархия по Тихомирову с демократическим разделением властей на законодательную, исполнительную и судебную отнюдь не снята с повестки дня.

Другими словами, сойдемся на том, что демократия не самоцель, но средство и метод, без которого не обойтись ни правым, ни левым, ни республиканцам, ни монархистам, ни центристам. Для поколения, пережившего ленинскую, сталинскую, гитлеровскую диктатуру, само слово «диктатура» стало одиозным. Но история знает диктаторов, спасавших свои народы и государства от развала и порабощения тоталитаризмом, удерживавших их от вовлечения в мировые войны. Это в первую очередь генерал Франко.

Иван Александрович Ильин не боялся слова «диктатура», когда в 1938 году тучи Второй мировой войны уже явственно нависли над миром, писал, обращаясь к молодежи тогда еще внушительного российского зарубежья. Я в возрасте 15 лет это читал тогда: «Какая государственная форма установится в России, мы не знаем, мы не в состоянии усмотреть и предопределить надвигающиеся события. Мы всего-навсего незначительная часть русского народа, за нами нет силы, которую мы могли бы противопоставить внутри российской стихии и международным стихиям. Но мы знаем, что мы примем Россию в момент падения большевиков такой, какой она будет к тому времени: с переутомленной, измученной, ожесточившейся народной душой, с дезорганизацией повсюду, в состоянии всестороннего оскудения и растерянности».

Какая государственная форма будет тогда возможной, необходимой, желательной, спасительной? Ответ ясен и прост: внепартийная, сверхклассовая, национальная, религиозно-вдохновенная и жизненно творчески гибкая диктатура. Господь нас миловал: перелом в нашей судьбе произошел мирным путем, без восстания и революции, без гражданской войны. За кровь, пролитую у Белого дома и в Останкино, больно и стыдно. Но надо было считаться с еще гораздо более страшными вариантами развития событий. Мы обошлись без большой крови, без массовых арестов и казней, но совсем не потому, что к власти пришли диссиденты. Они к власти как раз не пришли. А потому, что сохранилась сила у «старо-новой» переходной власти. Во главе процесса перестройки и возрождения встала все-таки относительно сильная власть, которая уважает демократию, но, когда надо, действует и на грани нарушения демократических правил игры. По-видимому, именно такой и представлял ее себе Иван Александрович Ильин. И я думаю, что в этом плане мы, конечно, не за диктатуру, но мы должны стремиться к сильной власти в России.

В отношении вопроса о республике или монархии я как представитель старой эмиграции стою на позиции непредрешенчества. Так же продолжал держать себя и костяк белой эмиграции, хотя парижские последние новости и

пропагандировали февральские идеи о республике, белградский «Царский вестник» однозначно выступал за монархию, а «Возрождение» было рупором либерально-консервативных или консервативно-либеральных непредрешенцев.

Процитирую еще раз Ивана Александровича Ильина: «Нам в зарубежье надлежит блюсти скромность. Мы должны быть готовы к возвращению в Россию и к служению ей на месте при всяком небольшевистском, некоммунистическом строе. Мы будем служить ей, ее делу, ее возрождению предметно, честно и грозно. И тогда там, на месте, учитывая реальную обстановку общенационального русского бытия, мы вместе со всей остальной Россией сумеем найти и создать, именно творчески создать новую государственную форму для нашей Родины».

Может быть, и мы остановимся на такой же объединительной для всех нас непредрешенческой платформе.

И в конце тезисно о том, во что я верю.

Верность Богу и нравственным принципам православного христианства.

Ответственное служение нации и Державе.

Поддержка справедливой и честной, сильной власти.

Участие в построении демократическими средствами подлинно правового российского государственного и общественного строя.

Разумное непредрешенчество в отношении вопросов, которые решать придется не сегодня, а завтра.

Братская поддержка друг друга.

Доверие и сотрудничество в решении практических задач сегодняшнего дня.

И Бог нам в помощь!

Осипов  А. И.
профессор Московской духовной академии

Совершенно очевидно, что все мы озабочены тем, как возродить духовность. И опять-таки встает вопрос: что надлежит понимать под духовностью?

Мне бы хотелось предложить некую направляемую линию. Может быть, следует в конце концов сказать, что духовность человека и нации определяется его последней, высшей или окончательной целью, которой он искренне хочет достичь, к чему действительно стремится.
По-видимому, в свое время русский народ считал этой целью святость. Почему и сам бесконечно прекрасный

идеал всего нашего общества и государства именовался «Святой Русью». В настоящий момент он, кажется, утерян. Но я бы сказал, что не совсем. Он продолжает жить в наших душах. И теперь наша задача воскресить эту цель в народе, включая все его слои.

Но это может произойти при весьма существенном факторе. Все зависит от того, как церковь сможет преподать этот идеал. Это лишь одна из проблем, другая заключается в том, что возрождение духовности должно проходить только в церкви. Очень важно, чтобы при этом в самой церкви не было таких моментов, которые помешали бы дать людям ту красоту в христианском православии, которая хранится в ней.

Известно, как сейчас поляризуются два абсолютно непримиримых фронта. Одни считают, что нельзя ни на йоту отдавать того славянства, которое мы сейчас имеем. Другие отстаивают необходимость полного перевода богослужения на русский язык. И те и другие забыли о главном: задача Евангелия, богослужения и всей миссии церкви — помочь людям осознать и понять то Евангелие, которое принесено нам Христом.

И это Евангелие должно быть доступно не только в форме чтения Священного Писания, но, конечно же, и в самом богослужении. Поэтому здесь крайности в любом случае приведут к негативным последствиям. Но проблема поставлена! Ясно, что церковь должна ответить на запросы людей.

И конечно же, сегодня, как никогда, актуален вопрос о покаянии. Совершенно очевидно: там, где нет метания, нет стремления человека к духовной чистоте, там не может быть и речи о духовности.

Понятно и то, что покаяние без личного раскаяния немыслимо и превращается в абсурд и пустословие. Но в то же время является фактом, что во всем народе какая-то единая атмосфера нравственности, духовности. В этом нам предстоит еще большая работа и необходимо решить целый ряд конкретных задач:
образование в духовных школах;
духовное образование в светских школах;
средства массовой информации, особенно телевидение.
Через зрение человек получает до 95 процентов информации. И то, что телевидение сейчас приобрело так называемую свободу развращать людей, не может не тревожить. Если мы не остановим этот грязный, жуткий, сатанинский поток, разлагающий наш народ, то ничего не добьемся.

Зубов  А. Б.
доктор исторических наук, преподаватель Православного университета

Мне кажется, одна из причин, по которой собрался III Всемирный русский народный собор, стала проблема некоего хаоса, существующего в нашей стране. На Собор были приглашены лидеры ведущих политических партий. Мы услышали огромную палитру мнений, споров о том, как быть, куда идти? Я думаю, каждый русский человек независимо от его личных политических взглядов ощущает на себе, что мы находимся как бы в тяжелом сне. Мы не живем на самом деле. «Живи жизнью», а жизнью мы не живем. Это не значит, что все кошмарно, ужасно, нет. Россия знала более страшные периоды, сейчас нет многих ужасов, но мы находимся в состоянии некоторой обезволенности, которое мне очень напоминает отдельные моменты из пророчества Исайи, где говорилось: «И будет — задрожат колена у всего народа как вода». Такую вот волевую пассивность испытываем и мы. Как христианин я думаю, что причина этой пассивности не есть некоторое недоумение и даже не результат некоторой забитости семьюдесятью годами советской власти. Ее нельзя объяснить и особенностью национального характера. Причина сломленности, внутренней неспособности к действию иная. Это — грех. И вот здесь возникает очень сложная проблема. Мы, конечно, все знаем о грехе, который есть в человеке, о том, как надо бороться с ним. Но существуют такие понятия, как «коллективный грех», «национальный грех». Искусственное ли это построение, или некая реальность? Именно на этом я хотел бы остановиться. И древняя, и современная история учит нас тому, что грех есть некая народная реальность, реальность народного тела. Скажем, германский народ пятьдесят лет живет с грехом за то, что развязал войну и уничтожил шесть миллионов евреев. И любой, нормальный немец несет это бремя в душе, и это проявляется в целом ряде вещей.

Мне кажется, что до сих пор не поставлен диагноз болезни русской души. Какой именно грех или совокупность грехов совершил русский народ, когда это произошло, в чем это выразилось? Убежден, задача нашей церкви сказать народу, что все мы и церковь тоже, но не как тело Христово, а как совокупность людей совершили в XX столетии ужасное преступление. В 1917 году произошла массовая апостасия. Это подтверждено статистически. Известно, что после того, как прекратилось обязательное причастие в армии (примерно 86 процентов русских солдат

и офицеров перестали причащаться святых таинств на фронте, перед лицом смерти), произошла массовая апостасия. Народ пел, что «Бог не даст нам избавленья, добьемся мы освобожденья своею собственной рукой». Мы презрели Бога, уничтожили его в себе, и после этого удивляемся, почему нам так плохо.

Конечно, для человека неверующего или играющего в веру, для того, кто делает религию элементом национального русского комплекса, эти вещи могут показаться странными. Но для верующего тут все понятно.

Второй грех — грех против ближнего. Мы совершили его, разделив в 1917 году народ на хороший и плохой, на два общества — на социально чуждых и на социально приемлемых: одних уничтожали, других принимали. Количество жертв невероятно.

Если посмотрим более конкретно: почитай отца и мать свою и будешь долговечен на земле. А разве наши отец и мать, наша история, культура не были выброшены с корабля революции?

В Польше президент Квасьневский сказал: «Я лично ничего плохого не делал, я молодой человек (а ему 42 года), я не участвовал в злодеяниях партийного режима (а он ведь делал карьеру, был лидером комсомола). Я не виноват, нет, нет, это старики делали». А как у нас? Мы подаем записки в память наших умерших, просим Христа, чтобы он омыл их грехи в своей крови. Но можем ли мы, не раскаявшись сами в том, что сделали наши отцы и плотью чего мы являемся, идти дальше? Думаю, что нет.

Задача Русской Церкви не просто сказать, что мы во многом виноваты. Этого мало. Когда человек идет на ’ исповедь, ему надо четко прочесть, что может совершить человек, в чем согрешить и понять, в чем он лично согрешил. Полезна не такая исповедь, где ты формально скажешь, что «грешен, батюшка», а та, в которой ты четко назовешь свой грех, осознав его, поплакав над ним и изменив душу свою, чтобы больше ничего подобного не совершать.

Что касается народа, то необходимо, чтобы церковь указала нашему очень огрубевшему народу, что мы сделали, как бы пройдя по всем основным заповедям божьим. Что мы сделали тогда, что мы продолжали делать все эти 70 лет: вот, друзья, чем все это закончилось, давайте покаемся теперь. Имеет, видимо, смысл назначить специальные дни Великим постом, когда во всей полноте Православной Церкви, в пределах бывшей Российской империи, не только в Российской Федерации, но и на Украине, в Белоруссии, может быть, даже в православной Польше, всем вместе покаяться в том, что совершили перед ближними и против нашего Творца. Мне кажется, что такой молебен совершенно необходим. Пока мы будем упорствовать во грехе, забываться, а я знаю, что большинство людей вовсе не считают советский народ грешным и плохим, а, наоборот, называют его наиболее блистательным в российской истории, никаких перемен к лучшему, не говоря уж о спасении, нам не видать. Я полагаю, что очень важно совершить этот великий духовный акт покаяния перед Богом, перед нашими отцами и за наших отцов, и тогда, мне кажется, многое изменится к лучшему.

Антонов  М. Ф.
писатель

В недавно вышедшей книге митрополита Вениамина «На рубеже двух веков» прекрасно показано состояние нашей церкви в начале XX века. Он говорит, что мы были простыми исполнителями: сами не горели и других зажечь не могли. Хотя были тогда в России и Иоанн Кронштадтский, и другие. Но тем не менее церковь оказалась не на высоте задач и именно потому произошла революция.

После 70 лет гонений церковь стала крепче или слабее? Лежит ли она в параличе или являет собой свет миру, как заповедал нам Господь Иисус Христос?

На съезде православной молодежи в Колывани, в Сибири, Владыка Тихон говорил, что в священники ставят истопников, которые хоть немного знают, что представляет собой наше богослужение. В то же время мы видим, как священники освящают казино, другие увеселительные заведения. Спрашивается: есть ли в Русской Православной Церкви механизм контроля и очищения? Я понимаю, что сегодня нужно открывать как можно больше храмов, завоевывать плацдармы. Нам необходимо не только обороняться от сил зла, но и самим переходить в наступление.

Несколько лет назад в журнале «Новый мир» появилась статья дьякона Андрея Кураева «Трудное восхождение». Мне казалось, что весь церковный мир должен был перевернуться в свете вопросов, которые он поставил. А там два серьезных вопроса: чем опасен протестантизм для России и почему Русская Православная Церковь отдает без боя русский народ американским и корейским проповедникам? Отец Андрей, в частности, говорит, что при сохранении той практики, какая сложилась в нашей церкви, православные люди сами себя загонят «в гетто» и окажутся сектой, которая непонятна народу. Это объясняется не только тем, что у нас

язык богослужения не совсем понятен современному человеку, тут момент несравненно более важный...

Я себя называю русским православным и в то же время советским человеком. И потому считаю, что все, кто представляют нашу историю после Октября как сплошное беснование, где никакой духовной жизни нет, во-первых, очень далеки от жизни, а, во-вторых, тем самым становятся на позиции богоборчества. Ибо все, что совершалось в нашей стране, в том числе и после Октября, конечно, происходило не без промысла Божьего.

Какой Россия будет в XXI веке? К сожалению, подавляющее большинство прозвучавших здесь выступлений выглядят скорее как поиски пути возвращения в век XIX, что, конечно, совершенно неприемлемо.

У нас сейчас в любом храме на дверях вывешены правила поведения: как входить, сколько поклонов надо совершить, какой ритуал соблюсти перед тем, как приложиться к иконам. Но мы совершенно забыли, что Господь не только совершенный Бог, но и совершенный Человек. И вот я спрашиваю: за две тысячи лет православие создало книгу о том, что представляет собой Христос как совершенный Человек? Если мы сделаем какой-то шаг, чтобы занять более правильные позиции хотя бы в этих вопросах, я думаю, тогда нам не нужно будет ждать, когда народ пойдет в церковь. Церковь сама должна пойти в народ. Рассчитывать же на то, что со временем, когда мы откроем много храмов, весь народ у нас будет воцерковлен, неверно. Это к тому же идет против Священного Писания, ибо мы знаем, что Господь назвал своих последователей «малым стадом» и наперед знал, что это стадо будет таким. Если вы помните «Апокалипсис», у нас с вами нет никаких оснований ожидать, что в скором времени весь русский народ воцерковится.

Церковь, мне думается, должна научиться оказывать наибольшее влияние на народную жизнь в тех реальных условиях, когда подавляющее большинство народа находится вне церковной ограды.

Павлов  Е. А.
заместитель председателя Комитета по делам СНГ Совета федерации федерального собрания РФ

Ваше Преосвященство! Уважаемые участники Собора! Дорогие соратники!

Я не москвич, и мне благостный разговор, который здесь состоялся, не совсем нравится. Я только что приехал с Севера, был в Нижневартовске, в Сургуте, беседовал с людьми и там такой высокий накал, что мне хотелось, чтобы он каким-то образом переселился сюда.

Прежде всего я хочу рассказать, как мы работаем в Комитете по делам СНГ Совета Федерации. Русская нация никак не конституциирована, нигде не упоминается и фактически не представлена. Поэтому защищать права русских в ближнем зарубежье невероятно трудно. Как только мы начинаем поднимать вопрос о русских, нам говорят, что мы должны вести речь только о гражданах РФ. Например, в Казахстане только около 6 тысяч граждан России, а все остальные нас вроде и не должны интересовать. Вот так обстоят дела. Мы несколько раз конкретно пытались заняться проблемой, но натыкались на препятствия. Конечно, индивидуально мы стараемся работать с русскими общинами ближнего зарубежья, они к нам приходят, посылаем им письма, телеграммы, поддерживаем как-то (например, Николая Гунькина, Раису Телятникову и других), но, к сожалению, результаты очень малы.

Занимались мы положением русских в Абхазии, писали соответствующим письма в министерство, но ответ из МИДа был получен примерно такой: мы не можем открыть границу с Абхазией, потому что тогда Грузия откроет границу с Чечней и будет тяжело. И что-то вроде того, что русское население в Абхазии голодает и, вероятно, дальше будет голодать.

Много трудностей испытывают русские и в России. Мне постоянно звонят из Якутска, из Майкопа, говорят, что там русские постепенно оттесняются от политического руководства на какие-то второстепенные позиции, хотя, казалось бы, это Россия. Такие процессы идут в разных республиках, их нужно изучать. Я бы назвал это одним словом «чеченизация».

Сложилось вопиющее неравенство субъектов Федерации в рамках России. Есть люди областные и республиканские. Права у них совершенно разные. Я депутат и должен быть законопослушным. Наша Конституция не делит людей на областных и республиканских. Почему такое положение складывается? Причем республики выбирают своих президентов. Из них уже, по-моему, можно сформировать две футбольные команды, но они совершенно не отвечают за то, что происходит в их республиках.

Например, в Татарстане на КамАЗе сгорел завод двигателей. Как руководство Татарстана было наказано? Никак. Сейчас в Кандагаре оказался татарстанский самолет. Видимо, нет должного контроля за авиационными перевозками. Большой скандал. Над нашими летчиками с 3 августа издеваются. А как наказан президент Татарстана Шаймиев за это? Никак. Никому даже в голову не приходит потребовать выполнения нашего законодательства, потому что они президенты.

Примеров можно приводить множество. В Чечне господин Доку Завгаев подготовил приход к власти Дудаева. Сейчас, когда там случилось то, что случилось, Доку Завгаев снова оказался на том же самом месте. Я этого понять не могу. Тем более, что Доку Завгаев признает, что именно он Дудаева рекомендовал в генералы. Я думаю, что политик такого ранга должен отвечать за содеянное. Но у нас, к сожалению, этого нет.

Русская рождаемость повсеместно падает, и фактически сейчас об этом никто не говорит. Национальная пропорция в стране стремительно меняется, и «чеченизация» республик грозит России самыми тягостными последствиями.

Я бы хотел сделать несколько конкретных предложений. Поскольку часто после наших разговоров ничего не остается, то пора разрушить сложившийся стереотип. Например, давайте официально потребуем создать министерство по общерусским делам. Уверяю вас, что работы у него будет невероятно много. Например, переселенческая политика. Я сейчас из первых рук знаю, что наших русских людей из ближнего зарубежья гоняют от Шахрая к Китаеву, в Управление по гражданству и т. д. Ничего не могут сделать. Давайте организуем его работу и дадим ему такие полномочия, что оно будет заниматься и культурой, и снабжением учебниками, и переселенческой политикой, и вопросами жизни русских людей в ближнем и в дальнем зарубежье.

Давайте от правительства официально потребуем провозгласить как официальный государственный праздник — День русского единства.

Это не какая-то новация. Я не так давно получил приглашение из посольства Германии. Там проводится День немецкого единства, и руководство страны активно участвует в праздновании.

Дальше. От меня избиратели много раз требовали разобраться с проблемами безнаказанности лиц кавказской национальности, предлагали создать черту оседлости для подобного рода лиц. Я знаю, что это может быть воспринято некоторыми из вас плохо, но поскольку там такой разгул преступности (оружие практически у всех), то мы должны думать о защите своих граждан.

Еще. Нужно зоны с низкой рождаемостью русских (причем не только в областях, но и в республиках, где живет большой процент русского населения, скажем, в Карелии) провозгласить зонами демографического бедствия, и налоги там должны быть ниже, чем в тех, где высокая рождаемость. Сейчас, вопреки здравому смыслу, логике, тому же Мальтусу, происходит все наоборот. В Совете Федерации два года занимались тем, что обсуждали чечено-ингушский конфликт или чечено-осетинский. Всем понятно, что там колоссальная рождаемость и там постоянно будут конфликты. Значит, что нужно делать? Постепенно выравнивать уровень рождаемости. Нужна долгосрочная государственная политика.

Я поддерживаю выступление Марка Николаевича Любомудрова о том, что нужно создать Совет по культуре при Русском Соборе, который был бы очень влиятельной и авторитетной организацией и мог выносить свои суждения по проблемам культуры.

Я думаю, что надо вспомнить Галину Литвинову, которая давно удивлялась, почему столько академий наук, институтов у других народов, а у русского народа их нет. Давайте потребуем создания Института русского народа.

И в заключение я должен сказать, что создано новое движение — Движение в защиту православной нравственности. У нас есть благословение церкви. Я являюсь сопредседателем этого движения. Второй сопредседатель — Владимир Солоухин, известный прозаик и публицист.

Я думаю, что мы будем активно разворачивать работу. У нас уже есть много ячеек, участвуют деятели церкви, и мы что-то можем сделать.

Давайте, дорогие соратники, совершать поступки на пользу русскому народу!

Шведов  О. В.
преподаватель Московской духовной семинарии

Вообще-то говоря, работа Собора меня воодушевила. Мне даже показалось, что будто Святейший Патриарх принимал парад и все эти вражеские знамена клались ему под ноги, как на Красной площади в 1945-м.

Действительно, каждый желал высказать какое-то свое благожелательство по отношению к церкви. Но эта идея как бы показана гадательно, как говорит апостол Павел. Может быть, когда-то все знамена и упадут к ногам Русской Православной Церкви.

Но меня занимает вопрос, возникающий в этой ситуации. Все ведут речь о роли Православной Церкви в обществе грядущего XXI столетия. Все мы, и в том числе

политики, говорим, что Русская Православная Церковь — и стержень, и основание. Она создана для того, чтобы быть всем. В таком случае я задаю вопрос: почему-то никто — сегодня мы чуть-чуть подошли к этому в какой-то реплике — не задумался, а что есть такое принцип отделения церкви от государства, который ныне действует и записан в Конституции? Почему церковь должна благословлять все начинания государства (как об этом говорилось здесь), если мы будем следовать принципу отделения церкви от государства?

В своих лекциях в Семинарии, когда я рассказываю студентам о декрете отделения церкви от государства и последующих законах, я говорю, что это вопиющее безобразие, что Русское государство создал не Дмитрий Донской, а Сергий Радонежский, Архимандрит Киприан. Они заставили Дмитрия Донского идти на Поле Куликово. Он не по своей воле пошел туда.

Это была общецерковная восточная политика Константинополя, чтобы свергнуть татарское иго. Церковь устроила, породила это государство. И почему политики имеют право на государственное строительство, а церковь не может определять облик, структуру, персоналии. Она тоже должна это делать.

Поэтому я полагаю, что на Соборе надо поставить вопрос о принципе отделения церкви от государства. Что это такое? Это православная ветвь или протестантская? Какое отношение оно имеет к прошлому и будущему России? Многие вопросы взаимоотношения общества и церкви могут быть решены, если мы сегодня ответим на этот.

И надо сказать, что некоторые думские законодатели это почувствовали. Чтобы как-то снять остроту вопроса отделения церкви от государства, сейчас в Думе разработан законопроект о социальном партнерстве церкви и государства. Что это такое? Это когда государство расписывается в собственной беспомощности. Чтобы содержать такие сферы, как образование, культура, здравоохранение, оно будет теперь перекладывать на плечи церкви. Друзья, возьмите и понесите сами!

Вот что такое новый закон о социальном партнерстве. Это не плохо. Слава Богу, что мы туда войдем. Но в таком случае надо прямо говорить о корнях этого разделения, о законе 1918 года, который действует до сих пор.

Поэтому я предлагаю конкретное решение, формулировку для окончательного документа — рассмотреть вопросы, связанные с принципом отделения церкви от государства.

Из зала

Владыка, простите. Можно нам на секциях, в отличие от пленарных заседаний, позволить себе такую роскошь, как возможность задать вопрос выступающим?

В связи с этим у меня вопрос к последнему оратору. Насколько известно, сейчас православные храмы посещает один процент русского населения. Не будем спорить о процентах, но это меньшинство. А государство представляет собой весь народ. Как же нам в этом случае отнестись к той проблеме, которую вы поставили в отношении отделения церкви от государства и почему церковь будет определять, каким будет наше государство?

Шведов  О. В.

Для меня вопрос о количественном соотношении не ставится. Один процент или нет.

Из зала

А для народа?

Шведов  О. В.

И для народа он так не ставится. В районе, где я являюсь старостой, если бы было 40 церквей, все бы они были наполнены. В нашем районе один храм на 100 тысяч, и он все дни заполнен битком. Если храм будет в спальном районе, он также никогда не будет пустым. Это будет не один процент, а двадцать активно верующих, а если мы говорим о православии, как о коренной религии подавляющего большинства населения, то ваш вопрос просто некорректен.

Светозарский А К.

Владыка, позвольте продолжить дискуссию. Мне кажется, что Олег Васильевич в некотором запале закрывает обсуждение очень серьезного вопроса. Одно дело церковно-исторический романтизм. Нам, конечно, очень хочется видеть восстановленной симфонию церкви и государства, но мы должны трезво смотреть на реальное состояние современного общества и на итоги не только прошедших 70 лет, но и нескольких столетий.

