Всемирный Русский Народный Собор

Статья Владимира Путина: щелчок по американской исключительности

12 сентября в американской The New York Times вышла авторская статья Владимира Путина, посвященная военному конфликту в Сирии. Точнее, война в Сирии была взята в качестве исходной точки рассуждений широкого спектра, от собственно самого противостояния в конкретном государстве до общей оценки международной правовой системы и очевидных последствий происходящих в настоящее время событий.

«В условиях, когда ощущается дефицит контактов и общения между российским и американским обществами», президент России счёл необходимым обратиться напрямую к американским гражданам и политическим деятелям. Прежде всего, для того, чтобы подчеркнуть роль универсальной международной организации — ООН, у истоков которой стояли СССР и США. Владимир Путин напомнил, что, согласно мнению отцов-основателей ООН, судьбоносные решения по вопросам войны и мира должны приниматься только консенсусом, для чего, по настоянию США, в Уставе ООН было закреплено право вето для постоянных членов Совета Безопасности.

Никто не хочет, пишет Владимир Путин, чтобы ООН повторила судьбу Лиги Наций, которая развалилась из-за отсутствия реальных рычагов воздействия на международную ситуацию. А такое возможно, если влиятельные страны будут предпринимать силовые акции в обход ООН, без санкции её Совета Безопасности.

Планируемый, несмотря на серьёзную и острую оппозицию множества стран, крупных политических и религиозных деятелей, включая Папу Римского, удар Соединённых Штатов по Сирии может привести лишь к новым невинным жертвам, к эскалации конфликта, расширению ареала насилия, новой волне терроризма и дестабилизации всей обстановки на Ближнем Востоке. Что чревато полной разбалансировкой системы международного права и миропорядка.

Владимир Путин подчеркнул, что в Сирии сегодня речь идёт не о борьбе за утверждение демократии, а о вооружённом противостоянии правительства и оппозиции в многоконфессиональной стране. Причём экстремистов всех мастей и алькаидовцев на стороне оппозиции хватает, что вынужден признать Госдепартамент США. И никто не может гарантировать, что представители многонациональных банд, получившие боевой опыт, не будут его использовать в других регионах. Как это было в Мали после ливийских событий или с учётом инцидента в ходе Бостонского марафона.

Владимир Путин напомнил, что Россия с самого начала последовательно проводит линию на поддержку мирного диалога с целью выработки самими сирийцами компромиссной модели будущего развития страны. Причём эта линия направлена в первую очередь на защиту норм международного права. Поскольку в современном мире сохранение правопорядка — один из немногих рычагов, способных удержать международные отношения от сползания к хаосу. Закон остаётся законом. Его исполнение обязательно всегда — независимо от того, нравится это кому-то или нет. Действующее международное право позволяет использовать силу только в двух случаях — либо при самообороне, либо по решению Совета Безопасности. Всё остальное по Уставу ООН недопустимо и квалифицируется как агрессия.

Никто не ставит под сомнение факт использования в Сирии химических отравляющих веществ. Однако есть все основания полагать, что это сделала не сирийская армия, а силы оппозиции. Цель таких акций очевидна — спровоцировать вмешательство могущественных покровителей из-за рубежа, которые в таком случае выступили бы, по сути, на стороне фундаменталистов — пишет Владимир Путин.

Тут стоит отметить, что «могущественные покровители», о которых говорит Путин, не просто выступают на чьей-то стороне, а фактически готовы выступить в роли наёмников. 5 сентября на посвящённых Сирии слушаниях в конгрессе госсекретарь США Джон Керри сообщил, что «некоторые арабские монархии» предложили США полностью оплатить полномасштабное вторжение в Сирию.

Также президент России выразил озабоченность тем, что попытки силового вмешательства в различные внутренние конфликты становятся для США обычным делом, и усомнился, что такая политика отвечает долгосрочным интересам Соединённых Штатов. Поскольку в сознании миллионов людей на планете Америка всё чаще воспринимается не как образец демократии, а как игрок, который делает ставку исключительно на грубую силу, сколачивая под конкретную ситуацию коалиции с лозунгом «кто не с нами — тот против нас». При этом Афганистан, Ливия и Ирак существуют в состоянии, доказывающем, что путём бомбардировок никакого улучшения ситуации достичь нельзя, а в самих США многие проводят прямую аналогию между Ираком и Сирией и в этой связи спрашивают: зачем повторять недавние ошибки?

