Всемирный Русский Народный Собор

Перспективы украинской экономики: рецепты из прошлого, канавы и пустота

В самое ближайшее время на Украине будет большая безработица, проблемы с бюджетом, долги и гиперинфляция с удорожанием всего.

Стабильно ухудшающееся состояние украинской экономики, против которой в данный момент играет редкое сочетание негативных факторов, совпавших во времени — все возможные проблемы с импортом и экспортом, уровнем госдолга и курса национальной валюты, в комбинации с гражданской войной, эрозией государственной власти и отсутствием грамотного управления — с точки зрения кризисных экономистов и менеджеров представляет собой бесценное наглядное пособие.

Сама стратегия выхода из экономического кризиса, в принципе, не представляет ничего сверхсложного. Для облегчения тяжелейшей экономической ситуации, Киеву достаточно сделать ряд простых вещей: прекратить системное разрушение промышленного ядра Донецка и Луганска, служащего основным источником экспортной продукции, скорректировать внутреннюю политику — нацизм в качестве государственного строя не очень способствует привлечению инвестиций и расцвету малого и среднего бизнеса, сменить внешнеполитическую риторику и начать поиск компромисса с Российской Федерацией, остающейся единственным поставщиком необходимых Украине энергоресурсов и рынком сбыта большинства товаров.

Все эти очевидные вещи малозатратны. Более того, прекращение обстрелов Новороссии сэкономило бы украинскому бюджету огромные по его меркам суммы. Один день войны на Украине обходится госбюджету в 4,3 млн долларов. До декабря текущего года — в том, что конфликт не утихнет до этого срока сомневаться не приходится — война обойдется украинской казне как минимум в 1,2 млрд долларов.

Ещё в июле министр финансов страны Александр Шлапак сообщил, что в резервном фонде осталось всего около 530 млн гривен. Это, по его словам, почти в три раза меньше, чем надо для месячного проведения военных действий.

Очевидно, что голос разума для Киева — отнюдь не руководство к действию. Война будет продолжаться любой ценой, хотя издержки на её проведение приходится минимизировать, порой весьма изобретательными способами. Которые, как правило, отличаются удивительным, но вполне будничным для современной Украины цинизмом. Какие-либо выплаты участникам боевых действий со стороны украинского государства отсутствуют. Накануне, начальник управления по работе с личным составом Вооруженных сил Украины генерал-майор Александр Розмазнин заявил о том, что законодательный механизм определения участников боевых действий не существует, несмотря на опубликованный указ президента Украины, согласно которому все участники так называемой «АТО» должны быть признаны участниками боевых действий. Генерал-майор уточнил, что законодательство когда-нибудь будет приведено в соответствие, получить желанный статус прямо сейчас можно лишь в одном случае: «Уже получили статус участника боевых действий те, кто погиб».

Понятно, почему Киев не желает плодить «участников» и прочих «хероив». Денег в бюджете нет, и взяться им неоткуда. Война разрушает производственные районы Донецка и Луганска, что парализует смежные отрасли экономики, лавинообразно уменьшая количество физически существующих рабочих мест. По той же причине уменьшается номенклатура товаров, способных к поставкам на экспорт. «Военным» безработным нужно всё больше пособий. Беженцы из регионов, которые методично уничтожает украинская армия и батальоны идейных наци, также нуждаются в поддержке, одновременно пополняя армию безработных. Государственная служба по чрезвычайным ситуациям зарегистрировала около 344 тысяч внутренних переселенцев по всей Украине по состоянию на 1 октября. Служба занятости готова предложить переселенцам с востока Украины и Крыма лишь 50 тысяч вакансий.

Мобилизация — третья или четвёртая по счёту — дополнительно «выбивает» из экономики трудоспособное население, вынужденное тратить деньги государства с автоматом, вместо создания добавленной стоимости и пополнения бюджета. Не желающие участвовать в войне — уклонисты от призыва и дезертиры — тоже могут считаться мобилизационной потерей для экономики, поскольку закономерно стараются уйти в тень вместе с местом работы и доходами.

Всё это последовательно сказывается на здоровье финансовой системы. В сочетании с девальвацией национальной валюты падение уровня доходов и жизни привело к тому, что действующий паб в центре Киева сейчас продают за $30 тыс., а сервис по производству и доставке пиццы в столице стоит каких-то $97 тыс. Большинство молодёжных старт-ап проектов в России и ЕС стоят куда дороже.