Конечно, Русская Православная Церковь содействовала становлению Русского государства, и в том числе и русской монархии, но не надо забывать о том, что государство и монархия не очень благодарно обошлись в свое время с церковью, начиная с Петра I. Как Вам известно, Олег Васильевич, именно первый русский император упразднил каноническое церковное управление. И сегодня такой односторонний церковно-исторический романтизм нам политической трезвости не придаст. И нам нужно честно сказать себе, что на территории бывшей Российской империи конфессия, которая называется Русским Православием, действительно составляет, может быть, один или два процента населения. И надо подумать, как в этих условиях нам существовать.

Идеи математиков, социологов о том, чтобы создать идеальную модель государства, соответствующего православию, взяты, к сожалению, из воздуха, потому что православие исторически и на сегодняшний день существовало в разных социальных системах. И там, где оно было истинным православием, оно не занималось революцией и переустройством социальных систем государства.

Чего нам не хватает накануне XXI века, так это ясности богословского мышления, понимания сути нашей веры. Об отсутствии этого свидетельствует и документ — вопросы, которые вы получили вначале.

Поскольку мне были даны две минуты, я на этом заканчиваю.

епископ Иннокентий

Спасибо. Олег Васильевич, вы не желаете буквально в двух-трех фразах ответить?

Шведов  О. В.

Безусловно. Я понимаю, что мы теперь не моноатеистическая, не мононациональная страна, а русских гораздо меньше, тем более православных. Но в конце концов речь идет о проблемах духовного возрождения. Мы далеки от мысли, что будем делать это с помощью других религий. Мы на территории Свято-Данилова монастыря и говорим о православии. Другого разговора быть не может! Если мы с вами встретимся на нейтральной полосе — как было в прошлом году — тогда, пожалуйста, обо всех религиях.

Наумов  В. В.
Союз казаков России

Ваше Высокопреосвященство! Братия и сестры!

В день открытия III Всемирного русского народного собора состоялся рабочий Совет атаманов Всероссийской казачьей организации «Союз казаков».

Мне предоставлено право огласить обращение Совета атаманов с этой высокой трибуны.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Обращение Всероссийского казачьего общества «Союз казаков»

Братья и сестры! Государство Российское вновь ввергнуто в смуту. Великий русский народ разделен границами никогда не существовавших государств. Однако темные силы стремятся к большему. Сегодня под угрозой расчленения Российская Федерация, то, что еще осталось от некогда великой России.

Судьи-устроители нового мирового порядка толкают наших иноплеменных братьев, много столетий живших вместе с нами в едином доме — России, на путь кровавой войны против русского народа. Повсюду разжигаются сепаратизм и ненависть к русским.

Казачество России, всегда стоявшее на защите рубежей и целостности государства, обращается сегодня к вам, русские люди. Пришло время осознать опасность и дать отпор тем, кто желает окончательно разрушить наш общий дом — Россию, государство, созданное и сохраненное великими деяниями наших предков.

Сегодня каждый обязан понять, что с гибелью остатков российской государственности погибнет и русский народ, и более чем двадцативековая славянская цивилизация. Не будет места в мире и всем племенам, народам и народностям, которые тысячелетиями жили вместе с нами. Всех их тоже ждет истребление.

Устроителям нового мирового порядка нет дела до судеб народов и отдельных людей. Они жаждут обладания нашей землей и ее природными богатствами.

Особая угроза нависла над православием. Нас лишают духовного мира, национального самосознания, превращают в безликую серую массу рабов, равнодушных к судьбам Отечества и будущих поколений.

Очнись, русский народ! Тебя приготовили к уничтожению!

Уже полыхает пожар в Сербии, и льется кровь на Кавказе, темные силы готовят удар по Приднестровью, Крыму и русскому Казахстану.

Бессмысленные, безрезультатные выборы, к которым нас сознательно приучили, породили в русском народе апатию. Но пять лет планомерного развала страны, кажется, убедили самых наивных, что никто нам не поможет, и, как всегда, в дни испытаний сам народ должен позаботиться о своей судьбе. Мы за сильное в военном отношении единое централизованное государство, которое может сегодня спасти нас всех от истребления новым мировым порядком.

Мы за многоукладное сельское хозяйство, но основной земельный массив должен быть в собственности государства. В собственности государства должны оставаться и основные средства экономики и производства.

Мы за укрепление национальной валюты — рубля, возвращение полновесной русской копейки.

Время уговоров и думских прений закончилось. Достаточно экспериментов на горбу народа. Хватит власти Гайдаров, Явлинских, Козыревых, Чубайсов, Яковлевых и Гавриилов Поповых! Нам не нужны завывания и призывы к русским погромам со стороны разных Боннэр, Новодворских, Герберов и Ковалевых! К власти должны прийти люди, способные обеспечить защиту нашего общего дома, созданного кровью и потом наших предков, защиту от хищников внешних и внутренних, от тех, кто вознамерился уничтожить наше великое прошлое, кто заставил бояться и стыдиться настоящего, кто хочет окончательно лишить нас будущего.

Очнись, русский народ! Темные силы готовятся к полному и окончательному разрушению Святой Руси. Ныне все зависит от нас, победим или погибнем.

Участники III Всемирного русского народного собора:

атаман Всероссийской казачьей организации Мартынов, товарищ атамана Наумов, атаман Федосов,

атаман Терского казачьего войска Шевцов, атаман Сибирского казачьего войска Белозерцев, атаман казачьего войска Калмыкии Ширманджинов, атаман Забайкальского казачьего войска Богданов, атаман Иркутского казачьего войска Меринов, атаман Единого Енисейского казачьего войска Платов, исполняющий обязанности атамана Уральского казачьего войска Скворцов,

атаман Северо-Западного округа «Союза казаков» Алмазов,
атаман Надымского округа Сибирского войска Кришталь,
есаул по связи «Союза казаков» с Русской Православной Церковью Курганский.

4 декабря 1995 года г. Москва

Катасонов  В. Н.
ректор Русского университета имени А. С. Хомякова

Ваше Высокопреосвященство, уважаемый президиум, уважаемые дамы и господа!

Мы много говорим о том, что сфера образования есть решающая для сохранения нации и национальной культуры, однако сделано здесь не очень много. И особенно печально, что эти программы до сих пор не находят государственной поддержки. А дело это государственное, потому что речь идет о сохранении его самого. И один из способов решения этого вопроса — поддержание национальной школы и национального университета.

Я хочу предложить следующие тезисы по Русскому университету. Процитирую сначала нашего русского мыслителя А. С. Хомякова. В 1858 году он писал: «Университет как высший из всех государственных училищ определяет значение остальных. Его процветание есть процветание всех, его падение — падение всех». Но сегодня Университет является основанием не только всей национальной школы, но и всей общественной культуры, потому что именно там эта культура приходит к самосознанию, находит общезначимый критерий своего развития, разрабатывает направления, формы и методы, становящиеся нормативными для всей общественной жизни. Тот глубокий трагический кризис, который переживает сегодня Россия, имел свои корни и в кризисе университетской советской системы образования, потому что альтернативой той казенной идеологии, которая преподавалась в этих университетах, в особенности в гуманитарной области, служил не менее казенный, не менее утопичный, «импортный» и низкопробный западный либерализм, который выставлялся к решению всех проблем. Вот эта либеральная идеология превратилась позже, во времена перестройки, в политические программы и сделалась мощным тараном разрушения всей русской культуры, русского государства. До сих пор мы не имеем никаких замен этому в наших университетах. Нужен ли нам Русский университет вообще? Разве русская наука не интернациональна, разве любовь к истине не выше любви к Отечеству, как учил нас Чаадаев. Однако для русской культуры, тысячу лет назад избравшей путеводной звездой в истории христианские идеалы, любовь к истине немыслима без любви к ближнему, к своему народу, к национальной культуре, любви не декларативной, а настоящей, любви сострадания, любви христианской.

Национальная энергия есть данное Богом чувство близости природы и исторической судьбы. Игнорирование национальной энергии приводит к тому, что она уходит в подполье, начинает бродить и выходит наружу агрессивным шовинизмом. Единственно трезвый выход из печальной политики советского времени это то, что национальной энергии необходимо было дать выход для творческого проявления, должно быть предоставлено творческое пространство. Эта свобода дает народу возможность духовного самосознания, выявления эмоциональных ценностей, умиротворяет чувство национального достоинства. Другие народы тогда ясно могут увидеть, что представляет собой данный народ во всей конкретности его культурного и исторического самоопределения. Тогда будут невозможны так сказать адвокаты целых народов, адвокаты-провокаторы, которыми так богата наша эпоха. Нам сегодня не надо ничего изобретать. Строить Университет мы будем не на пустом месте. Русская наука и русские университеты, хотя и возникли позднее, чем на Западе, однако за более чем двухвековой период своего существования вполне выявили свои характерные особенности как отражение национального духа в области просвещения и науки. Наша задача — четко сформулировать эти характерные особенности и направления русской науки, создать и поддержать их развитие.

Университет выступает в русской культуре в триединстве задач: воспитания, образования и научного поиска. Русская культура, возросшая в благодатном свете христианской истины, в лице своих лучших ученых-мыслителей всегда отвергала идеал науки как отвлеченного знания, безразличного к нравственным основам жизни. Поэтому вопросы профессионального образования и научной деятельности всегда связывались в России с воспитанием и жизненным строительством. Это придавало особые черты всем трем направлениям деятельности Университета. Русская наука в лице лучших своих представителей всегда отличалась особым вкусом к теоретической деятельности. Даже сегодня, когда наука в России влачит нищенское существование, теоретические школы фундаментальной российской науки оказываются конкурентоспособными западной науке. Это подтверждается и печальной практикой утечки мозгов из России.

Этот исторический вкус к умозрению, исторически связанный с особенностью православной духовности, есть великий дар, сокровище русского народа. Для сохранения и умножения его требуется создание специально организованной на базе Русского университета программы выявления и воспитания русских Ломоносовых, Менделеевых, Хомяковых, Бахтиных.

Русской науке всегда были свойственны особая широта и исследовательская перспектива, в рамках которой ставятся научные проблемы. Каждая конкретная научная задача стремилась выйти за свои ограниченные и чисто цеховые рамки, осознать себя частью более общей познавательной проблемы. Поэтому такие замечательные русские ученые, как Николай Яковлевич Данилевский, Павел Александрович Флоренский, Владимир Иванович Вернадский, Михаил Михайлович Бахтин, научное творчество которых было связано с философскими и мировоззренческими размышлениями, являются не исключениями, а своего рода нормами и характерными образцами русской мысли.

Научные политики Русского университета должны, видимо, обратить внимание на эту особенность русской национальной научной мысли, выдвинуть специальную программу, разрабатывающую темы взаимозависимости, естественно-научного и гуманитарного знания, материально-практической и духовно-нравственной деятельности человека.

В условиях тотального экологического кризиса, неумолимо сжимающего в своих объятиях нашу планету, особенности русской научной ментальности могут оказаться спасительными для всей цивилизации. В своей образовательной политике Русский университет должен с самого начала сознательно уйти от сложившейся практики выпускать специалиста-ремесленника, безразличного ко всему, кроме своей узкой специальности.

Для получения только лишь специального образования должны существовать другие институты. Университет же — место воспитания и подготовки специалистов с широким научным и культурным кругозором, способных в дальнейшем к активному творческому участию в научной и культурной жизни общества. Для выполнения этой задачи Русский университет должен предложить широкий аспект общеобразовательных дисциплин, проходимых всеми студентами на первых двух курсах: русская и мировая история, история мысли, история религиозных движений, история науки и техники, история литературы, искусства и т. д. Профессиональная подготовка студентов с третьего курса должна сосредоточиться на главных темах специальности, все же дополнительные дисциплины следует перевести в ранг факультативных. Необходимо предоставить студенту широкую свободу в организации своего учебного графика, сопрягая это с продуманной многоступенчатой системой контроля мероприятий. Впрочем, проблеме профессионального обучения нужно уделить особое внимание.

Основой воспитательной политики в Русском университете должны быть традиционные для России христианские ценности: любовь к Родине, милосердие, жертвенность, честность, трудолюбие, верность. В общеобразовательных курсах, читаемых в Университете, нужно настойчиво подчеркивать их основополагающую роль для русской культуры, для становления российской государственности. Университет призван помочь молодому человеку преодолеть широко распространенный сегодня предрассудок о том, что Истина является результатом лишь частных индивидуальных поисков. Истины не существует без любви, она не изобретается индивидуально, а обретается соборно, через осознание со своим народом главных жизненных ориентиров в его историческом бытии.

Вместе с тем Университет должен всячески культивировать и поощрять научный поиск, воспитывать честность и интеллектуальную инициативу. Однако одного лишь знакомства с христианской духовностью недостаточно для уровня Русского университета. Здесь необходимо углубленное изучение учения Православной Церкви, представляющего собой, по мнению А. С. Хомякова, «высочайшее духовное благо как завет высшей свободы в отношении к разуму, свободно принимающему свет откровения, и в отношении к воле, свободно подчиняющей себе заветы бесконечной любви».

В Университете должны специально изучаться курсы по истории церкви, православного богословия, литургии. В своих высших духовных и нравственных ориентирах Русский университет должен сохранить соборное единство с русским народом, построившим свою 100-летнюю культуру на основе исповедования святынь православия.

Учитывая всю важность задачи построения Русского университета как важнейшего инструмента политики духовного и материального возрождения России, III Всемирному русскому народному собору предлагается принять следующую резолюцию:
создать при президиуме ВРНС рабочую группу по Русскому университету;
поддержать инициативу Русского университета имени А. С. Хомякова по созданию Русского университета как общероссийской сети университетов, объединенных традиционными для русской мысли принципами понимания и развития науки и культуры;
обратиться в Правительство Российской Федерации, к Русской Православной Церкви, к общественным организациям и движениям с просьбой поддержать создание Русского университета;
поручить президиуму Всемирного русского народного собора провести одну из ближайших соборных встреч по теме «Русская наука, образование и Русский университет».

Костров  В. А.
поэт, председатель Международного Пушкинского комитета

В Евангелии сказано, что «вначале было Слово, Слово было у Бога, и Слово было Бог». Для России, может быть, это более актуально, потому что, как говорил Петр Великий, в России дорог нет, есть только направление. И слово для России — это государствообразующее понятие. И недаром в названиях многих наших великих произведений первым стоит «Слово» — «Слово о полку Игореве», «Слово о законе и благодати» и т. д. По «Слову» возник наш мир, как мы, православные люди, и предполагали, по «Слову» возникали и разрушались государства, двигались армии и обнажались мечи, возвышались и уничтожались идеологии. И здесь я готов поспорить с Михаилом Ножкиным о том, что, как он сказал, слово это не дело. Нет. Слово — это дело. Возьмем нашу выборную кампанию. В сущности, по жанру это соревнование публицистик, соревнование слов. Невнимание к слову, неуважительное отношение к русскому слову — это один из самых важных и больных моментов.

Понятийно слово разрушается. Ведь слово используется не для того, чтобы открывать и раскрывать мысли, а для того, чтобы скрывать и прятать их. Мне пришлось участвовать в передачах о судьбе русского языка на радио. То количество звонков, которое я получил, не поддается описанию. Люди чувствуют трагедию русского слова в средствах массовой информации. Во-первых, почему-то средства массовой информации, особенно телевидение, перешли на язык той полублатной, полууголовной группы, которая описана в «Двенадцати стульях» и в «Золотом теленке». Мы постоянно слышим: «Утром стулья, вечером деньги». Редкая передача без этого проходит. Некоторые читатели спрашивают: «Почему таким образом используется слово? Почему в нашей речи стало так много иностранных слов?» Я им говорю: «Если сказать не электорат, а избиратели или население, мы будем иметь дело с живыми людьми, перед которыми может быть стыдно за обман. Если мы скажем убийца или душегуб — это страшно на всю жизнь. Если мы говорим киллер — это профессия нормальная. Если скажем проститутка — это клеймо или пятно. Если скажем путана — к ней захочется поехать». Проблема человеческого русского слова — на первый взгляд, казалось бы, проблема филологическая, — переходит в ряд политических и нравственных.

Почему доходит слово церкви? Я был вчера в Успенском соборе на богослужении. Потрясающе возвышенное, выношенное веками слово, потому что в нем заключена как великая космическая мудрость, так и сиюминутная бытовая. К этому мы должны все идти и стремиться.

Я призываю наш Собор, всех вас настойчиво потребовать от государственных средств массовой информации бережного, точного обращения со словом. У нас до сих пор нет программы государственного строительства. Продолжается бессмысленная игра слов. Например, характеризуя экономику, говорят: «Нельзя быть чуточку беременной». Что это значит? «В огороде бузина, в Киеве дядька». У нас идет разрушение понятийное... Или опять же из области разговоров об экономике: «Нельзя кошке отрубать несколько раз хвост». Но кошка без хвоста — это урод, инвалид. Кошка и экономика — это абсолютно разные вещи. В данном случае — абсурд.

Я решаюсь сказать от писателей, от людей, которые работают со словом: нужен закон о русском языке в средствах массовой информации. Мы превращаем наш народ в бездушную игрушку непонятных совершенно нам слов. Все-таки давайте последуем примеру Франции — немедленно примем закон о языке. Закон о том, чтобы дикторов не брали с улицы, а готовили, как было еще в недавнее наше время, чтобы в СМИ приглашали людей, которые действительно были бы писателями и работали бы со словом. Наконец, чтобы не пичкали нас бессмысленной болтовней, которая забивает наши уши. Мы оглохнем, если не будем бороться за наше чистое, звонкое, возвышенное и красивое русское слово. Есть люди, которые выращивают красоту в мире, есть люди, которые ее затаптывают. Давайте встанем на сторону тех, кто выращивает, кто стремится к этому, на сторону церкви, которая нас призывает к возвышенному и прекрасному.

Георгиевский  Н. С.
руководитель хора Православного Отечества

Дорогие коллеги!

Наш хор сопровождал патриаршее богослужение в Успенском соборе Московского Кремля. Несмотря на исполнительскую красоту и мощь, которые вы ощущаете при пении церковных хоров, ощущения действительны только во время богослужения, потому что все эти хоры, которые поют церковные песнопения со сценических подмостков, они все-таки не в полной мере отображают мысли, заложенные композиторами, великими деятелями прошлого, создававшими свои шедевры для богослужения непосредственно. И поэтому только люди, поющие в церкви целый богослужебный круг и хорошо представляющие себе значимость каждого слова музыкой, могут в полной мере передать ту глубину, которая была заложена композиторами на протяжении нашей великой истории.

Сегодня хоровое дело в Русской Православной Церкви находится в катастрофическом положении, как и вся наша культура, потому что нет того внимания, которого мы ждем от общества и государства. Я всю свою жизнь посвятил музыкальной певческой культуре в церкви и всегда ощущал на себе прессинг государства, партийного руководства тех райисполкомов, райсоветов, которые четко понимали значимость и непоколебимую нашу торжественность при проведении богослужения и боялись ее. За свои 26 лет у пульта я прекрасно все прочувствовал и перенес.

Должен вам сказать, что сегодня Русской Православной Церкви отдается масса храмов, и заботы идут о крышах, о куполах, о домах, о возврате, но как не может быть безбожной русская нация, так не может быть храм без профессионального хора. А в каждом храме, будь он в селе, в городе или в кафедральном храме, хором должен заниматься в духовном плане кафедральный протоиерей или правящий архиерей, что было бы лучше, потому что это очень важная отрасль культуры для нашего народа, для нации, для Церкви, для богослужебной практики.

Мы только сейчас говорили много прекрасных слов о Русском университете. Хочу сказать, что, безусловно, мы аборигены в своем отечестве. Каждый университет должен быть в России русским! Значит, надо, видимо, пересмотреть учебные программы высших, средних учебных заведений и школ, которые, будучи в России, не являются русскими. Хорошо было бы, если это нашло отражение в решении Собора, потому что у нас не дебольшевизированы ни экран, ни пресса, ни учебные заведения. Включаешь телевизор и смотришь новые приключения каких-то там «неуловимых мстителей», которые у нас были и до сих пор с экрана не сошли. Наши дети и внуки смотрят на то, что было хорошо вчера и плохо нынче.

Поэтому мне бы хотелось, чтобы Собор принял решение поддержать церковные хоры в действующих церквях, потому что разлетаются наши церковные певчие по метрополитенам, едут в Германию, где в ближайшем телефонном автомате ищут по списку кирху или какую-нибудь другую церковь и предлагают концерт русской духовной музыки, чтобы потом с шапкой обойти присутствующих и на эту мелочь возвратиться обратно. Развалилась студия «Мелодия», которая писала наши церковные произведения. Сейчас она работает целиком и полностью на заграницу, выпускает только цифровые лазерные диски. У русского народа долго еще не будет соответствующей аппаратуры. Такие диски долго не появятся в домах простых русских людей. Поэтому грампластинки, которые есть возможность послушать дома и таким образом приобщиться к нашим культурным ценностям, особенно необходимы, иначе будет вбит «осиновый кол» в могилу нашей церковной музыкальной культуры.

Скатов  Н. Н.
директор Пушкинского дома (Санкт-Петербург)

Я пытаюсь выиграть лишние две минуты, потому что хочу выступить о национальной безопасности на секции «Культура», вернее, на тему «Культура как фактор национальной безопасности».

Некоторое время назад пришел ко мне бедный человек и принес 10 тысяч рублей на Пушкинский дом. Я отказался — он обрадовался: у него они были последние. Мы разговорились, оказывается, он разыскивает могилу брата. Я прочитал письмо, которое он принес. В нем написано (я бы не поверил, если бы не прочитал сам): «Сижу и читаю „Горе от ума“. Завтра мы идем в бой, наверное, я завтра погибну». И он погиб на следующий день, а накануне он читал «Горе от ума». Я лишен возможности разъяснять, что такое культура как фактор национальной безопасности.

Зачитаю несколько тезисов:

Я думаю, что нам нужно несколько мягче говорить об американизации нашей культуры. Потому что американская культура — это великая культура, а нас кормят ошметками от нее. Это великая литература, наверное, вторая после русской в XX веке, это великолепная симфоническая музыка, которую мы тоже давно не слышали. Мы не видели ни Филадельфийского оркестра, ни великолепного духовного хора. Нам Бог знает что присылают. Я бы сказал: Америка сейчас менее «американизирована», чем Россия вот всем этим барахлом.

И когда нам дают 0,6 процента на культуру (это, конечно, невероятно мало), то эти деньги надо потратить толково. Можно пригласить Майкла Джексона, заплатить ему 5 миллионов долларов и потратить половину нашего бюджета. Куда уйдут эти 0,6 процента, это тоже очень важно.

У нас, например, великолепная система медицинского обслуживания — самая эффективная, и американцы мечтают на нее перейти. Это даже по тем грошам, которые она получала. На эти деньги американская медицина давно бы умерла, как и вся Америка. Но они имеют колоссальные деньги. Важно, как их использовать.

В связи с этим приведу примеры.

Два года назад я был на концерте Филадельфийского симфонического оркестра и был потрясен количеством людей и тем, как слушали. А сейчас в Петербургской филармонии дают прекрасные симфонические классические концерты и залы не всегда заполняются.

С другой стороны, я убежден, что Америка никогда не произведет (сейчас во всяком случае) то, что произвела Россия в лице Георгия Васильевича Свиридова, написавшего песнопение-молитву. Это надо перестрадать, чтобы написать такую музыку. Америка — общество потребления прекрасной симфонической музыки. Это нужно понимать. А мы еще пока производящая страна, и это нужно помнить.

Чрезвычайно важным сейчас является восстановление первого условия культуры. Система культуры, культа — это система иерархическая. Мы утратили вот эту иерархию восприятия культуры. Дай Бог нам учиться у церкви, которая сохраняет четкую иерархическую систему. У нас есть одно великое явление, которое несет этот принцип иерархии. Этот принцип веры.

И, конечно, я вернусь к началу, к русской литературе. В русской литературе по общему признанию, европейскому в том числе, есть три пика взлета: античность, русское возрождение и русская литература. Русскую литературу сейчас поносят, ее отвергают, ругают всех: Чернышевского, Толстого, Радищева. И это понятно, так как русская литература от начала и до конца, во всех своих проявлениях антибуржуазна.

И два слова о Пушкинском доме. Мы никогда не жили так хорошо, мы никогда не издавали такого количества книг — десятки самого высокого класса за последнее время. Средний возраст сотрудников — 46 лет. Это по физиологическим меркам очень немного. И в то же время никогда не жили так плохо. Я уж не говорю о нищенских зарплатах,

которые выплачиваются нерегулярно. Сейчас обещают, не оскудеет рука дающего, но ведь это, как говорится, даяние. А наше дело государственное. Государство должно нести ответственность за культуру. Если оно есть, конечно.

И самая последняя фраза. Я заканчиваю. Вы знаете, в середине прошлого века партии, в которые входили Достоевский, Страхов Николай, называли себя по-разному, в частности и Пушкинской партией. Здесь выступали представители самых разных партий, а я бы хотел, чтобы мы были все членами Пушкинской партии.