Подобные силовые действия вызывают закономерную реакцию в мире — если нельзя полагаться на международное право, то надо искать другие варианты гарантированного обеспечения собственной безопасности. И вот всё большее число стран стремится обзавестись оружием массового уничтожения, срабатывает простая логика: «если у тебя бомба, тебя не тронут». Получается, что на словах говорится о необходимости укрепления режима нераспространения, а на деле происходит его размывание.

В заключение, Владимир Путин обратил особое внимание на обращение Барака Обамы к нации от 10 сентября, в котором президент США предпринял в своей речи попытку обосновать исключительность американской нации. Проводимая США политика, по словам президента США, «отличает Америку от других». «Вот что делает нас исключительными», — прямо заявил Барак Обама. Владимир Путин подчеркнул, что считает очень опасным вброс в головы людей идею об их исключительности, чем бы это не мотивировалось. «Есть государства большие и малые, богатые и бедные, с давними демократическими традициями и которые только ищут свой путь к демократии. И они проводят, конечно, разную политику. Мы разные, но когда мы просим Господа благословить нас, мы не должны забывать, что Бог создал нас равными» — подытожил глава России.

Несмотря на то, что Владимир Путин в своей статье не сообщил особенных сенсаций, её основные тезисы многократно звучали ранее, как от самого Путина, так и по официальной линии российского МИД, реакция на опубликованную статью президента России была крайне бурной. И если брать в качестве точек отсчёта мнение простых американских граждан и представителей истеблишмента — диаметрально противоположной.

На момент написания данного текста, заметка в The New York Times получила порядка 4500 комментариев от рядовых читателей — и большинство записей выглядит вполне комплиментарно к президенту России. Если судить по отзывам в The New York Times, американские пользователи подавляющим большинством поддерживают позицию России и Владимира Путина по поводу участия США в сирийском конфликте. Более того, очень многие американцы изменили свое отношение к России в лучшую сторону — именно в связи с этой позицией.

Читатели The New York Times сообщают, что «во многом заявление Путина отражает мнение молчаливого большинства в Соединенных Штатах и это невероятно, что оно исходит от России», что «забавно понимать, что Путин делает для защиты Америки больше, чем наше собственное правительство. Я снимаю перед вами шляпу, Путин», и в других разнообразных формах демонстрируют, так или иначе, солидарность с российским президентом.

«Я слушаю новости и все, что мне остается — это склонить голову. Владимир Путин предлагает решения, чтобы не втягивать американских солдат в Сирию. В то время как на другой стороне стола Обама и Джон Керри истекают пеной, чтобы начать бросать бомбы и как можно скорее начать войну! Я клянусь, наверное, я живу в альтернативной вселенной! Неужели Владимир Путин — новый американский герой?» — один из типичных комментариев к статье.

В целом, американские граждане сходятся на том, что в эти дни «Владимир Путин показал себя лидером свободного мира и защитником верховенства закона», в то время как Барак Обама показал себя лидером «отрицающего право, бессовестного криминального правительства, которое цедит ложь сквозь зубы и строит схемы по уничтожению миллионов людей».

Другими словами, поскольку четыре с половиной тысячи отзывов представляют собой стоящую внимания статистику — можно говорить о том, что американские обыватели в большинстве своём убеждены в необходимости международного права и не поддерживают войны, инициированные собственным правительством под различными предлогами. Что подтверждают и соцопросы — по собранным в начале сентября Reuters/Ipsos данным, 56 процентов американцев считают, что США не должны вмешиваться в гражданскую войну в Сирии, в поддержку американского вмешательства выступили всего 19 процентов опрошенных. Что является самым минимальным процентом за последние годы, и заставило государственные структуры направить дополнительные усилия на медийную «популяризацию» интервенции.

Одобряющие Путина пользователи обращают внимание на международное право, обозначенное в нём равенство наций и государств, а также недопустимость развязывания войны, где заблагорассудится. Комментаторы согласны с тем, что межгосударственные отношения должны базироваться на дипломатии и поиске мирных путей выхода из кризисов. Авторы критических отзывов, которые хоть и в малом количестве, но тоже имеются, оперируют в дискуссии образами коммунизма и КГБ, пугая лояльных к Путину пользователей ГУЛАГом. Немалая доля негативных отзывов сводится к комментариям, суть которых — «Путин совсем не прав. Мы исключительные! Боже, благослови Америку!».

