Всемирный Русский Народный Собор

Ганновер-2013: неожиданные вопросы и ответы

Ганноверская промышленная ярмарка 2013 наверняка запомнится не только обилием посетителей и количеством участвующих в ней компаний и предприятий, но и событиями ей сопутствующими, хотя и не менее значимыми.

Открывшаяся в Ганновере промышленная выставка-ярмарка (Hannover Messe) в очередной раз подтвердила реноме крупнейшего в мире ежегодного промышленного форума. В выставке этого года принимает участие более 6 000 экспонентов, с наработками которых пожелало ознакомиться порядка 300 000 посетителей. Приоритетными темами участия Российской Федерации стали разработки в сфере новых материалов, энергетики, энергомашиностроения, новых источников энергии, автоматизации процессов в промышленной сфере. Такая богатая «палитра» по мнению отечественных и зарубежных экспертов, наверняка приведёт к усилению и без того тесного промышленного сотрудничества между Россией и Германией.

Впрочем, Ганноверская промышленная ярмарка 2013 наверняка запомнится не только обилием посетителей и количеством компаний и предприятий, а событиями ей сопутствующими. Во всяком случае, основное общественное внимание привлёк, так сказать, «украинский» вклад в международную экспозицию — в лице и прочих частях тела активисток движения FEMEN, которые, конечно же, не могли пропустить столь респектабельную, с личным участием канцлера Германии Ангелы Меркель и президента России Владимира Путина, возможность для очередного акта эксгибиционизма — на радость посетителям, репортёрам и ответственным за рекламную кампанию выставки.

Встреча Ангелы Меркель и Владимира Путина в Ганновере состоялась на фоне резонансного процесса спасения Кипра из долговой ямы, главным образом за счёт присвоения Евросоюзом до 40% денежных средств вкладчиков кипрских банков. Среди которых, не секрет, немало граждан Российской Федерации. Также не является тайной, что главным инициатором подобного решения была именно Германия и лично Ангела Меркель, и такой контекст изначально сулил некие интересные заявления, связанные с финансами или политикой. Кроме того, «мировое сообщество» с нетерпением ожидало реакции немецкого канцлера на плановые проверки российских финансовых и правоохранительных структур в отношении функционирования многочисленных НКО, существующих на российской территории за иностранные деньги. Проверки затронули и «немецкие» НКО — московский филиал Фонда Фридриха Эберта и петербургское отделение Фонда Конрада Аденауэра — согласно одной из гипотез именно в качестве ответа на немецкие инициативы по Кипру.

Интересные заявления действительно состоялись. На церемонии открытия выставки, Ангела Меркель заявила, что «в Германии неправительственные организации являются двигателем инноваций, и в России у них должна быть возможность играть такую же роль». Правда, эффект оказался не особенно сильным — президент Путин традиционно сыграл нешаблонно, и ещё до визита в Ганновер дал обширное интервью германскому телеканалу ARD — что называется, на опережение. Всякий немецкий и европейский телезритель получил возможность узнать от авторитетного источника причины принятия российских законов об НКО, действующие мировые прецеденты такого рода и многое другое. Например, то, что в Европе и США действуют всего две неправительственные организации, которые финансируются из России. Однако в России функционируют 654 неправительственные организации, получающие деньги из-за рубежа и «охватывающие» сетью своей, не всегда прозрачной работы, абсолютно всё регионы и субъекты Федерации.

А по итогам рабочего визита в ФРГ Владимир Путин предложил необычное, хоть и промежуточное, решение кипрской финансовой проблемы. По его словам, после принятия закона об НКО в России только за четыре месяца на счета неправительственных организаций поступило 28,3 млрд рублей. «Это почти миллиард долларов», — подчеркнул президент России. И добавил: «Что касается вопроса по Кипру, то можно было бы эти деньги, миллиард долларов — это не маленькие деньги, направить на помощь проблемным странам, в том числе и таким, как Кипр. Тогда и не нужно было бы обдирать несчастных вкладчиков».

Неожиданное предложение президента России представляет собой решение, в равной степени, выглядящее как вполне разумный вариант действий для многих государств, «спасающих» слабые экономики Европы, так и блестящий пример виртуозной политической риторики. Хотя Ганноверская выставка вообще была богата на такие высказывания: некоторые немецкие блоггеры задаются вопросом: случайной ли была комментирующая «акцию» FEMEN реплика президента Путина о том, что «раздеваться лучше на нудистском пляже, а политические вопросы решать в других местах», или нет? Поскольку совсем недавно мировую «жёлтую» прессу обрадовало появление фотографии, где юная Ангела Меркель именно на нудистском пляже, и все обозреватели, которые вздумают писать о Ганновере, о немецких НКО, украинских активистках и Путине, теперь будут вынуждены учитывать эти чувствительные параллели.