Костенко  Б. И.
телережиссер

Я представляю телекомпанию «Останкино», от которой сегодня почти ничего не осталось. Делаем мы еще передачу, называется она «Русский мир». Фактически это единственная передача просветительского направления на первом канале о национальной истории. У нас это называют национальной резервацией.

Здесь много говорилось о том влиянии на наше общество, которое оказывают средства массовой информации, и в частности телевидение. Решение Собора, его соборное мнение, мне кажется, может воздействовать только на государство. Частные кабельные сети неуправляемы. С другой стороны, что же происходит? На сегодняшний день система государственного телевидения России практически разрушена. Первый канал — частный, хотя и называется государственным. Существует некий Попечительский совет на бумаге, куда, кстати, входит и Русская Православная Церковь в лице Патриарха, но реальное воздействие на выбор фирмой конкретной политики и его функции не прописаны. Это все фикция. Телевидение находится в жесточайшем кризисе.

Каким же образом можно будет осуществлять те решения, вести ту пропаганду, о которой говорилось с этой трибуны, если главный информационный канал в нашем обществе не является национальным?

В принципе постановка вопроса, есть ли у нас национальное телевидение, очень сложна. Единственный раз это было сделано на слушании в Государственной Думе, когда решалась судьба акционирования «Останкино». На первом канале работали разные люди, и там велась пропаганда с разными знаками, но тем не менее на сегодняшний день та профессиональная культура, которая наработана на среднем редакторском уровне, ликвидирована.

Сегодня не существует активного ответственного и доброжелательного участия средств массовой информации в достижении таких целей, как укрепление национального самосознания русского народа. Эфир превратился в рынок сбыта. Конкурентная борьба за этот рынок, за существующие дотации, за те деньги, которые платятся за производство программ, ведется плохо. Слабым оказалось и государство. Это фактически главная причина уничтожения «Останкино» как конкурента в борьбе за телерынок.

Что касается второго канала, то финансово-техническая сторона несколько слабее, и задачи свои он решить не может.

Предлагается резолюция, которая, возможно, будет принята на секции и станет одним из совместных документов Собора и национального телевидения. Фактически речь будет идти о судьбе первого канала и частично второго.

Крайнее беспокойство вызывают коммерциализация отечественного телевидения, его переориентация на потребительскую психологию. Транслирование реклам уже несколько лет мотивирует жажду быстрого и легкого обогащения, а честный труд преподносится как наименее престижный. Телевизионные программы, посвященные русской истории, искусству, языку, православной вере, практически исчезли. Общенациональный эфир превратился в рынок сбыта низкопробной продукции со всеми присущими так называемым рыночным отношениям особенностями ведения конкурентной борьбы. Ни национальные интересы Российского государства во всех его сферах, ни сами зрители в расчет не принимаются. Эта политика укрепляет в сознании людей культ наживы, вседозволенности, неуважения к вековым моральным устоям русского народа, что является агрессивным продолжением угрозы и его безопасности в широком значении этого термина, в том числе и всей охраны своей исторической памяти и веры, без чего невозможны преемственное развитие нации, укрепление национальной и государственной воли. Колоссальный ущерб наносится национальной безопасности в области обмена информацией. Мы знаем, что первый канал — это единственная ниточка, которая связывает 25 — 30 миллионов наших соотечественников, наших граждан, живущих в ближнем зарубежье.

Происходит американизация отечественного телевидения. Демонстрируют в основном иностранные фильмы, главным образом американского производства.

Как малодоходные сокращены часы спортивных, учебных, детских передач. Существует план ликвидации канала «Российские университеты» и четвертого канала НТВ.

Со всей очевидностью встает вопрос о защите традиционных ценностей русского народа и исторического наследия.

Нужен протекционистский подход к телевидению, к выработке конкретной эфирной политики. Российская общественность и иерархи Русской Церкви неоднократно высказывали возмущение, что отдельные каналы предоставляют за плату время иностранным проповедникам. Пропагандируются чуждые нашему народу антихристианские учения, сектантство, оккультизм. Нередки откровенные фальсификации и искажения, которые допускают отдельные радиокомпании по поводу как конкретных заявлений, так и общей деятельности Русской Православной Церкви в целом и ее иерархов.

В условиях когда государственный контроль даже за внешне еще государственным, а по сути уже частным первым каналом практически невозможен, ни о каком приоритете национальных интересов при выработке контролируемой политики речи быть не может. Первый канал РТВ со своими функциями не справляется. В этой связи следует сказать либо о невозможности альтернативы духовной борьбе, либо бросить оставшиеся силы на элементарное выживание, либо пассивно наблюдать, либо погрузиться в пучину гражданской войны.

С другой стороны, необходимость постановки вопроса в национальной плоскости сразу же интерпретируется как проявление русского шовинизма, национализма и даже фашизма.

Наша программа «Русский мир» свое название пишет по старой орфографии. Вышло 34 серии, и мы постоянно испытываем давление: измените название, оно не нужно и сегодня вредно.

Вместо серьезных разговоров эфир заполнен пустыми, легковесными передачами, практически ничего не дающими ни уму, ни сердцу. Господствует малый жанр, невозможно ни в чем разобраться, серьезные комментарии ушли, отсутствует позиция. В частности, российское общественное телевидение не проинформировало в должной мере о событиях, непосредственно затрагивающих российские национальные интересы, которые происходят на Украине, в Казахстане, Прибалтике, Молдавии, бывшей Югославии.

ВРНС и его руководящие органы должны максимально использовать весь своей авторитет, чтобы добиться реального контроля в первую очередь за деятельностью государственного телевидения и радио с целью не просто остановить разлагающие воздействия средств массовой информации, но и повернуть в конечном итоге, работу

отечественного телевидения в направлении духовного возрождения русского народа, укрепления его национального самосознания, осуществления в конкретной эфирной практике пропаганды российских национальных интересов во всех сферах жизни общества. Только тогда можно ставить вопрос о системе национального телевидения. То, что вчера вы видели здесь высших руководителей нашей страны, подтверждает, что единственным ориентиром в борьбе за голоса и души нашего народа, большинство из которых составляют русские, является попытка поднять национальное знамя. Однако и она носит внешний характер. Если нам не удастся (я имею в виду большую часть населения — русских) поставить под контроль главный информационный канал страны, то деградация и дальнейшее падение в пропасть нации будут продолжаться.

Я считаю, что необходимо поставить вопрос и принять специальную резолюцию об общенациональном телевидении.

Денисов  П. Н.
доктор филологических наук, академик Международной славянской академии

Уважаемые коллеги!

Хочу довести до вашего сведения то, что удалось за это время сделать по линии защиты русского языка. Я уже второй раз имею честь выступать с этой трибуны, поэтому постараюсь сделать нечто вроде отчета о проделанной работе.

Защита русского языка идет по двум линиям. Первая — это исполнительная власть. Экспертная группа в прошлом году подготовила специальный документ о создании наблюдательного президентского Совета по русскому языку, который обсуждался на коллегии Министерства образования и Госкомвуза. К сожалению, ни документов, ни даже стенограммы после этого обсуждения (мне было поручено отредактировать и суммировать их) я не получил. Но тем не менее работа продолжается, и сейчас известно, что соответствующий указ в принципе уже находится в аппарате президента. Я знаю более или менее точный состав этого Совета. К сожалению, он такой же, как и персональный состав только что обсуждавшегося телевидения. Предвижу, что никакой защиты языка не будет.

Вторая линия — законодательная власть. Думские комитеты занимались русским языком. Должен сказать, что работа тормозится. Наш проект в момент его выдвижения на Совет Думы подвергся острой критике, в которой активное участие приняли такие депутаты, как Гербер, Нуйкин, Шабад, министры Сидоров, Салтыков. Это привело к тому, что он был приостановлен. Что касается комитета Опарина, то здесь присутствует Юрий Мелентьев, он может меня поправить, если я что не так скажу: был принят закон о культуре и защите русского языка. Формулировка названия создает иллюзию, что будто бы принят закон о защите русского языка. Фактически в нем трактуются важные вопросы о музеях, библиотеках, картинных галереях и т. д., но отношение к русскому языку выражено одной фразой: «Вопрос о русском языке решается в соответствии с Законом о языках народов России», то есть ни о какой конкретной защите русского языка там речь не идет.

Я это отношу к моментам, так сказать, аппаратной игры на уровне советников, консультантов, всякого рода посторонней публики, имеющей свободный доступ в Думу по постоянным пропускам. Таким образом, закон о защите русского языка пока что отсутствует, а название закона о культуре и защите русского языка не должно больше вас вводить в заблуждение.

Следовательно, работа в этом направлении должна продолжаться. Конкретно ни президентский закон, ни президентский комитет, ни сам закон не могут решить все проблемы защиты русского языка. Здесь этот вопрос уже ставился. Например, на нашем Соборе можно, конечно, поставить вопрос о нравственности, о том, что деградация русского языка поддерживается сознательно. Даже такой столп демократии, как Михаил Никифорович Полторанин, заявил, что мы говорим на лагерном иврите вместо русского языка. Другой человек, по-видимому, вспоминая этот термин Полторанина, напечатал, что мы говорим на иври-то-гулагском языке. Да, действительно, язык резко жаргонизировался и понятие о литературной норме фактически сметено параллельными понятиями целесообразности нормы сравнительно с понятием революционной целесообразности закона, с понятием эластичности нормы, ее растяжимости, с понятием того, что наука обязана рассматривать все и т. д.

Дело в том, что установить культурные рамки может только словарь, академическая грамматика и, соответственно, Академический институт русского языка. Но в Академическом институте русского языка, к сожалению, нет четкой позиции по этому вопросу. Там тоже превалируют позитивистские, всеядные настроения в отношении нормы. Поэтому, когда мы говорим о защите русского языка, в аудитории сразу же слышатся вопросы: «Как это так? Чиновники будут устанавливать норму языка?» Вопрос резонный. Чиновники даже на президентском уровне никаких норм установить не могут. Есть на это государственные учреждения, например, Институт русского языка. Но если там атмосфера совершенно идентичная той, которая позволила произвести такую деградацию русского языка? Они как будто не понимают, о чем идет речь. Это один аспект проблемы. Другой связан с государственными делами, а вот последние — напрямую с семейными вопросами. Общеизвестно, что республики, отделившиеся от нас в пожарном порядке в 1988 — 1989 годах и в начале 1990-го, принимали законы о статусе киргизского языка, туркменского, молдавского, о расширении функций армянского языка, грузинского, потому что армянский и грузинский языки даже в советское время были обязательными государственными. И это было прологом для решения территориальных вопросов. Потом они отделились на основе искусственных границ СССР и стали независимыми республиками. Нечто аналогичное назревает и в составе Российской Федерации, например в Якутии и в некоторых других областях.

Поэтому закон о государственном статусе русского языка не может ограничиваться одной фразой в Конституции, что в Российской Федерации государственным является только русский язык — он имеет государственный статус. Государственный статус должен быть детализирован. Первая попытка этого была сделана на прошлом Соборе.

Таким образом, вопрос о русском языке разрастается в огромную государственную проблему, естественно вписывающуюся в общий культурный контекст. Только что говорили о русских школах, о русских университетах, о русском телевидении... Действительно, разговор на эту тему приобретает необычайно острый характер — как будто речь идет о государственном преступлении или о нарушении какого-то фундаментального закона, такого, который на следующий день развалит страну, если русский вопрос будет поставлен. Я присутствовал трижды на парламентских слушаниях в этом году: когда слушался Закон о культуре и защите русского языка и обсуждался вопрос о ситуации в СНГ. Вот там действительно были слезы, потому что люди уезжают из отделившихся республик не потому, что они не могут работать или им не хватает денег. Дело в том, что они не могут учить детей русскому языку. Количество русских школ сокращается во всех отделившихся республиках. Дети не имеют никакой перспективы в получении высшего образования, поэтому семьи вынуждены уезжать в Россию.

Основной вывод сегодняшнего выступления: я сказал о том, что сделано, но дальнейшая работа становится все сложнее и сложнее. И не надо обольщаться успехами, потому что на уровне инфраструктуры происходит очень искусное торможение, а для отчетности говорится, что у нас есть закон о культуре и защите русского языка, а что там написано о русском языке, я уже вам доложил.

Ганичев  В. Н.

Честно говоря, после таких слов и аплодировать неудобно человеку, который обнажает нам суть той трагической ситуации, в которой мы продолжаем находиться, несмотря на очень серьезные усилия.

Я думаю, что мы создадим комиссию, группу, и профессор Денисов продолжит в ней работу. Есть у нас профессор Троицкий, мы попросим Михаила Петрова — главного редактора журнала «Русская провинция», писателя Шамшурина и других принять участие в этой группе и подготовить документ, связанный с проблемой русского языка. Мы не оставим в покое ни нашу Думу, ни наше Собрание. Решение вопроса о русском языке — наша святая и одна из главных обязанностей.

Мелентьев  Ю. С.
председатель Международной ассоциации культурных и гуманитарных связей

Прежде всего я хотел бы сказать, что Закон о политике в области культуры и о защите русского языка прошел первую стадию думских дебатов и был так же, как и любые шаги по серьезному решению проблем русского народа, отложен и временно снят в связи с выборной кампанией. Но мне представляется, что люди, которые возьмут на себя защиту русского языка, эту выборную кампанию выиграют.

В своем выступлении я хотел бы остановиться на вопросе, который этой аудитории, видимо, ясен, но считаю необходимым еще раз его поставить.

Уходит в историю год 95-й, год Великой Победы, столетия Есенина, о котором мы уже упоминали здесь, и вместе с тем в декабре уходящего года еще один праздник — 775-летие со дня рождения святого благоверного великого князя Александра Невского. Это счастливое совпадение 50-летия Великой Победы и большой даты в жизни нашего народа, нашей истории подчеркивает неразрывность и продолжение нашей истории и культуры, ибо само 50-летие заставило нас вновь обратиться к одному из главных истоков патриотического порыва защитников Отечества. Мы в этом глубоко убеждены и верим в историческую память народа, сокровенное чувство национального бессмертия, опирающееся на трудовые и ратные свершения пращуров наших. Воистину, чтобы не перестала жить память родителей наших и наша свеча не погасла. Нам важно видеть единство истории и культуры народа нашего, не потерять ни одного года, ни одного часа.

Я глубоко убежден, что сегодня одинаково вредны и негативное отношение к тысячелетней истории и культуре нашего народа, и огульное очернительство или поругание жизни и достижений русского и других народов России после 17-го года.

Как указано в Обращении II Всемирного Русского Собора, а такое Обращение принято, и оно называется «О 775-летии великого князя Александра Невского», для нас это одна из важнейших исторических вех. Великого князя Александра Ярославича наш народ глубоко чтит как знаменитого защитника родной земли, национального героя-полководца, как святого покровителя российского воинства. Я не хотел бы произносить слово об Александре Невском, ибо в этой аудитории нет такой необходимости, но для нас совершенно ясно: не будь Александра Невского и его деяний, развитие нашего государства могло бы пойти совершенно иным путем. Его жизненный подвиг — это не только полководческий гений, не только его великие победы, но и отстаивание национальных интересов народа, его духовных высот. Римский папа, понимая шаткость тогдашнего положения, всю сложность ситуации захвата русских земель, попытался даже объявить крестовый поход против православной Руси, а потом вдруг прислал лучших своих кардиналов с уговорами и предложением о союзе. Князь, как известно, ответил отказом на домогательства непрошеных западных пастырей, которые туманными посулами помощи хотели купить нашу вероотступность. Он оказался дальновиднее политических своих современников, плененных папской унией. Из этих тенет наши единоверцы Западной Украины, а также русины не могут выбраться до сих пор. Раз наш народ отдавал почести Александру Невскому, мы помним и те упоминания, и те предания народные, когда в 1380 году были видения Александра Невского, когда праправнук полководца Дмитрий Донской повел русские полки навстречу полчищам Мамая. Мы прекрасно знаем о посещении могилы Александра Невского

Иваном Грозным во время похода на Казанское ханство. Нам известен и подвиг Петра Великого, который перенес столицу на Неву и в то же время не захотел отрывать корневую духовную систему страны и все сделал для того, чтобы поддержать свое начинание переносом мощей Александра Невского в Петербург. Помним мы и о том, что главнокомандующий войсками нашей страны в ноябре 1941 года произнес первым имя Александра Невского, вспоминая подвиги наших великих предков. Я хочу сказать о том событии, которое произошло 3 июля 1989 года в Ленинграде, когда Министерство культуры России в знак уважения чувств граждан Советского Союза, исповедующих православие, передало Ленинградской митрополии останки знаменитого защитника земли русской великого князя Владимирского Александра Ярославича Невского, которого Русская Православная Церковь (я читаю документ) «чтит, как своего святого и как небесного покровителя г. Санкт-Петербурга, Петрограда, Ленинграда». Как отметил ВРНС, возвращение мощей Александра Невского «стало важным событием в нашей духовной жизни, способствующим подъему и авторитету церкви и ее паствы».

Все это я говорю для того, чтобы напомнить вам, что в этом году произошли массовые события: обращение к образу Александра Невского тысяч людей в разных концах России, и прежде всего в тех местах, где он княжил, где вел свою деятельность. По инициативе многих представителей областей, таких, как Псковская, Новгородская, Ленинградская, Ярославская, Нижегородская, был учрежден и поддержан, в том числе и II ВРС, праздник, который назывался «Венок славы Александра Невского». Он прошел в Переславле-Залесском, и тысячи людей собрались в этом городе именно в день рождения Александра Невского. Мы тогда увидели первые результаты прямого обращения патриотических сил к детям, детскому сердцу, детской душе: из 90 городов прислали свои рисунки художественные и общеобразовательные школы на выставку, посвященную Александру Невскому.

Пользуясь случаем, я передал в президиум приглашение для всех вас на выставку детского рисунка, посвященную Александру Невскому в Центральном Доме Российской Армии. Более ста городов прислали их. Это отношение наших детей к истории России, к отечественной культуре.

Я хочу сказать, что праздник прошел также около памятника Александру Невскому, который совершенно неожиданно теперь стал пограничным, то есть он стоит практически на границе России с Эстонией и в будущем, может быть, даже с НАТО. Там собрались тысячи людей гражданских и военных для того, чтобы дать клятву верности своей стране, нашей России. И я должен сказать, что великое чувство патриотизма вызвало участие в празднике кавалеров ордена Александра Невского, который был учрежден, как вы помните, в 1725 году, а затем восстановлен во время Великой Отечественной войны и благополучно почил в бозе в настоящее время.

Я думаю, что будет правильно, если, учитывая значимость деятельности Александра Невского, наше уважение к национальным традициям и стремление к возрождению национального духа, мы обратимся официально с предложением о возрождении ордена Александра Невского, чтобы им награждали не только полководцев, но и людей, много сделавших в области духовного подвижничества, связанного с нашей историей и культурой.

У меня есть конкретное предложение, чтобы Собор, опираясь на инициативу районов, территорий и городов наших, узаконил проведение каждые пять лет общенационального праздника, посвященного Александру Невскому. Может быть, нам надо учредить от имени Собора соответствующую премию Святого Александра Невского. Мы уже говорили об этом с иерархами Русской Православной Церкви. Если это будет поддержано, то, мне кажется, принесет огромную пользу. В этом могли бы принять участие и административные органы соответствующих территорий, и писательские и общественные организации, и все, кто связан с Собором.

Последнее, о чем я хотел бы сказать, что, на мой взгляд, способствовало бы объединению нации. Нам нельзя разделять верующих и неверующих, что часто случается в последнее время. Мне кажется, что есть Бог, который выше нас, и есть Россия, которая тоже выше нас. Служение им одинаково почетно и уважительно и сделает Россию такой, какой мы хотим ее видеть.

Кондратьев  П. Р.
директор Высших православных педагогических курсов при Московской патриархии

Уважаемое собрание!

Я занимаюсь образованием. Сейчас при отделе катехизации при Московской патриархии созданы Высшие православные педагогические курсы. Уже 3 года я консультирую Центральное окружное управление Московского департамента образования по вопросам религиоведения.

Проблемы школьного образования, повышения квалификации учителей, знания религий, учения по религиоведению очень давно меня волнуют, и у меня есть определенные наработки.

В 1995 году Министерство образования приняло решение о стратегии развития исторического и обществоведческого образования в общегосударственных учреждениях, в котором говорится об отказе от монополии тоталитарной идеологии в сфере преподавания общественных наук в школе и об обращении к определенной системе ценностей, связанных как с лучшими национальными традициями, так и с общечеловеческой традицией гуманизма.

Первое. Отказ от тоталитарной идеологии. Мы все его приняли, он совершенно понятен, какой бы она ни была.

Второе. Мы должны понимать, что атеизм — это тоже идеология, вид религии. Но в отличие от каких-то конфессиональных споров атеизм для многих людей носит оскорбительный характер.

Третье. В документе написано «лучшие национальные ценности», но не сказано, какой вывод нужно делать из этих лучших национальных ценностей и что это за ценности. Я считаю, что это православие.

И четвертое. Гуманизм, общечеловеческая традиция гуманизма. Я не знаю, как это понимают в Министерстве, но, по-моему, забывают, что гуманизм как традиция возник именно в христианскую эпоху. Вот теперь спросим себя: какая школа соответствует этому решению Министерства? Общегосударственная? Нет. Это решение Министерства могли бы реализовать русская школа, православная классическая гимназия либо православная гимназия. Учреждения, которые возникли совсем недавно. За те 4-5 лет, что существуют такие учебные заведения, в них уже выработались специальные курсы. Часто думают, что если православная гимназия, то главный курс там — Закон Божий. Нет, не только. Эти учебные заведения могли бы вполне наполнить образование таким содержанием, о котором заявило Министерство в своем документе.

Какой же из этого следует вывод?

Первое. Как правило, русская школа или православная гимназия негосударственные учебные заведения. Поэтому нужно обратить внимание на то, что финансирование таких школ должно быть делом государственным.

Второе автоматически вытекает из того, о чем уже говорилось. Такое же финансирование должно быть и у русских православных высших учебных заведений.

Третье. Как директор Высших педагогических курсов считаю, что так же следует финансировать институты повышения квалификации. Наши курсы созданы не столько для православных учителей, сколько для обычных школьных.

Еще одно предложение касается непосредственно предстоящего 2000-летия христианской эры.

Мне кажется, что уже сейчас можно было бы силами Московской патриархии и Русского Собора повлиять на то, чтобы в проекте этих торжеств, подготовка к которым должна начаться уже в 1996 — 1997 годах, был пакет таких направлений, которые бы финансировались из бюджетных и внебюджетных средств, которые бы затрагивали русское образование, телевидение, издательскую деятельность и т. п. Я принес на этот Собор в подарок сто брошюр, которые называются «Итоги и значение Великой отечественной войны», выпущенных нашими курсами.

Ионова  Т. А.
заместитель директора школы

Небольшой город Вязники Владимирской области многие, наверное, знают по тем Всероссийским Фатьяновским праздникам, которые проводятся у нас ежегодно в августе. И та школа, в которой я работаю в должности заместителя директора, носит имя Алексея Ивановича Фатьянова, и мне очень приятно об этом сообщить. Наша школа развивается по модели русской национальной школы. Каждый, кто входит в здание, читает слова великого русского писателя И. С. Тургенева: «Россия без каждого из нас обойтись может, но никто из нас не может обойтись без нее». И горе тому, кто этого не понимает, а двойное горе тому, кто действительно без нее обходится. Этой идеей проникнут коллектив нашей школы. Мы стараемся донести великую идею русской души, русской духовности, всего того, что называлось святой Русью, до каждого ученика. Русская национальная школа — это огромный комплекс мероприятий. И те, кто работает по данной модели, а сегодня со мной сидят коллеги, которые руководят такими школами, знают, что это огромный комплекс различных мер, новшеств и нововведений, может быть, авторских программ и т. д. Воспитательный процесс в нашей школе базируется на двух авторских программах. Это духовно-нравственное воспитание школьников с 1 по 11-й классы и краеведческая школа.

Кроме того, школа имеет статус школы с классами художественно-эстетического цикла.

Интегрирование предметов художественно-эстетического цикла с православными идеями, заложенными в модели «Русская школа», показало, что у нас органически вышел процесс, который объединяет такой блок: детский сад, школа и школа искусств. Нашу Вязниковскую школу искусств, возможно, здесь многие знают.

Вот такой комплекс, который перешел в систему, позволяет нам прививать детям любовь к России, к Отечеству, к родному языку, учить детей беречь природу, осознавать историческое значение единства русского народа, единства с другими народами России, со славянскими народами.

Не могу в своем выступлении обойти проблему православия. Мы преподаем православие с 1 по 11-й класс факультативно.

Наше счастье, что мы живем в провинции и все ученики на эти факультативы ходят. Но вы понимаете, что факультативно эти курсы не должны преподаваться. Посмотрите, насколько мы серьезно сейчас подходим к православию, к духовности в школе, то есть к раскрытию замысла Божьего в каждом ребенке, а делаем это факультативно. Конечно, идея православия, духовно-нравственного воспитания у нас пронизывает все учебные предметы, и мы прикладываем много сил для того, чтобы не потерять наработанное с приходом новых учителей.