Такие доводы — от коммунизма до апелляции к собственной исключительности — вряд ли могут считаться весомыми. Однако эта риторика полностью совпадает с риторикой американского истеблишмента, представители которого восприняли статью Владимира Путина «в штыки» именно по причине того, что её автор усомнился в американской исключительности. Все остальные вопросы, вроде мирового права, ответственности за интервенцию и её последствия, полагаются малозначимыми, в том числе и на самом высоком уровне. 13 сентября журналисты попросили пресс-секретаря Барака Обамы Джеймса Карни пояснить в связи со статьёй российского президента, считают ли в Вашингтоне всех равными перед действующим международным правом и относится ли это к США? Карни ответил, что этот вопрос является несерьёзным. Что вполне согласуется с более ранними высказываниями высокопоставленных чиновников о том, что если ООН не обеспечит одобрения удара по Сирии, то можно обойтись и без одобрения ООН. Решив судьбу Сирии в Вашингтоне, при консенсусе мнений стран-членов НАТО, предоставив самим себе право на, по выражению представителей Белого дома, «воспитательные меры» в виде бомбардировки суверенного государства.

Сама мысль о том, что кто-то может что-либо рекомендовать США, вызывает у элиты Соединённых Штатов безмерное удивление. «Статья Путина — это предмет гордости для России и катастрофа для США. Он учит нашего президента. Никогда еще наша страна не выглядела такой бессильной», — написал миллиардер Дональд Трамп в Twittеr. Отклик одиозного сенатора Джона Маккейна был таков: «Открытое письмо Путина — оскорбление разума каждого американца». Очевидно, что разум Маккейна находится в явной оппозиции 80-90% читателей The New York Times, придерживающихся прямо противоположного мнения.

Сенатор от штата Нью-Джерси, демократ Роберт Менендез признался телеканалу CNN, что «его чуть не вывернуло наизнанку, когда некто, вышедший из рядов КГБ, поясняет нам, что является частью наших интересов, а что — нет». Ещё больший шок испытал сенатор из Оклахомы Джим Инхоф, услышавший в прямом эфире Fox News «как Рейган вертится в могиле».

Сенаторов можно понять — концепция «богоизбранного народа», исключительного и стоящего особняком над всеми остальными странами, является фундаментом внешнеполитического мировоззрения США на протяжении десятков и сотен лет. Будучи оформленной в виде теории «предначертанной судьбы», согласно которой сферой влияния США объявлялись оба континента Северной и Южной Америк, концепция «обосновала» захват территорий, вроде Кубы, которую США потребовали у Испании на основании своего «божественного права на данную территорию». В XX-XXI вв. миф об исключительности эволюционировал, но по-прежнему воплощался в войнах, интервенциях и попытках переформатировать всю планету под единый шаблон. Причём главным критерием лидерства и «первородства» всегда выступала возможность развязать боевые действия или убить неугодного человека без суда и следствия. Выступая с еженедельным обращением к нации в октябре 2011 года, Барак Обама сообщил, что об обновлении роли США в качестве мирового лидера свидетельствует убийство Муаммара Каддафи.

Статья Владимира Путина — точнее, реакция на неё — продемонстрировала очень неприятную для американских элит вещь: большое количество граждан США в той или иной форме несогласно с курсом, который проводят элиты и не видит причин для позиционирования США в качестве мирового судьи и палача в одном лице. Причём не просто несогласно, а полагает собственное правительство преступным, видя здравый смысл в действиях России — и это при мощнейшей антироссийской пропаганде и доминировании подконтрольных правительству США СМИ, формирующих общественное мнение! Всё чаще западные обыватели высказываются одобрительно по отношению к действиям России во внутренней и внешней политике — от закона о предупреждении гей-пропаганды среди несовершеннолетних до защиты международного права. И если тенденция будет иметь прежнюю динамику, то споры о легитимности правительства, не выражающего волю народа, зазвучат отнюдь не на Ближнем Востоке.

Андрей Полевой