Всемирный Русский Народный Собор

«Как на бархат да на алый на шелковый...»

Художница Галина Масленникова решила восстановить старинную усадьбу ХIX века своего прадедушки И. Ф. Думнова и основать в ней единственный в России Музей истории шелкового бархатного ткачества. Никто не верил, что это возможно...

Но Галина из тех людей, кто способен оживить вокруг себя пространство, напитать его русским духом! И у нее все получилось — и родовое гнездо восстановить, и возродить старинное ремесло — шелкобархатное ткачество. Шёлковые и бархатные ткани русская знать любила и ценила с древнейших времен, но их ввозили из Франции и Италии. Первым решил завести их производство на Руси Федор Иоаннович в XVI веке: выписал в Москву из Италии бархатных дел мастера вместе со станками и открыл вблизи Успенского собора в Кремле первую фабрику по производству шёлковых тканей и бархата на ручных станках. Но Кремлевский бархатный двор, снабжавший тканями русских царей, удивлявшими даже иностранцев, имел очень небольшие объемы производства из-за нехватки исходного материала: шёлка-сырца. Его привозили из Персии армянские купцы нерегулярно, контрабандой, и брали за него большие деньги.

Только Петру I удалось перевести шёлковое и бархатное производство на промышленный уровень: возникли крупные фабрики. Сырье для них шло уже легально: русские купцы беспошлинно вывозили в Китай русские меха и меняли их там на шёлк-сырец. Зато на заграничные ткани Петр I ввел высокие пошлины — армянская линия в этом бизнесе заглохла, а в России число шёлкоткацких фабрик достигло нескольких десятков. В основном, они роились в Подмосковье, в Богородском уезде. Но в начале XIX века крупные дворянские фабрики с крепостными ткачами начали разоряться. Шелкоткачество перебазировалось из Богородского уезда в соседний — Покровский, где в сёлах Заречье, Ратьково и других, а также в деревнях Филипповской волости жили свободные казенные крестьяне, которые с древнейших времен поголовно занимались полотняным ткачеством, достигшим к тому времени больших масштабов. Объяснялось это тем, что все села и деревни Филипповской волости с двух сторон располагались вдоль Стромынки — знаменитого торгового тракта между Москвой и Нижним Новгородом, где выработанное полотно, пользующееся большим спросом за границей, быстро и недешево сбывалось. Предприимчивые ткачи быстро смекнули, что шелковое ткачество намного прибыльнее — и оно распространилось по всему Покровскому уезду вплоть до города Киржача.

Усадьба Думновых находится в 60 км от МКАДа — в селе Заречье Владимирской области. Основал шелкобархатоткацкое производство в здешних местах прапрадед Галины — Иван Фадеевич Думнов. Впоследствии промысел распространился по всему уезду — от Покрова до Киржача. Всю Россию местные ткачи обеспечивали шелком и бархатом. Ручные станки устанавливали в фабриках-светелках с большим количеством окон. Работали семьями. Производили бархат, плюш и другие ткани, названия которых сейчас мало кто знает: фай, гро-гро, армюр...

В середине XIX в. Иван Фадеевич вместе с братьями слыл крупнейшим фабрикантом в Покровском уезде. Люди они были благочестивые — на средства братьев Думновых был выстроен красивейший храм Казанской иконы Божией Матери над рекой Шерной в Заречье. Думновы жертвовали десятину на строительство школы, больницы для ткачей и содержали их. Думнов, являясь попечителем школы, писал учебники по математике для учащихся. Бедным никогда не отказывали в помощи... За большие пожертвования И. Ф. Думнов получил купеческое звание и серебряную медаль Синода.

«В 1929 году бабушка уехала из Заречья, — рассказывает Галина. — С тех пор она и ее дочери жили в Москве. Недавно в архивах КГБ я нашла материалы о своем двоюродном деде, Алексее Егоровиче Думнове. Он был состоятельным человеком, имел кондитерскую фабрику и магазин модного платья в Москве, на Тверской. Наверное, поэтому они и поехали в столицу. Но в 1929 году начались репрессии, и все бывшие фабриканты оказались врагами народа. Хотя в советский период некоторые из шелкоткацких фабрик работали, вплоть до горбачевских времен, но выпускали они совсем другие ткани: «шотландку», атлас на одеяла. А в перестройку начался всеобщий упадок текстильного производства и всего ткацкого края (Ногинский район, Павловопосадский, Орехово-Зуево, Монино, Купавна)...