Не могу не сказать и о той нищете, которая царит в обычной общеобразовательной школе, тормозит многое, что мы могли бы быстрее продвинуть и иметь какие-то ощутимые результаты. Наверное, здесь надо поднимать и этот вопрос. По крайней мере, фонду «Русская школа» следует подумать о школах, которые идут по модели русской национальной школы. Думаю, что нам значительно труднее, чем другим.

Любомудров  М. Н.
писатель, театровед

Размышления о русской культуре иногда ставят в тупик. Как могло случиться, что самый нетеатральный народ создал лучший в мире театр. А именно таким был русский театр, скажем, на рубеже XIX и XX веков в лице лучших императорских театров: Большого, Мариинского, Александрийского, Малого театра в Москве и, конечно, Московского художественного театра, родившегося на самом исходе прошлого века. Я думаю, что ответ на эту загадку нужно искать в особенностях русского характера, русской души и русской природы. Видимо, не ошибусь, если скажу, что фальшь театральности была побеждена силой русского реализма и русской духовности. Русский театр всегда

следовал самым высоким канонам природы человека, естественности переживаний, правды и всегда соотносил ценности искусства с ценностями человеческой жизни.

Я позволю себе некоторую инверсию и начну с предложений. Мне кажется, что авторитет нашего Собора от съезда к съезду, несмотря на некоторые издержки, неуклонно растет. В этих стенах над нами все-таки витает дух Божий. Думается, что мы не в полной мере используем авторитет нашей организации. Поэтому у меня такие предложения.

Создать при Соборе комитет по культуре и искусству как постоянную трибуну русского национального общественного мнения по текущим вопросам художественной жизни.

Телевидения здесь у нас нет. В газетах выступают Иванов, Петров, Сидоров. А здесь может быть сформулировано мнение соборное, коллективное, и авторитет его неизмеримо выше, чем мнение отдельного критика или какой-то художественной организации.

Секции «Культура» принять участие в подготовке к 100-летнему юбилею Московского художественного театра, который грядет в 1998 году и, видимо, будет отмечаться на уровне ЮНЕСКО как событие всемирное.

Провести соборную встречу как этап подготовки на тему «Русский театр и современная судьба МХАТа имени Горького».

Организовать систему общественной поддержки МХАТу имени Горького в связи с подготовкой к юбилею 1998 года.

Я объясню, почему я сделал акцент на Художественном театре.

Мне представляется, что сегодня многие из нас недооценивают театральное искусство отчасти потому, что впечатление о нем создается известными театральными коллективами, телевидением и тому подобными организациями, в которых театр предстает как сцена-подмостки, на которых совершаются демонические оргии, непристойные действа, пошлость, балаган. Поверьте, с подлинно реалистическим народным театром, который стали уже забывать, ничего общего это не имеет. Вместе с тем поддержка театральной культуры крайне необходима, потому что это искусство необычайно хрупкое. Скажем, литературную традицию можно продолжить, изучая произведения прошлого по литературным источникам, картинам художников. Но в театре (может быть, единственном из искусств) традиция и явственность передаются из рук в руки живыми людьми. Если ее прервать, то можно убить искусство вообще и то направление, в котором оно развивалось.

Между тем сегодня в Москве (я с полной ответственностью это заявляю) есть театральный организм, который пробился как живой зеленый росток сквозь асфальт, через все препоны и продолжает подлинно русскую национальную традицию. Я говорю о Московском художественном театре под руководством Татьяны Васильевны Дорониной, о ее труппе — блестящих перспективных молодых дарованиях, — составляющей большое будущее этого театра, о прекрасном русском репертуаре и, кстати, с русской публикой тоже, что является неотъемлемой составляющей настоящего театра. Репертуар, актеры, режиссер, публика — это единое целое, и каждый компонент здесь крайне важен.

Я хочу обратить ваше внимание сегодня, что этот театр нуждается в поддержке. Всем памятен прошедший около десяти лет назад, конечно, искусственно спланированный и рассчитанный на определенные цели раскол в Московском художественном театре. Он не имел под собой никакого мотива, как хотел бы показать Ефремов. Там сложился свой клан: Смелянский, Шатров, Гельман и еще некоторые лица, которые, прикрываясь именем Ефремова, решили сделать свой театральный организм. Не случайно потом было предложение назвать этот театр именем Гельмана, потому что действительно в какой-то период на его подмостках шло подряд шесть пьес этого автора. Сейчас этот театр носит имя Чехова.

Драматизм заключается в том, что сегодня этот театр претендует на монопольное владение именем Художественного и заявляет, что (это совершенно не соответствует реальности) только он продолжает традиции старых мастеров этой сцены. Я на мгновение отвлеку ваше внимание и назову репертуар, который сегодня идет в этом театре. Достаточно будет одних названий: «Плач в пригоршню», «Любовь в Крыму», «Блаженный остров», «Брачная ночь», «Нечаянная радость» и т. д. То есть впечатление такое, что это какой-то бульварный театр на окраине Парижа.

Может быть, кто-то слышал или видел передачу недавно по телевидению, где выступала Ирина Мирошниченко, работающая в театре у Ефремова, бывшая жена Шатрова (извините за такую подробность), которая говорила, что именно МХАТ в Камергерском переулке — единственный наследник Московского художественного театра. И сегодня нацелена вся система государственной поддержки, мобилизованы средства массовой информации и другие силы на то, чтобы именно этот театр поставить в центр будущего юбилея. Думаю, что если такое произойдет, то это будет глубочайшая несправедливость, наш величайший национальный позор и преступление.

Обращаю внимание прежде всего москвичей на эту проблему. Поверьте, что она не так второстепенна, как может показаться на первый взгляд, перед лицом наших бурь и катастроф, которые мы сегодня испытываем. Идет тотальное вытаптывание русской культуры. Если погибнет одна ее часть — музыка, театр или живопись, — то вы сами почувствуете, какое это будет крушение, а мы стоим на пороге катастрофы русского театра. Я не знаю других столь организованных, подготовленных, последовательных в отстаивании канонов русской культуры организмов, как Московский художественный театр на Тверском бульваре. Призываю вас к всемерной его поддержке.

Бурляев  Н. П.
кинорежиссер, член президиума ВРНС

Я предложу уважаемому Собору четыре пункта для того, чтобы их внести в резолюцию.

О создании русского национального кинематографа. Эта тема поднималась нами еще три года назад. За некоторое время до расстрела прошлому парламенту это было предложено, и он это принимал, понимая, что 150-миллионный русский народ достоин иметь свой русский национальный кинематограф, на высоких образцах которого будут воспитываться дети десятков миллионов русских семей. Они ждут от нас запечатленных на экране примеров подвижничества и подвигов наших предков, нашей богатейшей истории и культуры. Есть прекрасный кинематограф грузинский, литовский, эстонский — какой угодно, только не русский. Настало время, чтобы Собор об этом заявил в полный голос, потому что экран — это огромнейшая сила. Я приготовил еще три года назад проект создания русского кинематографа. Не буду вам рассказывать об идеях, о том, к чему мы пришли, как расхищены все центральные киностудии, превратившиеся в негативно-притонные заведения, где кинодельцы делают деньги на том, на чем их делать никак нельзя. Не все в этом мире самоокупаемо, не все рыночно. Если государство хочет, чтобы наши грядущие поколения жили, любили Отечество, творили, не убивали друг друга, нужно поддерживать культуру.

То, что существует достаточный духовный потенциал кинорежиссеров, операторов, актеров, готовых работать в данном ключе, доказал наш кинофорум «Золотой витязь», который действует успешно уже четвертый год, растет и крепнет. И к нам приходят все самые лучшие деятели не только кинематографа русского, украинского, белорусского, сербского, польского, болгарского, греческого, но и кинематографов-других стран. Многие из них практически выброшены из жизни, но готовы серьезно работать. Потенциал у нас огромный. Это доказал последний 4-й московский кинофестиваль «Витязь», когда в центре Москвы, в зале «Россия», собрались 2500 деятелей экрана из 14 стран мира. Но мы не ограничились этим. Мы послали приглашения и русским писателям, художникам, ученым.

На нашем конкурсном экране за эти четыре года было показано 500 картин игровых, документальных, видео, агитационных, студенческих и т. д.

Участники (а их уже побывало на нашем кинофоруме из многих стран до тысячи человек) акцентировали наше внимание на назревших потребностях создания самостоятельной структуры русского национального кинематографа.

Говорили о необходимости немедленного принятия законов, которые защитят отечественный кинорынок и введут строгий контроль лицензирования и квотирования иноземной продукции на наших экранах. Упорядочат это соотношение, ибо оно сейчас просто ненормально. Реализацию этого проекта готов принять наш киноцентр, наш «Золотой витязь», уже ставший трибуной лучших деятелей экрана. В эту структуру, как мы думаем, должна войти русская национальная киностудия с ежегодным финансированием 10 художественных, 20 документальных, 20 видеофильмов и т. д.

Возможно, стоит подумать о передачи части или всей киностудии имени Горького (когда-то она именовалась «Русь»), не справляющейся с задачами, возложенными на нее, по созданию детских и юношеских фильмов и работающую вопреки тому, чем она должна заниматься, тогда как русская государственная киностудия будет работать главным образом для юного поколения и делать то, что не стыдно показывать нашим детям.

Киношкола будет готовить кадры для нашей национальной кинематографии. Мы уже имеем первый опыт и набрали курс авторской кинорежиссуры — первый православный курс. Поскольку «Русь» — это всеобъемлющее понятие, то у нас учатся и кореец, и армянка, и татарка, те, кто уверены, что они дети русской культуры.

Кинобанк, который будет финансировать все циклы и возвращать деньги и т. д. Кинофестивали русских кинофильмов, которые станут пропагандистами самого лучшего, что есть в нашем кинематографе.

Кино- и видеопрокат — это самое трудное. Он практически разрушен. Я думаю, что стоит обратиться к нашему руководству с тем, чтобы были переданы в полное ведение нам хотя бы 20 процентов кинотеатров России. А нам, как показывает жизнь, есть чем их наполнить.

С этой трибуны мэр Москвы прекрасно вчера говорил о России, о русских, о том, что надо поддерживать. Два года я обращаюсь в эту инстанцию, лично к мэру, чтобы он принял нас. Отправлено было письмо за подписью 30 выдающихся деятелей России, в том числе Михалкова и ныне уже покойного Бондарчука, с тем, чтобы он принял нас и передал нам кинотеатр Повторного фильма, за который мы боролись два года. Окончилось тем, что он поставил подпись о передаче этого кинотеатра Марку Розовскому и Эпштейну. Вот что происходит на деле. Также следует создать русский кино- и видеофонд национальный, куда мы соберем самое лучшее, что будем показывать нашей публике: что было в прошлом, что мы уже сделали и что будем делать в будущем. Это первый пункт.

5-й «Золотой витязь» пройдет по приглашению Президента Белоруссии Лукашенко, который единственный из наших политиков поддержал 4-й «Золотой витязь» и спас нас от гибели. Он предложил нам приехать на 5-й «Золотой витязь» 24 мая 1996 года в Минск. Я предложил Президенту Белоруссии, чтобы эти дни, а это будет праздник нашей общей культуры и письменности, стали еще одним шагом в укреплении наших позиций.

И последнее. Наша трибуна решает вопросы культуры, и я думаю, что эта тема вроде бы выходит за рамки, но я бы хотел поговорить о Сербии. Я только что приехал оттуда. Надеюсь, что в параллельных секциях тоже идет об этом речь и Собор скажет свое слово в защиту наших братьев. Я обращаюсь к вам по просьбе единственного представителя нашей Патриархии в Сербии отца Василия в Белграде. Его обращение я не буду читать, а просто отдам, но напомню вам, что балканский узел, завязанный на политике, религии и на национальной почве, не будет так просто развязан — сербов не отпустят из него, и они это понимают. Они оценивают этот мир как капитуляцию, а политику своего руководства как предательство, но это уже другая тема. Продолжают разрушаться памятники архитектуры, религиозные памятники. Разрушено 294 церкви, взорвано и разрушено 150 епархиальных построек, 14 часовен, 16 кладбищ: 14 — осквернено. Идут аресты отцов Церкви Православной. Сербская церковь обратилась в ЮНЕСКО с просьбой защитить от уничтожения памятники XV, XVIII, XIX веков. Ответа нет. Продолжаются бомбежки, уничтожение. Там происходят страшные вещи. Погибло уже около 250 тысяч человек, и почти миллион человек ушли с собственных земель — 10 процентов этого народа. Я прошу понять это и оценить, а также отразить в наших документах.

Погодина  Л. Н.
директор 141-й русской национальной школы (Москва)

Уважаемое высокое Собрание!

Благодаря ВРНС и людям, которые сплотились вокруг него, мы вместе работаем, и русская школа, как таковая, уже, слава Богу, есть. Здесь сидят мои коллеги из Читы, Краснодара, Твери — директора и учителя школ. Региональные школы делают очень много интересного. Но попросила я слова, чтобы показать некий документ коллегии Министерства образования России от 28 декабря 1994 года № 24/1. Запомните этот номер, пожалуйста, по которому нас с вами, уважаемые коллеги, лишают преподавания истории России в родном Отечестве. Если мы знаем, что в ближнем зарубежье уже не преподают историю России, то у нас мы этого не можем допустить.

Решение коллегии четко определяет линейный курс истории России заменить на концентрический. Это значит полностью размыть курс отечественной истории во всемирной истории. Подготовлены так называемые учебники.

Методические рекомендации по Москве и по России уже есть. Здесь вы не увидите курса истории России, потому что его просто нет. Есть Древний мир, средние века, новое время, новейшее. И все. Где-то кто-то, может быть, и скажет об истории России. Помните о том, что у нас с вами есть учебники «Истории СССР», напечатана в малых экземплярах История России новых авторов. Есть такие учебники, но их почти не издают.

Представьте себе: в регион пришло это самое злополучное решение коллегии, подписанное министром образования России Ткаченко 28 декабря 1994 года. Мы о нем узнали поздно, через журнал «Преподавание истории в школе» (№ 3, 1995), поэтому заволновались только в сентябре. Согласно предложенной нам схеме, истории России нет, то есть ее уже почти убрали. Через год ее совсем не будет. Соровский учебник — это позор. Мы его вообще не должны допускать. Поэтому, уважаемые коллеги, на научно-историческом обществе мы собрались, переговорили, попробовали написать в Думу, но все молчат, как будто ничего не слышат. В средства информации мы тоже обращались. Мы пишем и просим дать запрос министру образования Российской Федерации об обоснованности ликвидации систематического курса отечественной истории в школах. На гуманитарных факультетах пединститутов его уже сняли. Вот представьте, какой придет учитель, воспитатель, если он не знает истории культуры, языка не знает, истории России не знает? Как мы будем дальше жить? А ведь мы говорим о духовном развитии личности. Этого нам допустить никак нельзя. Убедительная просьба, коллеги, поддержите, пожалуйста. Не дайте убрать историю России из России. Систематический курс истории должен быть обязательно.

Сионова  С. А.
преподаватель Педагогического института (Елец)

Я постараюсь быть предельно четкой и краткой. Дело в том, что ельчане и все, кто знаком с этим городом, знают, какая это уникальная округа в системе литературы, истории, фольклора и духовной культуры. Все проблемы, которые здесь решаются, очень нам близки, и мы с ними сталкиваемся постоянно. Но мне кажется, что у нас есть свои успехи. Я хочу поделиться с коллегами небольшой радостью: мы здесь говорим, что надо объединять духовность, институты, школы, а в Ельце это давно было. Начиная с 60 — 70-х годов наши преподаватели, истинно русские, понимающие всю ответственность воспитания истинно русского человека, пошли, если можно так выразиться, в народ: собирали его богатство — фольклор. Кафедра обладает огромными фольклорными материалами. Жаль, что некогда это соединить и напечатать. Но я вам скажу, что та культура, о которой мы здесь говорим, она сохранена в народе. Меня всегда волнует русская речь; русское слово и нынче звучит, потому что, когда иду по деревне, мне говорят: «Аи не узнала?», а я говорю, что, как не узнала, вот она я. «Да что ж ты все турманом да турманом летишь мимо мине-то, как стрела, куды ж ты подевалась-то, да как-то долго тибе не было-то, дулечка моя?» Вы знаете, нет слов! Одна красота и музыка. Я говорю своим студентам и ученикам, а я преподаю и в частной гимназии: «Вы послушайте, вы только послушайте». Я их заставляю слушать эту музыку и прошу записывать своих бабушек. Ученики мои приносят интереснейшие документы и бумаги. Оказывается, что чьи-то бабушки и прабабушки работали у князей Волконских, Стаховичей. А это были семьи высокой культуры. И фотографии, и все записи, и рассказы идут в наши руки. Я могу сказать, что это просто истинное счастье. Правда, я детям говорю: «Вы послушайте, так говорили в X-XII веках, а вот сейчас-то мы с вами как плохо говорим, прямо как по телевизору». У нас это звучит как ругательное. Прошу прощения, но это так. Елец сохранил те дивные традиции, в которых он жил. Нас как-то не трогали, нам повезло исторически. Соседний Липецк строился, а нас не заставляли перестраиваться, не очень мучили. Повезло на градоначальника, который поддерживает идеи нашего института. И я думаю и надеюсь, что одним из первых русских земских институтов будет Елецкий институт. У нас уже есть несколько русских школ, и я могу только сказать великое спасибо председателю фонда «Русская школа», его сподвижникам за помощь, за очень конкретные документы. Если раньше мы гадали, чем же отличается русская школа от другой, то теперь это уже очень конкретно и явственно.

Я хочу вам напомнить, что 9 сентября в Ельце, его округе, да по всей России был великий праздник — 600-летие явления Елецкой Божьей матери и отступление Тамерлана от стен Ельца. Отметили мы недавно 125-летие со дня рождения нашего самого любимого писателя Ивана Алексеевича Бунина, который писал, что самые лучшие писатели вышли все-таки из нашего края. Чувством единения был поднят на ноги весь Елец. Люди выходили и кланялись, когда шел Великий Крестный Ход. Отовсюду к нам прилетели на праздник, и, вы знаете, бабули даже на костылях шли, ползли в Церковь Елецкой Божьей матери, которая реставрирована и восстановлена. Кто не был в Ельце год-полтора и приедет сейчас, увидит: купола сияют золотом. Руководителям города и столичным нашим помощникам, нашему землячеству поклон великий. Они помогают нам во всем. Я вам скажу, что наступил тот момент, когда хочется работать уже на другом витке. У нас появилась идея создать в Ельце миротворческий дом, где будет современный музей духовной культуры, в основе которой будут лежать жизнь и подвижничество служителей церкви, таких, как Тихон Задонский, отец Лукарий — та духовность, которая питала и питает нынешний Елец. И этим мы не ограничимся. Музей задумано сделать живым. Там будет показана жизнь ельчан, творчество которых было отдано России. Мне удивительно повезло — я всю жизнь преподаю фольклор. Я счастлива тем, что живу на истинно русской земле. И только здесь я вижу всю свою жизнь — там, где Русь, Родина. Сейчас готовится праздник. Уже подписаны все документы, выделены деньги к 850-летию г. Ельца, который будет праздноваться в сентябре 1996 года.

Я беру на себя смелость пригласить всех к нам в Елец, в бунинско-пришвинские места. Притча не притча, как хотите понимайте. Я часто езжу в деревню. Бабули сидят и беседуют: «Глянь, Манька-то приехала. Откель она взялась-то? Две недели ее искали, искали, да нашли в Москве, на вокзале, во уструнила-то куды». Читаю  М. М. Пришвина. Он приводит диалог, где его матушка говорит: «Глянь, уструнила Авдотья-то куда-то да так быстро». Вы знаете — нет слов: живет все и будет жить.

Я надеюсь, что Русь, Россия, Родина, она наша с вами, и дай ей Бог процветания, единения и счастья.

Низкий поклон вам всем и доброго здоровья.

Алмазов  Б. А.
писатель, атаман Северо-Западного округа

Прозвучала фраза: «Пугнуть казаками». Я профессиональный писатель, 23 года преподавал историю искусств. В седьмом поколении преподаватель. Но если по-настоящему пугнуть, поскольку я все-таки казак настоящий, не ряженый, я вас сейчас пугну. То, что сейчас произойдет с казачеством, это чудовищно. Те законы, которые сейчас принимают, не уступают решению Свердлова о казачестве. В законе, который нам предлагается, первыми строчками написано: «Люди, изъявившие желание нести государственную казачью службу, считаются казаками». Какой национальности? Какого пола? Под это дело будут набраны государственные банды в услужение местных глав администраций. Ряженых казаков сейчас большинство. Это те, кто ходит с лентами на штанах, представлены они и здесь в зале. Они этническими казаками не являются, поскольку Союз казаков, атаманом Северо-Западного округа которого я являюсь, состоит из людей интеллигентных, а интеллигент — это человек, который думает, что будет впереди. И тем, кто помнит мое прошлогоднее выступление, я процитирую резолюцию казаков Кубани, где сказано: «В Совете по казачеству сейчас ни одного казака». Если и дальше будут изобретать документы, мы начинаем национально-освободительную борьбу. Кстати, населению России тоже не вредно было бы прислушаться к нашему опыту. Это не значит, что мы пойдем в банды, в партизанские отряды. Нет. Национально-освободительную борьбу мы начали, и она протекает следующим образом: мы отторгаем от наших детей все то, что валится на них, как сказал наш батюшка, из «рогатого», то есть телевизора. Мы отторгаем учебники и издаем свои. У нас во всех школах читается «История Кубани», «История России», «История православия». Это то, чего ряженые казаки не сделают, потому что они живут здесь в Москве, Петербурге, и им нужны должности и представительство от казачества. Сделать это очень просто: пять человек собрали — казачья организация регистрируется, любых казаков можно зарегистрировать запросто. И очень скоро у вас найдется «спонсор», потому что казаками не нужно пугать. Я вот только что приехал из старообрядческого детского лагеря. Они строят монастырь, и вместе со староверами там работают казаки и работают дети. В Новгородской области они строят скит. Это здорово, потому что с порядочными русскими мужиками вместе работают замечательные русские дети.

Мы сделали немножко иначе. Второй год у нас действует в Анапе с 5 августа по 28 августа фестиваль «Казачок». Из 16 регионов России съезжаются детские фольклорные казачьи ансамбли. Эти дети на виду, потому что они являются носителями культуры, и мы вкладываем в них то, что они понесут дальше. В этом году было издалека привезено 480 детей, и человек 600 было детей кубанских и ставропольских казаков.

Как строится воспитание? В возрасте от 5 до 16 лет формируются отряды. Казачьи группы должны быть обязательно разновозрастные, потому что это семьи. Когда я привез своего сына, а я хоперец, первый вопрос, который был задан: «Где хоперцы?» Мне указали на палатку. Я своего туда отдал, и через три дня он со мной заговорил на хоперском диалекте. И это правильно. Вот за этим я его из Петербурга и привез. За этим привезли кубанских казаков с Сахалина и из Воркуты. Мы привезли их домой. Очень дорого, безумно дорого, но каждый ребенок у пас получал в день от полутора до пяти килограммов фруктов. Мы свезли сюда их отовсюду, они купались в море, никто не болел и за 21 день не было ни одной драки между казаками, что особенно потрясающе. Дисциплина фантастическая, четыре кадетских корпуса, каждый вечер национальный концерт и после концерта казачья вечерка, где учили детей танцевать наши танцы, носить национальную одежду, разговаривать друг с другом, приглашать барышень, играть в казачьи игры. Это было весело!

И еще одна серьезная вещь. Утром учили рукопашному казачьему бою. Естественно, после этого — народной медицине, народной кухне, народным ремеслам. У нас там стояли кони. Многих казачат учили плавать и т. д. Но были и свои трудности.

Первая. Не успели мы приехать, рядом стенка к стенке открыли баптистский американский лагерь. Но тут понаехали казаки, поэтому, когда к нам явился проповедник, наши все вокруг смотрели и говорили: «Станичники, гля, баптист приехал, разговаривает». Мы старательно смешивали станичников и горожан, потому что нам нужно получить вот этот эталон. В лагере все время проходил Совет атаманов, дети были политизированы сознательно, то есть когда над Анапой поднимали русский флаг и флаг Кубанской казачьей рады, в строю стояли 30 возрастов, в том числе все наши кадеты и старики. Они это должны запомнить. Это наша традиция. Детей на все казачьи круги брали, чтобы они запоминали, что там происходило.

Что еще было очень неприятно. У нас не было священника, поэтому в церковь мы были вынуждены возить детей в Анапу, потому что дети верующие, они привыкли в церковь ходить на воскресную исповедь, но у нас ведь есть и старообрядцы, а в Анапе староверческой церкви нет. У нас был отряд калмыков, так к ним приезжал лама, и все было благополучно.

Теперь я хочу сказать о горе. Второй день мы говорим и ни слова о Чечне. А здесь между прочим сидел терский атаман. Он настоящий генерал. Русские в Чечне нуждаются в теплых вещах, в продовольствии. Вчера терский атаман, смущаясь, попросил у правительства 27 миллионов. И тогда очень высокий правительственный деятель посмотрел на нас и спросил: «Атаман, а вы зарплату получаете?» Все атаманы дружно засмеялись и сказали: «Нет». Он понял, что мы совершенно сумасшедшие. Нет, мы не сумасшедшие. Мы служим.