Озвученная Владимиром Путиным сумма вполне способна вызвать у европейских избирателей и здравомыслящих депутатов европейских национальных парламентов размышления о том, что ситуация действительно выглядит странной — с одной стороны, каждый транш помощи Греции или Кипру связан с бурными парламентскими дебатами и общественными спорами, а с другой — миллиард долларов всего за 4 месяца, без особенного шума, отправился в Россию с не вполне понятными для того основаниями.

Точнее, на поддержку «гражданского общества» и неправительственных организаций, которые должны строить в России некие инновации по германскому опыту. Вот только не получится уверенно сказать — какие именно инновации привнесли на российские земли НКО, в том числе и старейшие? Хотя времени было достаточно, более двадцати лет.

Действительно правозащитных организаций, которые бы занимались будничными, насущными вопросами, до которых из-за ограниченности ресурсов или других причин не доходят руки государства, в России — единицы. Хотя они, конечно, есть. Подавляющее большинство «правозащитников» занято деятельностью, для которой особенных денег не нужно — «десталинизация», разоблачение «проклятого прошлого», организация протестов против чего-нибудь и прочими направлениями, которые связаны с термином «правозащитник» чуть не на подсознательном уровне.

Тем не менее, только за четыре месяца на эту активность выделено иностранными доброжелателями 28 миллиардов рублей! Сколько всего денег освоили многочисленные НКО с иностранным финансированием сказать затруднительно, поскольку жёсткие условия финансовой отчётности появились лишь прошлым летом. Но вряд ли интенсивность вливаний слишком отличалась — так, в марте 2012 года замгоссекретаря по вопросам Европы и Евразии Филипп Гордон сообщил о том, что «после прихода в Белый дом Барака Обамы в 2009 году администрация США потратила на поддержку демократии и обеспечение прав человека в РФ 200 млн. долларов». Необходимо учесть, что в данном случае указывается непосредственно администрация президента США, то есть, официально с ней связанное агентство USAID. Без пояснений остаются NED, NDI, IRI, «Фонд Маккартура» и многие другие. Кроме того, экс-спикер Госдепартамента Виктория Нуланд 29 марта заявила, что США продолжает, несмотря на все запреты, финансировать НКО в России, однако отказалась уточнять, какие именно организации и программы получают американское финансирование, чтобы «не подвергать их опасности». Тем самым косвенно намекнув — деятельность этих организаций не вполне сочетается с законами РФ.

Если поток «русских» денег на Кипр вызвал обвинения в коррупции и отмывании денег, то финансовое изобилие западных грантов в России претендует на таковые ещё более откровенно. Поскольку эти суммы вообще не подлежат налогообложению согласно принятому в 2011 году решению Высшего арбитражного суда России (ВАС). Тогда ВАС принял во внимание аргументацию представителей НКО, которые утверждали, что все деньги идут на общественно полезные и благотворительные цели. Но если бы выделяемые иностранными донорами средства действительно шли на нечто конструктивное, то положительные результаты можно было бы ощутить. И благотворительность была бы впечатляющей по своему масштабу.

Например, за четырёхмесячный объём выделенных российским НКО средств можно построить новейшую подводную лодку класса «Борей», причём с огромным остатком. Или запустить 6 коксовых батарей мощностью по 700 000 тонн кокса в год, таких, как запущенная недавно на Череповецком металлургическом комбинате. Построить 9-10 кондитерских цехов или порядка 200 хлебозаводов, обеспечив работой как минимум 2000 человек. Или совсем просто — капитально отремонтировать 700-800 детских садов, с закупкой мебели и всего необходимого.

Статистика получается почти что советская — но это наиболее понятная картина, наглядно характеризующая, что можно было бы сделать за 4 месяца иностранного вспомоществования. А с другой, европейской стороны — сколько можно было бы сохранить нервов кипрских вкладчиков, а также греческих магазинных витрин. И, дополнительно задаться вопросом — если масштабных благотворительных программ и конструктивных инициатив не наблюдается, то куда же идут огромные, слабо сочетаемые с прилагательным «некоммерческий» деньги? Не стеснённые, несмотря на размах, даже базовым 20% налогом на прибыль?

Андрей Полевой