Вылечить украинскую экономику можно лишь устранив фундаментальные дефекты — войну, нацизм, деструктивную внешнеполитическую линию. Украинское руководство пытается действовать иначе. 3 августа 2014 г. вступили в силу поправки в Налоговый кодекс Украины и изменения к госбюджету на 2014 год. А именно — закон о военном налоге — дополнительном сборе в 1,5%, который пойдет на финансирование карательной операции. Как сообщил глава Государственной фискальной службы (ГФС) Игорь Билоус, 1,5% удерживаются с доходов физлиц в форме зарплаты и прочих доходов, которые входят в фонд оплаты труда наемных работников, а также с текущих или компенсационных выплат, которые начисляются в связи с трудовыми отношениями или гражданско-правовыми договорами. Сбор также будет взиматься с выигрышей в государственную лотерею и иных доходов, кроме пенсий и пособий.

До 1 января 2015 года повышена рента на добычу железной руды с 5% до 8%, нефти — с 39% до 45%, газа из залежей до 5 км — с 28% до 55%, газа из залежей более 5 км — с 15% до 28%. Производителей успокаивает лишь то, что не был реализован план 70% налога. При этом ГФС сетует на то, что высокая налоговая нагрузка загнала зарплаты в тень, и 70-80% бизнеса выплачивает или доплачивает зарплату в конвертах, «что составляет астрономические суммы наличности». Также на 5% увеличен размер акцизного налога на табачные изделия и спиртные напитки.

10 октября было объявлено о том, что украинские власти задумались от отказе от регулирования цен на социально-значимые товары и снятии любых ограничений на их оптовую и розничную стоимость. Сейчас такая надбавка ограничена 15%, продавая указанную продукцию оптом, производитель не может увеличивать цену свыше этого показателя. Таким образом, государство намерено отказаться от влияния на ценообразование для ряда продуктов питания, чем занималось с 2000 года.

Правительство пытается бороться лишь с безработицей, и выбранный для этого способ также нельзя назвать общепринятым в XXI веке. 9 октября министр социальной политики Украины Людмила Денисова сообщила, что правительство планирует привлекать переселенцев из Донбасса и Луганска для работ по обустройству украинско-российской границы в рамках проекта «Стена» — титанического комплекса заграждений, рвов, окопов и систем видеонаблюдения, который должен воспрепятствовать проникновению «пророссийских террористов», действиями которых объясняют все провалы украинской армии, через границу.

Использование труда безработных на глобальных стройках не раз встречалось в истории человечества, и при грамотном подходе приносило пользу. Прежде всего — опыт американской Великой Депрессии. В марте 1933 г. был создан Гражданский корпус сохранения ресурсов. Задачей было направление безработной молодежи в лесные регионы для сохранения ресурсов. К лету для этой цели были созданы трудовые лагеря, где побывало 250 тыс. молодых людей (от 18 до 25 лет), которым предоставлялась бесплатная еда, жилье, форменная одежда и зарплата в 1 доллар в день. Руководили ими офицеры из резерва Вооруженных Сил. Работами по сохранению ресурсов являлись: строительство автомагистралей, очистка лесов, создание лесонасаждений, благоустройство парков, т. е. общественно-полезные работы. В январе 1934 г. на них было занято 5 млн. человек.

В те же годы в Германии действовала схожая с американским «Новым курсом» «Программа Рейнгардта». Существенная часть безработных была удалена с рынка труда путем призыва в армию. Министр экономики рейха в 1933-1937 годах Ялмар Шахт смог привлечь кредитные средства, потратив их исключительно на создание рабочих мест. Было объявлено, что все инвестиции, которые не были направлены на воспроизводство рабочей силы, являлись экономически не оправданными. Если в 1933 году в Германии в строительстве было задействовано 660 тыс. рабочих, то в 1936 году их стало 2200 тыс. Особенно быстро строились автодороги, большой толчок дал стране проект «Имперский автобан», который имел скорее инфраструктурное значение, нежели военное (основной военно-грузовой поток во время обеих войн все равно шел по рельсам).