Далее. Нужно восстанавливать кадетские корпуса — казачьи кадетские корпуса. Возможности есть. Но чеченских детей вытаскивать севернее Москвы нельзя — у них будет золотуха. Я устроил 8 человек в суворовское училище в Санкт-Петербурге, они все в зеленке, в пятнах, а учатся отлично. Жить им там тяжело. Им не хватает солнца. Их нужно перевезти, может быть, в Смоленск. Поищите, куда можно, берите в детские дома. Если детей не вытащим, все пропадет.

В Чечне Доку Завгаев дает деньги на восстановление казачьей церкви, потому что у казаков денег нет! Терские казаки с чеченцами договорятся, потому что многие из них родственники. У нас есть семьи, где младший сын христианин, средний обрезанный, а старший был атеистом, а теперь стал православным. Что же со средним делать? И это в одной семье. Чеченцы это тоже понимают. Чеченцы встречали русские танки с цветами. Это было: они устали от бандитов.

В выступлениях прозвучали такие слова: слово и дело. Слова-то мы говорим хорошие, но нужно, чтобы они не

расходились с делом. Первое дело — атаман завтра здесь будет, я вам его покажу. Выбивайте деньги и помогайте русским, вытаскивайте их. Рядом со мной сидел уральский атаман — у них тоже дела обстоят тяжело. Но тем не менее, что для нас вот эти лагеря казачьей культуры? ? Атаман Качалин деньги, которые мы ему прислали на операцию по поводу онкологического заболевания, отдал, чтобы дети могли пересечь границу и приехать в казачий лагерь. Вот так мы к этому относимся. Эти лагеря мы будем открывать по всей территории казачьих областей. Мы должны везти детей, разбросанных по всему миру, на Родину. Я говорю правду. У меня есть свидетель — здесь присутствует казак из Австралии. Он в этом лагере был. Я думаю, когда ему предоставят слово, он мои слова подтвердит.

Печерский  А. Н.
главный редактор газеты «Русь державная»

Уважаемый президиум, братья, сестры, дорогие друзья!

Мне повезло, что я выступаю за атаманом, и хотелось бы поддержать его идею о методах ведения социально-освободительной борьбы. К сожалению, мы живем в иных реалиях, и как газетчик я, видимо, лучше это понимаю, чем многие присутствующие здесь.

Совершенно не случайно идея ВРНС, а я являюсь участником уже третьего Собора, легла в основу газеты «Русь державная». Вы посмотрите темы, которые обсуждаются здесь. Если бы нам предоставили идеальные условия, газета могла бы выходить ежедневно. Первый ее номер появился в судьбоносно трудное время — 7 сентября 1993 года. Я был удивлен потоку писем, радости людей по поводу этого нового издания.

Посмотрим на все это с другой стороны. Один выступавший здесь говорил, что отчет о проблемной работе они опубликовали в газете «Русский вестник». А вы знаете, что она выходит тиражом 5 тысяч экземпляров, дай Бог, раз в два месяца. Все основные средства и органы массовой информации, православно и нравственно ориентированные, влачат жалкое существование. Тиражи настолько малы, что говорить о влиянии их на общественное самосознание просто смешно. И в этой связи мне прежде всего хотелось бы поделиться с вами теми реалиями, с которыми мы столкнулись, издавая эту газету и пытаясь что-то сделать, не имея на это никаких возможностей. По сути дела, если бы. газету не поддерживал его Святейшество Патриарх Московский и всея Руси, она давно перестала бы существовать. Но даже, несмотря на это, многочисленные обращения Святейшего Патриарха, прежде всего в Комитет по печати по поводу финансирования журналов «Православная Церковь», «Русский вестник», «Русь державная», как правило, остаются без ответа. Или же отвечают так: мы будем финансировать приоритетные издания. Что это такое, я могу вам рассказать: 10 лет работал в одном из таких приоритетных изданий, пока Господь не привел меня к вере, Я знаю, что такое главная газета страны, как она финансировалась в свое время на наши народные деньги. В эти приоритетные издания, которые выходят сегодня и продолжают выходить многомиллионными тиражами, вложены миллиарды. И если с этой трибуны еще вчера выступали наши уважаемые члены правительства и говорили о духовности, то я считаю, что эти люди должны понять, что не может быть речи ни о какой духовности, если мы не будем делать реальных шагов: поддерживать те направления, которые дарованы нам Господом Богом и в обществе давно уже вызрели. Если это не произойдет, тогда, видимо, надо будет поддержать нашего дорогого атамана. Но я думаю, мы все живем в реальной жизни. Если православный человек будет вынужден абстрагироваться от всего и замкнуться в самом себе, то никакого развития общество явно не получит. Не случайно возникают в недрах Русской Православной Церкви такие движения, как борьба за духовную нравственность, где анафеме предаются весьма респектабельные средства массовой информации. Это боль православного народа. Но никакого повода для пессимизма ни у кого из нас нет, потому что все происходящее с нами зависит, наверное, прежде, всего от самих себя. Если Господь направил нас на создание такого механизма, как ВРНС, если на III Соборе присутствуют, по сути дела, первые люди страны, значит это важно и рано или поздно ляжет в основу конкретных решений по тем или иным вопросам.

Я уверен, что, если мы внесем в одну из резолюций Всемирного русского народного собора резолюцию в поддержку духовно-нравственных и православно ориентированных периодических изданий, это будет абсолютно правильно, потому что вам не стоит объяснять, каким оружием является любое издание.

Нам приходится нелегко. Я скажу честно, что выжить газете помогают, наверное, Бог и молитвы наших старцев. Недаром духовником «Руси державной» является старец архимандрит Кирилл (Павлов). Он говорил неоднократно, что, наверное, восстановление храмов не такое важное дело, как духовное и нравственное воспитание. Иначе может быть так, что в этих опустевших храмах некому даже будет слово произнести.

Шахматов  А. В.
певец (Австралия)

Я надеюсь, что сказанное мною здесь будет угодно Богу и в какой-то степени понятно всем вам. Итак, дорогие наследники Святой Киевской и Великой Руси, когда я уезжал из Австралии полгода назад, я был свидетелем того, что происходит сейчас здесь, то есть у нас наступала предвыборная борьба, так называемые перевыборы. С одной стороны, мне было печально бросать родных, с другой — я уезжал с радостью, чтобы не видеть этого спектакля. И вот теперь на родной земле я наблюдаю то же самое, и душа моя скорбит. Надеялся, что на Соборе я вздохну, но, увы, и здесь те же самые лица, которые мелькают на телевизионных экранах.

Когда мы пришли сюда в первый день, то заметили, что помещение обнюхивают собаки. А ведь наши предки, когда собирались на Собор, то надеялись на Бога, а мы, получается, — на собак. Это яркое доказательство того, насколько мы пали духовно. Я имею в виду не только Россию, но и другие страны. Я могу так сказать, потому что, слава Богу, пожил на всех материках и видел, в каком положении находится человечество. Но мне больно, что русский народ, русские умы и таланты великой России влачат жалкое существование. Великая Россия для грамотных, культурных людей — это не только 100 тысяч нас, преданных русских, обосновавшихся в Австралии. Это 10 миллионов русских, живущих на всех материках, во всех странах мира. Это тоже Россия. И величие России не ограничивается только территорией. Я русский человек, не эмигрант и слово «эмигрант» не признаю, хотя родился в Китае. Я также не признаю понятия «зарубежье ближнее, дальнее», «возрождение русского человека», «возрождение православия». Это все политика XX века. Уже доказано, что она не от Бога. Сколько у нас было войн, и XX век в истории человечества останется как самый кровавый. Это яркое свидетельство того, какие мы стали «цивилизованные». В настоящее время так называемая цивилизация оказалась в духовной деградации и переходит уже в физическую.

Это прекрасно, что все мы собираемся и стараемся напомнить себе о том, в чем же наша беда, грехи и наши ошибки. Я как русский певец горжусь, что великая русская культура обогатила общечеловеческую культуру, что таланты России повлияли на развитие человечества. Каждую минуту во всех частях света по радио, телевидению, в театрах звучат классическая русская музыка, русская песня, произведения Пушкина, Достоевского и т. д.

И еще. В настоящее время в Австралии и во многих других странах мира в школах, университетах изучают русский язык. Потому что так называемая американизация английского языка превратила этот классический язык в коммерческий, на котором все продается и покупается, включая души и тела.

Русский же язык в глобальном масштабе несет духовность, красоту, стремление к очищению и восстановлению человеческого достоинства. В этом причина огромного желания знать и изучать русский язык. За ним будущее. Английский язык через 20 — 30 лет сойдет с мировой сцены, потому что его настолько запачкали, очернили, обесценили, что англичане уже бастуют против этого. То же самое происходит и с французским языком.

Поэтому мне больно, что народ, который дал всему человечеству культуру, духовность, науку, сам страдает. Я проехал по всей России, прожил здесь два года и должен сказать, что во всех странах мира существует паразитизм политический, экономический. Это происходит потому, что народ в массе утратил веру не только в Бога, Творца, но и в родную землю, Отечество, самого себя. А человек без веры — это трус, обреченный на рабство экономическое, политическое. Разницы нет.

Когда мне говорят, что необходимо возродить русского человека, православие, великую Россию, для меня это оскорбление. Нужно очиститься и восстановить достоинство: русское, российское, отечественное. Но когда ведут речь о возрождении, то это чисто политическая подкладка. Такая же удочка была закинута в Европе в свое время по поводу ренессанса. Это бить по духу народа, заявлять народу, что его нет. В такой ситуации трудно кем-то стать. Поэтому я не эмигрант и никогда им не был. Русского человека, как мои деды говорили, можно изгнать с родной земли, из России, но Россию изгнать из русского человека нельзя никогда.

Что бы я хотел попросить, обратившись к Собору. В мире остался единственный народ — русский, который не имеет права свободно приезжать в Россию, как домой, в родную семью. Мне приходится ждать приглашения, визу и т. п. Я родился за границей, меня принимают, как чужого. Мне ничего не нужно в материальном смысле. Для меня это только духовная пища и честь. Я благодарю Бога, что иногда появляюсь на родной земле, дышу родным воздухом, делаю что-то во благо нашего великого Отечества. Духовное единство русского народа — главное. И пока мы не обретем его, нас будут разделять на красных и белых, на новых и старых, на зарубежных и незарубежных. У нас никогда не будет покоя на Руси, и мы будем находиться под угрозой выживания. Как сказали калмыки: мы ширимся потому, что русский народ пал духом, русский народ сам себя не уважает.

Гагаркин  А. И.
заместитель директора Радио-1 «Останкино»

Большая честь выступать со столь высокой трибуны. Воспользовавшись этой возможностью, скажу о Радио «Останкино». Я хотел, чтобы вы вместе со мной минутку порадовались тому, что есть еще на Руси такая станция Радио-1 «Останкино», которая сейчас считается общероссийской и имеет аудиторию более 70 миллионов человек. Это в основном люди среднего и старшего возраста, меньше молодежи, потому что ее увлекли многочисленные зарубежные и наши отечественные коммерческие станции. К сожалению, мы пока всем своим арсеналом не можем побороть тягу некоторой части молодежи к этой, как мы говорим, «попсе» музыкальной. Но гордиться нам есть чем. Наша станция за 70 лет своего существования накопила уникальные ценности и является национальным достоянием. У нас хранятся и активно идут в эфир в наших программах записи в замечательном художественном исполнении. Мы уже составили большой аудиотом «Антологии русской литературы». У нас есть музыкальные записи — полное собрание сочинений П. И. Чайковского, огромные фонды музыки Свиридова, Рахманинова, Глинки и т. д., народная музыка, народные песни. Из этих музыкальных записей можно составить программу. И если нас совсем не будут финансировать, мы, слава Богу, два с половиной года можем давать только музыку. Вот такие у нас уникальные фонды.

В нашем фонде потрясающая афиша лучших театральных спектаклей, которые записаны со времен появления звукозаписи на пленке. Это замечательный старый МХАТ, Малый театр, театр Вахтангова; прекрасные фондовые детские передачи.

Мы ведем передачи православно-христианские. Должен сказать, что две передачи Радио-1 были лауреатами недавно проходившего фестиваля православно христианских радиопрограмм, на который приехали представители 40 городов России. Мы пригласили такие станции, как «Радонеж», «Сорок сороков», «Домашняя церковь». Это регулярные рубрики нашей передачи.

Я хочу сказать, что многие из присутствующих на Соборе являются участниками наших передач о национальной культуре, духовности, нравственности. И я считаю, что Радио-1 — действительно защитник и проповедник духовности и нравственности. Мы помогаем людям выжить в этот тяжелый момент.

Мы часто говорим о телевидении. Сейчас старшее поколение переживает катастрофу: ломаются телевизионные приемники. Может быть, это не так и страшно, но теряется последняя возможность хоть что-то увидеть. Хорошо, что есть радио — проводное вещание, точка в каждом доме, в каждой квартире. Приемники, к сожалению, не все могут сейчас купить. Есть только одна кнопка, по которой идет радио России. Я не хочу сказать, что оно плохое, но это другое радио. Наше Радио-1 — это художественное вещание. Надо сказать, что уже четвертый месяц в эфире идет фестиваль, посвященный 70-летию отечественного радиотеатра. Мы с трудом за 4 месяца «толкнули» 100 самых замечательных спектаклей радиотеатра и театра у микрофона. Люди нам звонят и пишут, что это замечательное дело. Валерий Николаевич Ганичев говорил, что есть «хребтовые культуры». Так вот хребет такого «прекрасного животного» — Радио-1 «Останкино» — трещит, ноги подкашиваются, потому что нет бюджета, фактически рухнула компания «Останкино». Радио-1 «Останкино» — это уникальное радио. Это не самообеспечивающая себя финансами, это не коммерческая радиостанция, прогоняющая рекламу через свои многочисленные песенные программы. Нас надо поддерживать из бюджета. В противном случае не будет новых записей театральных спектаклей. А это уходящая натура, не книга, которую можно потом найти в библиотеке. Наши слушатели лишатся новых записей исполнительского искусства, великолепных чтецов, музыкантов. Дай Бог, попадут мелодии на диск. Может быть, потом привезут из Арабских Эмиратов лазерный проигрыватель и будут слушать. Многого не останется, если погибнет Радио-1 «Останкино» и вообще радио.

Заканчивая свое выступление, хотел бы попросить записать в резолюцию Собора строчку о национальном радиовещании. Радио-1 «Останкино» — это прообраз, основа такого вещания.

Цыбин  Б. К.
председатель Русского союза Республики Казахстан

Коротко хочу остановиться на самых больших наших бедах и проблемах. Как мы жили, как живем? Здесь однозначно: жили, теперь понимаем, очень хорошо, дружно, замечательно, интересно. Теперь живем примерно все одинаково, за редким исключением. Бед хватает. Естественно, когда человек живет плохо, то у него происходит очень много печального. Испортились взаимоотношения между нами всеми, а ведь когда-то были друзьями. Но мы не отчаиваемся, потому что у нас есть замечательный пример — наш Владыка Алексий Казахстанский. Он вселяет в нас уверенность и показывает, как надо находить согласие и жить дружно, в том числе и с мусульманским миром.

По аналогии, что делает Православная церковь Казахстана, мы стремимся к тому же самому: заключили договоры со всеми национальными объединениями, проживающими и зарегистрированными в Казахстане, сумели добиться какого-то взаимопонимания с казахскими национальными объединениями. Мы живы, и нет у нас, слава Богу, тех громадных катаклизмов, которые уносят и унесли уже, если я не ошибаюсь, 250 тысяч жизней.

Но я хочу сказать о тех, кто решил остаться в Казахстане и считает Казахстан второй родиной, потому что у решивших уехать уже другие проблемы. Мне импонирует выступление нашего гостя из Австралии, потому что, когда я приезжаю сюда, меня тоже начинают обыскивать, со мной начинают делать все, что угодно. И поверьте — в душе накручивается громадный комок, когда дома я стал иностранцем, за которым нужно следить. Я думаю, что это дело мы переживем. Мы с интересом слушали выступление атамана, который тепло говорил о детях. У нас примерно те же заботы. Я имею в виду решивших остаться. Нам предстоит адаптироваться в новых условиях, потому что те мероприятия, которые проводились, кончились тем, что атаман Гунькин сейчас отбывает срок наказания. Мы должны пойти новым путем, который сохранил бы нам спокойствие, мир и открыл какие-то перспективы.

Такой путь показал нам наш владыка, когда создал организацию «Светоч», открывшую двери молодежи для обучения в вузах. Здесь большое спасибо Омску, Новосибирску и московским вузам, которые пошли нам навстречу и уже в этом году приезжали принимать экзамены в

Алма-Ату и в целый ряд регионов. Юноши получили возможность обучаться в российских вузах. А что делать с учащимися начальных классов и старших? Здесь мы тоже ищем выход и, кажется, кое-что нашли. Мы сейчас пытаемся создать сеть воскресных школ, где можно было бы показать ученику, что он принадлежит к великой нации гуманистов. Именно Россия всегда приходила на помощь нуждающимся, никогда не была агрессором. В России были сосредоточены национальные ценности, как культурные, так и духовные. А как это донести? Должна быть система. Мы на свой страх, риск и совесть все делаем. Для этого нужно знать историю своего Отечества. Мы берем Ключевского, Карамзина. Пытаемся организовывать концертные группы. Последний концерт провели весной. Посвящен он был 50-летию Победы. У нас выступала целая палитра: и корейский, и казачий, и украинский, и русский, и немецкий, и болгарский коллективы. Нам предоставили Театр оперы и балета. Приходили государственные мужи и говорили: что не могут сделать политики и мощные структуры, то сделали элементарно дети и артисты.

На этом пути очень много людей, которые не заинтересованы в положительных результатах и тормозят их. Трудности заключаются в том, что порой я даже не знаю, к кому обратиться и как решить проблему. Поэтому мы заключаем договоры, создаем экономическое ядро. Если у нас не будет денег, то все рухнет. В Казахстане мы занимаемся организацией различных ТОО. Сейчас на наших коммерческих предприятиях работают более 200 тысяч человек. Если дальше мы пойдем по экономическому пути, охватывая целые регионы и культуру, и политику, и межнациональные отношения, то за нами будущее.

Петров  М. Г.
главный редактор журнала «Русская провинция»

Я хотел бы сказать об одной частной проблеме. Года четыре назад, когда учреждали журнал «Русская провинция», раздавались голоса тогда уже появившихся реформаторов, зачем литературно-художественный журнал да еще в провинции? Журналы скоро отомрут, так как при бесцензурной печати проще и быстрее издавать книги, чем печатать до этого в журналах. Доводом, конечно, был Запад. Мы же идем сейчас, так сказать, за западной цивилизацией. О том, что у нас другие традиции, не подумали. И поначалу, действительно, все пошло по наметившемуся пути. Книги издавались даже в райцентрах, журналы хирели даже в столице и сейчас продолжают это делать. Но года два назад в провинции, в частности в журнале «Русская провинция», начался интересный процесс: книг наиздавали, а художественно-эстетических критериев нет. Отзыв на свою книгу в тысячу экземпляров автор мог получить у родственников, близких знакомых — и все. А за последние год-полтора у нас утроилась почта и даже больше. Мы почувствовали потребность в каком-то едином, объединяющем литературном и языковом пространстве, даже в художественном: Пскову стало интересно узнать, над чем работают новгородские писатели, в Твери — о чем пишут псковские и т. д. Вот этот обмен оказался очень необходимым. Факт издательских перемен можно было бы посчитать случайным, но такая же потребность возникла и у художников. Почувствовав себя в изоляции, они стали с этим каким-то образом бороться. У них художественных журналов вообще сейчас нет, а выставка, которая пройдет в каком-то небольшом городке или в областном центре, — это тот же тираж в 1000 или 2000 экземпляров. А художникам, особенно живущим в небольших городках, таких, как Ржев, Великие Луки, Торжок, нужен обмен художественными идеями. У нас очень много интересных художников, графиков, живописцев, и потребность в едином художественном пространстве большая. С конца прошлого года наш журнал вынужден публиковать не только графику, но и цветные иллюстрации. Более того, художники готовы сами предоставить слайды и помочь выпустить журнал.

Какой вывод из этого? Нам необходимо бороться за единое художественное, языковое, литературное, историческое пространство. И мне кажется, что нужен какой-то объединяющий журнал, который выходил бы большим тиражом в Москве, потому что тиражи журналов, таких, как «Москва», «Наш современник», маленькие и не доходят до провинции. Многие библиотеки даже не могут подписаться на них.

Я думаю, что у нашего Собора тоже должен быть какой-то литературный орган, который бы занимался вопросами искусства, литературы, истории.

Еще я хотел бы сказать об отношении к русскому в провинции. В Новгороде наш журнал не поставили на финансирование только потому, что мы поместили рекламу Конгресса русских общин. Когда заместитель главы администрации, просматривая журнал, дошел до рекламы, он бросил его и сказал: «Пусть Конгресс русских общин и финансирует».

Захарченко  В. Д.
писатель

Я буду предельно краток, тем более что выступавшие передо мной многое сказали.

50 лет прошло с тех пор, как наша страна приняла Пакт защиты культурных ценностей. Месяц тому назад была конференция, посвященная этому событию. Я задумался: почему сегодня мы должны ставить вопрос именно о защите духовных ценностей? Мы изнасилованы в области культуры. Вы смотрите прекрасный фильм или слушаете замечательную музыку, вдруг прерывается передача — я бы не говорил об этих вещах, если бы не телевидение с миллионами зрителей, — и на экране появляется целый рекламный блок, не дающий ничего большинству телезрителей. Это не что иное, как насилие.

Нечто подобное мы испытываем, когда включаем радиоприемник. Я не знаю, кто заказывает музыку, но она звучит не для меня. Меня насильно заставляют по радио слушать опусы композиторов, которых я и знать не хочу, потому что они далеки от настоящего искусства.

На телеэкранах благополучно живет такая передача, как «Поле чудес», оболванивающая людей, и в то же время исчезла передача «Это вы можете», которую я вел 20 лет и которую смотрели десятки миллионов. Закрыли ее потому, что мои умельцы не могут платить деньги за то, что мы их якобы «рекламируем».

Я считаю, что нам нужно не просить, а требовать от Думы принять закон о сохранении нравственности языка и национальных традиций.

Думаю, что это импонирует всем, кто выступал до меня. По второму вопросу я скажу коротко. 850 лет будет Москве. Я предлагаю к этому великому празднику подготовить и провести какое-то значительное мероприятие. Что это может быть? Я недавно был в Египте, где на фоне пирамид и сфинксов идет гигантское действо — История Древнего Египта. Давайте попросим Комитет по празднованию 850-летия, чтобы он подготовил в Кремле праздник «Огни Москвы», где на фоне соборов были бы сцены из наших опер и мы могли бы показать крупные постановки из русской истории. Например, наш День Победы, ставший уже историей. 20 лет назад, я помню, мы не только разработали проект, но и пустили его технически в работу. Освещалась башня Кремля, пожар Москвы был сделан целиком, показаны наполеоновские времена и прочее. Но тогда Никита Сергеевич Михалков сказал: «Прекрасный проект, но давайте подождем немножко: все-таки правительство здесь, как-то неудобно». Считаю, что сегодня удобно. Во-первых, это большое блистательное мероприятие, которое навечно останется в столице. Во-вторых, мы все-таки должны сделать запоминающимся такой праздник, как 850-летие нашей Москвы.

Я был на 900-летии Рязани и скажу прямо, что они прекрасно отметили эту дату. Нам немного меньше. Давайте организуем юбилей достойно.

Кудрявцев  В. Н.
преподаватель МГУ

Я хотел бы поговорить о вещах, которые имеют к нам прямое отношение. Всем ясно, что культура произрастает на некой почве. Пользуясь случаем, не могу не сказать о ее состоянии, поскольку считаю, что эрозия ее велика, а толщина слишком мала.

За неимением времени попытаюсь определить нынешнюю ситуацию в глобальном смысле: сегодня стала нормой неправда в обществе во всех смыслах этого слова. Но говорить я буду о простом русском человеке. Это плод не моих фантазий и интуиции, а результат многолетней работы ученых университета, в сущности, моих друзей, которых я знаю очень хорошо.

Что здесь можно отметить?

Во-первых, значительно сокращается количество социальных ролей человека, что сводит до минимума социальные связи, то есть ведет к самозамыканию и обнищанию личности. За последние три года больше чем наполовину произошел спад производства, и 62 процента россиян сегодня отмечают, что их жизненный уровень ниже среднего. И в таких условиях, как это ни поразительно, люди говорят одно, а поступают совсем по-другому. Что же они декларируют? Думают найти новые формы жизни: открыть свое дело, начать на выставки ходить, за границу поехать и т. д., а на деле совсем другое, так называемые конденса-торские методы выживания, не меняющие в принципе сложившейся ситуации. И как следствие этого — максимальное увеличение рабочего времени и постоянное сокращение потребления. При этом, естественно, атрофируется у людей надежда на всякое сопротивление, теряется стимул расширить свои социальные и культурные связи и способности.

