Всемирный Русский Народный Собор

Такой вот «беспристрастный» Гаагский суд

Нельзя сказать, что международные судебные инстанции, их представители и осуществляемые ими процедуры в последние годы были окружены безграничным авторитетом и уважением. Имеется достаточное количество событий, позволяющих сделать не самые приятные выводы относительно роли международных судов в наши дни. Достаточно вспомнить историю убитого год назад, вопреки всем громким указам Международного уголовного суда (МУС), полковника Каддафи и судьбу его сына Сейфа аль Ислама, которого ливийские боевики попросту отказались выдавать высокому трибуналу. Пытавшиеся навестить ценного заключённого — точнее сказать, заложника — попадали в тюрьму сами. Иногда это тоже оборачивалось международными скандалами, как в случае с арестом юриста МУС Мелинды Тейлор, которая была обвинена в попытке передать некие документы сыну покойного диктатора.

Никакого порицания со стороны международных юридических структур военизированные формирования Ливии и Сирии не понесли, несмотря на то, что все приписываемые «диктаторам» невероятные злодейства меркнут перед лицом заурядных «революционных» будней. Более того, ряд руководителей США и союзных по блоку НАТО стран фактически легализовал разнообразие терроризма с моральной точки зрения. Когда шахид «Аль-Каиды» атакует граждан США или союзников — это называется акт вероломного террора. Ну, а если такое же действие осуществляется в отношении окружения сирийского президента Башара Асада, то такой взрыв следует считать актом борьбы за свободу и демократические ценности.

Однако, даже с такой предысторией, вынесенное 16 ноября Международным трибуналом по бывшей Югославии (МТБЮ) решение является событием, которое высокопарно можно назвать «не имеющим аналогов в юридической практике прецедентом», а говоря более просто — не влезающим ни в какие ворота. МТБЮ после изучения апелляции оправдал хорватских генералов Анте Готовину и Младена Маркача, которые предыдущим решением суда от 15 апреля 2011 года были осуждены на 24 и 18 лет тюремного заключения соответственно за военные преступления против сербского населения во время войны в Хорватии середины 90-х годов. Генералы были освобождены прямо в зале суда.

Конкретно Анте Готовина и Младен Маркач обвинялись в участии в «совместном преступном предприятии» и военных преступлениях против мирного сербского населения в Республике Сербская Краина (РСК), расположенной на территории Хорватии. Весной 2011 года они были осуждены за следующие деяния: преследование беженцев, депортация, разграбление общественной и частной собственности, чрезмерные разрушения, убийства, негуманные действия, жестокое обращение. Добрая половина этих пунктов без какого-либо двойного толкования относится к военным преступлениям и преступлениям против человечности.

Большинство пунктов обвинения относятся к периоду проведения хорватскими войсками под руководством Готовины и Маркача спецоперации под названием «Буря», целью которой была ликвидация самопровозглашенной Республики Сербская Краина. Это было не особо сложным делом, учитывая чуть ли не десятикратное превосходство армии Хорватии в живой силе. В результате «Бури» погибло до 5000 сербов, от 200 до 250 тысяч были вынуждены бежать из региона, 90 000 были депортированы насильно. Также пострадала самопровозглашённая Западная Босния, из которой бежало 30 000 человек. Хорватские военные проводили этнические чистки сербов, совершали жестокие убийства и применяли пытки к тем, кто не пожелал уйти вместе с колоннами беженцев. Наиболее показательны случаи массовых убийств в местечках Двор и Грубора. Колонны беженцев подвергались насилию в ненамного меньшей степени.

В целом, операция «Буря» привела к разительному изменению этнической карты Хорватии. Причём, как уже говорилось, эти изменения осуществлялись самыми радикальными методами, не имевшими ничего общего с правами человека и гуманизмом вообще. Колонны сербских беженцев, например, расстреливались хорватскими самолётами на бреющем полёте.

Теперь МТБЮ своё прошлогоднее решение пересмотрел и дело закрыл. Справедливости ради следует упомянуть, что двое из пяти судей всё же остались при «особом мнении». Но их мнение на итог не повлияло, и теперь, согласно тексту решения МТБЮ, пять тысяч погибших, девяносто тысяч депортированных и двести пятьдесят тысяч беженцев образовались так сказать, сами по себе, собственной волей. Во всяком случае, относительно беженцев такая позиция высказана официально. Согласно рассмотренным апелляционной комиссией данным, 250 000 человек собрали вещи и, терпя лишения, бежали в Сербию согласно «собственному решению каждого беженца», и этот процесс никак с операцией «Буря» связан не был.