Закон об организации национального труда создал нормативную базу для становления принудительного труда. В 1938 г. местным органам власти было предоставлено право привлекать в принудительном порядке население к любым видам работ в свободное от основной работы время. Больше всего выиграли от ликвидации безработицы именно неквалифицированные и малоквалифицированные работники, которые первыми получили преимущество от восстановления занятости. Используя эти малопопулярные меры, лидерам Третьего рейха удалось через год правления сократить число безработных вдвое, а к 1936 году в некоторых отраслях промышленности даже добиться полной занятости.

Судя по всему, Киев пытается повторить именно этот исторический опыт. C 7 октября, для гражданского населения Украины была введена так называемая трудовая повинность не требующая обязательного согласия. То есть заставить работать гражданских лиц могут вопреки их желанию. К общественно полезным работам привлекаются трудоспособные лица, в том числе имеющие занятость и не подлежащие призыву на военную службу. Эти лица могут привлекаться к широкому спектру работ — от расчистки дорог и завалов до рытья траншей, погрузочно-разгрузочных работ, дорожного ремонта, сельхозработ, ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций, а также к «работам, которые выполняются для удовлетворения потребностей Вооруженных Сил и других военных формирований». На практике, последний пункт может означать какие угодно работы.

Однако, и в США, и в нацистской Германии, принудительный и добровольный труд граждан использовался для инфраструктурных проектов, действительно необходимых экономике. В современной Украине, несмотря на идентичность применяемых методов, отсутствует их экономическая цель. То есть, трудовые часы используются только для того, чтобы их использовать. Главной работой, которая сейчас достаётся привлечённому к работам гражданскому населению Украины — рытьё траншей в диких масштабах и в самых неожиданных местах. Уже весной назначенный новыми украинскими властями донецкий губернатор Сергей Тарута бросил все силы на рытьё канавы шириной четыре метра на границе с Россией. Состоявшиеся землекопные работы, по словам ставленника Киева, стоили «больше 50 самолётов»

В Сумской области местные власти решили последовать примеру своих донецких коллег и принялись рыть ров на территории, граничащей с РФ. Общая длина рва должна составить более 500 км. Об этом сообщил глава Сумской ОГА Владимир Шульга. «Великая Канава» должна иметь дину около 2000 километров, для чего необходимо выкопать примерно 16-17 миллионов кубометров земли. По замыслу главного архитектора и идейного вдохновителя этого проекта и. о. президента Украины Александра Турчинова, ров станет непреодолимым препятствием для агрессора с севера и с востока.

C середины сентября копают окопы и противотанковые рвы на пункте пропуска Плетеновка в Харьковской области. Активисты говорят, что таким образом хотят показать «свою поддержку участникам антитеррористической операции и обеспечить им тыл». Как об этом пишет украинская пресса, «рвы, блиндажи и окопы поднимают настроение пограничников и объединяют харьковчан». В Запорожье, «местные жители готовятся обороняться от возможных атак со стороны РФ. Активисты «растянулись на несколько километров, покрыв рвами огромную территорию». В Херсонской области, по сообщениям СМИ, местные жители смогли поставить рекорд: выкопано три километра траншей за три дня.

Других точек приложения для выраженной в физическом труде гражданской активности — добровольной или принудительной — не существует. Если не считать массовой, граничащей с навязчивым неврозом, деятельности по окраске всевозможных предметов — от памятников до заборов и голубей в жёлто-голубой цвет. Понятно, что современные средства вооружения никак не могут быть остановлены канавами, окопами и траншеями по периметру населённых пунктов, или демонстративным укреплением двух-трёх точек на двухтысячекилометровой границе. Элементарный здравый смысл подсказывает, что мобилизовать трудовые армии необходимо для решения актуальных задач, которых на Украине немало. Даже субботники по уборке городов принесли бы куда больше пользы, чем бессмысленное перекапывание земли. В конце концов, можно было привлечь работников на ручное обеспечение ремонта теплосетей и канализации, а очистка фасадов зданий добровольцами принесла бы больший эффект, нежели их окрашивание.

Проблема в том, что на Украине вообще нет инфраструктурных проектов, и даже стратегии таковых. Нет планов модернизации производств или коммунальных сетей. Нет идей новых автобанов, лесонасаждений или даже парков. Поэтому трудовая мобилизация, к которой прибегают государства в самые тяжёлые для экономики моменты, производится на Украине ради самой мобилизации.

Андрей Полевой