Такие великолепные качества православного русского человека, как долготерпимость, которая проходила обкатку в советское время при помощи уравниловки, чувство стыда за какие-то большие заработки, даже если они честные, помогают сегодня пережить изменения в худшую сторону внешних условий жизни, перетерпеть лишения и невзгоды, адаптироваться к условиям, как бы они плохо ни складывались. Постоянное приспособление к жизненным перипетиям в отличие от протестантского отношения, где надо бороться за права и т. д., конечно, не проходит даром.

Адаптивный и исполненный терпения психологический настрой наших людей, хотя и снижает уровень социальной напряженности, но делает их замкнутыми, мало восприимчивыми к новациям. Самая главная потеря современного русского человека — это изменение ценностных ориентации личности. Они налицо. Вот так эта личность и погружается в болото повседневных забот в поисках средств существования. Абсолютное большинство людей называют сегодня своими главными ценностями еду, здоровье, семью, друзей в лучшем случае.

Я бы сказал, что на социальном уровне идет ускоренный процесс перестройки ценностей в сторону полной деградации. Это факт несомненный. О чем говорить, если три года социологи университета проводят в Москве опрос и более половины людей заявляют, что за последний год они не были вообще ни на каких мероприятиях, не говоря уже о выставках, театрах или кино.

Положение детей и подростков в перестройке плачевно, поскольку они в отличие от нас даже потребностей во многих мероприятиях культуры не испытывают. Они такими рождаются. Их в культуру вообще не вводят. Многие не знают, что такое выставка, утренник, новогодняя елка, кукольный театр и т. д. Такая дистрофия духа — явление необратимое. Это поколение попало в чрезвычайно тяжелую ситуацию, из которой его надо вытаскивать во что бы то ни стало. Естественно, что без нормальной государственной власти и государственной политики исправить положение невозможно.

Думаю, задача Собора — сформулировать законы о детстве, об образовании, о здоровье нации, выработать механизм их действий и возможности контроля за выполнением. За отсутствием времени коротко остановлюсь на православии, о котором мы много говорим вообще и на нашем Соборе в частности. Должен заметить, что та ситуация, которую нарисовали, в принципе не ведет людей к поиску смысла. Сегодня человек живет во время лозунгов и газет, а не философов и писателей, а значит, и мыслит поверхностно. Не находя ответов на свои вопросы, он оглядывается на «вчера», где были коммунизм, социализм, патриотизм и православие. Человек обращается к православию только в случае необходимости. Он ходит вокруг и около Христа с опаской потерять свое и часто отступает, потому что не видит стержневой роли православия. Я считаю, что здесь проблему нужно переносить в личностный план. Каждый должен проверить себя, ибо с ошибки начатое дело, как правило, ею и заканчивается. Все нужно обдумать правильно. А для того чтобы проблема воспитания нации и выживания народа действительно была решена и культура была сохранена, начать надо с проблемы личного выбора, личного спасения. Мы должны это осознать в полной мере и, как говорил Достоевский, «решительно двинуться по направлению к идеалу, решительно отбросить все остальное». Только тогда, когда мы это поймем и возьмемся за воспитание каждого человека, а не народа в целом, не будем везде повторять слова «народ», «православие», можно будет решить эту проблему.

Поэтому я считаю, что задача Собора не только совершенствовать нравственную, культурную, православную атмосферу общества, но и всячески способствовать трансформации государственного строя в органически присущую России форму со всеми вытекающими отсюда последствиями. Естественно, что это проблемы и государственной власти. Нравственное возрождение возможно только при осознании личного спасения и личного подвига, поскольку православная жизнь — это подвиг. Когда мы говорим о воцерковлении, то мы имеем в виду, что каждый берет на себя ответственность стать православным человеком. Для этого надо очень многое сделать, многое преодолеть в себе.

Попов  Г. А.
ответственный секретарь Орловского отделения Союза писателей России

Уважаемые коллеги!

За отсутствием времени начну свое выступление с предложения.

Я прошу уважаемый президиум и Собор поддержать инициативу администрации Орловской области, культурной общественности и Союза писателей России об учреждении в Орле Международного культурного центра имени И. С. Тургенева. Казалось, на орловщине, которую сейчас с легкой руки Валерия Николаевича Ганичева зовут не иначе, как третьей литературной столицей, не нужно было бы говорить об охране культуры. Я считаю справедливым упомянуть здесь имя нашего губернатора Егора Семеновича Строева, стараниями которого все 20 писателей имеют возможность получать стипендии администрации, каждый издал за год книгу. Недавно у нас возведен величественный памятник Бунину (работа В. Клыкова), издано постановление о национальном заповеднике. Вроде все нормально. Но духовное наследие орлов шины, на мой взгляд, так велико, что это не только орловская, не только российская, но и общечеловеческая проблема. Мы ее обсуждали и рассматривали на коллегии Министерства культуры и получили предварительное одобрение в рамках программы поддержки провинциальных театров. Я все-таки настаиваю, что проблема стала уже общечеловеческой, и обращаюсь к Собору поддержать ее, а также надеюсь на финансовую и моральную помощь русского зарубежья. Сегодня я получил благословение нашего владыки, епископа Орловского. Надеюсь, что вы нас поддержите и орловщина с ее уникальным созвездием литературных имен — Бунин, Тургенев, Фет, Леонид Андреев, Бахтин — займет надлежащее место в духовном наследии всего мира. Мы имеем на это право. Призываю вас к совместным действиям.

Сабило  И. И.
писатель

Складывается такое впечатление, что Собор состоит из двух команд. Команда правительственная, политиков, и команда, которая занимается делом. Как раз наша команда понимает, что счастье народа одними выборами не достигается. Мне кажется, что это нужно знать, ибо эти выборы — попытка огромной толпой войти в узкое горлышко бутылки, которую очень легко разбить, как уже было с Домом Советов.

О языке. Мне думается, что нужен не только закон о защите русского языка, я передам в президиум не только сам закон Франции, о котором много говорилось, но и постановление, как это практически делается. Вместе с тем, насколько я знаю, во Франции этот закон пока еще не работает. Идет второй год, как он принят. Чтобы такой закон заработал у нас, мне думается, нужен фонд защиты русского языка. Без этого никакого движения вперед не будет. Я считаю, что такое предложение нужно принять.

Хотелось остановиться еще на одном моменте. Мы говорим, что надо защищать детей, учителей. Все правильно. Но я считаю, что нам необходимо защищать и историко-архитектурные памятники. Сейчас меч занесен над Александровским садом в Санкт-Петербурге. Там готовятся к 300-летию российского флота, и некие пробивные люди нашли средства, изготовили семь скульптур наших флотоводцев, адмиралов, чтобы их установить в Александровском саду. Убирать оттуда собираются Глинку, Пушкина, Лермонтова, Пржевальского. Все это хотят растащить в разные места города. Выступили против академик Лихачев, Пушкинский дом, Аникушин, общественность. Поэтому я бы просил, чтобы мы выступили за отмену такого решения.

И последнее предложение о необходимости сохранения писателя. Писатель — трудная и уважаемая профессия. У нас в Петербурге писатели — это сплошные «тимуровцы». И я такой же. Мне 55 лет, и я выполняю такую же «тимуровскую работу» на общественных началах. Правда, стипендию дали. Спасибо большое Союзу писателей России.

Сейчас писатели подвергаются наибольшему гонению, даже глумлению. Писателя необходимо сохранить, как сохраняется музей, театр, стадион, школа. В этом деле должен быть целенаправленный государственный подход. К сожалению, за нашу литературу радеют какие-то сомнительные фонды, в частности фонд Сороса. В основном всем понятно, что Сорос не жалеет «долларовых удобрений» для поддержки сорняков на русской литературной ниве.

И последнее. О нашем языке, об обращении друг к другу и к аудитории. Мы видим, как слово «господин» вытесняет привычное «товарищ». Здесь, как говорится, вольному воля. Но лично мне ближе и дороже пушкинское: «Товарищ, верь, взойдет она, звезда пленительного счастья. Россия вспрянет ото сна...»

Ганичев  В. Н.

Что касается «тимуровцев», то их породил дед. А вот писателей-«тимуровцев» — внук. Я хочу сказать, что мы написали резолюцию, у нас есть предложения, мы обязательно соберемся. К сожалению, за последний год 400 писателей ушло из жизни, из них 10 человек покончили с собой. Виной тому трагическая нравственно-психологическая атмосфера.

Сабило  И. И.

Валерий Николаевич, мы приглашаем писателей и гостей провести у нас Пленум, как это делали раньше.

Ганичев  В. Н.

Это прекрасное предложение. Давно русским писателям нужно собраться в Санкт-Петербурге. Я думаю, что это нам поможет.

Смирнов  К. Н.
ректор Международного славянского университета

У меня два предложения. Я вел такую статистику: каждый третий выступающий с этой трибуны взывал о материальной помощи. А кто нам поможет? Просто посмотрите, что сейчас творится и на кого можно надеяться.

Я предлагаю принять решение о создании фонда помощи культуре и образованию России.

Для многих патриотических организаций будет делом чести от своей прибыли, от дохода выплачивать 1-3 процента. Это даже выгодно им. Надо жить по правилам, которые сегодня диктует действительность.

Наш Университет, допустим, встал на ноги. Мы помощи не просим, а сами уже можем ее оказывать. Я с этой трибуны говорю: Славянский университет готов вносить от общей выручки, от выплат студентов за получение образования в определенный фонд. Этим можем помочь развитию русского языка, музеев и писателям. Но писательская организация даже не нашла времени на то, чтобы откликнуться на наше предложение. Мы три года назад создали Славянско-российский университет. Он существует. У нас 14 филиалов в городах России, в том числе в Алма-Ате, уважаемый коллега из Казахстана. Мы учим детей.

Университет наш патриотический, православный, божий. Духовный час мы организовали, театр имеем, спектакли русские ставим. Факультет дизайна открыли, а Центр искусств два года создать не можем. Нет людей, нет подвижников, а это мечта наша. Будем очень рады с вами сотрудничать.

Алексин  В. И.
контр-адмирал, главный штурман ВМФ РФ

Распад Советского Союза привел, к сожалению, к развалу мощного оборонного научно-технического, технического и духовного потенциала, который был сдерживающим фактором и гарантом равновесия в мире после Второй мировой войны.

В этих условиях с новой силой встал вопрос: какие Вооруженные Силы нужны России, как их строить, к чему готовить, как применять? Заявления на высокой трибуне Собора некоторых наших политиков, руководителей правительства о том, что Россия не имеет врагов, совершенно не отвечают тому государственному направлению, которое должно определить пути строительства новой армии.

Для того чтобы ответить на эти исключительно важные государственные вопросы, в рамках Академии военных наук РФ было проведено исследование по методологии военной реформы России, частью которой станет и реформа собственно Вооруженных Сил. По нашему мнению, она должна базироваться прежде всего на постоянных национально-государственных интересах России и состоять из следующих основных блоков.

Первый. Концепция реформы или стратегия национальной безопасности России на различные исторические периоды: на ближнюю перспективу, скажем, на ближайшие 2 года, на среднюю — 10-15 лет и на дальнюю — 20-25 лет.

Второй состоит из вопросов, вытекающих из основного документа, в котором были бы изложены интегрированные интересы по этим историческим периодам — экономические, внутриполитические, внешнеполитические, национальные, научные, образовательные и военные. Параллельно необходимо подготовить закон о военной реформе в России как крупный блок государственных реформ. И собственно военную доктрину России, отвечающую на вопросы: для чего и как строить Вооруженные Силы, к чему их готовить, как применять?

Если касаться флота, то на основе анализа 300-летней истории русского флота и оценки нынешнего его стратегического, геополитического и экономического положения в России на пороге третьего тысячелетия, можно сделать вывод, что флот остается одним из важнейших государственных инструментов и внешнеполитической, и экономической государственности в системе приоритетов национальной безопасности. Причем со времен Петра I обусловлено, что роль и значение флота будут далее возрастать.

Анализ состояния и перспектив развития военно-морских сил ведущих стран мира, в том числе НАТО, показывает, что они продолжают совершенствовать свои вооруженные и военно-морские силы. Что имеем мы? Бели у нас в 1990 году флот на 2/3 состоял из судов прибрежного плавания, то есть был предназначен для оборонительных операций прежде всего у своих берегов, то теперь, сократившись наполовину, он сохранил оборонительную направленность. При этом сокращение флота, в основном определяемое экономическими соображениями, если не изменить нынешнее положение в стране, приведет к тому, что к 2000 году его ударные силы (это главным образом атомные подводные лодки, в том числе ракетоносцы) составят всего 1/3 от того, что имеют ВМС США. Мы даже

не сможем выполнить предложенные нами же квоты, которые определяет Договор СНВ-2 по ограничению стратегических вооружений. Помня, что главный характер войн будущего — локальный, региональный, чем же мы будем располагать в целом по регионам? В морской мощи мы уступим на Балтике Швеции в два раза, Германии — в пять. Если поделим Черноморский флот по той формуле, которую нам навязывает Украина, и отдадим Севастополь, то будем уступать Турции в пять — семь раз, то есть вопроса о том, чьи Балтийское и Черное моря, не станет. Суммарный боевой потенциал флота будет таким же, как у Франции и Великобритании, а так как наши морские границы и протяженность побережья в 15 — 20 раз больше, то во столько же мы уступим в способности оборонять, защищать наши государственные интересы по морским акваториям.

В составе группы ученых мною вместе с академиком Шевелевым разработаны предложения по составу будущего флота России, отвечающие на вопросы: зачем нужен флот России в XXI веке, каким он должен быть и как этого добиться? При этом численно он получается в три раза меньше, чем был в 1990 году, но качественно совсем другой. В основу положена мысль о необходимости строительства нового флота и указаны три основных направления: сохранить имеющееся в составе нынешнего флота рациональное зерно; учитывая наше тяжелое экономическое положение, в средней перспективе (на 10-15 лет) строить новые корабли малыми сериями, малым количеством серий; в перспективе на 20-25 лет — тот флот, который нужен на начало следующего века. Тогда флот сможет противостоять группировкам всех стран и вооруженных коалиций, а тяжесть противостояния смещается в азиатско-тихоокеанский регион, где у нас плохо определены национальные интересы, откуда нас уже вытеснили, поставили кордон нашему проникновению в экономическую сферу.

Нынешние экономические трудности пока заслоняют остроту состояния перспектив, решения проблем и защиты интересов России на морях, но если сейчас не будут правильно оценены и найдены пути рационального выхода из создавшегося положения, то через 2-3 года мы потеряем высокотехнологичную оборонную промышленность, а через 5-6 лет и сам флот, способный сохранить и защитить наши интересы на море.

Перед выборами в обеспокоенном тоне заговорили о том, что военные идут в политику. Это указывает на то, что те, кто так тревожится, не умеют или неправильно

анализируют объективное состояние нашей общественной мысли в этом плане. Я не буду говорить о провалах, к которым привели нынешние власти в экономической, оборонной и духовной сфере, но в результате последних 4-7 лет реформ Россия потеряла статус великой мировой державы. С нами не считаются ни в каком плане. Впрочем, со слабыми никогда не считались в мире, и последние события на Балканах — подтверждение тому. Продолжение этой политики в ближайшие два года приведет к окончательному удушению оборонной промышленности и фактически к неспособности защищать государство. Армия во все времена являлась важнейшим атрибутом государства. Сейчас она осталась, на мой взгляд, вместе с церковью одной из существенных опор, которые поддерживают нашу государственность. Если армия рухнет, а вслед за нею, о чем сегодня говорил представитель Белоруссии, еще будет подточена и духовность, то к началу тысячелетия Россия потеряет свою самостоятельность. Поэтому, когда военные, в основном те, что доказали верное служение своему Отечеству делом, повернулись лицом к новой Думе, это совсем не является показателем того, что они хотят захватить власть или сделать переворот в стране. Это говорит об осознании ответственности за судьбу нашего государства. И попытки запугать избирателей совершенно необоснованны. Та страна, которую нам постоянно ставят в пример по поводу и без повода (Соединенные Штаты я имею в виду), в послевоенную историю только одного президента имела, последнего, который не служил в армии. Поэтому нам в ближайшие годы, точнее месяцы, надо собрать воедино все три ветви нашей власти, и решить, в чем заключаются наши долговременные постоянные интересы на начало века, выработать стратегию национальной безопасности. При этом, на мой взгляд, начинать надо с духовного возрождения нации, в основу должна быть положена вера. Очень хорошо вчера на эту тему говорил представитель Алтая.

Я бы хотел обратить внимание на целенаправленное выхолащивание Министерством образования истории России из школьного курса. Без веры, без знания истории не существует общественного сознания, ибо у него нет корней. Я думаю, что нашему Собору обязательно надо вмешаться и не допустить отрицания опыта и исторических традиций многих поколений России, которые жили до нас. Если мы это не сделаем, то в ближайшие годы закроются все окна в Европу, которые «прорубили» Екатерина Великая и Петр I. Россия будет отброшена на 200 — 300 лет назад в геостратегическом и геополитическом положении. Время еще не потеряно, и наша задача решить эту проблему в пользу Родины и народа.

Анчурин  Б. А.
заведующий кафедрой Владимирского пединститута

Уважаемые коллеги, судари и сударыни!

Я хотел бы обратить внимание нашего Собора на стратегическое значение демографической ситуации, которая сложилась на сегодняшний день в России.

Мы не можем закрывать глаза на то обстоятельство, что если строительство нашей государственности затянется и будет идти теми темпами, которыми осуществляется сегодня, то может получиться так, что нам не для кого будет строить наше государство.

Несколько примеров. Вы знаете, что смертность вдвое превышает рождаемость. Идет абсолютная потеря населения России, несмотря на интенсивную миграцию из бывших союзных республик и других государств. На сегодняшний день редкая женщина вынашивает беременность без состояния малокровия по причине элементарной недостаточности тех компонентов, которые необходимы для нормального функционирования женского организма и развивающегося детского.

В наши Вооруженные Силы пригоден, особенно в элитные рода войск, лишь каждый четвертый, а может быть, пятый призывник. Все остальные поступают на призывные комиссии с различными хроническими заболеваниями и аномалиями не только внутренних органов, но и нервно-психических сфер.

Идет интенсивный демографический натиск на российское пространство народов сопредельных государств, из регионов Средней Азии и Кавказа. Мы не должны закрывать глаза на то, что люди, обладающие огромными денежными ресурсами, захватывают жизненно важные сферы нашей государственной деятельности, покупают недвижимость, значительные земельные участки, активно колонизируют нашу территорию.

Кроме того, интенсивный натиск разнообразного продовольствия сомнительного качества из-за рубежа в сочетании с внутренней и внешней алкоголизацией, приобретшей тотальный характер на пространствах России, ведет к стремительному разрушению генофонда русского народа, а значит, в грядущих поколениях нам грозит вырождение и ослабление биологического потенциала.

Зотова 3. М.
доктор исторических наук, профессор Российской академии государственной службы

Согласно международному пакту, каждый человек имеет право на достойное существование, определенный уровень жизни и социальную безопасность. Если смотреть формально, то в нашей Конституции эти права сформулированы. Однако нынешний экономический кризис, политическая нестабильность, отсутствие программы реализации этих прав приводят к очень тяжелому положению, и особенно в социальной сфере.

Предыдущий выступающий уже говорил о демографическом кризисе, и я не буду повторяться. Но сегодня мы являемся свидетелями того, что 47 миллионов наших сограждан находятся за чертой бедности. Происходит резкая дифференциация по регионам, между крупными и малыми городами, между отраслями, предприятиями. Мы постоянно ощущаем на себе плачевное состояние социальной инфраструктуры: здравоохранения, просвещения, культуры. Рост безработицы сегодня связан с остановкой предприятий и их перепрофилированием. Серьезные изменения происходят в сфере общественных взаимоотношений: снижаются социальная приспособленность, мобильность населения; разрушаются нормативно-ценностная система и духовные богатства. Среди причин, усугубивших положение, можно назвать следующие: управление и роль государства, неотрегулированность целого ряда вопросов, сложившуюся в результате передела собственности структуру, слабую роль правоохранительных органов, падение доверия к государству со стороны граждан и т. д.

Нельзя не отметить и распад правозащитного движения, обострение социально-политических конфликтов.

В связи с этим мне думается, что сейчас нас просто убаюкивают речами о социальной стабильности, об улучшении экономического положения по целому ряду показателей и т. д. Группа ученых нашей академии проанализировала социальные разделы предвыборных программ различных партий, блоков, объединений и пришла к выводу: да, есть совпадение позиций по ряду подходов, даже можно сформулировать целый перечень социальных гарантий, которые выдвигаются практически всеми блоками и объединениями, независимо от их идейной политической ориентации. Но мы видим и разницу по объектам социальным, по формам и методам. Многие партии и объединения провозглашают, что надо делать в этой сфере, и не отрабатывают механизм, как делать и за счет чего. Это, к сожалению, предвыборная заявка, предвыборная агитация.

Видимо, было бы целесообразно вычленить систему показателей, отражающих эту сложную сферу, по уровню жизни населения, среднему душевому доходу, индексам цен, прожиточному минимуму, минимальной оплате труда, показателям потребления продуктов питания, по средней продолжительности жизни сегодня, по их динамике, состоянию (например, в системе здравоохранения: наличие ее сети, стоимость лечения, динамика заболеваний; также и на производстве: какие травмы, профессиональные заболевания и т. д.). Я не буду детализировать, но должна быть система показателей, отслеживаемых с определенной периодичностью. В соответствии с этим должна разрабатываться государственная политика.

Скороходова  Г. В.
президент Ассоциации женщин

Я представляю женскую организацию, которая возникла в оборонном комплексе. Это единственная такая организация в России. Создана она в 1993 году, когда увольнения стали массовым явлением, и в первую очередь пострадали женщины. Жить стало просто невозможно. И тогда женщины многих предприятий объединились. Вы помните, как у нас обращались с женщинами после Октябрьской революции? Тогда женщины, русские наши бабушки, пошли в церковь молиться. Современные русские женщины объединились и создали свою организацию с целью конкретно помочь друг другу- А когда к власти пришел Гайдар, помощь потребовалась нам незамедлительно. Он лукаво здесь выступал, я не боюсь этого сказать, ибо с его приходом мы перестали получать зарплату, а у нас было много матерей-одиночек, то есть женщины совершенно не имели никакой поддержки и возможности даже купить себе хлеб, и вот тогда мы организовали хлебный фонд. Мы выдавали людям деньги исключительно на хлеб. Вы поймите, что это в России было и до сих пор существует. Мы стали людей трудоустраивать, переучивать. Создали женские цеха, думали, что этой подработкой люди себя спасут, но ничего не получалось. Результатом всех этих действий и вышло то, что я стала кандидатом в депутаты Государственной Думы. Мы пришли к выводу, что менять все нужно сверху, снизу ничего не сделаешь. Это первое, что я хотела сказать.

Второе. Как представитель оборонной промышленности я полностью солидарна с выступившим здесь контр-адмиралом Алексиным. Но мне хочется сказать еще и о другом.

Как вы думаете, кто у нас самый великий экономист в России? Нет, не лукавый Гайдар. Это женщины России — самые великие экономисты. Это они, находясь в наитяжелейших условиях, умудряются кормить детей, быть привлекательными, заниматься общественной работой и поспевать в церковь. Самые великие экономисты и труженицы у нас — женщины. И женщины нашей ассоциации просят вас быть внимательными к нашей акции, которую мы сейчас проводим в мире.

Мы собрались и долго думали, что делать в этих условиях. Каждая из нас знала о сложном положении оборонной промышленности. Каждая знала, что может сделать современное оружие, что результат может оказаться необратимым для всей нашей планеты в случае его использования. Оно необходимо для обороны, для запугивания, но не для применения.

Вспомните первое оружие на земле — камешки у пещеры дикаря, — модернизируясь, они превратились в жуткое ядерное оружие, в ракеты. Женщины, которые рожают и выращивают детей, с содроганием смотрят, как убивают их сыновей в Чечне. В нашей судьбе большую роль сыграл Владимир Вольфович Жириновский. В одном из выступлений он сказал, что «оборонку» нужно всю оставить и ничего в ней не переделывать. Без концепции, без нормальной оборонной доктрины — это рабочие места. Мы не хотели быть «рабочими местами», разрабатывать и производить танки, которые без дела стоят на Урале и в других регионах. К тому же мы прекрасно знаем, в каком состоянии находится экология России да и всего мира.

Если подумать, летчики меня поддержат, Земля такая маленькая, и она начинена оружием, отходами оружия, атомным оружием, хранилищами атомными. Все им начинено, но мы продолжаем оружие производить.

Мало того, мы еще и торгуем им. Не только Россия. Сейчас более 70 процентов рынка принадлежит американцам. Мы тоже пытаемся торговать, но, товарищи, друзья, вы вспомните советское время, когда мы, между прочим, ничего не получали за проданное оружие. Ничего. А те долги, которые у нас сейчас есть, по сути, мы имеем за то, что поставляли оружие.