Что ж, известная логика здесь присутствует. Осталось сделать следующий шаг и сообщить, что сербские беженцы, которых расстреливали хорватские военные на обошедших в своё время весь мир кадрах, умирали не потому, что в них стреляли, а по собственному желанию. Точно также сама по себе, самопроизвольно, разграблялась собственность и совершались доброй волею потерпевших другие преступления.

Понятно, что такое решение МТБЮ вызвало, в лучшем случае, огромное удивление. Одним из первых по этому поводу выступил Милорад Додик, президент Республики Сербской — одного из образований на территории Боснии и Герцеговины, заселенного преимущественно сербами, который также пострадал в результате операции «Буря». Додик сказал, что освобождение хорватских генералов является унизительным для жертв насилия, сербского народа и всех тех, кто верил в справедливость международных институтов. По его словам, вердикт МТБЮ является позорным и принятым по политическим мотивам.

Слова «позорный» и «политические мотивы» вообще являются наиболее частыми прилагательными к комментариям о решении МТБЮ. Поскольку МТБЮ успел наработать солидную базу принятых решений, после её изучения сложно отделаться от впечатления, что трибунал фактически является карательным по этническому признаку органом. Сербы в его юрисдикции не могут рассчитывать на непредвзятость. И дело тут даже не в смерти Слободана Милошевича в европейской тюрьме, после которой никто и никакой «список Магнитского» почему-то не сделал.

В 2003 году лидер «Сербской радикальной партии» Воислав Шешель, обвиняемый Международным трибуналом по бывшей Югославии в совершении военных преступлений на территории Боснии и Герцеговины, прибыл в Гаагу, чтобы лично доказать Гаагскому трибуналу свою невиновность. Шешель — юрист по образованию, и такая возможность действительно существовала. Существовала бы в том случае, если бы рассмотрение дела действительно следовало духу закона. Тем более, что Шешеля обвиняли не в сравнимых с делами Готовины и Маркача преступлениях, а всего лишь в руководстве формированиями сербских националистов. Косвенные обвинения более серьёзны — Шешеля обвиняют в опосредованной причастности к изгнанию «десятков тысяч и убийстве более 900 хорватов и мусульман, пытках и избиении людей». И, как заявляют сотрудники МТБЮ, «его преступления масштабны и гнусны по своему характеру, заслуживают наказания, которое отражает серьезность совершенных им преступлений».

Воислав Шешель сидит в тюрьме десятый год. В июне этого года МТБЮ приговорил Шешеля еще к двум годам заключения «за неуважение к суду». Это был уже третий процесс по обвинению В. Шешеля в неуважении к суду. Ранее он был приговорен к 15 и 18 месяцам тюрьмы за разглашение сведений о защищенных свидетелях, а июньский приговор лидер сербских националистов получил... за отказ свидетельствовать против себя.

Косвенное участие в изгнании десятков тысяч — и хорватские генералы с сотнями тысяч, изгнанными при их непосредственном участии. Остаётся предположить, что Готовина и Маркач проявили совершенно фантастическое уважение к суду, которое и обеспечило им полное оправдание после года отсидки. Что до процесса Шешеля, то он изобилует красочными подробностями, для описания которых потребовалась бы отдельная статья, но все они наглядно показывают — термин «справедливый суд» к МТБЮ применить весьма затруднительно. В частности, Шешелю в буквальном смысле навязали адвоката, для того чтобы представлять его интересы. Хотя сам Шешель категорически возражал против назначенной для его защиты кандидатуры, прямо обвиняя адвоката в сговоре с обвинением.

В качестве последнего штриха остаётся сказать, что не вполне понятна легитимность МТБЮ. Данный орган был создан ООН в мае 1993 года, хотя инициировавший его создание тогдашний Совет Безопасности не имел и не имеет никаких полномочий по созданию каких-либо судебных институтов. Согласно прописанным нормам международного права, такие органы могут быть созданы только на основе международного договора.

И, учитывая существующее международное право, Россия и Китай уже сделали ряд шагов, направленных на демонополизацию систем формирования экономических рейтингов, индикации состояния прав человека и прочих сфер, которые до последнего времени были полностью подконтрольны ряду конкретных государств. Возможно, настало время сформировать на основе международного договора новый международный суд?

Александр Вишняков