В 1999, после кризиса, который увенчал разруху 1990-х, Масленникова приехала в село Заречье и нашла дом прадеда разоренным: выбитые стекла, ободранные стены... Прежде в нем размещалась школа, но давно уже он стоял пустой. Сердце защемило — поняла, что хочет все вернуть. Взяла кукол своей работы в русских народных костюмах и поехала в администрацию Киржача: вот, я художник, все отремонтирую, налажу в Заречье производство... И ей помогли — глава администрации Киржача Владимир Гаврилович Старовойтов и его заместитель по экономике Г. Н. Шнырева, руководитель Комитета по имуществу В. Н. Илларионов и глава администрации Заречья С. В. Пискарев. Масленникова воссоздала старые технологии, ее «Светелка» начала производить образцы тканей. Появился даже первый заказ — от Свято-Данилова монастыря на изготовление бархата для плащаницы Гроба Господня.

Галине пришлось изучить множество архивных материалов и статистических отчётов 19 века, историю промыслов, провести экспедиции и поездки в сёла бывшей Филипповской волости вместе с местным краеведом и энциклопедистом К. Е. Крючковым, записывала она беседы со старейшими жителями — бывшими ткачами...

Сегодня интерьеры старообрядческого быта купеческой семьи XIX в. восстановлены с исторической точностью. Масленникова начинала своими руками, вдвоем с мужем, потом наняли работников из Ивановской области. Тут подоспели средства, полученные по грантам президента РФ, которые ей посчастливилось выиграть. В результате, не только отреставрирован огромный (400 кв. м.) двухэтажный дом, построенный в старорусском стиле, но и воссоздана атмосфера жизни большой русской семьи фабриканта, где из поколения в поколение занимались производством шелкового бархата — уникальным промыслом, существовавшим во всем бывшем Покровском уезде в начале ХIХ в. Усадьба Думнова — единственный в России музейный комплекс, отражающий историю уникального промысла, не имевшего аналогов в других регионах России.

Атмосферу семейности, теплоты и уюта поддерживает хозяйка усадьбы: с радостью знакомит с домом, историей села и шелкового бархатного ткачества, жизнью и бытом купцов и ткачей. Усилиями Галины Масленниковой в усадьбе собрана коллекция старинных шелковых бархатных тканей и одежды XIX века, сшитой из них. Вскоре Галина расширила свой музей: в соседней крестьянской избе появился «Дом сельского ткача» — с предметами быта XIX века: окрестные жители охотно несли свои дары — хранившиеся в семьях многие годы утварь, бытовые мелочи. Сегодня они очень гордятся своим музеем!

Наследница Думновых не только восстановила родовое поместье, но и вдохнула в него жизнь: на обширной территории усадьбы выстроено еще одно музейное здание — реконструкция бревенчатой фабрики «Светелка», и поставила там старинное, добытое в экспедициях, ручное ткацкое оборудование. Теперь каждый может увидеть, прочувствовать, в каких условиях трудились сельские ткачи два века назад. И даже овладеть старинным мастерством: потомственная ткачиха, старейшая жительница села Заречье Зоя Булдакова покажет всем желающим, как 100 лет назад ткали шелковый бархат и плюш на уникальном ручном станке. На экскурсии иностранные туристы записываются в очередь: такого раритета даже во всемирно известном Музее истории ткани во французском Лионе нет! Среди гостей Масленниковой часты потомки русских эмигрантов: их впечатляет, что внучка фабриканта возродила пустовавшую родовую усадьбу. «Многие со слезами на глазах рассказывали о своих предках и их навсегда утраченных родовых гнездах в России», — говорит Масленникова.

«Я надеюсь, что роскошный бархатный шелк, который сегодня используется только в высокой моде, вернется в нашу повседневную жизнь. Это же так красиво! Наши предки-ткачи вырабатывали на ручных станках прекрасные ткани, которые вывозились даже на международные выставки в Париж в начале XX века! Эти ткани многократно превосходили по своей красоте и прочности аналоги тканей, выработанных на механических станках», — говорит Галина.