В настоящий момент «оборонка» оставляет очень тяжелое впечатление. Я могу твердо сказать, что нет такого человека не только в этом зале, но и в России, который бы ответил, что же такое теперь «оборонка»? Вчера Зюганов сказал, что 10 процентов осталось. Я не знаю, что это за 10 процентов и какое оружие мы можем производить в нынешних условиях. Я скажу одно, что те два проданных самолета, которые мы перегоняли в Китай, самые мощные в нашей оборонной промышленности и могут быть использованы против наших детей и внуков.

Никакими деньгами не возместить того, что может стоить нам будущего России. Плюс ко всему производство оружия — это всегда ресурсы земли, человечества, интеллекта, отданные на уничтожение. Поэтому наша Ассоциация выступила за запрет торговли оружием, как существует запрет на торговлю наркотиками. Конечно, без вооружения нельзя обойтись. Наши огромные земли должны охраняться достойно, но давайте и мы, и Америка, будем производить оружие не на продажу, а только на защиту своих стран.

Нужен запрет на торговлю оружием между странами во всем мире. Только этим мы сохраним экологию Земли. Что же до рабочих мест, то при желании их можно создать. Я очень довольна, что выступаю перед мужчинами вот с этой идеей. Должна сказать, что мое выступление в женском коллективе было поддержано сразу. Я обращаюсь к Собору, поддержите нашу идею, нашу акцию.

Производить оружие только для самозащиты.

Полная демилитаризация планеты.

Научиться решать свои проблемы с помощью интеллекта.

Иустиниан
епископ Дубоссарский

Уважаемое высокое собрание, дорогие соборяне!

По воле священного началия я сейчас прохожу по Приднестровью, а до этого был учеником Московской духовной семинарии. И вот, навещая своего духовного отца в Лавре, я вижу, как его, больного, на колясочке вывозит келейник Кирилл. Это и само по себе, конечно, умилительно, но еще интересней, что этот келейник чернокожий. Мальчик с черным лицом на церковной службе. Он совсем-совсем не русский. Но поговорите с ним, и сразу поймете его отношение к церкви и к русской истории. Давайте же задумаемся, откуда взялась у него эта «русскость», через что она передается нам? И можно сделать, безусловно, четкий и ясный вывод.

Хочу сказать, что «русскость» — это не какие-то гены. Это духовное построение человека, и в первую очередь отношение к православным корням, потому что очень четко мы видим, как с потерей православное™ в человеке исчезает и его «русскость». Можно говорить об этом с горечью и вместе с тем не отстраненно. Важнейшим приоритетом для священнослужителя является не служение нации, самой любимой и дорогой, не служение своему Отечеству. Священник в первую очередь ощущает себя служителем Христовым, и только церкви Христос обещал, что церковь и царство его будут жить на земле вечно. Никакому государству, никакой нации не было обещано этого, поэтому каждый должен сделать вывод, что церковь ни в коем случае не может быть прикладным орудием, используемым в национальном строительстве государства, потому что иначе она очень скоро потеряет свою «неотмирность», перестанет быть церковью и ее просто забросят, как ненужную тряпку.

Но вместе с тем на этом этапе нашего развития, безусловно, я как священнослужитель понимаю схожесть, соединенность судеб Православной Церкви и России, русского народа. Вот почему Православная Церковь, которая заявляет, что первейшая ценность для нее — Церковь и Христос, в то же время говорит, что она заботится и не может молчать, когда видит страждущим свой народ, от которого зависят православие и его судьба во всем мире.

Я бы просил участников Собора о том же, о чем всегда прошу людей, — перестать кокетничать в вопросах отношения к вере. Или мы понимаем, что православие есть тот духовный стержень, на котором держится само понятие «русский человек», или мы станем бояться, постоянно делать реверансы людям, которые будут говорить о демократизме. Мы с вами должны очень четко обозначить духовные приоритеты и занести их в важнейшие документы нашего государства. Для нас православие — духовный приоритет, определяющий наше национальное самосознание, и тот стержень, вокруг которого создалась Русь.

Сидоренко  Ю. Ф.
председатель Фонда «Русская соборность» (Франция)

Я никогда не был эмигрантом, у меня всегда сохранялся советский паспорт, хотя уже 20 лет живу за рубежом и, кроме советского паспорта, у меня есть французский.

Я хотел бы взглянуть на предстоящие выборы со стороны. Присутствуя на этом Соборе, я ужаснулся огромному количеству претендентов. И выбрать из этого количества партий настоящую практически невозможно. Это как игра в лотерею. То же самое у нас в Париже, где имеется русская диаспора. И у нас был претендент, кандидат из Московской области, которого мы никогда не видели. Мы просто писали, что среди этих кандидатов нет нашего представителя. За рубежом существует огромная русская диаспора (это я говорю о странах Запада), которая исчисляется миллионами человек, причем есть люди, которые, имея российское происхождение, не считают себя русскими, но все равно думают о России как об исторической родине.

Я предложил бы какой-нибудь из партий представлять интересы наших соотечественников за рубежом. До сих пор нашего представителя в парламенте России не было, хотя такие прецеденты в других странах существуют, например во Франции, в Америке, Китае.

Хочу немного рассказать о той российской диаспоре, которая существует, скажем, во Франции. Это огромная эмигрантская масса, которая не имеет контакта между собой. В ней нет ничего общего. Более того, существующие сегодня российские организации, в том числе при посольстве, не только не объединяют, но даже разобщают их. Может быть, Собор уделит этому внимание.

Эмиграция еще разобщена и по гражданству. Я считаю, что эмигранты, которые хотят иметь дело с Россией, должны получить российское гражданство, а не приезжать в Москву с иностранными паспортами.

То есть, если они считают, что хотят работать с Россией, то российское законодательство должно разрешить им взять российское подданство.

У нас около ста человек хотели бы иметь свой дом на родине. Практически многие потеряли эту возможность. Мы пять лет занимаемся вопросом строительства жилого дома в Москве для эмигрантов и никак не можем пробить эту идею. Все почему-то требуют деньги за простой кусочек бумаги, за три листочка — три тысячи долларов.

Мы хотели бы обратиться к различным партиям с тем, чтобы они помогли нам в этом вопросе, потому что для нас это очень важно.

На этой базе мы решили подготовить и создать институт реиммиграции. В последние годы тысячи людей из России выезжают за границу в поисках пристанища, но их там никто не ждет. Сегодня во Франции 3,5 миллиона безработных. И приезжающие русские только усложняют ситуацию. Поработав на Западе два-три года, они все равно вернутся на Родину. Для них нужна какая-то тропинка. Мы хотели бы, чтобы нас поддержали российские партии, чтобы помогли желающим вернуться на Родину. Причем это не будет простым перемещением из одной страны в другую: нужно подготовить для каждого человека, живущего за рубежом, проект, чтобы он мог иметь здесь дом, свое дело; помочь ему как-то все это организовать.

Мы могли бы внести большие инвестиции в малый и средний бизнес, участвовать в приватизации. Я лично занимаюсь вопросами побратимости городов Франции и России, а также инженерным обустройством во Франции. Мы готовы многое предложить, в частности, по конверсии. У нас есть Русский центр, который способен помочь вам выйти на зарубежный рынок.

Мы недавно обсуждали с несколькими участниками высокого совещания вопрос о создании франко-российского военно-морского музея во Франции. У нас есть общество военных моряков и есть договоренность с мэром города Фикан — небольшой городок на Ла-Манше, — где можно поставить военный корабль и сделать там совместный русско-французский музей. Было бы неплохо сделать это к 300-летию российского флота и отметить эту дату во Франции. Эти и другие предложения мы хотели бы обсудить с конкретными людьми в Москве, и в частности, на этом Соборе.

Свиридов  П. В.
Академия МВД (Москва)

Уважаемые господа, коллеги, единомышленники!

Мне хотелось бы выступить на тему достаточно спорную, которая может потребовать дальнейшего обсуждения: об идеологическом обеспечении религиозных войн как факторе национальной безопасности.

Необходимо подчеркнуть важность межконфессионального диалога, поиска точек взаимного понимания между различными религиями, этносами как средства выживания цивилизации в целом. Аналитические структуры силовых ведомств отмечают, что в последнее время резко возрастает пассионарность стран под зеленым знаменем ислама.

Противостояние Востока, Запада и Юга постепенно начало сводиться к противостоянию мира христианского и исламского. Классически исламский интернационал сформирован со всеми материальными, технически-обеспечивающими службами. И хотим мы этого или нет, сейчас начался новый виток религиозных войн. Военные действия на территории бывшей Югославии ведутся не по этническому признаку, а по религиозному. Славяне воюют со славянами.

Отчетливо просматривается исламский фактор и в Чечне. Мы являемся свидетелями экстремистских выходок на территории наших исламских республик. Активно ощущается это и в Москве — появились «исламские» деньги, которые щедро тратятся на пробивание в средствах массовой информации нужных материалов идеологического содержания. К примеру, возьмите программу «Свежий ветер». Там равно представлены выступления представителей разных конфессий: христианских, иудаистских и т. д.

Но разве соотношения по количеству верующих нашей страны равны? Нет, конечно. Начавшиеся «горячие войны» неизбежно сопровождаются психологической войной. Это закон. Военные люди меня поймут.

Идеологическая война включает в себя комплекс, как активных политических мероприятий, так и специальных, которые приводят к откровенно циничным формам: например, переодевание в форму российских войск, вырезание исламских семей самими же исламскими террористами, не хотелось бы называть их чеченскими, потому что активно здесь действуют и наемники.

Таким образом, не жалеют средств ни на формирование единого фронта, ни на отстаивание общих идеологических позиций и строительство мечетей, ни на подкуп и направление на учебу различных национальных кадров. Это все есть. Во время контактов с нашими оппонентами из натовских кругов (их сейчас называют партнерами, но мне кажется более правильным называть их оппонентами). Мы пришли к выводу, что они отчетливо сознают опасность возрастания исламского фактора. И налицо попытки направить вектор противостояния на ось Россия — страны Ближнего и Среднего Востока. Запад, наученный длительной войной с арабскими террористами, хочет сохранитьдоступ к источникам нефти, и на передний план выдвигаются российские территории.

Правильно сказано, что «русскость» и единство славянского этноса формируют даже не столько общность территорий, экономики, сколько общность церкви, единой веры — православия.

Остается констатировать, что мы проиграли за последнее время идеологическую войну, в частности по идеям социализма и коммунизма. Образовался определенный идеологический вакуум. Окончательно это покажет время.

Но православие осталось одним из немногих столпов, на котором держится национальное самосознание не только русских, но и вообще единого славянского мира.

Отчетливо просматриваются попытки разрушить один из немногих оставшихся столпов, разъединить и таким образом лишить национального самосознания славянские народы.

Отсюда их переход от автокефальной конфессии на Украине, в странах Прибалтики и различные попытки экономическими подачками или искушением власти запретить, подавить и воспрепятствовать работе русских, русскоязычных и православных школ. Я имею в виду русское зарубежье, образовавшееся на территории бывшего Советского Союза.

В связи с этим возникает несколько пожеланий. Мне кажется, они насущны и обращены к представителям нашей Православной Церкви. Церковь в первую очередь должна расширить миссионерскую деятельность в плане активного завоевания идеологического пространства, а то, кроме отца-раскольника Киприана, порой некому было отпевать наших военнослужащих в Чечне. В том же Китае остался один православный храм, где священник — китаец.

Далее. Перенести акцент с официально-помпезных мероприятий на кропотливую будничную работу — в школы, во дворы, на предприятия, в армию, тюрьмы, пионерские лагеря и общественные организации. Активизировать деятельность по объединению всех православных конфессий. Везде, где есть наши люди, славяне, русские, хотя бы какие-то оставшиеся признаки славянского, русского самосознания, должен быть человек, который несет православную веру, объединяет, дает защиту. Люди говорят, что раньше можно было пойти в партком пожаловаться или в райком, зарвавшегося чиновника там бы приструнили. Сейчас другое время. Многое определяют деньги. Поэтому нужно изменить стиль отношений с властью. Мы все не с Луны сюда прилетели. Вы прекрасно осознаете, какие рождаются чувства, когда секретарь Свердловского обкома десять лет назад лишал человека партбилета за то, что он отпел отца или окрестил ребенка, а в настоящий момент он с постным лицом стоит в церкви. Может это звучит резко, но в народе об этом говорят. Социологический опрос — тому подтверждение, в том числе и проводимый нашей академией.

Таким образом, церковь должна, с одной стороны, немного дистанцироваться, потому что я не знаю, что придется говорить, когда пройдет несколько месяцев и изменится политическая ситуация — поддерживать новую власть, а с другой — резко усилить свою активность в политической жизни общества через людей сочувствующих и исповедующих православие, а это требует немалого мужества и индивидуальной работы, в том числе и со средствами массовой информации.

Я как работник Центра общественных связей МВД России могу посетовать, что мы тоже сталкиваемся с такой проблемой, когда доводим весь спектр необходимых материалов до средств массовой информации, а в ответ — никаких публикаций. Перехват диалога Дудаева с Басаевым никто не публикует. Пришлось применять какие-то другие методы: индивидуальную работу с корреспондентами, с главными редакторами вплоть до конкретных оргвыводов.

Нечего стесняться в этой сфере. Идет конкретная идеологическая борьба. Люди выполняют социальный или религиозный заказ. Наше слабое место — отсутствие денег.

И еще. Мне хотелось бы, чтобы Православная Церковь усилила наступательность своих воздействий в работе со средствами массовой информации. Церковь должна стать более доступной. Необходимо снизить уровень ортодоксальности и бюрократизма во внешних проявлениях. Я не говорю о внутриконфессиональной жизни. Это не обсуждается.

Но люди часто поддаются на уговоры. Кажущаяся простота различных сект, например, таких, как Аум Синрике (пришел туда, тебя накормили бананами, ты получил какой-то кайф), более привлекательна, чем усложненность форм религиозной жизни, то есть на первых порах нам надо народ привлекать простым сочувствием, оказанием материальной помощи и т. д. Я это говорю не потому, что у меня есть желание покритиковать, а потому что, в этом вопросе возник вакуум.

Проигрыш в идеологической борьбе, в противостоянии за умы и души людей различных исповеданий может привести к потере национальной безопасности. Ибо, как только люди перестанут ощущать себя гражданами страны, в которой они живут, эта страна прекратит свое существование.

Сударев  И. Н.

Большое спасибо, Павел Владимирович. Я бы хотел сказать, что у нас здесь открытая трибуна, высказываются различные точки зрения. Не обязательно они должны совпадать, быть идентичными. Возможны и расхождения во взглядах. Это нормально и даже, я бы сказал, полезно. Единственно, что мы должны соблюдать, — это вежливость и такт. Мне кажется, что в обращении к Русской Православной Церкви, к ее руководству нам надо избегать таких слов, как «Русская Православная Церковь должна, Православной Церкви следует». Высказывать наши пожелания нужно очень осторожно и тактично.

Заборский  В. В.
капитан первого ранга

Говорить, мне кажется, следует не о безопасности, а об опасностях, которые со всех сторон подступили к разваливаемой России. Вчера мы видели, как с трибуны Собора некоторые политики-разрушители вдруг заговорили о патриотизме, о единстве, согласии и о мощи России. Ну что ж, если они одумались, это похвально, но, впрочем, лицемеры и лицедеи всегда были и будут.

Я не стану повторять, что сегодня Россия отброшена к территории времен Ивана IV, о том, что разваливаются армия и флот, о процветании бандитизма, об отрыве 25 миллионов русских от своей страны и притеснении их другими народами, об экономическом шоке и омертвении промышленности и сельского хозяйства, о потере международного престижа России, о беспардонной распродаже народного достояния по дешевке темным личностям, о вымирании и вырождении русского народа. Не буду говорить о засилии нашей столицы этническими преступными криминальными группировками. Это тоже страшная картина, и на безопасность влияет непосредственно.

Я попытаюсь фрагментарно отметить, что следует предпринять для решения некоторых проблем безопасности, тем более что наш премьер вчера пообещал, что правительство внимательно рассмотрит предложения Собора и попытается их реализовать.

Первое. Геополитическая территориальная проблема безопасности. Как бы ни кричали некоторые наши политики (как сегодня это сделал Борис Федоров) о том, что Россию уже не восстановить и не нужно этого делать, я считаю, что Россия будет возрождена, воссоединена и станет великим государством. Это неизбежно. Вопрос только в том, как, кем, когда, в какие сроки.

Считаю, что в первую очередь нужно покончить с ситуацией в Чечне. Уверен, что решение этой проблемы только силовое, других нет. Все потуги переговоров — это издевательство над Россией. Всем понятно, что у армии все-таки вырвали победу окончательно, дали возможность бандитам перегруппироваться и снова оказывать сопротивление. Это снова кровь нашего народа, солдат, офицеров. Это бездумная, а может быть, продуманная растрата престижа и ресурсов государства — людских, материальных и политических. Бандиты издеваются над нами, каждый день убивая солдат и офицеров. Наши средства массовой информации преподносят это как мелочь — подумаешь, убили десяток офицеров и солдат, они для этого существуют. Если бы такая смута была где-то в Калифорнии или Канзасе, уверяю вас, через неделю были бы подогнаны 1-2 авианосца, и вся мятежная территория сметена с лица земли. Гуманно это? Нет, но почему нам не вспомнить об опыте Ермолова и Барятинского, которые усмирили Шамиля. Почитайте документы. Это очень интересно. При появлении Ермолова все мятежники мгновенно складывали оружие. Барятинский прямо действовал: этого князька объявить мирным, его не трогать, сложить оружие к такому-то времени, в противном случае будете уничтожены. Такого-то князя расстрелять в ущелье и объявить всем, что расстрелян за неповиновение. Это жестоко? Да, но гуманно по отношению к нашему народу, нашим солдатам.

Метод разрешения этой проблемы один — продуманная, спланированная операция. Помните ультиматум Суворова Измаилу: 24 часа — воля, первый мой выстрел — уже неволя, штурм — смерть. Также и тут ультиматум: 24, 48, 72 часа — сложить оружие. Тщательно разобраться в ситуации: исполнителям — амнистия, главарям, преступникам — расследование и справедливое наказание. Далее, если этого не происходит, то войсковая операция продолжается.

Пора прекратить практику переговоров с бандитами, хватит позорища в Буденновске. Государственное лицо высокого ранга не должно разговаривать с бандитом. Бандит уважает только силу. Все эти горные орлы — чеченцы, я уверен, в страхе побегут, когда будет применена сила.

Я об этом не первый раз говорю. Выступал на ряде мероприятий, уже получил ряд угроз пристрелить меня, но меня не запугают.

Что касается других территориальных проблем, кстати Прибалтики, то здесь гораздо проще. Не было и не должно быть государств с названием Эстония и Латвия. Это были когда-то для России санитарные кордоны. Это исконная территория России. Там 1,5—2 миллиона населения, из них примерно 500—700 тысяч русских и русскоязычных других национальностей. А в отношении их творятся, если не преступления, то элементарные притеснения и гнет. И это повод для ввода войск. Наши войска должны вернуть свои родные городки и казармы, корабли, которые пришвартованы к знакомым причалам, и порты, которые построены ’ еще в начале века и строились 50 лет советской власти.

Мы не можем допустить заколачивания окна на Балтику, которое прорубил еще Петр I, а сейчас у нас остался только маленький просвет в Балтийском море у Кронштадта и Санкт-Петербурга.

Я уже не говорю о грузопотоках, которые пресечены из-за сдачи наших территорий. Мы не можем допустить вступления стран Балтии в НАТО. Это пистолет, приставленный к сердцу России. Министр обороны заявил, что как только они попытаются вступить в НАТО, мы введем войска. И совершенно правильно будет, и бояться нам нечего. Никакой агрессор нам не угрожает, а если кто-то посягнет на Россию, то будет уничтожен в несколько минут. И это все знают.

Что касается Белоруссии, Казахстана, Украины, то все гораздо проще. Здесь правильно сказал один писатель, что эти народы не хотят разъединения. Этого желают их удельные князьки и дворяне. Ко мне недавно приезжал друг из Любавы, я спросил его: «Вас там задавили бандеровцы?» Он ответил: «Ничего подобного, у меня сосед говорит, что мы должны жить в мире, а эти черновиловцы пусть между собой разбираются».

Наши правители это стараются не замечать. Никаких не надо республик. Все это наша Россия, ее края и губернии. А прибалты пусть себе спокойно поют десни в своем певческом хоре и устраивают лесные вакханалии в пении и играх. Россия их защищала двести лет и будет продолжать это делать дальше. Если бы не Россия, то они давно были бы онемечены.

Теперь привлеку ваше внимание к армии. Нет армии — нет и государства. Вооруженные Силы — это всего лишь армия и флот- 1,5 миллиона. Внутренние войска уже меньше миллиона. Железнодорожные войска, строительные, новые министерства, например Министерство по чрезвычайным ситуациям. Зачем оно нам? Я считаю, что должны быть при Министерстве обороны все структуры, кроме Пограничных войск, которые должны входить в структуру государственной безопасности.

Далее. Проблема комплектования. Вы все, наверное, слышали дебаты в печати. Давно пора решить вопрос об упразднении отсрочек от службы в армии, в результате которых служат лишь крестьянские парни. Но такого быть не должно. Каждый здоровый молодой человек обязан определенное время отслужить в армии или на флоте. Уклонение от призыва разлагает и молодежь, и родителей. Те акции, которые устраивают так называемые комитеты солдатских матерей, — позор, какого нет ни в одной стране мира. Давно пора это прекратить.
Уверен, что, если все будут служить, то армия изживет позорные случаи «дедовщины», которые есть сейчас.

Далее. Остановлюсь на реформе в армии, о которой у нас много говорят. Делают это в основном те, кто никогда не служил. Суть реформы в армии — это повседневное ее совершенствование. Это должно быть отражено в соответствующих документах. Каких-то перетрясок сейчас делать ни к чему. Они ничего не дадут. Пока реформа армии свелась к смене формы одежды и поголовному сокращению, что не могло привести к каким-либо положительным результатам.

Последний момент. Сейчас вышли новые учебники для школьников по истории, по литературе. Думаете, кто у нас теперь великий? Из курса преподавания истории исключается история России, а великими писателями названы Окуджава и Пастернак. Кто это делает? Фонд Сороса работает. Какое поколение мы получим? Общество, в котором искажается или подвергается забвению история, обречено на гибель.

Гедеон
митрополит Ставропольский и Бакинский

Братья и сестры, друзья!

Я митрополит Ставропольский и Бакинский. В состав моей епархии входят Азербайджан, Дагестан, Чечня, Осетия, Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкессия, Калмыкия и, естественно, Ставропольский край, где моя резиденция. Указанная епархия — самый огнедышащий регион. Как религиозный деятель, я должен был бы быть в секции «Религия, вера», но когда услышал о вашей секции, то зашел сюда. Все пять лет управления Ставропольской, Бакинской епархией мы сдерживали военные конфликты на религиозной почве. Главный муфтий Чечни называет меня родным отцом. История не знает, чтобы муфтий Чечни и вообще мусульмане обращались так к русскому архиерею. Это нам удается сделать, но лишенное духовности общество теперь ничего не боится. И наше ожесточение, и жестокость чеченцев, которые проявляют ее не потому, что веруют в ислам, а в силу своей обезбоженности. И мы даем сами прецедент, особенно из Москвы. Ворвался в мой город Буденновск Шамиль Басаев, а его Боннэр и Ковалев делают героем, пресса им вторит. А он замучил и убил 180 человек. Вооруженный до зубов Шамиль входит в роддом и ищет защиты у женщины, которая сейчас станет матерью. Героизм это или преступление?! Те, кто поощряет и делает их героями, будут отвечать перед Богом, в которого, правда, они не веруют, и перед историей.

Я встречал и провожал Святейшего патриарха в Краснодаре. Мы были в одном из госпиталей, где лежат и набираются здоровья около трех тысяч наших молодых людей. О них мало кто знает. И вот нас завели в такое отделение, где молодые парни без руки, без ноги, без глаза. Их сделали на всю жизнь инвалидами. Я подхожу к юноше: кто тебя ждет? Он заплакал: мама. Он никому уже не нужен. Дали ему миллион рублей, а руку-то ему никто не вернет. А наш Собор должен бы об этом подумать. Родина — мать. Она не только наказывать, но и защищать, и жалеть должна. Я сейчас встретился с казаками. Они говорят: «Да, из Чечни надо вывозить детей». Попробуй ты вывези и защити детей. А чего ради? Что мы там не можем создать такую обстановку, чтобы никто не поднял руки на русского человека? И нельзя считать, что Чечня — это историческая Чечня. Грозный делали мы, русские люди, наш талант и наше умение.

Сейчас большинство политиков, а тем более пресса, говорят, что историческая родина чеченцев — Грозный. В Грозном живет 80 тысяч чеченцев и 300 тысяч русских. Так чей же это город?

Поэтому я прошу, чтобы секция по безопасности ВРНС взяла на себя такое бездерзновенное решение — защищать русских людей там, где они живут. И правильно выступал мой предшественник, что если в Америке даже одна семья находится в опасности, то и эскадры, и миноносцы выступают на ее защиту.

У нас гибнут тысячи людей, а мы только научилась считать: сколько убили, сколько ранили, сколько обстреляли. За нашу безопасность надо выступать активнее, чтобы все это чувствовали и знали. На том стояла и стоит Русская земля.

Сударев  И. Н.

От всего сердца благодарю, Ваше Преосвященство, за выступление. Аплодисменты присутствующих показывают искреннее и душевное отношение к Вашим словам, к Вашему обращению.

Было бы недостаточным сказать, что это связано с нынешними политическими баталиями вокруг выборов. Я думаю, что это имеет прямое отношение к изъянам нравственности, которые справедливо связываются с атеистическим государством. Но это достаточно общая характеристика. Все-таки атеистическое государство строилось силами и умом тех людей, которые были воодушевлены идеей, предлагающей определенное историческое будущее. Эти люди создали конкретное государство. Его можно поносить, но это была наша великая держава, которая обеспечивала условия для человеческого бытия.

Беда заключалась в другом. Этот идеологический запал государства постепенно уничтожался, а к власти в 80-е годы пришли люди, которые идеологию прокламировали, но никаким образом ее не понимали и не воспринимали. Именно на этой внеидеологичности государства могли появиться руководители, которые, выйдя из ЦК КПСС, становились во главе Газпрома, завладев огромными богатствами. Бездуховность выпестовала их.

Мне кажется, что проблема государственности неразрывно связана с духовным состоянием общества, той политической элиты, которая сначала уничтожила наше государство в 80-е годы, а теперь добивает его.

Володин  Э. Ф.
писатель, доктор философских наук, профессор

Я не буду давать рекомендаций и предложений, но хочу обратить ваше внимание на проблему государственности и безопасности.

Вы уже наблюдали вчера, как четыре представителя законодательной и исполнительной власти устроили для нас пантомиму с хорошо известными масками. Вот они-то для меня и являются предметом рассуждения. Ведь буквально за четыре года или, может быть, меньше эти люди превратились в таких завзятых государственников, что у меня невольно возникла мысль о неких патриотических парвеню, которые напялили на себя опять патриотические одежды.

Если это так, то могу сказать, что в паноптикуме, который мне довелось наблюдать вчера, я обнаружил одно важное обстоятельство. Практически произошло смыкание, болезненно отразившееся на всей судьбе нации, внеидеологического партийного конгломерата, сейчас управляющего нашей страной, с той интеллектуальной прослойкой, которая сделала своей идеологией идеи западничества и либерализма, особенно в лице партийного пропагандиста Гайдара.

Взаимодействие, с одной стороны, внеидеологической партийной номенклатуры и этой социальной прослойки антинациональной или в лучшем случае ненациональной опять-таки приводит к тому, что люди, совершенно отказавшиеся от исторической судьбы нации и государства, от нравственности, исторически уходящей в православие, ради того, чтобы остаться у власти, свободно могут жонглировать для собственного развлечения любыми конструкциями — государственными, патриотическими, либеральными.

К сожалению, должен сказать, что патриотические, высоконравственные силы оказались на данных выборах выброшены из политической борьбы.

А организации, которые прорвались и считаются патриотическими, — это тот же антинациональный или денациональный либерализм, натянувший на себя год или полтора назад антикоммунистическую одежонку. Я не делаю прогнозов, но для меня будущее политическое устройство государства весьма мрачно.

Мы не смогли подготовить политическую элиту с той нравственной основательностью, которая бы защищала эту нравственность и для себя, и для всего государственного строительства и бытия.

И когда мы говорим о важности православия, то оказывается, народ-то сохранил православную рать. А политиканы высшего толка, давая клятвы верности православию, ничего о нем не помнят. Вот я и прихожу к выводу, что наша политическая православная элита на горизонте пока не появлялась. Возникает вопрос: что же делать? Если ожидать, пока через поколение эта политическая элита подрастет, то это конец нашей государственности. И все-таки думаю, что надежды на будущее нашей страны, народа есть. Господь не оставит удел Богородицы и поможет.

Зубов  А. Б.
доктор исторических наук, профессор Богословского университета

Уважаемые коллеги, дорогие друзья!

Я буду предельно краток.

Мне бы хотелось, чтобы на этот раз в документах нашего Собора были зафиксированы некоторые моменты и принципы, без которых, на мой взгляд, дальнейшие разговоры о судьбах России и о русской государственности теряют всякий смысл.

Во-первых, мы должны определиться в отношении того, что произошло с нами в тот великий и страшный 1917-й, когда пути русской государственности резко изменились.

Сейчас многие утверждают, что ничего не случилось. Была Россия, стал Советский Союз, тоже великая держава, даже более великая, чем Россия до 1917 года. Я смею сказать, что это ложь. В марте 1917-го народ сделал страшный выбор, отказавшись от той системы права, закона жизни, в которой он жил тысячу лет, чему памятник в Новгороде Великом является материальным свидетельством. Он сделал это с такой решительностью, какой никогда ни один народ, по крайней мере, считающий себя христианским, в истории человечества не проявлял.

Даже Великая французская революция не уничтожила гражданского законодательства, бывшего при королевской власти во Франции. Наполеон не отменил ни королевский, ни республиканский кодекс со времен революции. Реставрация тоже не посягнула на корпус права, изменив только государственное право и некоторые элементы частного.

Россию в 1917 году лишили всего законодательства вообще. Вышедшая за пределы своего правового пространства, она оказалась в правовом вакууме. Надо заметить, что отказ от права был тотален. Он начался верховной властью старой России, потому что первый, кто нарушил священные законы империи, был сам император, отрекшийся от власти за себя и за сына, что он не имел права делать, потому что по законам, которые ему были даны Павлом I, он мог отрекаться только за себя, но никак не за сына. Причины такого поступка были весьма субъективными, но это уже другой разговор.

Передача власти Михаилу Романову была беззаконна по двум причинам: во-первых, он не имел права кому-то передавать власть, потому что законы о престолонаследии, которые составляли вторую часть Свода законов Российской империи, фиксировали, кому должна перейти власть в случае, если от нее отказывается правящий император. На этих законах в верности им клялись и их целовали императоры всероссийские при венчании на царство. Таким образом, произошел отказ самим императором от легитимности права. Он был усугублен всем корпусом государства. Народ вышел за пределы права. В сущности, что он жил после 1917 года по праву, сказать нельзя. Не потому, что это было хорошо или плохо, а потому, что, с точки зрения формально юридической, то, куда попала Россия после 1917 года, именуется правовой фикцией. Принимаемые законы к исполнению не предполагались. Советские конституции были ложью.

Верховные Советы, система Советов тоже никогда себя не реализовывали, потому что вся власть была сосредоточена у генерального (или первого) секретаря, который
никогда не был зафиксирован в системе конституционных норм как высшее должностное лицо государства. Система федерации, в которой формально существовала Россия, последствия которой мы ощущаем на себе сейчас, когда имеем, в частности, конфликт в Чечне, распад Союза, была тоже фиктивной, потому что на самом деле была жесткая партийная вертикаль, лишь декларированная федеративными элементами с одной стороны, и советами — с другой.

Эта ситуация правовой фиктивности травмировала душу народа. Закон перестал быть нормой, поэтому, когда мы говорим о каком-то правовом пространстве, о правовом государстве, то это только декларирование, разговоры. В течение 70 лет нас учили, что право — это ложь, а все решает сила, которая находится вне правовой системы. До 1917 года было совсем не так, хотя, конечно же, Русское государство не являлось идеальным, но тем не менее оно было правовым, поскольку те законы, которые существовали в Российском государстве, хорошо или плохо, но выполнялись. Была власть прокурорского надзора, система апелляции, а с 1863 года — суд присяжных. Все это позволяло юридической системе существовать. Итак, мы вышли за пределы правового пространства.

И единственным честным и нравственным решением для нас будет только одна возможность — обратиться к своему праву, к государству, к тому, от чего мы так бездумно отказались в 1917 году. То есть осуществить формально тот акт преемства, что совершили все народы Восточной Европы после ухода от коммунизма.

Мы же живем в посткоммунистическом пространстве, а за государственную реальность считаем советскую, коммунистическую. Но ведь она построена на колоссальной лжи уничтожения реальной российской истории, то есть Российского государства, на лжи безбожия, потому что то, что было совершено в 1917-м, это нарушение двух основополагающих, данных нам Спасителем, заповедей: «Возлюби Бога всем сердцем своим» и «Возлюби ближнего своего, как самого себя».

Мы отвергли Бога, возненавидели ближнего, объявив целые социальные классы ненужными.

Но при этом не следует путать, как часто делается на Соборах, понятия «народ» и «государство». Иногда внешний блеск советской государственности заставлял многих говорить, что в первый период еще было что-то плохое, но уже после Второй мировой войны или во время ее шли качественные изменения, и мы опять стали национальным государством. Это ложь. Народ продолжал жить — люди женились, рождались, любили, умирали. Одни лгали, другие совершали подвиги. Свобода выбора была, и никакой режим не мог отобрать внутреннюю свободу человека. И поэтому в 1941 — 1945 годы, в момент защиты Отечества, защиты земли весь народ встал. Это реальность, но вместе с тем это меньше всего было связано с именем И. В. Сталина и с коммунизмом.

Умирали люди за свою землю, за страну, а не за социальную историю, а вот то, что война произошла, виновны строй и система. И то, что мы после войны навязали освобожденным народам вместо нацизма коммунизм, вина тоже строя и нового государства.

Поэтому народ продолжал жить, а государство после 1917 года не существовало вовсе. Это была пустота.

Теперь о том, что сейчас. Это несколько сложнее. На выборах в декабре 1993 года была попытка разорвать с советской легитимностью и вернуться к легитимности самого народа.

Другое дело, что, возможно, эти выборы были сфальсифицированы и больше половины народа (50 процентов) не проголосовали за эту Конституцию. Коли так, то мы живем в трудовом лагере. Если проголосовали, то — по реально действующему Основному закону. В любом случае это уже не система советского права.

То, что мы наследовали до сих пор от советского права — Советы до 1993 года, федерализм до сегодняшнего дня, распад государства по границам бывшего Советского Союза, — незаконно. Но не означает, что мы должны применять какую-то силу. Я категорически не согласен с высказыванием о возможном введении войск в Прибалтику, о решении каких-то вопросов силовым методом. Это безумие. Нам необходимо понять, что Российское государство, от которого мы ушли в марте 1917 года, в юридическом смысле продолжает существовать, что мы живем в Российской империи. Сказать иначе — значит признать законными события февраля и октября 1917 года, а также и сталинский строй, репрессии, мировую коммунистическую систему и т. д.

Каждый из нас должен сделать для себя выбор. Я считаю, что необходимо абсолютно точно зафиксировать позиции юридического правопреемства, отношение к периоду 1917 — 1993 годов, различие понятий «народ» и «государство». Только тогда мы не будем больше фантазировать, какое государство нам надо — такое или другое. У нас есть Русское государство. Конечно, то, что было до 1917 года, нельзя перенести на современную российскую почву. Если бы в России не произошли те трагические события, она все равно изменилась бы за эти 75 лет. Это неизбежно, но в соответствии с тем государственным порядком, от которого мы отказались в марте 1917 года.

Чернышев  В. И.
генеральный директор Центра церковного искусства МОСХа

Уважаемые участники Собора и секции!

Угроза нашей государственной национальной безопасности, естественно, волнует каждого русского человека. Мне понятны та боль, тот эмоциональный подъем, с которым выступали капитан первого ранга Заборский  В. В. и все остальные. Разное видение — это все прекрасно. Но мне кажется, что происходит констатация того, что мы все превосходно знаем. Мне видится, что наша национальная проблема и главная угроза государственности и безопасности народа есть сам институт президентской власти, который предполагает через каждый 4 года смену верховного лица.

Предлагаю в решении Собора указать, что нам необходимо вернуться к своим истокам и восстановить то, что было потеряно в 1917 году, то есть монархию. Допустим, что сейчас нет той персоналии, которая займет трон, но хотя бы саму систему ввести.

Вторая угроза государственной безопасности в том, что правительство за свою работу не отчитывается. Хорошо, если бы наш Собор предложил разработать единые критерии оценки деятельности правительства. И делать их нужно такими, чтобы любой домохозяйке были понятны.

То есть о чем идет речь? Вот моя зарплата, делю ее на стоимость бензина, смотрю, сколько я в месяц могу его купить. Если через год я вместо десяти литров бензина в месяц могу купить одиннадцать, то правительство работает хорошо. Если же правительство делает меня беднее, то можно считать, что насиженное место выгодно только ему.

И третье. Нашу безопасность очень уязвимой для моего государства и всего народа делает та самая нравственность, о которой здесь так много говорили.

Нравственность — это тот стержень, водораздел, между которым лежат понятия «хорошо» и «плохо». Нашим предкам всегда было ясно, что воровать плохо, а работать хорошо. Это было в генах у нас, а теперь размыто. Воры живут в шикарных особняках, а рабочие все больше нищают. Воцерковить полностью народ — это малореальная вещь. Обычно ходят в церковь люди старшего возраста. Но, чтобы сформировать наше молодое поколение высоконравственным, нужно создать единение православных деятелей культуры, то есть ассоциацию православных писателей, художников, кинематографистов и т. д. И чтобы она была поддержана не государством, а именно финансовыми кругами, которые хотят, чтобы на их предприятиях работали честные труженики. А то некоторые молодые люди под влиянием современного кино уже перестали работать.

Я надеюсь, что произойдет чудо Божие, и наше богомудрое правительство вернет нам монархию и сделает народ высоконравственным и православным.

Сергеев  Н. М.
председатель Славянского собора «Белая Русь»

Дорогие друзья!

Вы, наверное, слышали мое выступление на пленарном заседании. Я здесь буду говорить на другую тему, а так как наша секция «Национальная безопасность», то постараюсь обрисовать, какие угрозы национальной безопасности русского народа исходят с западных границ нынешней Российской Федерации, в первую очередь, из Белоруссии. Очевидно, в Российской Федерации сложилось мнение, что если с Украиной и Прибалтикой проблемы, то с Белоруссией все благополучно. Я еще раз говорю, конечно, уповать на чудо и Господа прекрасно, но, как сказано, на Бога надейся, а сам не плошай. Тем более что Господь действует через конкретных людей, а просто так ничего не бывает.

Для того чтобы мы знали, что нам угрожает и как преодолеть эти угрозы, необходимо четко их представлять.

Сейчас в Белоруссии идет планомерное претворение в жизнь планов Соединенных Штатов Америки и других стран Запада по окончательному уничтожению России, прибирания к рукам ее сырьевых, интеллектуальных и других богатств. Одна из составляющих этого плана — создание санитарного кордона как с запада, так и с юга. Белоруссия является одним из ключевых звеньев этого пресловутого кордона. Причем существует несколько проектов по реализации спланированного.

Один из наиболее известных — это создание так называемого Балто-Черноморского союза, в который предположительно будут входить Белоруссия, Украина, Польша и Прибалтика, то есть своеобразное восстановление Речи

Посполитой от моря до моря с границами в районе Смоленска. Второй план — это втягивание Белоруссии в НАТО через участие в так называемой Вышеградской группе, куда уже сейчас входят Чехия, Словакия, Польша, Украина и ряд других стран. Существует угроза того, что через некоторое время НАТО может оказаться под Смоленском. Причем внутри Белоруссии произошло коренное изменение тактики действия прозападных сил, которые достаточно активны.

Во-первых, за время правления Шушкевича, а затем Кебича в Белоруссии одновременно были созданы мощнейшие прозападные структуры, общественные формирования. Это партия «Общественное объединение» в правительстве, Верховном Совете, в администрации президента, причем эти структуры опираются в основном на польско-литовские прокатолические этнические элементы, если можно так выразиться. Фактически в Белоруссии ключевые посты в правительстве, администрации президента и национальном банке занимают люди, связанные тем или иным образом своим происхождением с Польшей ^ католической церковью.

В Белоруссии создана широкая сеть различных западных фондов. Наиболее известен Фонд Сороса, которым вначале руководила американская гражданка Смедлис, сейчас — некий белорусский гражданин, который прошел длительную стажировку в Соединенных Штатах Америки.
Всего действует 24 фонда. Коснусь буквально вскользь их деятельности. Что такое Фонд Сороса в Белоруссии? Фактически все прозападные силы находятся на содержании этой организации и некоторых других фондов.

Причем Белоруссия буквально опутана различными соровскими структурами. Так, Фонд Сороса сейчас контролирует большинство средств массовой информации, в том числе государственных, посредством того, что в ведущие государственные газеты назначены главными редакторами люди, которые тесно связаны с тем же Соросом. Причем там проведены хитрые дворцовые интриги, которые дали такой результат, потому что вообще главных редакторов назначает лично Президент Лукашенко. Также близкие люди Сороса находятся в руководстве телевидения и большинства радиостанций Белоруссии. Я говорю о государственных средствах информации, потому что так называемые независимые средства массовой информации прозападной ориентации, издающиеся на русском языке, Сорос финансирует. Мозговым центром Республики (именно прозападных сил) является так называемый независимый институт социально-экономических и политических исследований, который возглавляет тот же председатель Белорусского Фонда Сороса.

Фактически главы ряда прозападных партий, которые известны в России, — сотрудники этого института, о котором я говорил. В недрах Сороса есть еще одна структура, которая называется «Глас медицентра». Она создана для поддержки средств массовой информации и возглавляет ее собственный корреспондент «Известий» Александр Стариневич, поэтому я думаю, нет ничего удивительного в том, что любая информация из Белоруссии подается исключительно в этой газете и так, как выгодно господину Соросу.

Дальше. После поражения на референдуме, который произошел в прозападной белорусской Народной партии вопреки поддержки правительственных чиновников, началась его перегруппировка. Был создан целый ряд партий, и сейчас каждую из них и крупные объединения курирует один из западных фондов. Например, у нас есть ряд небольших партий — «Партия народного согласия», «Семеновская партия единства и согласия» под патронажем господина Шахрая. Они организовали так называемый Социал-демократический союз, который непосредственно курируется Фондом Аденауэра. Сейчас несколько партий вошли в так называемую Объединенную партию, которую возглавляет бывший председатель банка господин Богдане-вич, а курирует опять же германский Фонд Аденауэра, финансируемый из бюджета Германии.

Например, американский пункт «Евразия», штаб-квартира которого находится сейчас в Киеве, «питается» из средств госдепартамента США. Он проявляет очень активную деятельность на территории Белоруссии.

Эти политические опоры способны оказывать влияние на администрацию Президента и Правительство Республики.

Так, в «Объединенной гражданской партии», партии крупного компрадорского капитала, который сейчас сформировался, состоят ряд министров правительства.

Причем нефтеперерабатывающий комплекс Белоруссии фактически отдан этой партии, потому что ряд ее высокопоставленных деятелей, в качестве директоров частных фирм, входят в государственный концерн «Нефтепродукты». У нас был такой государственный концерн «Белнефтепродукты», в который допущен ряд частных фирм, принадлежащих членам кабинета государственной партии, которые тесно связаны с определенными кругами в России, с кругами Черномырдина, Гайдара и с Газпромом.

В то же время лично Президент Лукашенко, я думаю, искренний сторонник единства с Россией. Но складывается парадоксальная ситуация. Президент, приезжая в Россию и здесь выступая, клянется в верности России, а в это время его правительство прилагает усилия по созданию инфраструктуры Балто-Черноморского союза. Я приведу несколько интересных примеров.

Например, совсем недавно закончена подготовка технико-экономического обоснования строительства Балто-Черноморского нефтяного коллектора, который будет связывать нефтяные терминалы Литвы, Латвии с нефтяными терминалами в Одессе. Эта технико-экономическая документация была подготовлена одним из украинских проектных институтов по заказу государственного концерна «Белнефтепродукт». Они заявили, что сейчас реализовать это сложно, нет денег, но в то же время в так называемой независимой прессе проскользнули сведения, что американские корпорации не прочь вложить в нефтеперерабатывающий комплекс Белоруссии свои деньги.

Идет активный обмен и постоянные встречи с руководством Литвы и Латвии. Например, только в этом году премьер-министр Щетин встречался 7-8 раз с премьер-министром Литвы. Предметом их обсуждения было то, чтобы основной грузопоток белорусских товаров шел через Клайпеду, а не через Калининград, а также решался вопрос о строительстве с помощью Евросоюза так называемого транспортного коридора № 9, то есть высококлассной транспортной магистрали, построенной по европейским стандартам, которая должна связывать Клайпеду, Вильнюс, Минск, Гомель, Киев, Одессу. Фактически опять создается высококачественная транспортная магистраль и готовится документация, которая минует Россию в той или иной форме. Поэтому я и призываю российскую сторону внимательно следить за тем курсом, который реально проводится в жизни.

Россия обладает колоссальными рычагами для того, чтобы влиять на политику официальной Белоруссии по отношению к себе. Более того, хочу сказать, что влияние это не обязательно должно идти через правительство. Дело в том, что уже сейчас сформировался определенный слой российского капитала, есть российские предприниматели, которые на словах, по крайней мере, выступают за возрождение России как великой державы.

Какие конкретные предложения у меня есть к Русскому Собору? Дать четкое определение, что такое русский человек, историческая Россия (или Русь), русский народ. Приложить максимум усилий для создания в России и за ее пределами жизнеспособных структур. Важно, чтобы определенные промышленные круги оказывали в этом посильное содействие.

Сапожников  С. А.
вице-предводитель Российского дворянского собрания

Прежде чем внести свою лепту в список опасностей, которые окружают нас, и против которых нужно бороться всем вместе, хотелось бы отметить, что основной положительный момент нашего Собора произошел именно вчера. Хотя профессор Володин, может быть, отрицательно отнесся к этому, но придется все-таки признать, что впервые на Собор, в гости к Патриарху прибыла вся российская политическая элита.

Прибыла на поклон, может быть, лукаво, но прибыла. Сделала реверанс. И это в самом деле огромный успех патриотических сил, и мне с этим хотелось бы всех поздравить. Успех, видимо, маленький, потому что мы играем уже на чужом поле, пользуемся чужими методами, где противник сильнее нас, опытнее. Мы потеряли темп и сейчас должны не только догнать, но и перегнать. Иначе нам не будет прощения потомков, какими бы ссылками на масонские заговоры 1918, 1991, 1993 годов мы ни оправдывались.

Нам не только надо говорить, что мы великие, могучие, духовные, но иногда все-таки и доказывать это. Нет смысла ссориться, потому что мы такие, какие есть, — патриоты, монархисты, республиканцы, демократы. Другими не будем, поэтому только в этом общении мы можем или победить, или проиграть.

Итак, чтобы победить, нужно знать сильные и слабые стороны противника. Одна из наших опасностей — это попытка уравнять церкви, веры, конфессии. Да, они равны в том смысле, что разрешено ими пользоваться. Но православие — это стержень Российского государства. В этом зале уже была в выступлении адмирала попытка размыть, размазать и все уравнять. Это очень серьезная опасность. А ведь именно так говорят лукавые и Гайдар, и Федоров, и Явлинский.

В этом тактика наших противников — уравнять, никому ничего не дав.

Не так опасны те, кто стоит в церкви сейчас, они там все же слушают Патриарха. Опаснее те, кто не ходит, в частности этот лукавый Гайдар, который вчера ни одним словом не обмолвился о вере и церкви, и их дети, потому что они учатся в иных учебных заведениях, в университетах, их «окормляют» чужие миссионеры и оккультных дел мастера. Будет самая большая опасность, когда придут к власти они.

К чему приводит равнодушие к вере, я увидел недавно во Франции. Французы ходят в церковь три раза в жизни. Они доигрались до того, что у них сейчас главная религия — ислам, активный, мощный, вытесняющий их из Франции.

Перехожу к государству. Буду говорить тезисно. Опасно интеллигентское слюнтяйство, которое разоружает нас перед Белоруссией. Об этом вы слышали сейчас. Перед перерывом был прекрасный доклад представителя Министерства внутренних дел. Спасибо Вам, Вы открыли многим глаза. Выступал великолепно капитан первого ранга. Опасны действия тех, кто хочет нас примирить с насильственным изменением нашей страны. Хотя Конституция однобокая, тем не менее она все-таки законодательно подтвердила, что Россия единая, неделимая, а всякие депутаты — Шабады, Ковалевы, Боровые — требуют признать отделение Чечни от Российской Федерации в результате уже их насильственных действий. Недалеко ушли гончары и Солженицыны и, конечно же, премьер-министр, которому мы обязаны позором Буденновска. Опасны те, кто превращает государственную деятельность в балаган в виде Партии любителей пива, Партии жен и т. д. Опасны бездумные сеятели общечеловеческих ценностей — билля о правах, тезиса о том, что не запрещено законом, то можно. У русских эквивалент этой поговорки — не пойман, не вор. Нами правят непойманные воры.

Нынешнее думское собрание криминально наполовину. Что будет представлять следующая Дума? Все попытки опубликовать списки подозреваемых не увенчались успехом.

Существует опасность для языка, потому что сейчас господствует язык Остапа Бендера. Опасен генетический кризис, и мы поддерживаем предложение господина из Франции Сидоренко рассмотреть вопрос о возврате к нам на родину русских из-за рубежа.

Все-таки, не так уж все плохо, как нам рисуют профессора. Эти три года для нас не прошли даром. Корабль Русской Православной Церкви плавно поворачивается в сторону русской государственности, и патриотическим силам там будут отведены самые почетные места.