Она охотно рассказывает историю усадьбы, своей семьи, интересно повествует о зарождении и развитии в этом крае уникального промысла. Шелковый бархат — дорогая благородная ткань высокого качества (был и более дешевый вариант бархата — так называемый «бумажный», на хлопковой основе, грубее и проще). А необыкновенной красоты ручной работы думновский бархат поставлялся в самые дорогие магазины Москвы и Санкт-Петербурга, даже к Царскому двору! Но даже в бедных семьях всегда хранился в заветном сундуке кусок алого, зеленого или синего, тонкого бархата — для свадебных обрядов. На бархатный плат клал жених «выкупные деньги» за невесту, затем этот плат шел ей в приданое — до того времени, когда ее собственные дочери будут выходить замуж. Если жених был не скуп, о нем слагали похвальные песни:

Как на бархат да на алый на шелковый
Положил мой милый золотой целковый,
Да и вдруге положил, да не чинился —
Отцу-матери с почетом поклонился...


Кстати, если кто пожелает справить свадьбу по старинному русскому обряду — тем прямая дорога в Заречье! Масленникова только рада будет. Дорогих гостей встретят хлебом-солью да веселыми песнями и речами приветственными — тут и свой музыкальный фольклорно-этнографический коллектив есть, который без устали поет, затевает народные игры и забавы, танцует так, что не удержится никто — все в пляс пойдут. И разместиться есть где, и угощают знатно традиционными блюдами русской кухни — пирогами, ватрушками и плюшками, приготовленными в настоящей русской печи, домашним вареньем из своего сада, у самовара. В отзывах гостей немалое место занимают гастрономические впечатления от борщей и солянок, пирогов и булок, голубцов, солений, варений, изготовляемых местным поваром.

Американский профессор права Стивен Таман из Сент-Луисского университета нахваливал soups и piroshki, а Станислав Арбенин, юрист из группы «Сумма», побывавший с семьей в Заречье зимой, особо отметил запеченного в печи гуся и признался, что было так «уютно и вкусно, что за пределы усадьбы даже выходить не хотелось». Летом гости пируют на южной веранде дома, выходящей в сад и цветник, зимой — у кафельной изразцовой печки в большой столовой. Посидят за столом — и опять на двор: в теплые месяцы манит отдых в саду музея-усадьбы, где уютно устроены среди многочисленных цветников уголки. Есть тут и довольно большие лужайки, где молодежь может поиграть в волейбол, футбол, бадминтон, искупаться в реке, бассейне, половить рыбу (река рядом), прогуляться в лес за грибами и ягодами; зимой кому-то придется по душе игра в снежки, катание на санках с горки, которая построена в усадьбе на высоком склоне, а кто-то предпочтет пронестись с колокольцами на больших санях, запряженных лошадью! Никого не оставит равнодушным прогулка по селу Заречье, где сохранилось множество старых домов, украшенных знаменитой богатой аргуновской резьбой, и посещение действующего сельского храма, построенного братьями Думновыми в середине XIX века. Ну а вечером всех ждет настоящая русская банька на дровах...

На втором этаже «Светелки» — музей-мастерская хозяйки усадьбы, Галины Масленниковой. По первой профессии она «технарь». «У меня высшее техническое образование, — улыбается мастерица. — Моей первой работой после института был проект автоматической подачи топлива для стартов ракет на Байконуре». Но ее куклы сделаны рукой профессионала, да и с большим талантом: композиции «Рождество», «Зимняя горка», «Ярмарка», «Крестьянский дом», «Мельница» отмечены одобрением знатоков. Ее оригинальные куклы-образы жителей русской деревни одеты в народные костюмы XIX века различных российских губерний. Тут же Галина устраивает мастер-классы по народным промыслам: изготовление тряпичной куклы, роспись по дереву в народных традициях, ручное ткачество цветных половичков — и для местных, и для гостей.

«Куклы — это моя параллельная жизнь. С детства я любила их и сама шила. Моя мама из семьи текстильных фабрикантов Думновых, где в четырех поколениях занимались производством шелкового бархата. Швейная машинка, ручной «Зингер», была членом нашей семьи. И сколько себя помню, я всегда стояла рядом с мамой, которая шила всей улице, а я крутила ручку машинки и тоже пыталась шить. Потом начала мастерить куклы»...

Выставочные композиции кукол «Мир русской деревни XIX века» Галины Масленниковой пользуются успехом: они экспонировались по городам Подмосковья, Владимирской области, побывали и за границей. И государственные награды за радение об отечественной культуре не заставила себя ждать: в 2008 г. Масленникова была удостоена Ордена Ломоносова, а в 2009 — медали «Патриот России». Такие люди — надежда отечественной культуры.

Наталья Лясковская